Глава 104.2

Сян Минхуа помолчал и сказал:

— У обменного пункта слетела система. Коллекционные материалы раскидало по складам. Последнюю не отозванную Кость Безлика вы сегодня обменяли.

Ин Чэнхэ помрачнел:

— Значит, это и правда Кость Безлика. Почему же за неё запросили так мало?

Будь цена выше — они бы её не утащили.

Сян Минхуа тоже не нашёл слов для их собачьего везения:

— Сотрудник ошибся в цене. Решил, что это кости обычного мутировавшего зверя.

«Хорошо, что я урвала её первой. А то ушла бы в Имперскую Военную Академию», — мелькнуло у Вэй Сан.

Меньше чем за ночь новость разлетелась по всем пяти академиям. Пришлось признать: Дамоклу неслыханно повезло.

Неужели их извечная традиция «самой тухлой руки» вдруг пойдёт вспять?

…

На следующий день — общий сбор и жеребьёвка следующего полигона.

У Дамокла боевой дух ломил через край: шли, головы держали высоко, и вовсе не походили на команду, занявшую на Трассе Гуюй последнее место.

— Надо признать, иногда тебе везёт, — Ляо Жунин закинул руку Вэй Сан на плечо. — Может, и в следующий раз боевой комплект будешь тянуть ты?

— По разу на каждого, по кругу, — отрезала Вэй Сан. — Посмотрим, у кого рука самая тухлая.

Они шли впереди, Хо Сюаньшань держался чуть позади; троица выстраивала неявный перевёрнутый треугольник, прикрывая в центре Цзинь Кэ и Ин Чэнхэ.

Прошагали нагло, ни на кого не оглядываясь, игнорируя и косые, и прямые взгляды остальных, и заняли место в самом начале строя.

Подтянулись и наставники. Заметив основной состав Дамокла, скривились — лица как из камня.

Кость Безлика — редчайший материал — да ещё добытый Дамоклом таким театральным образом, на глазах у всех… Кто тут не взбесится? Сердились на обменный пункт — как могли допустить такой прокол; сердились на своих Командиров и Мехоинженеров — как же так, не заметили раньше Дамокла.

На тренировочном плацу выстроились команды пяти академий, напротив — наставники. Шум стихал. Наконец на сцену вышел представитель местных сил Звезды Гуюй.

— Для нашей звезды — большая честь принимать столько 3S-курсантов. Надеюсь, здешние условия не слишком мешали вашим тренировкам. Мы подготовили для вас наборы местных продуктов. Когда-то это ничем не отличалось от самых обычных миров, хотя теперь… — он запнулся, голос дрогнул. — Но люди здесь остались. И однажды мы вернёмся к прежней жизни.

Снизу на него молча смотрели курсанты. Война всегда оставляет такие следы — против этого не пойдёшь.

Может быть, однажды миры, похожие на Звезду Гуюй, перестанут множиться. Тогда у них дойдут руки помочь этим системам восстановиться.

— Заговорился, — представитель улыбнулся. — Перейдём к жеребьёвке полигона.

На голографическом экране побежали строки. Минута — и он произнёс:

— Стоп.

Планета Фанхань.

С этими словами все уставились на Институт Пинтун.

Их родная планета — Фанхань.

Часто достаточно названия, чтобы понять климат. На Планете Шаду — почти сплошные пески. На Планете Фанхань круглый год лютые морозы, ледяные просторы до горизонта.

— Плохо дело, — Ляо Жунин провёл ладонью по лицу. — Их домашний лёд.

Вэй Сан на Фанхань не бывала. Название видела однажды — когда на Планете 3212 подавала заявку через Звёздную Сеть.

— Насколько помню, люди из Института Пинтун мороз держат лучше, — сказал Цзинь Кэ. — Они и без Боевых Мехов, пешком, дальше нас уходят.

— И Мехи у них от природы лучше переносят холод, — добавил Ин Чэнхэ. — Материалы обычно с морозостойкими свойствами.

Вэй Сан, слушая, сморщилась:

— Почему у нас на пустынном полигоне было такое преимущество, а пылезащитные кожухи всё равно пришлось выбивать?

— Раньше мы приносили свои, — пояснил Цзинь Кэ. — Потом отменили. Потому что дальше по трассам есть ещё одна среда, где кожухи нужны, — остальные посчитали это нечестным.

Падение Дамокла с прежних высот до нынешнего положения — причин было более чем достаточно.

Как только полигон объявили, Военная Академия Нанпасси уже вечером сорвалась с места и вылетела на Планету Фанхань — хотели как можно быстрее привыкнуть к условиям.

На следующий день подтянулись и остальные. Дамокл вылетел следующей ночью. Имперская Военная Академия к тому времени ещё не тронулась.

— Ну что там? — Вэй Сан глянула на показатели на приборе и спросила врача.

— Ничего хорошего, — он развернулся, вынул шприц. — Возьму у тебя пробирку крови. Надо понять, что с тобой происходит.

Вэй Сан промолчала. Ей показалось, врач её поддел.

— У тебя базовые показатели как были ровными, так и стоят, — он сунул одну руку в карман, другой держал шприц и уставился на Вэй Сан. — Ты вообще чувствуешь себя хоть как-то плохо?

— Нет, мне отлично, — Вэй Сан чувствовала себя бодрой: ест-пьёт досыта, и если не считать ежедневных трёпок от Се Юймань — всё вообще устраивает.

Врач нахмурился, обошёл её кругом. По цифрам она всё ещё развалюха — хуже некуда. Столько Питательного Раствора и добавок влили — ни малейшей динамики.

И всё же на глаз Вэй Сан была лучше, чем вначале.

— Сначала возьмём кровь на анализ. Ещё я подниму концентрации в Питательном Растворе. Если после него станет хоть где-то не по себе — сразу скажи, — он наполнил пробирку и наставил на неё пальцем.

— Поняла.

— Это добавки, — врач достал из шкафа короб и пододвинул Вэй Сан. — На этот раз со вкусом. Клубника.

— Можно другой вкус? — Вэй Сан открыла крышку и уставилась на розовые флаконы. В нос ударил запах клубники — и её передёрнуло: вспомнила клубничный Питательный Раствор со свалки.

— Можно. Какой хочешь? — спросил врач.

Вэй Сан напряглась, перебрала в голове варианты и сдалась:

— Любой, кроме этого.