Глава 164.1

— Ушли? — шёпотом спросил Ин Чэнхэ.

— Тс-с, — Вэй Сан жестом велела Ин Чэнхэ и Цзинь Кэ отойти ещё дальше.

В Доме-музее Цзи Цы, кроме материалов в хранилище, ценного было немного: остальное — одна символика. Поэтому его и охранял всего один патруль.

Патруль издали заметил отблеск на стекле, подошёл и обнаружил снаружи Ляо Жунина с Хо Сюаньшанем — и тут же бросился в погоню. Но половина людей осталась и направилась к материалохранилищу — проверять, нет ли подозрительных.

Вэй Сан с товарищами приходилось только отступать. К счастью, хранилище было просторным, и их так быстро не найдёшь.

— Почему мы не включаем свет? — вдруг спросил кто-то из патруля.

— …Иди включи, — отозвался, должно быть, командир или его зам.

Цзинь Кэ лихорадочно оглядывался в поисках укрытия, Вэй Сан каждой рукой ухватила по одному и, пользуясь темнотой, рывком увела их к другому повороту, юркнув в соседнюю дверь.

Свет вспыхнул: зал хранилища стал как на ладони. Патрульные добросовестно принялись прочёсывать помещение, один уже направился к двери, за которой скрывались Вэй Сан и двое.

В этот момент снаружи раздались особенно жалобные вопли — один за другим.

— Плохо дело, что-то стряслось! — патрульные мгновенно сбились в группу и побежали на улицу: явно кричали их люди.

У ворот Дома-музея Цзи Цы.

— Продолжайте орать, — Ляо Жунин и Хо Сюаньшань держали по пленнику с руками на затылке; у самих на лицах — чёрные маски-капюшоны, те самые, что они ещё на учебном полигоне в Императорской Столице надевали, когда среди ночи вместе с Вэй Сан устроили налёт на Сяо Илая и Главного Бойца.

— И вы не замолкайте! — Ляо Жунин для вида сильнее прижал нож к шее у своего заложника и скомандовал ещё четырём.

Самый высокий ранг у патруля — A‑класс: против этих двоих им не тягаться. Своих товарищей тоже нельзя дать прикончить у себя на глазах. Оставалось только таращиться и орать как попало.

— Громче, — недовольно сказал Хо Сюаньшань. — И пострашнее.

Патрульные: …

— А-а-а——

— Что за вой как у слабоумных, — поморщился Ляо Жунин и, отвернувшись, вполголоса пожаловался Хо Сюаньшаню на манеру патруля кричать.

Вскоре внутренняя часть патруля добежала. Хо Сюаньшань с Ляо Жунином переглянулись, огрели своих заложников до отключки, заодно не пощадили и остальных четырёх.

Когда подоспела оставшаяся половина патруля, они увидели лишь шестерых, распростёртых на земле без сознания.

Материалохранилище.

— Они ушли. И мы выходим, — Вэй Сан знаком позвала Цзинь Кэ и Ин Чэнхэ.

Троица, петляя, двинулась к выходу и едва не врезалась в патрульных, несущих товарищей. Вэй Сан дёрнула своих вниз, и они присели за искусственной скалой.

Дождались, пока мимо, запыхавшись, протащили раненых, и только тогда ускользнули наружу, где соединились с Хо Сюаньшанем и Ляо Жунином.

— Откуда у вас капюшоны? — спросил Цзинь Кэ.

Хо Сюаньшань и Ляо Жунин синхронно ткнули пальцами в Вэй Сан.

— Почему они есть у них, а у нас нет? — возмутился Ин Чэнхэ.

— Это ещё с тех вылазок, когда ходили на тихие налёты. Потом и вам двоим куплю, — Вэй Сан глянула на ворота Дома-музея: статуя Цзи Цы, как и прежде, смотрела вперёд, с улыбкой на лице. — Пора назад. Иначе уже светать начнёт.

Пятеро, прибавив ходу, успели вернуться к общежитию до рассвета. Сгрудились вокруг столика в гостиной и уставились на шестигранный ключ. Помолчали. Наконец Ляо Жунин протянул палец и ткнул:

— Это и всё?

— Это и всё, — кивнула Вэй Сан.

— В материалохранилище не нашлось замков под него? — спросил Хо Сюаньшань.

— Посмотреть не успели, да и вряд ли он там, — Вэй Сан взяла ключ со стола. — Процентов на восемьдесят, Гунъи Лю уже всё вывез.

— Я прошерщу Бар Ветер — вдруг ниточка найдётся, — сказал Цзинь Кэ.

— А я попробую сблизиться с Гунъи Цзюэ, — после раздумья добавил Ин Чэнхэ.

— Вы же вроде одноклассники по начальной школе? Он ещё вообще с тобой общается? — удивился Ляо Жунин.

Хо Сюаньшань толкнул его локтем и достаточно громко заметил:

— Не сыпь соль на рану.

Ин Чэнхэ: …

Цзинь Кэ: — Всё, до тренировки больше двух часов. По койкам.

Ключ доверили на хранение Вэй Сан, остальные, исколесив ночь, пошли умываться и спать.

В шесть тридцать вся пятёрка поднялась как по будильнику: почистили зубы, умылись и оделись с хищной прытью.

В шесть сорок пять уже были в столовой Учебного полигона Западных Башен и за пять минут расправились с завтраком.

В шесть пятьдесят две, запыхавшись, добрались до площадки совместных тренировок; у Вэй Сан в руке по‑прежнему было два фрукта.

Имперская Военная Академия, Институт Пинтун, Военная Академия Нанпасси и Военная Академия Сэмюэла — все уже в сборе. Основные составы стояли стройно; напротив, в зоне отдыха, сидели представители преподавателей.

— Где встать? — спросил Ин Чэнхэ у Цзинь Кэ.

— Конечно, в первый ряд, — Ляо Жунин тут же пристроился рядом с Имперской Военной Академией.

Сегодня первый день, и все накинули поверх тренировочной формы парадную форму своей академии.

Пятеро встали кое-как и принялись приводить друг друга в порядок.

У Молодого господина Ляо все пуговицы оказались застёгнуты на ряд ниже — китель перекосило; Ин Чэнхэ помог всё расстегнуть и застегнул заново.

— Фуражка чуть набекрень, — Вэй Сан оглядела Хо Сюаньшаня.

— Так пойдёт? — он поправил.

Вэй Сан, прикусив фрукт, показала знаком — годится.

Кое-кто из преподавателей уже глядел осуждающе. Но у ребят из Военной Академии Дамокла кто фрукт жевал, кто зевал, кто болтал — пока не пробило семь, им было всё равно.