Летнее путешествие (3)

Пятеро сидели за столом, наслаждаясь бифштексами.

За окном простиралось лазурное море, морской бриз, врываясь в помещение, шелестел страницами «Голубой планеты II».

— Восхитительно вкусно, — похвалил Ватанабэ Че.

Говоря это, он отправил в рот ещё кусочек мяса, отрезанный ножом и вилкой.

На лице Киёно Юко появилось удовлетворённое выражение.

— Не ожидал, что у меня такие кулинарные таланты? — сказала она.

— Ошеломлён!

— Опять врёт, — невозмутимо отозвалась Киёно Рин.

Ватанабэ Че посмотрел на Киёно Юко: — Тётя Юко, можно я ударю вашу дочь?

— Пожалуйста, — Киёно Юко по-молодёжному пожала плечами.

Киёно Рин, разрезая стейк ножом и вилкой, с лёгким предвкушением — увидеть представление — взглянула на Ватанабэ Че.

Ватанабэ Че избежал её взгляда, перевёл взор на Юки Мики.

— Мики, ешь поменьше, не то живот вырастет.

Он вилкой выхватил из её тарелки только что отрезанный кусок и отправил прямо себе в рот.

Юки Мики недовольно покосилась на него и продолжила резать стейк.

— Кстати, Ватанабэ-кун, — вдруг сказала мать Юки, — где мои солнечные очки?

— На штурвале.

— Откуда ты знаешь, где лежат мамины очки? — Юки Мики остановилась, перестав резать стейк, и повернула лицо к Ватанабэ Че.

— Ревнуешь? — весело спросила мать Юки.

Под столом туфля Юки Мики лежала на обуви Ватанабэ Че.

Киёно Рин отложила нож и вилку, подняла стакан с охлаждённой лимонной водой, перевела взгляд на лазурное море за пределами каюты.

Ватанабэ Че поднял правый указательный палец, делая вид, что прислушивается.

Все посмотрели на него и затихли.

Шелест бумаги, колышущейся на ветру.

— Что там...

Мать Киёно не успела договорить, как незабудка, вложенная между страницами «Голубой планеты II», выдутая ветром из книги, скатилась на пол.

Ватанабэ Че внезапно встал.

— Клюёт! — он выбежал из каюты и бросился к корме.

Юки Мики отодвинула вилку и нож: — Какой клёв?

— На крючок, который он закинул раньше, — Киёно Рин опустила стакан с лимонной водой.

— Находясь в гостиной, как он узнал о клёве? — мать Юки посмотрела на Киёно Рин, — Обманывает?

— Нет.

— Пойду поем снаружи, — Юки Мики взяла свою и Ватанабэ Че тарелки, неторопливо встала и направилась к корме.

— Я тоже пойду посмотреть, может, удастся попробовать сашими, — мать Юки держала в левой руке тарелку, а в правой — бокал красного вина.

— Хорошо! Мы тоже пойдём! — мать Киёно подняла свою тарелку и тарелку дочери, последовав за ними.

В столовой осталась только Киёно Рин с ножом и вилкой.

Она беспомощно вздохнула и встала, держа нож и вилку.

Когда она добралась до кормы, трое уже сидели в тени за столом на открытом воздухе, наблюдая, как Ватанабэ Че в одиночку под полуденным солнцем у борта судна вытягивал рыболовную леску.

— Ватанабэ-кун, откуда ты узнал, что рыба клюнула? — в морском бризе мать Киёно слегка повысила голос.

— Услышал звук сматывающейся лески! — Ватанабэ Че энергично крутил катушку.

— Это можно услышать? — удивилась мать Юки.

— Космические существа с плохим слухом не могут услышать друг друга в вакууме!

Мать Юки удивилась: — Этот ребёнок шутит с таким серьёзным видом, что кажется, будто говорит правду.

Киёно Рин, прикрыв рот рукой, красиво улыбнулась.

— Шутка смешная? — мать Юки не понимала ситуацию.

— Не смешная, — после короткой паузы Киёно Рин добавила слово, обозначающее степень: — Совершенно.

— Если не смешно, почему смеёшься? — холодно усмехаясь, спросила Юки Мики.

— Мне нужно твоё разрешение? — ответила Киёно Рин вопросом на вопрос.

В это время мать Киёно сказала маме Юки: — Может, нам тоже поссориться?

— Ватанабэ-кун точно выберет меня, с какой стати тебе со мной ссориться? — уверенно заявила мать Юки.

— О-ля-ля, какая уверенность, — с улыбкой сказала мать Киёно, — Ватанабэ-кун уже влюбился в мой стейк, а в тебе что ему понравилось? Любишь изображать юную девушку?

— Он любит, что мне явно за... лет, а выгляжу я на семнадцать.

— У тебя совсем нет стыда.

— Это взаимно.

— Какая взаимность? Ватанабэ-кун действительно влюбился в мою кулинарию.

— И ты веришь тому, что говорит Ватанабэ? Похоже, Юко, ты ещё недостаточно его знаешь.

— Согласна, — безмятежно жуя стейк, сказала Киёно Рин.

Юки Мики тихо хмыкнула, молчаливо соглашаясь.

— Но ему правда понравился мой стейк? — недовольно спросила мать Киёно, — Правда же, Рин?

— Вкусно — это правда, а нравится или нет — не говорил.

— О чём вы говорите? — вернулся Ватанабэ Че, держа щипцами за рот рыбу, — Дора-Эйка-Рин, быстро помоги определить, что это за рыба?

Киёно Рин сначала бросила на Ватанабэ Че свирепый взгляд, а затем посмотрела на рыбу в его руке.

Примерно двадцать пять сантиметров, тело веретенообразное, синяя спина, серебристо-белое брюшко, довольно длинный и тонкий хвост.

Изучив её, она ничего не сказала, лишь взглянула на Ватанабэ Че, а затем продолжила есть стейк.

— Желтопёрый тунец? — уточнил Ватанабэ Че, — Не особо впечатляет, но всё же я поймал рыбу.

— Иди быстрее есть, хватит возиться с рыбой, — сказала Юки Мики.

— Подождите! — Ватанабэ Че взял нож, вонзил его в жабры рыбы, прекращая её жизнь.

Когда кровь стекла, он положил рыбу в морозильную камеру.

Затем снова насадил на крючок маленькую рыбку в качестве приманки и забросил крючок обратно в море.

Закончив всё это, Ватанабэ Че сел на круглый диван: — Надеюсь, следующий будет синепёрый.

— Если хочешь поймать синепёрого тунца, в следующий раз я отвезу тебя в Канаду, — сказала мать Юки.

— Есть места ближе и лучше, — сказала Юки Мики.

— Где? — спросил Ватанабэ Че.

— Рыбный рынок Цукидзи.

— Это же купить...

— Ватанабэ-кун, у меня к тебе вопрос.

— Да? — Ватанабэ Че посмотрел на серьёзную и недовольную маме Киёно, — Спрашивайте. Обещаю ничего не скрывать, расскажу вам всё о рыбалке.

— Тебе понравился мой стейк?

— Конечно, понравился.

— Видишь! — мать Киёно с триумфом посмотрела на маме Юки, — Ватанабэ-кун сказал, что я ему нравлюсь.

— Эй-эй! — поспешно возразил Ватанабэ Че, — Это самое грубое выдёргивание из контекста, которое я когда-либо видел!

Все четверо рассмеялись, с удовольствием доедая стейки и наслаждаясь морским бризом.

Яхта двигалась по бескрайнему морю, а за кормой белая пена волн напоминала длинное изящное платье.

После обеда две дамы и Киёно Рин отправились на дневной сон.

Ватанабэ Че остался следить за яхтой, а Юки Мики, поспавшая утром, тоже осталась на втором этаже.

При наличии автопилота следить за яхтой было особо нечего.

— Сыграем в «Дурака»? — Ватанабэ Че достал колоду карт.

— Хорошо.

Оба сняли обувь и сели на широкий роскошный диван, скрестив ноги.

Колоду разделили пополам.

— Кто перв... — прежде чем Ватанабэ Че успел договорить, Юки Мики уже протянула руку.

Ватанабэ Че передал ей карты, Юки Мики вытянула красную тройку, затем выбросила пару красных троек.

Наступила очередь Ватанабэ Че, он вытянул из руки Юки Мики чёрного короля, у самого чёрного короля не было.

Юки Мики вытянула карту, чёрный туз, у неё чёрного туза не было.

Снова очередь Ватанабэ Че...

Во время игры Юки Мики легла, положив голову на ноги Ватанабэ Че.

Она поманила его рукой, Ватанабэ Че протянул карты, она вытянула красную шестёрку и выбросила на живот пару красных шестёрок.

Ватанабэ Че, опустив голову, бросил на неё взгляд, вытянул из её руки чёрную пятёрку и бросил на её живот пару чёрных пятёрок.

Когда настала очередь Юки Мики, она схватила запястье Ватанабэ Че, потянула его вниз, рассматривая карты, выбрала красную двойку и выбросила пару красных двоек.

— Я не подсматривал твои карты.

— А что ты смотрел?

— Твою грудь.

— Хм, — Юки Мики снова схватила запястье Ватанабэ Че, глядя, выбрала карту.

— Не хочешь играть? — тихо спросил Ватанабэ Че.

Когда они оставались наедине, голоса невольно становились тише.

— Скучно, — лениво произнесла Юки Мики.

Ватанабэ Че забрал карты из её руки и с живота, сложил со своими и отбросил в сторону.

Он поддержал Юки Мики, усадив её к себе на колени.

— На самом деле, ты хотела этого? — Ватанабэ Че обнял её за талию.

— Угадай, — Юки Мики положила руки ему на плечи, с улыбкой глядя в глаза.

— Неважно, хочешь ты или нет, я хочу, — Ватанабэ Че наклонился к ней.

Юки Мики презрительно посмотрела, обвила руками его шею и снисходительно поднесла свои губы.

— Доволен? — Ватанабэ Че крепко обнял её за талию, уткнувшись лицом в её грудь, — Если продолжим целоваться, они...

Юки Мики оттолкнула лицо Ватанабэ Че и своим волнующим голосом тихо приказала: — Продолжай.

Она поцеловала его.

Всё вокруг было ярким, красочным.

Вдали не видно берега.

Куда ни посмотри, вверх, вниз, влево, вправо — повсюду вода до горизонта.

Яхта рассекала волны по ветру, но казалась застывшей на месте, слышался далёкий гудок.

В таком пейзаже они долго целовались.

К четырём часам дня палящее солнце наконец стало менее жарким, и пятеро собрались остановить яхту для купания.

Сцена из аниме, где намазывают солнцезащитный крем, не произошла.

Когда женщины вышли из кают, всё, что нужно было намазать, уже было готово.

Однако...

Мать Юки в чёрном бикини, с сияющей кожей;

Мать Киёно в жёлтом купальнике с оборками, тонкая подтянутая кожа, длинные ноги, с прозрачным кругом для плавания на плече, словно модель с обложки журнала тропического пляжа.

— Ну как? — обе дамы стояли рядом.

— Очень подходит, — Ватанабэ Че вынужден был признать, что смотрел очень долго, прежде чем смог отвести взгляд.

Эту сцену могли бы проигнорировать лишь нелюди.

Даже девушки долго смотрели бы с завистью.

— Не думала, что тебя интересуют женщины старше тридцати, — Юки Мики поднялась с первого этажа.

Белый купальник с оборками на груди и нижней части.

— Я выбирала! — мать Киёно подошла и обняла Юки Мики за руку, — Красиво, Ватанабэ-кун?

Ватанабэ Че скользнул взглядом по колышущимся оборкам, затем вверх по соблазнительной линии талии к пышной груди под оборками.

— Мики, на самом деле ты всё ещё можешь выбрать невинный стиль, — Ватанабэ Че удовлетворённо кивнул.

Юки Мики бросила на него косой взгляд.

— И это всё? — продолжила спрашивать мать Киёно.

— Вечером я хорошенько... — он замолчал, не потому что хотел сказать что-то непристойное, а потому что внезапно заметил, что у обеих был одинаковый стиль купальника с оборками.

Слегка изогнув тонкую талию, выставленную на воздух, оборки колыхались.

Мать Киёно и Юки Мики стояли вместе... в этом было какое-то особое впечатление.

Он отвёл взгляд.

Затем появилась Киёно Рин.

— Это то же пляжное полотенце, что и в прошлый раз? — Ватанабэ Че быстро взглянул на видневшиеся из-под полотенца ноги.

— Цвет такой же.

— Как ни посмотри, оно выглядит как то, прошлое, — делая вид, что изучает полотенце, он продолжал смотреть на ноги.

«Проклятое полотенце, отодвинься ещё немного! Нет, подожди.

Возможно, именно благодаря полотенцу всё выглядит ещё привлекательнее.

«Но как же хочется сразу откинуть его!»

— Даже полоски разные, — Киёно Рин слегка расставила ноги, словно собираясь развернуть полотенце.

Но на полпути она прекратила движение, и икры, почти показавшиеся из-под полотенца, снова скрылись.

— Неважно, то ли это полотенце или нет, давайте купаться, — она взглянула на Ватанабэ Че и направилась к корме.

«Не покажу тебе» — говорил её взгляд.

«Раскрыла свои намерения... но когда окажется в воде, всё равно всё будет видно».

Пятеро направились к корме.

— Давайте устроим битву на гидроциклах! — ещё не спустившись в воду, восторженно предложила мать Киёно, — Матери в одной команде, дочери в другой!

— Не буду играть, — Киёно Рин взяла надувной матрас, собираясь спокойно плавать по воде.

— Тогда мы с Ватанабэ будем в одной команде, — сказала Юки Мики.

Киёно Рин собиралась бросить надувной матрас в воду, но услышав её слова, остановилась.

— Семья Киёно в одной команде, семья Юки в другой, — холодно сказала она.

— Хорошо, — улыбнулась Юки Мики.

Обе дамы, привыкшие к провалу своих планов, не выглядели разочарованными и не настаивали.

Две пары мать-дочь сели на гидроциклы.

Дамы управляли гидроциклами, девушки сидели сзади с водными пистолетами, а Ватанабэ Че был судьёй.

— Как судья определяет победителя и проигравшего? — спросил Ватанабэ Че.

— Нет ни победителей, ни проигравших, — Юки Мики сидела на заднем сиденье гидроцикла.

— Понял, просто выпустить злость, — кивнул Ватанабэ Че, — Соревнование начинается!

— Держитесь крепче! — крикнули обе дамы, повернули дроссели, и гидроциклы рванули вперёд.

Дамы играли с большим энтузиазмом, демонстрируя высокое мастерство, постоянно ища удобные углы для стрельбы для своих дочерей.

Обе девушки, играли они или нет, не переставали стрелять из водных пистолетов.

Когда у обеих были боеприпасы, они могли уклоняться друг от друга, но как только одна сторона исчерпывала боеприпасы и вынуждена была замедлиться для пополнения... Эту сцену трудно было назвать иначе как «крещением из водяного оружия» или «мытьём головы».

Ватанабэ Че был в шортах до колен, а верхняя часть тела по-прежнему в футболке.

Он сидел на краю палубы, ноги в воде, руки опирались сзади, наблюдая за «весельем» четверых.

— Сейчас! Рин!

Настало время Юки Мики пополнить боеприпасы, мать Юки слегка замедлилась, а мать Киёно направила гидроцикл к ним.

Киёно Рин, уже вся мокрая, с большим водяным пистолетом встала, направив дуло в лицо Юки Мики.

— А! — вскрикнула Киёно Рин.

Поскользнувшись, она упала с гидроцикла в воду.

— Ха-ха-ха, какая слабачка, Рин! — громко смеясь, издевалась Юки Мики.

Насмехаясь, она не забывала заряжать пистолет.

Из-за падения Киёно Рин в воду маме Киёно пришлось полностью остановиться.

Юки Мики ждала момента, когда Киёно Рин поднимется на гидроцикл.

Куда направить струю — в лицо, в спину, в живот или в зад и бёдра — всё это зависело только от неё.

Однако Киёно Рин бросила водяной пистолет, нырнула и исчезла.

— Судья! — крикнула Юки Мики.

— Ха-ха-ха! — Ватанабэ Че громко рассмеялся.

В разгар смеха перед ним вдруг возникла фигура — Киёно Рин.

Вдали солнце было кирпично-красным, её профиль покрылся слоем сумеречного света, и обычно недоступная и строгая аура стала теплой и яркой.

Это не был особенный момент, не произошло ничего примечательного, лишь обычное мгновение:

Ватанабэ Че сидел на корме, весело смеясь, и вдруг Киёно Рин появилась из воды прямо перед ним.

Тёмные, как графитовая пудра, волосы намокли и прилипли к её лицу.

В тот момент их взгляды встретились.

Лучи заката играли на их лицах, они всё больше заполняли сердца друг друга, захватывая всё внутреннее пространство.

Сердце стучало, быстро и громко.

Если бы это была их первая встреча, возможно, они влюбились бы с первого взгляда.