Глава 176.0

— Я на тебя ставлю, — вдруг бросил Лу Чжэнсинь, ещё до того как Вэй Сан шагнула вперёд.

— Э?.. — Вэй Сан даже моргнула.

Сказано было ни громко ни тихо — ровно так, чтобы услышали все. Мрачная, сдерживаемая тень во взгляде Цзунчжэна Юэжэня сгущалась; Вэй Сан почувствовала, что стоит ей выйти — он её просто раздавит.

Будучи бывшим командиром основного состава Института Пинтун и, по сути, старшим товарищем Цзунчжэна Юэжэня, Лу Чжэнсинь произнёс это нарочно — подлил масла в огонь, стравил его с ней.

У Цзунчжэна было своё оружие. Вэй Сан нужно было подойти и выбрать. Она постояла у стойки с оружием, помедлила и, в конце концов, взяла кнут — не саблю.

Преподаватели обменялись взглядами: что ни говори, а у Вэй Сан смелости не занимать — решилась сменить оружие.

— Готовы? — Шаньгун Янлин стояла у таймера, палец лёг на кнопку. — Пятисекундный отсчёт.

В миг, когда единица перескочила в ноль, Вэй Сан и Цзунчжэн Юэжэнь почти одновременно рванули друг на друга.

Длинное копьё метнулось к Вэй Сан — и тут же воздух рассёк сухой хлопок: кнут хлестнул в сторону Цзунчжэна.

Одна припала, другой взмыл — оба ушли от первого выпада.

Цзунчжэн всё ещё был в воздухе: пользуясь высотой, он вновь обрушил копьё на Вэй Сан. Скорость была такой, что воздух завыл; алые кисточки на древке затрепетали. Вэй Сан пришлось уйти в полуприсед, её пригнуло к полу, не давая выпрямиться. Она взметнула кнут вверх — не чтобы парировать, а чтобы оплести им его ноги, и резко дёрнула вниз, косвенно сбивая атаку.

Одновременно она провернулась на полу на пол-оборота. Копьё вонзилось в покрытие в сантиметре от её глаза, распущенные алые нити хлестнули по лицу — мгновение, и на коже проступили тонкие красные полосы. Силу удара можно было не обсуждать: вокруг острия пошли трещины.

В этот момент Цзунчжэн, чьи ноги обвил кнут, был сдёрнут с воздуха. Он приземлился и попытался вырваться; Вэй Сан удержала плеть натянутой, рывком поднялась сама и снова подтянула путы.

Сжатая челюсть Цзунчжэна выступила жёсткой линией. С виду он был готов просто разорвать кнут силой, выдернуть копьё и атаковать вновь.

Тут Вэй Сан взвилась ногой и врезала по древку. Цзунчжэн поджал руки, укоротил размах, нацелив остриё ей в ногу. Вэй Сан этого и ждала: перекувырнулась через линию копья и, тут же отпустив плеть, всадила ею удар Цзунчжэну Юэжэню по заднице.

Форма у Института Пинтун на редкость добротная — такой кнут, а ткань не лопнула.

«Качество что надо», — невольно отметила Вэй Сан.

Впрочем, этот удар не только взбесил Цзунчжэна Юэжэня — он лишил дара речи наблюдавших преподавателей и студентов.

От любого другого такой выпад можно было бы счесть случайной удачей. Но когда бьёт Вэй Сан — уж очень трудно не подумать, что она нарочно целилась именно в задницу Цзунчжэна.

Молодой господин Ляо даже пританцевал на месте, не скрывая восторга:

— Вот это — применить знание на практике, вот это — верность учительской школе! Жаль, я во втором бою, а то тоже освоил бы Великую технику удара по заднице.

Кунли Илай, услышав это, невольно представила картину — и лицо её стало всё серьёзнее. Люди из Военной Академии Дамокла, как и говорили, и впрямь бессовестны.

Цзунчжэн Юэжэнь сжал древко копья так, что побелели костяшки, и уставился на Вэй Сан:

— Ты... сегодня здесь и сдохнешь.

На поединок был отведён лимит времени, но вмешиваться посторонним запрещалось. Как и было сказано в объявлении: травмы и жертвы — не в счёт.

Вэй Сан чуть приподняла бровь и тем же тоном ответила:

— А ты... сегодня дай мне порвать тебе штаны.

Тут уж не только Цзунчжэн — любой из бойцов основного состава Института Пинтун, услышь он такое, кровью бы изошёл: это было чистой воды унижение личности.

Обиднее всего, что их Глава Павильона не силён в словесных уколах: доведённый Вэй Сан, он взвинтился до того, что жилы вздулись — и скорость возросла едва ли не вдвое.

Вэй Сан кнутом держала Цзунчжэна на дистанции, не позволяя подступить, и пользовалась каждым мгновением, чтобы оттянуть их сближение.

Лу Чжэнсинь, наблюдая за схваткой, цокнул языком и прокомментировал:

— Оба — пилоты Мехов-одиночек среднего класса. У Вэй Сан всё же не хватает такой же мощи в атаке, как у Цзунчжэна Юэжэня; на войне пользы от него было бы больше.

Он стоял рядом с основным составом Дамокла и, мягко говоря, не лестно отзывался о Вэй Сан. Остальным это не понравилось.

Хо Сюаньшань вежливо заметил:

— Командир Лу, у нас тут не прямой эфир. Не обязательно быть настолько усердным — но вы, конечно, продолжайте.

Лу Чжэнсинь моргнул, постепенно сообразил — его, оказывается, ткнули. Но добродушие не потерял, улыбнулся:

— Ты прав. Помолчу.

Люди из Имперской Военной Академии стояли напротив команды Дамокла. Ин Синцзюэ не сводил взгляда с Вэй Сан в кругу: она тянула время.

Почему-то Вэй Сан всегда сперва выбирала долгий, затратный, но относительно простой бой: если удавалось протянуть — так и протаскивала, и лишь когда совсем уже прижимало, собиралась всерьёз.

— В дневном поединке тяни как можно дольше и выстрели в самом конце, — вполоборота сказал он Цзи Чуюю. — За последние пять минут выложись полностью.

Ин Синцзюэ не собирался оставлять Вэй Сан шанс на решающий рывок. Она должна понимать: порой, затягивая, только уменьшаешь шансы переломить бой.

— Хорошо, — согласился Цзи Чуюй.

На площадке Цзунчжэн Юэжэнь тоже понял, что Вэй Сан не даёт ему приблизиться. Взгляд похолодел; он вскинул руку — и метнул копьё ей в лицо.

Вэй Сан не успевала уклониться; пришлось вскинуть руку и попытаться накрутить плетью на древко. Но Цзунчжэн не остался на месте: ровно в миг метания он рванул следом, в ту же сторону.

Когда плеть обвила копьё, он уже добрался до средней части древка, перехватил его и, вложив силу, протолкнул остриё прямо в центр её шеи.

Никакого прикрытия. Плеть всё ещё держала копьё и не успела распуститься — Вэй Сан оказалась совершенно открыта перед ним.

Вправо, влево, назад — уклониться времени не оставалось. Одна нога осталась на месте, вторая взметнулась отвесно и ударила по копью.

Острие уже коснулось её шеи. Вэй Сан ударила чёрной подошвой сапога по древку — глухо бухнуло.

Копьё ушло вверх; Вэй Сан откинула голову и ушла от острия. В тот же миг Цзунчжэн поднял ногу и врезал ей в колено.

Опорная нога подломилась, Вэй Сан тяжело рухнула на колено. Колено и ступня другой ноги разом онемели — боли не было, только бесконечная дрожащая муть.

И тут же, с колена, Вэй Сан резким взмахом полоснула — и снова попала Цзунчжэну по заднице. Хлопок прозвучал звонко.

Кнут, словно ожив, не просто ударил — он тут же обвился у него на ногах. Вэй Сан дёрнула, и Цзунчжэн рухнул.

Он не стал думать, что там с его задницей — вонзил копьё в пол и, упершись, выбросил ноги, резким движением сбросив кнут Вэй Сан.

Они разошлись. Вэй Сан подняла взгляд: на шее, где остриё копья едва не вошло, вспухла красная полоска. Ещё мгновение — и пошла бы кровь.

Цзунчжэн снова кинулся на неё. Копьё было продолжением его тела; движения становились всё слитнее, атаки — всё яростнее. Вэй Сан раз за разом едва ускользала.

Зато каждый раз, когда Цзунчжэн задевал её, расплачивалась за него его собственная задница.

Ярость Цзунчжэна росла, как и убийственный нажим. Он, похоже, не собирался сегодня останавливаться, пока не добьётся чьей-то смерти.

Вэй Сан тоже перестала держать дистанцию. Все её кнутовые выпады мигом будто сменили хозяйку — исчезла прежняя вольность.

— Это... — Преподаватели у зоны отдыха переглянулись, потом уставились на Шаньгун Янлин. — Похоже, теперь она бьётся твоими приёмами.

Шаньгун Янлин выпрямилась, отлипла от стены и не сводила взгляда с Вэй Сан.

Если считать впритык, на обучение этих студентов у неё ушло всего семь часов — меньше суток. А Вэй Сан уже успела разобрать и забрать все её приёмы и связки, что звучали на разборе и показывались в спарринге.

Любой, кто видел бы сейчас поединок, решил бы, что Вэй Сан — её прямая ученица.

Студенты-военные вокруг были потрясены не меньше. Но больше всех — Шаньгун Божэнь из Военной Академии Нанпасси.

Всё-таки именно она — из тех, кого Шаньгун Янлин в своё время выучила собственными руками.

И пусть Вэй Сан использовала приёмы Шаньгун Янлин, почти на каждую из них та в своё время давала разбор контрмер. А Цзунчжэн Юэжэнь и сам отличался как курсант — он тоже усвоил способы противодействия.

Шаньгун Янлин невольно усмехнулась:

— Оба учились неплохо.