Попутчик

60. Попутчик

— За те несколько месяцев, что мы не виделись, вы поразительно выросли.

— А ты за это время стал во столько же раз опаснее.

То ли дело было в том, что мы находились внутри герцогского замка, то ли в нем что-то надломилось.

Манера речи Гэррисона, обращенная ко мне, вернулась к прежней учтивости.

— Ха-ха-ха! Полно вам, господин, — опаснее?

Гэррисон разразился гулким смехом, словно услышал удачную шутку, и его плечи едва заметно расправились.

— Я стою перед гнусным некромантом и до сих пор не забил его до смерти — как вы можете говорить столь обидные слова?

Вежливая речь, за которой не скрывались ни жажда крови, ни боевой дух.

По коже пробежал мороз.

Определенно, он стал втрое опаснее, чем при нашей последней встрече.

— И что же, ты собираешься меня охранять? Сам Наместник Ордена?

— Ха-ха-ха, охранять? О чем вы, это совершенно исключено.

Гэррисон пропустил мою колкость мимо ушей, и его лицо вновь озарила улыбка.

— У нас лишь общая цель. Неужели вы думали, что мне есть дело до того, сдохнет мерзкий некромант или нет?

— А, вот оно как?

Глядя на него, я вновь осознал истину.

За то время, что мы не виделись, этот безумный священник окончательно лишился рассудка.

— Значит, цели совпадают?

Когда я упомянул Хелиан, Гэррисон ответил без малейших колебаний:

— Женщина, обезумевшая от власти и похоти, ставшая чудовищем. Разумеется, ее нужно покарать.

Говорят, враг моего врага — мой друг.

Теперь я понимал, почему Хайнкель впустил Гэррисона в поместье.

— Что ж, логично.

После затянувшегося безмолвного противостояния мы, наконец, подошли к дверям моей комнаты.

— Вот это... передайте госпоже Арин.

С этими словами Гэррисон протянул мне сверток.

Внутри было полно тех самых конфет, которые он приносил каждый раз, когда возвращался из города.

— Она была бы куда счастливее, если бы ты вручил их лично.

Когда я произнес это, желая прощупать его почву, Гэррисон на мгновение замолк, а затем покачал головой.

— Теперь это невозможно.

Трудно было предугадать, какое выражение скрывалось на его лице, затененном капюшоном.

— Встретимся у кареты. Попробуете сбежать — убью.

Бросив это леденящее душу прощание, Гэррисон развернулся.

— Эй, священник!

Я окликнул его в спину; он остановился и лишь слегка повернул голову в мою сторону.

— Спасибо, что спас меня тогда.

Стоило мне упомянуть события у Барьера, как плечи Гэррисона напряглись.

— Заткнись, некромант.

Его тон мгновенно переменился, пресекая любые попытки сблизиться.

«Ох и лютый же он».

Глядя на его искаженное яростью лицо — казалось, он вот-вот бросится на меня, — я лишь покачал головой.

— Я просто не пожелал становиться пешкой в ваших грязных политических играх.

С этими словами Гэррисон исчез.

— Фух...

Был ли это вздох облегчения или разочарования?

Я и сам не мог разобрать, открывая дверь в свои покои.

— Молодой господин!

— Вот, священник просил передать тебе.

Я протянул сверток с конфетами Арин, которая выбежала мне навстречу.

— О-о-о!

— Сказал, что приготовил побольше, так как в ближайшее время вы вряд ли увидитесь.

Пока я гладил Арин по голове, ко мне подошел Дюнкел, держа в руках нечто длинное, обернутое в ткань.

— Молодой господин.

— Готово?

Дюнкел протянул мне предмет.

— Все-таки кузнецы в нашем доме знают свое дело.

Развернув ткань и проверив состояние изделия, я удовлетворенно кивнул.

— С этим уже можно работать.

Помимо рыцарского титула, я получил и этот неожиданный трофей.

Раны на теле заживали дольше, чем я рассчитывал, но это было терпимо.

Теперь почти все приготовления были завершены.

— Какое... поразительное совпадение.

Пока я размышлял, Дюнкел, внимательно наблюдавший за моими действиями, вдруг подал голос.

— Совпадение? О чем ты?

Я притворился, что не понимаю, о чем речь, но Дюнкел лишь нахмурился и скрестил руки на груди.

— Вы внезапно покидаете поместье, возвращаетесь с рыцарским титулом, и как раз к началу междоусобицы в Полвайверне этот предмет оказывается готов.

Глядя на длинный сверток на столе, Дюнкел спросил, словно желая подтвердить свои догадки:

— Вы ведь с самого начала знали, что всё к этому придет... и готовились?

— Готовился. Хотя и не думал, что всё обернется таким хаосом.

С этими словами я открыл ящик стола и принялся проверять эликсиры, записи исследований и магические формулы.

— Ха-а...

Видя это, Дюнкел тяжело вздохнул, и его плечи поникли.

— Глядя на вас, я начинаю всерьез сомневаться.

— В чем же?

Когда я попытался отшутиться, Дюнкел, не разжимая рук, пристально посмотрел на меня.

— В вашей расчетливости. Вы ведете себя как самый настоящий злодей.

— Ха-ха, и что за чепуху ты несешь?

Отмахнувшись, будто это пустяк, я продолжил проверять ингредиенты в дорожной сумке.

— Я же говорил? Я и есть злодей.

***

— Прибыл второй молодой господин рода Райнланд, господин Кляйн Райнланд!

Под громогласный крик часового двери распахнулись.

Лагерь имперских войск, где укрылась Лайя.

Крепость уже кишела солдатами империи, яблоку негде было упасть.

«Нагнали же они сюда народу».

Это была земля Полвайверна, а не Империи.

Однако из-за имперских сил, занявших почти всю цитадель, было уже невозможно разобрать, кто здесь истинный хозяин.

— С ума сойти можно.

Чувство тяжести в груди нарастало по мере того, как я осматривал крепость.

— Хозяева и гости окончательно поменялись местами.

Имперские солдаты были расставлены на всех ключевых точках крепости.

Шпили, сторожевые вышки, патрули — везде были они.

— Грамотная расстановка.

— Уж слишком грамотная. Кто-то может ошибочно принять их за оккупантов, а не за миротворцев.

Я ответил Гэррисону и вышел из кареты.

«Численность их рыцарей тоже немалая. Это похоже на...»

Для войск, прибывших лишь для посредничества, их было слишком много.

«Этих сил достаточно, чтобы при желании подавить фракцию Хелиан или, наоборот, уничтожить сторонников Лайи».

Пока я выходил из кареты и разбирал вещи, раздался сухой голос.

— Господин Кляйн Райнланд.

Кто-то окликнул меня.

«...Что это еще за жердь?»

Худощавое телосложение, в котором не угадывалось воина, прищуренные глаза.

И эта специфическая высокомерная манера смотреть на людей сверху вниз.

Ко мне приближался человек, ставший живым воплощением дворянского чувства превосходства.

— Весьма рад встрече с тем, о ком ходит столько слухов.

Я перевел взгляд с его пышного имперского мундира на панораму крепости.

«Так, значит, этот павлин и есть глава оккупационных сил?»

Несмотря на эти мысли, я надел маску вежливости и ответил на приветствие.

— Второй сын рода Райнланд, Кляйн Райнланд.

Когда я пожал его руку в белой перчатке, мужчина представился:

— Командующий силами по поддержанию правопорядка, граф Пенстар Лэндон.

— Граф... Пенстар.

Услышав это имя, я невольно повторил его про себя, чувствуя, как внутри всё холодеет.

«Это не миротворческие силы, это карательный отряд».

Графский род Пенстар, крупные землевладельцы из центрально-западной части Империи.

Территория, где из-за запредельных налогов вспыхивали десятки восстаний в год.

И военная династия, печально известная их кровавыми подавлениями.

Более того, он был в списке Лайи как тайный партнер Хелиан, получавший от нее взятки.

«Миротворчество и посредничество — лишь предлог. Этот человек уже на стороне Хелиан».

Если так пойдет и дальше, фракция Лайи окажется в положении свечи на ветру.

Иными словами, эта междоусобица с самого начала была партией, разыгранной по сценарию Империи.

— Тошно смотреть.

Гэррисон, окинув графа Пенстара коротким взглядом, бросил эту фразу и отвернулся.

Мои чувства в этот момент ничем не отличались от его.

«Я думал только о том, как убрать Хелиан, но не ожидал, что они затеют такие закулисные игры...»

Словно догадавшись о моих мыслях, граф Пенстар указал на императорскую печать на своем плече.

— Я впустил вас только по просьбе принцессы, но, пожалуйста, помните о значении этой печати.

— ......

Печать Императора, подтверждающая полномочия главнокомандующего.

Пока он назначен Императором, мы, как подданные Империи, обязаны признавать его власть.

— Не совершайте опрометчивых поступков, господин Кляйн.

С этими словами граф Пенстар развернулся и зашагал к штабу.

«Проклятые выродки».

Я пытался подавить кипящий внутри гнев, когда услышал знакомый голос.

— Кляйн!

Из угла меня кто-то звал.

Обернувшись, я увидел спешащую ко мне Лайю.

— О, выглядите неплохо, принцесса Лайя, это радует.

— Вам еще хватает духу шутить в такой ситуации? Мой род на грани уничтожения!

«Уже и не пытаешься строить из себя скромницу передо мной?»

Подумав так, я лишь небрежно пожал плечами.

— Судя по вашему боевому настрою, охрана вам не требуется.

— Вы не уступите ни в одном слове, право слово.

Ворча, Лайя повела меня к своему особняку.

— Я и представить не могла, что Империя поступит так.

В отличие от моего прошлого визита, в особняке было безлюдно.

Почувствовав неладное, я спросил ее в спину:

— Куда делись все ваши рыцари?

Лайя остановилась и молча покачала головой.

— Кроме Гордона и еще десятка человек, все пропали без вести. Скорее всего, они уже...

— Нет.

Я прервал Лайю, чьи плечи безнадежно опустились.

— Они живы.

От моей уверенности глаза Лайи сузились.

— Не нужно меня утешать. Откуда вам знать...

— Да говорю же, они действительно живы.

С этими словами я развернул перед ней свиток.

Карта обнаружения жизни, созданная с помощью банши у Барьера.

Предмет, в котором эта функция была упрощена и перенесена на пергамент.

— Это... магия?

— Не совсем магия, нечто иное.

Я влил в свиток черную магическую энергию.

«Если убить Хелиан, Лайя станет наиболее вероятным кандидатом в герцогини. Нужно использовать этот шанс и окончательно сделать ее союзницей. И еще...»

Я посмотрел на булаву, закрепленную у нее на поясе.

Чтобы прорваться сквозь армию Хелиан, мне понадобится и ее сила.

А чтобы убедить ее, я не смогу вечно скрывать свою истинную сущность.

— То, что сейчас произойдет — секрет для всех остальных.

Ш-ш-ш-ш...!

Реагируя на ману, на свитке проявились светящиеся голубые линии, рисуя панораму Полвайверна.

— Это?..

— Смотрите. Вот эти белые точки.

Я увеличил карту Полвайверна, указывая на пространство под замком.

Множество белых точек, собранных в одном месте.

Это были не души мертвых, а жизненная энергия живых.

— Они все в подземной тюрьме!..

Глаза Лайи расширились от изумления — видимо, она узнала внутреннюю структуру замка.

— В отличие от ваших слов, выжившие все же есть.

На мрачном лице Лайи промелькнул луч надежды.

— Мы не знаем, сколько они продержатся! Нужно немедленно!..

— Спасти их. Разве не для этого вы меня позвали?

Когда я сказал это, Лайя долго и молча смотрела на меня.

— ...Что такое? Зачем так пристально смотреть?

— Кто вы такой на самом деле?

Не дожидаясь моего ответа, Лайя продолжила:

— Ни один маг на континенте не способен на столь точное обнаружение.

И она была права.

— К тому же, чувствовать души... это не магия, это...

— Некромантия.

После моего ответа Лайя застыла, словно лишившись дара речи.

Тот день, когда был бал у Хелиан.

Я в одиночку противостоял «Павшим листьям», захватил их в плен и выставил смерть Гектора как дело рук некроманта.

Казалось, теперь все ее вопросы получили ответы.

— Вашим союзником был некромант, принцесса Лайя.

***