Глава 89.1

Ночь углубилась, дождь стих, но отряд Военной Академии Дамокла не остановился — только прибавил ходу.

Два часа назад на юго‑западе вспыхнул луч — Институт Пинтун добил Звёздного Зверя. Тот район лежал впереди Дамокла. Позади Военная Академия Сэмюэл и Военная Академия Нанпасси тоже отметились успехами.

Цзинь Кэ, в отличие от зрителей, не видел трансляцию и не знал, что все пять академий наткнулись на одинаковые мутировавшие деревья; по внезапным потерям у Сэмюэла и Нанпасси он лишь предположил, что и им досталось нечто подобное.

Отряд Дамокла ускорился, чтобы увеличить отрыв и не пересекаться с этими двумя академиями.

Фактически все три академии угодили в засаду, но ни у кого не оставалось времени искать сам источник мутации. У Пинтуна благодаря стремительным решениям Лу Шибая массового выбывания не случилось, у них оставались силы на охоту за первопричиной, но Пинтун выбрал марш‑бросок.

Дамокл по пути вновь нарвался на стаю Звёздных Зверей; разобравшись с ними, они обнаружили, что Пинтун уже ушёл вперёд.

Цзинь Кэ рассчитал: если встать на отдых сейчас, завтра их сзади могут настигнуть. Поэтому приказал идти дальше. На карте он обвёл заброшенную высотку и решил передохнуть уже там.

На Трассе Гуюй часто попадались узкие участки; обломки окрестных зданий мешали движению мехов. Включать полёт — лишь сжигать энергию, потому все убрали Боевые Мехи и пошли ускоренным шагом. В каждом звене трое Мехов‑одиночек сомкнули строй вокруг Мехоинженера и Командира. Лишь тихо чавкала грязь под подошвами. Никто не разговаривал.

Цзинь Кэ связал сенсорику всех Командиров в единую сеть; на этот раз отслеживали не только окружение, но и то, что творится под землёй. Однако мутировавшие растения сенсорикой ощутимы слабо, оставалось лишь максимально следить за любым шевелением в грунте.

К счастью, добрались без неприятных сюрпризов.

Заброшенная башня насчитывала свыше семидесяти этажей; посередине её словно срезало, и то, что осталось, держалось на честном слове. Чёрно‑золотая круглая эмблема на фасаде вот‑вот сорвётся. Казалось, здание готово сложиться в любую минуту. Цзинь Кэ выбрал его не случайно: такие дома на карте помечали синими треугольниками.

Высотка Гунъи Лю.

Гунъи Лю стоял в одном ряду с Юй Цин Фэем: именно он закрепил за средним классом мехов их место. До него лёгкие и тяжёлые делили мир пополам, ни одна сторона не признавала превосходства другой, а средние презрительно считались посредственными — и по имени, и по сути, мол, с такой платформы силы не выжмешь.

Но после реформ Гунъи Лю средний класс перескочил оба, вобрав лучшее с двух концов, и стал оптимальным типом Боевого Меха.

Теперь в стандартном звене трое Мехов‑одиночек — и ключевую роль чаще всего играет тот, кто управляет средним классом. В Имперской Военной Академии это Цзи Чуюй, в Пинтуне — Цзунчжэн Юэжэнь, у Сэмюэла — Си Утун, у Нанпасси — Кунли Илай. Эти четверо привлекают к себе куда больше взглядов, чем прочие ударники.

К тому же Гунъи Лю оказался коммерческим гением: по его инициативе на свет появилась модель Боевого Меха для показательных выступлений — с лозунгом, что даже обычный человек может осуществить мечту о мехе. Так он обзавёлся целой толпой богатых клиентов без высокой сенсорики и привлёк огромные инвестиции. Механизацию материалов и деталей для A‑класса он тоже продавил лично.

При нём Звезда Гуюй ещё была обычной планетой; его офисные башни вздымались здесь десятками. Когда среда стала враждебной, род Гунъи перебрался с Гуюя на Планету Диду, а нейтралы стали главными инвесторами Первого военного округа.

А Звезда Гуюй превратилась в одну из трасс.

Те синие треугольники появились в картах давным‑давно — говорят, в знак уважения к Гунъи Лю.

Но Цзинь Кэ, будучи Командиром, не питал особого пиетета к Мехоинженеру Гунъи Лю. Остановился он здесь по другой причине.

— Вэй Сан, поднимись наверх с Хо Сюаньшанем и Ин Чэнхэ, — сказал он, когда команда разместилась в холле первого этажа.

Хо Сюаньшань насторожился первым:

— В здании есть Звёздные Звери?

Цзинь Кэ успокоил:

— Нет. Чэнхэ говорил, что Гунъи Лю любил прятать в здешних башнях материалы. Я пересматривал записи прежних турниров и выяснил: только эту высотку ещё не разносили мехами. Загляните — вдруг отыщется что‑нибудь стоящее.

Турнир Гефеста проводится уже который год; сотни отрядов приходили и уходили, большинству зданий перепадало в боях.

— Так говорят. Достоверность не проверена, — напомнил Ин Чэнхэ.

— Не бывает дыма без огня. Всё равно стоим отдыхать — почему бы не глянуть, — счёл Цзинь Кэ.

Зрители у камер трансляции замерли: что?

Они‑то думали, Главный Командир Дамокла остановился здесь с особым умыслом, а выходит — превратил Трассу Гуюй в охоту за сокровищами?

Наглость! Дерзость!

После слов Цзинь Кэ публика ещё крепче утвердилась: в этом году костяк Дамокла — сплошь чудаки.

Услышав это, Вэй Сан аж вспыхнула от азарта: дармовые материалы, да ещё спрятанные самим Гунъи Лю — да это же клад!

— Я тоже хочу. Пусть Хо Сюаньшань останется, — Ляо Жунин вознамерился присоединиться к вылазке.

— Нет, — отрезал Цзинь Кэ. — Места там мало. Если что — Хо Сюаньшань быстрее выведет Чэнхэ.

Молодому господину Ляо пришлось, кряхтя, отправиться на ближний дозор.

Так троица — под пристальными взглядами всей Федерации — решила отправиться на поиски легендарной заначки мастера мехов Гунъи Лю.

Камерами увешаны далеко не все участки трассы. Их ставили там, где, по расчётам штабов округов, чаще всего проходят и стоят отряды; за многие годы позиции камер почти не менялись. В таких заброшенных высотках, где простор мал и мехам не развернуться, организаторы их не ставят — и команды редко тратят здесь время.

Кто ж знал, что ради слуха отряд Дамокла полезет наверх «за кладами».