Глава 143.1

В миг, когда объектив разлетелся, лицо Ин Юэжун переменилось; он усилием воли удержал эмоции, чтобы не выдать их, и спросил у стоявшего рядом техника:

— Это сигнал шалит?

— Вряд ли, — техник покачал головой. — Скорее, условия внизу неподходящие, вот камера и сломалась.

— Это только с объективом, не обязательно что-то случилось, — вмешался Гунъи Цзюэ. — Защитную броню Хуан Цзинькая я вчера ночью усилил ещё одним слоем.

Все одновременно уставились на бездну неподалёку. Оставалось ждать: пройдёт два часа — станет ясно, сможет ли Ин Синцзюэ подняться, и вообще, не случилось ли с ним беды.

На дне бездны Ин Синцзюэ сжал в ладони только что разбитый объектив и бросил обломки вниз. Эхо не откликнулось.

Он огляделся из кабины Боевого Меха, затем, не мешкая, бросился в глубину.

Чем ниже он падал, тем гуще становился тяжёлый, смешанный из разных запахов, смрад.

Ин Синцзюэ провёл рукой по панели управления, изменил конфигурацию Меха и ускорил погружение. Прежде казавшаяся бездонной расселина понемногу обнажала свой истинный облик.

Спустя целый час он достиг самого дна.

Ни единого трупа Звёздных Зверей. И тех высокоуровневых, что вчера рухнули вместе с провалившейся почвой, здесь тоже не было.

Стоя на дне, он поднял голову. Камеру он разрушил нарочно; настойчиво просился спуститься один лишь потому, что смутно чуял внизу знакомую волну.

Эту ауру он уже когда‑то ощущал на нескольких людях.

Воздвигнув Материализованный Барьер, он быстро прошёлся по дну, присматриваясь, — и нигде ни следа Звёздных Зверей.

Всё вокруг походило на обычный геологический обвал — и именно в этой обыденности крылась самая жуткая странность.

Ин Синцзюэ закрыл глаза и расширил восприятие. В тот миг его восприятие накрыло всё дно, и он будто погрузился в безбрежную, всеохватную панораму.

Чёрное…

Вся отвесная стена бездны была затянута чёрным туманом. Нет, не туманом — тучами чёрных насекомых.

Он распахнул глаза, ещё раз взглянул на утёсы — всё по‑прежнему нормально.

Увидеть их удавалось лишь с закрытыми глазами, подключив восприятие.

«Эта дрянь…» — в груди Ин Синцзюэ неизбежно поднялась волна жажды убийства.

Он вновь зажмурился, собираясь стереть эту чёрную мелюзгу восприятием. Те, будто уловив его намерение, сбились в стаи и ринулись на него.

Стоило его восприятию коснуться их, как насекомые тут же растворялись. От входа и до самого конца трещины он прочесал всё, стирая каждый дюйм подчистую.

Избавляться от них оказалось несложно, даже слишком просто; Ин Синцзюэ лишь потратил немного чувствительности. Но, уничтожив их, ощутил, как накатила вязкая, неотступная досада.

Слишком уж знакома была их «подпись».

Долго он стоял на дне, о чём‑то молча думая, и лишь потом повёл Мех вверх.

Наверху.

— Командир Ин, прошло уже два с половиной часа. Может, отправим кого‑нибудь вниз?

— Если он не поднимается, мы что, пошлём ещё одного на убой? — Ин Юэжун не сводил взгляда с разлома. — Дождёмся, когда исчезнет дневной свет, и двинемся обратно.

Когда в небе угасла последняя полоска света и вдали пошевелились Звёздные Звери, все притихли, ожидая приказа Ин Юэжун.

Глядя на трещину, он с трудом выдавил:

— Уходим.

Он лишь повернулся, как Гунъи Цзюэ выкрикнул:

— Поднимается!

Ин Юэжун резко обернулся — и вправду: из бездны поднялся Ин Синцзюэ.

Сдержав нахлынувшие чувства, он только спросил:

— Что внизу?

— Несколько особенно неприятных Звёздных Зверей. В ближайшие дни спущусь и в другие трещины, проверю, — ответил Ин Синцзюэ и перевёл взгляд на бойцов основного состава Имперской Военной Академии. — Их заберите, прошу.

— Раз всего лишь зверьё, отправим с тобой людей, — предложил Ин Юэжун.

— Не нужно, — отрезал он. — Один я справлюсь быстрее.

Ин Юэжун помедлил, но в итоге кивнул.

… Планета Западных Башен.

Вэй Сан сражалась с Се Юймань. Теперь она уже могла продержаться десять минут, не получив пинка от наставницы.

— Ох ты ж… Вэй Сан, да… кхм, — Ляо Жунин увлёкся, уже собирался подбодрить Вэй Сан, но стоило наставнику Се метнуть на него взгляд, как он тут же сник, прикрывшись кашлем и вполголоса добавил: — Её.

Се Юймань гналась за мчащейся Вэй Сан, раздосадованная и гордая одновременно.

Злила её эта скользкая девчонка: выкрутится из любого захвата, выкинет любой приём — хоть бесись. И всё же гордость тёпло шевелилась: кто бы подумал, что ещё пару месяцев назад она была всего лишь A‑класса, а с Боевым Мехом 3S‑класса познакомилась совсем недавно — и уже выдерживает столько обменов в бою с ней самой.

— Довольно, — Се Юймань остановилась. — На сегодня хватит.

Вэй Сан подозрительно покосилась:

— Серьёзно? Не верю.

— Ты думаешь, все такие же бессовестные, как ты? — фыркнула Се Юймань, выходя из Меха. — В ближайшие дни побольше тренируйте сопротивление в морской воде. Особенно ты, Ляо Жунин, у тебя косяков полно.

Вэй Сан тоже выпрыгнула из Меха:

— Наставник, как я сегодня?

— Так себе, — отмахнулась она.

— Не верю. Сегодня ты попала по мне всего два раза, — Вэй Сан даже по пальцам пересчитала.

— И это, по‑твоему, повод для гордости?

— Так точно, наставник! Повод! — Вэй Сан выпрямилась, вздёрнула подбородок и, встав рядом с Ляо Жунином и Хо Сюаньшанем, горделиво отрапортовала.

По бокам Хо Сюаньшань и Ляо Жунин опустили головы, сдерживая смешки.

— Смешно, да? Ещё смешно? — наставник Се указала на троицу. — Завтра — дополнительная тренировка!

Как только наставник Се ушла, троица без сил осела на пол.

— Эх, твой приём ещё сырой, совсем чуть‑чуть не хватило, чтобы отплатить наставнице встречным ударом, — вздохнул Ляо Жунин. — Когда уже мы сможем одолеть наставника Се?

— На следующей арене. Ну или через одну, — Вэй Сан бухнулась на пол тренировочного зала, прижимая ладонь к груди. — В последнее время сердце всё время колотится.

— Пересиживаешь по ночам, — заметил Хо Сюаньшань, прислонившись к стене и подтянув колени.

— Как раз нет, в последнее время сплю по расписанию, — Вэй Сан уставилась в потолок. — С проектом Меха тоже не продвигаюсь.