Глава 87.2

— Проблема в дереве, — уверенно сказала Вэй Сан. Цзинь Кэ и сам отмечал: атаковали их корневища. Мы зашорились и решили, будто тело должно быть похоже на лианы.

На деле дерево, возможно, «подглядело» форму на чужой лозе и постепенно исказило собственные корни до нынешнего вида.

— Так это дерево пакостит? Руби его! — у Ляо-молодого господина внезапно нашлась смелость.

Вэй Сан отступила в сторону:

— Барин, прошу.

Ляо Жунин гордо выхватил Трёхкольцевую Саблю и рубанул по дереву, с виду самому обычному. И тут вокруг, в радиусе около пятисот метров, из-под земли полезли лозы ещё толще и длиннее, чем прежде.

— Твою мать! — Ляо Жунин подпрыгнул и тут же спрятался за спиной Вэй Сан. — Давай, помогай!

— ...Ты ведь Мех-одиночка 3S‑класса, — Вэй Сан презрительно покосилась на него.

Ляо Жунин побелел ещё больше, но буркнул:

— Деревце мелкое да кривое, а корней — как у векового исполина!

Вэй Сан, уходя корпусом от удара двух громадных плетей, пнула его:

— Я беру на себя корни. А ты валишь дерево.

Стоило ему рвануться вперёд, как оказалось: чем ближе к стволу, тем гуще корневая сеть.

— Вэй Сан! Ты меня подставила! — взвыл Ляо Жунин, шарахаясь и рубя всё подряд, не забывая при этом обвинять её.

Вэй Сан не обратила внимания. Двойные клинки в её руках работали всё быстрее; она и не скрывала, что попросту набивает руку на этих корнях. Вскоре веерный клинок стал отрываться от её ладони, отсекать сразу несколько плетей и кольцом возвращаться обратно.

Си Хаотянь в трансляции, краем глаза наблюдая за боем Имперской Военной Академии, вдруг, переключившись на Вэй Сан, удивился: да у неё кое-какие приёмы и вправду не так уж плохи.

— Охренеть! Охренеть! — взвыл Ляо-молодой, но рука не замедлялась ни на миг: чем громче он орал, тем быстрее махал саблей.

Казалось, этим корням нет конца: сколько ни срубай — из-под земли лезут новые.

Отступив под их напором, Ляо Жунин наконец притих.

— Не пяться. Нельзя дать им закутать ствол, — крикнула с другой стороны Вэй Сан.

— Понял, — пальцы Ляо Жунина мелькали по панели управления; Боевой Мех взмахнул саблей.

Кольца Трёхкольцевой Сабли звякнули о клинок, и гигантские лозы начали сжиматься медленнее. Ляо Жунин тут же воспользовался моментом и разрубил уже почти сплетённый кокон.

В ту же секунду Вэй Сан, прорубив вокруг себя корни, подскочила к нему, и они вместе обрушились на уплотняющийся кокон.

Видимо, почуяв смертельную угрозу, дерево задрожало всем телом — и ствол, и крона заходили ходуном без всякого ветра; корней становилось всё больше.

Думать было некогда. Вэй Сан первой нырнула в полусомкнувшийся кокон.

Ляо Жунин дёрнулся, взметнул Трёхкольцевую Саблю, снова пытаясь сдержать скорость смыкания кокона. Увы, дерево больше не поддавалось воздействию — наоборот, ещё отчаяннее ускорялось. Сзади всё новые корни обрушивались на него.

Ему было уже не до брезгливости — рубил, лишь бы сорвать формирование кокона и дать Вэй Сан выйти.

От земли вырывались всё новые, бесчисленные лозы, так густо, что прямо закрывали небо. Ляо Жунин бил по кокону, но это уже почти не помогало: стоило отсечь один слой, как внутри за то же мгновение нарастал следующий. Сила, с которой корни сплетались в кокон, без сомнения могла перемолоть всё, что угодно.

— Вэй Сан! — рука у него дрогнула. С самого начала не стоило отступать и пускать её внутрь.

— Что опять? — голос Вэй Сан донёсся изнутри кокона.

Ляо Жунин облегчённо выдохнул:

— Ты в порядке.

— А что со мной будет? — её голос, прошедший через усилители Боевого Меха и толщу кокона, звучал глухо. — Подожди. Я сейчас срублю это дерево.

Ляо Жунину почудилось, что стоило ей это сказать, как корни пришли в ещё более бешеное движение.

Он вновь взмахнул Трёхкольцевой Саблей: слой за слоем, лишь бы задержать смыкание.

Вдруг изнутри раздался оглушительный грохот. Слои кокона повисли и осыпались, а лезшие из-под земли, беснуясь, гигантские лозы разом обмякли.

Вэй Сан, закинув на плечо собранный тяжёлый клинок, вышла из расползающегося кокона:

— И упрямая же деревяха. Еле зарубила.

Ни Ляо Жунин, ни зрители трансляции так и не увидели, как именно она справилась с деревом.

Ляо Жунин сейчас было не до того. Убедившись, что Вэй Сан цела, он, управляя Боевым Мехом, обнял Чжу Цзян:

— Ты меня до смерти напугала.

Вэй Сан цокнула и пнула мёртвую лозу у ног:

— Это тебя эта гадость давно до полусмерти довела. Не прикрывайся мной.

— Раньше — раньше, — пробурчал Ляо Жунин. — А сейчас я, между прочим, за тебя переживал.

— Ладно. Спасибо за заботу, барин, — Вэй Сан обернулась к стволу, срезанному у самой земли. — Интересно, можно ли обменять это на ресурсы?

[Имперская Военная Академия уничтожила одну мутировавшую растительную особь. Повторяем...]

[Военная Академия Дамокла уничтожила одну мутировавшую растительную особь.]

Услышав объявление, Ляо Жунин поднял голову и указал на висящую в воздухе световую строку:

— Этого достаточно.

— Значит, у Имперской Военной Академии тоже такая дрянь попалась? — Вэй Сан прищурилась.

— Вполне возможно, у всех, — мстительно отозвался он. — Справедливость должна быть.

Дождались, пока представитель организаторов прибудет и заберёт образцы, и только после этого Вэй Сан с Ляо Жунином повернули обратно к основной группе.

Они не стали менять добычу на ресурсы: всё, что приносит одна академия, засчитывается синхронно. Цзинь Кэ и так всё видит — он Главный Командир; обменом занимались он и Главный Мехоинженер Ин Чэнхэ.

Увидев, что они вернулись, Цзинь Кэ с остальными поднялись — пора было двигаться дальше.