Воссоединение (1)

31. Воссоединение (1)

— А-а-ах?! Слышишь, Дюнкел, умоляю, полегче!..

— Если делать вполсилы, то нет смысла и начинать. Ну же, еще раз!

— А-а-а-ах!

Шел второй день после масштабного нападения культа.

Меня, изнывающего от накопившейся усталости и мышечной боли, ждало суровое испытание — рыцарский массаж в исполнении Дюнкела.

*Хрусть! Хрусь!*

— Эй, погоди! Что это за звук? Ты мне там ничего не сломал?

— Не сломается. Лежите смирно.

— По-твоему, это нормально, когда сустав выворачивается в другую сторону? Это вообще массаж?!

Целый час я пребывал в руках Дюнкела, пока он безжалостно выкручивал мое тело.

Наконец обретя свободу, я с тяжелым вздохом потянулся к книге, лежащей на столе.

Как ни странно, экзекуция действительно помогла: во всем теле ощущалась непривычная легкость, а ломота бесследно исчезла.

— Аж зло берет от того, что это сработало.

— Рыцарь уровня командира полка лично о вас заботится, а вы даже не цените.

Услышав за спиной голос, я обернулся.

Иан, прислонившись к дверному косяку, смотрел на меня и сокрушенно вздыхал.

— Вам не совестно входить без стука?

— Я стучал. Просто ты так орал, что ничего не слышал.

С этими словами Иан прошел в комнату и бесцеремонно опустился на диван.

— Из-за одной стычки валяться два дня... Будь это Имперская академия, тебя бы в тот же миг отчислили.

— И слава богу. Мне хватило десяти минут, чтобы выучить все их учебники по фехтованию.

— Ишь какой, мастер на все руки.

Иан махнул рукой, признавая поражение в споре, и потянулся за печеньем.

— Эй! Это мое!

— Инг? А это еще что такое?

Арин, наблюдавшая за тем, как исчезают ее сладости, тут же выразила протест.

«Это».

Я украдкой взглянул на Иана, когда он так обратился к Арин.

Внешне он казался расслабленным, словно играл с ребенком, но его мана-канал пребывал в состоянии постоянной боевой готовности.

«Значит, он уже о чем-то догадывается».

Я наблюдал за этой парой, устроившей погоню за печеньем по всей комнате, пока не раздался стук.

*Тук-тук.*

— Молодой господин Кляйн.

Стучать в открытую дверь — это в его стиле.

На пороге стоял Беркель в парадном мундире.

— Его Светлость герцог желает видеть вас. И еще...

Беркель, почтительно обращавшийся ко мне, перевел взгляд на Иана, носившегося за Арин.

— Господин Иан, вас также просили сопроводить его.

Иан, явно не ожидавший приглашения, удивленно вскинул бровь и посмотрел на Беркеля.

— Хайнкель зовет... меня?

— Да.

Беркель кивнул и жестом пригласил нас следовать за ним.

— Он сказал, что у него есть к вам важная просьба.

***

— Как ты и предсказывал, из Полвайверна пришло послание.

Когда мы вошли в кабинет Хайнкеля, на столе лежало письмо с печатью Лайи.

— В нем говорится о передаче прав собственности на сельскохозяйственные угодья в приграничной зоне между Полвайверном и Райнландом.

Я кивнул, просматривая протянутые документы.

— Отправитель не указан, но, полагаю, это тот же информатор, что снабжал нас сведениями ранее?

— Именно так.

— Хм.

Хайнкель на мгновение задумался, а затем протянул мне еще одну бумагу.

— А это?..

— Личное письмо от Хелиана.

Хелиан пишет в Райнланд. Содержание было предсказуемо до боли.

— Требуют выдать меня?

— Да. Они полагают, что ты имеешь прямое отношение к убийству Гектора.

Свиньи, обвешанные золотом.

Впрочем, они отнюдь не глупы и далеко не слабы.

Пусть между Империей и побочными ветвями рода пробежала искра, их общая цель неизменна — Райнланд.

Они решили использовать этот инцидент как повод для немедленного давления.

— И что ты намерен делать?

— Бежать, разумеется.

Я ответил на вопрос Хайнкеля без колебаний.

Причина, по которой я смог проникнуть в логово Хелиана в прошлый раз, крылась лишь в одном — в существовании Руделя.

Рыцарь смерти, чья мощь сопоставима с силой самого Хайнкеля.

Но если рассуждать от обратного: не будь у меня столь сокрушительного козыря, я бы не выбрался оттуда живым.

«Если бы не Арин, меня мог прихлопнуть даже какой-нибудь Санчес».

Пока я предавался этим мыслям, на губах Хайнкеля промелькнула тень улыбки.

— Что ж. Я так и думал.

Увидев его улыбку, я на мгновение оцепенел.

Улыбается? Хайнкель?

Это было за гранью возможного.

Почувствовав неладное, я покосился на Делайна, стоявшего подле него с дорожной сумкой.

«Он скалится».

Делайн улыбался точно так же, как и Хайнкель.

— Империя и представители побочных ветвей прислали уведомление о повторном визите в ближайшее время.

Пока я лихорадочно искал выход из ситуации, Хайнкель нанес упреждающий удар.

— С ними я разберусь сам, а ты на месяц-другой исчезнешь в каком-нибудь глухом месте.

Стоило ему подать знак, как Делайн тут же водрузил что-то на стол.

«Ох, погодите. Я уже видел это раньше...»

Теплый плащ из бурого меха.

Тот самый плащ, при виде которого Делайн впал в отчаяние, когда меня впервые вызвали в этот кабинет.

— Делайн, неужели это...

— Именно то самое «неужели».

Делайн, едва сдерживая ликование, подтвердил мои догадки, а Хайнкель с такой же пугающей улыбкой нанес решающий удар.

Нет, серьезно, эта его улыбка по-настоящему пугает.

Я ведь никогда в жизни не видел его таким.

— Отправишься на Великий Северный Вал на два месяца. Я уже связался с местными Стражами.

У меня перехватило дыхание.

Великий Северный Вал.

Щит континента, возведенный сразу после инцидента с Архимондом, чтобы сдерживать полчища нежити и монстров, оставшихся на севере.

Край вечного льда, где замерзает само дыхание, и земля бесплодна, как камень.

Люди называли эту железную стену «Край света».

— Отец, а нет ли другого варианта?..

— Все приготовления завершены. Я даже подготовил официальное обоснование для побочных ветвей.

Обоснование?

Пока я переваривал его слова, поверх мехового плаща лег еще один документ.

Нет, это была не просто бумага, а герцогский указ.

В графе получателя значилось мое имя: Кляйн Райнланд.

— Это...

Я взял документ и пробежал глазами по строчкам.

[ПРИКАЗ]

[Второму сыну дома Райнланд, Кляйну Райнланду, предписывается прибыть на 77-й аванпост Великого Северного Вала. По прибытии поступить в распоряжение местных Стражей и нести караульную службу в течение двух месяцев.]

[Распорядитель: Герцог Райнланда, Хайнкель Райнланд.]

Официальный военный приказ с печатью герцога.

Это была не шутка, а настоящая ссылка.

— Признаю, благодаря тебе мои отношения с отцом наладились. Я искренне благодарен тебе за это, Кляйн.

Хайнкель, который в последнее время стал подозрительно часто улыбаться, посмотрел на меня.

— Но за осквернение семейной усыпальницы ты должен понести заслуженное наказание.

— ...

Ах.

Только сейчас я вспомнил слова, которые неосторожно бросил два дня назад.

— С тобой отправится один сопровождающий. Я назначу тебе защитника, поедешь вместе с ним.

При всей своей нынешней мягкости Хайнкель оставался приверженцем абсолютных принципов.

Если он принял решение, изменить его было невозможно.

— Слушаюсь. Я соберусь.

Если нельзя избежать — лучше смириться и принять это как данность.

В конце концов, это было не самым худшим решением.

«Так даже лучше. За мной охотятся Империя, побочные ветви и культ».

Стена, пересекающая весь север, сама по себе является неприступной крепостью.

Если удастся там затаиться, лучшего убежища не найти.

К тому же, крайний север, где стоит Вал, когда-то был оплотом меня — Архимонда.

«Учитывая неизбежное столкновение с Хелианом, мне, возможно, стоит навестить Ледяной замок».

Пока я предавался воспоминаниям о прошлой жизни, раздался громкий хохот.

— Ха-ха-ха-ха!

Иан, наблюдавший за моим внезапным назначением на Стену, зашелся в смехе.

— Отправить этого доходягу на Вал! Хайнкель, а ты стал тем еще злодеем! Ха-ха-ха!

Иан со смехом хлопал Хайнкеля по плечу.

— Ах да, брат.

Смех Иана оборвался так же внезапно, как и начался.

— Защитником Кляйна будешь ты.

— ...

А? Что ты сказал?

Иан переспрашивал с натянутой улыбкой, словно ослышался, но Хайнкель просто бросил ему комплект зимнего снаряжения.

— Что стоите? Живо собирайтесь.

***

— Называть это существо братом... Родным братом!..

— Вы слишком шумите, дядя.

Северные ворота Райнланда.

При виде моего снаряжения — зимней экипировки, кошек для льда и меча за спиной — стражники отдали честь с явным сочувствием и открыли ворота.

Впереди была неделя пути по заснеженным равнинам и горным тропам.

Пока мы шли по глубокому снегу, жалобы Иана не прекращались ни на минуту.

— Черт, еще не поздно сбежать в восточные джунгли!..

— Вы разве не слышали слова отца?

— Кха.

Иан, получивший от Хайнкеля «просьбу», от которой нельзя отказаться, разумеется, был против.

В конце концов, он не член дома Райнланд и не обязан подчиняться приказам Хайнкеля.

Однако сети Хайнкеля были сплетены безупречно.

«Ваше местонахождение уже известно, все границы Райнланда перекрыты. Имперские рыцари прибудут с минуты на минуту».

Иными словами, путей к отступлению не осталось.

Конечно, предоставление убежища на Валу в такой ситуации само по себе было жестом милосердия со стороны Хайнкеля.

— Ладно, раз уж так вышло, заставлю тебя махать мечом до потери пульса.

Наконец Иан смирился и, ворча, зашагал вперед.

— Но послушай.

— Что-то не так?

Мы прошли еще около десяти минут, когда он снова окликнул меня.

Я отозвался, и Иан, кивнув, обернулся.

— Допустим, твое фехтование — это какая-то безумная мутация крови Хайнкеля.

— И что с того?

Иан кивнул и продолжил:

— Тогда где, скажи на милость, ты обучился некромантии?

Воцарилась тишина.

Впрочем, у меня уже был готов ответ.

— Моя мать изучала некромантию. Я воспользовался ее знаниями...

— Лжешь.

Иан перебил меня и улыбнулся.

Это была безжизненная улыбка.

Невидящие глаза слепца, казалось, смотрели прямо мне в душу.

— Я исходил весь континент и встречал множество некромантов. В Империи, в Флисиане, в Галламу. Даже восточных гробовщиков видел.

Я незаметно сжал кулаки.

Это был уже не разговор, а допрос.

В зависимости от ответа, мне, возможно, пришлось бы бежать прямо здесь и сейчас.

— Но никто из них не умел так обращаться с душами, как ты.

Снова тишина.

На этот раз она затянулась.

— То, что ты используешь — это не современная некромантия. Это нечто гораздо более древнее. Сама первооснова этого искусства.

Ответ на обвинения Иана пришел не от меня, а со стороны моей спины.

— Школа, зародившаяся двести лет назад, развитая одним человеком и в конечном итоге изменившая облик всего континента. Единая и неповторимая ветвь некромантии.

От этого до боли знакомого голоса по коже пробежал мороз.

Я обернулся. Позади стоял священник, чья фигура была огромна, словно гора.

— Гэррисон... Беркель...

Он улыбнулся, обнажив белые зубы, и, не сводя с меня глаз, продолжил:

— Имя некроманта, потрясшего континент своей многомиллионной армией нежити — Архимонд.

Лицо Гэррисона оказалось совсем близко.

Это была та самая добродушная улыбка проклятого священника, которую я знал с самого детства.

— Я ведь говорил, не так ли? Мы еще встретимся.

***