Школьная поездка (10)

Выйдя из горячих источников, я не встретил только что искупавшуюся Киёно Рин — немного жаль.

Вернувшись в номер, я выбрал бутылку газировки из маленького холодильника, потом включил телевизор и стал смотреть французскую комедию.

История рассказывала о богатом аристократе по имени Филипп, который в результате несчастного случая во время прыжка с парашютом оказался парализованным ниже пояса и не мог обслуживать себя самостоятельно, поэтому нанял недавно вышедшего из тюрьмы темнокожего парня в качестве помощника.

Сюжет был смешным, но местами трогательным.

Во время просмотра я не пытался специально вынести из фильма какие-то уроки, просто запомнил две фразы.

Одну из них я отправил Киёно Рин.

«Я думаю, у каждого человека должен быть хотя бы один близкий друг, с которым у него было много обычных, но запоминающихся моментов, несмотря на то, как сильно меняется жизнь вокруг».

«В середине чего-то не хватает»

«Я знаю, но разве ты не чувствуешь, что такая версия лучше описывает нас?»

«Нет никакого такого чувства»

«А разве мы не похожи, ведь оба любим песни Мацуды Сэйко?»

— Тук-тук-тук!

Внезапный стук в дверь заставил меня вздрогнуть, и я быстро напечатал на экране телефона.

«Ты не могла бы так не делать?»

«?»

За дверью оказалась не Киёно Рин.

Кто бы это мог быть?

— Кто там? — я убавил звук телевизора.

— Ватанабэ!

Я положил телефон и открыл дверь, глядя на переодевшегося в повседневную одежду Куний Осаму: — Ты зачем пришёл?

— Сперва впусти, потом расскажу, — сказав это, Куний Осаму попытался войти в комнату.

— Подожди-подожди, — остановил его я, — завтра приедет Мики, а она не любит, когда в месте, где она спит, чувствуется запах других людей.

— Ты, случайно, никого здесь не прячешь?

— Конечно, здесь Асуми Май-сэмпай.

— Асуми Май-сэмпай? Прямо у тебя? Проснись, ещё не время спать.

— Говори быстрее, что хотел, — нетерпеливо сказал я.

Куний Осаму огляделся по сторонам коридора и понизил голос: — Не хочешь сходить с нами гулять по магазинам? Там будет Ичиги.

— Вам двоим лучше пойти отдельно, разве нет?

— Если я позову её одну, это же всё равно что сказать «я тебя люблю», разве нет?!

— А ты разве не собираешься признаваться? — возразил я.

— Конечно, собираюсь, но перед признанием нужно... — по коридору раздались шаги, и Куний Осаму сразу же замолчал.

Старый деревянный пол скрипел, и вскоре в коридоре появилась Ичиги Аой.

Дыхание Куний Осаму участилось.

— Добрый вечер, — с улыбкой поздоровалась Ичиги Аой.

Я слегка кивнул.

— Пр-привет, не так, добрый вечер, Ичиги!

— Что такое? — Ичиги Аой приблизилась и внимательно рассмотрела лицо Куний Осаму. — Так нервничаешь... Неужели собираетесь с Ватанабэ-куном делать что-то плохое?

— Как такое возможно! — Куний Осаму очень неубедительно ответил и повернулся ко мне. — Верно, Ватанабэ?

Я проигнорировал его и спросил Ичиги Аой: — А зачем ты сюда пришла?

— Я ищу Киёно, — Ичиги Аой подмигнула.

Хотя я не понял её намёк, но мог догадаться, что она имела в виду: как и Куний Осаму, Ичиги Аой тоже хотела взять кого-то третьего, чтобы пойти гулять с тем, кто ей нравится.

— Она живёт там, — я указал на маленькую комнату в японском стиле в конце коридора.

— Спасибо, пока~

— Пока~ — Куний Осаму помахал рукой, с застенчивой улыбкой.

Мы наблюдали, как Ичиги Аой постучала в дверь, Киёно Рин открыла, и они вместе вошли в комнату.

Я перевёл взгляд на Куний Осаму и сказал: — Ичиги пришла пригласить Киёно погулять. Ты можешь подождать у входа, а потом случайно встретиться с ними и предложить пойти вместе.

— Откуда ты знаешь?

— Ты думаешь, я завоевал Мики только благодаря внешности?

— Конечно, я верю в твои способности! Пойду жду! Но какой мне использовать предлог?

— Скажи, что ночью небезопасно, или предложи помочь с покупками — любой предлог подойдёт. Если откажут, притворись, что гуляешь один. В любом случае, ночью можно пойти только в определённые места, так что вы всё равно встретитесь.

— Не мог бы ты пойти со мной? Я один как-то не решаюсь, — смущённо сказал Куний Осаму.

— Обычно ты такой активный, а в решающий момент почему-то смелости не хватает, — упрекнул я его. — Как раз хороший шанс потренировать смелость перед настоящим признанием. Ты же не хочешь, чтобы во время признания от волнения перепутать слова, верно?

— П-правильно! Когда-то ты признавался Юки прямо во внутреннем дворе, перед всей школой, и ни разу не запнулся. Я верю в твой опыт!

— ...Мой опыт лучше не перенимать.

После ухода Куний Осаму я вернулся в комнату и удобно расположился у подоконника круглого деревянного окна.

В ночной темноте свет луны был холодным и ярким.

На старинных улицах Киото магазины стояли в ряд, а перед каждым домом висели фонари тёпло-оранжевого цвета.

Скоро Асуми Май и остальные зайдут в некоторые из этих магазинов.

Интересно, какие истории там произойдут.

— Тук-тук-тук!

Куний, чувак, до чего же ты неуверенный и нерешительный — это совсем не мужские качества, ворчал я про себя, идя открывать дверь.

— Что такое...

Не успел я закончить фразу, как чья-то фигура бросилась ко мне.

Я уже приготовился дать отпор, но учуял знакомый аромат.

— Май-сэмпай?

— Да, — Асуми Май обняла меня, уткнувшись лицом в моё плечо.

— Почему ты здесь?

— Соскучилась по Че, — Асуми Май подняла лицо из моих объятий и неподвижно смотрела на меня.

Я хотел поддержать её тело и отстраниться, но она обнимала меня слишком крепко, настолько, что я засомневался, остался ли между нами хоть какой-то воздух.

В коридоре вдруг послышался звук открывающейся двери, и смутно доносились голоса Киёно Рин и Ичиги Аой.

Я инстинктивно протянул руку и закрыл дверь.

Шаги приближались, словно отбивая ритм в такт моему сердцебиению, и остановились перед дверью.

— Ватанабэ-кун, — голос был холоден и мелодичен, это была Р-сан.

Я немного подождал и сказал: — Что такое?

Асуми Май водила руками по моей спине, её маленькое лицо тёрлось о мою грудь, словно она пыталась убедиться, что я действительно существую.

— Мы собираемся искать Май-сэмпай, ты не хочешь с нами? — спросила Ичиги Аой.

— Нет, я занимаюсь английским.

— Английским? Ватанабэ-кун такой прилежный!

— Нет, не английским, а французским, — поспешил я поправиться.

— Правда? — спросила Киёно Рин.

— Да, собираюсь попозже просмотреть словарь и таблицу слов, а по телевизору сейчас идёт «1+1» в оригинале, — добавил я.

Асуми Май, видимо, наконец убедилась, что я действительно в её объятиях, снова подняла своё изящное лицо и неподвижно смотрела на меня.

— Он не идёт, значит, пойдём без него, — донёсся из-за двери голос Киёно Рин.

— Хорошо, — ответила Ичиги Аой, — интересно, согласится ли Май-сэмпай пойти с нами.

— Днём всё шло гладко, ночью не должно быть проблем.

— Надеюсь на это, хотя я всё равно волнуюсь...

Дальше я уже не мог разобрать, они отошли.

Я выдохнул с облегчением, но внезапно вспомнил, что Асуми Май всё ещё в моих объятиях — разве я не выдохнул прямо ей в лицо?

— Сэмпай, извини...

— Ху-у-у, — тихий вздох Асуми Май, нежный и равномерный, коснулся моего лица.

Тёплый, с лёгким ароматом, от которого моя чёлка взлетела.

Я только беспомощно позвал: — Сэмпай.

— Ммм? — Асуми Май едва слышно промычала, обвив руками мою шею, слегка наклонив голову и глядя на меня с одержимостью.

— Давай пройдём внутрь.

Деревянная дверь выглядела старинно, но не создавала никакого ощущения безопасности.

— Хорошо, — покорно согласилась Асуми Май.

Я посмотрел на неё, надеясь, что она сама отпустит меня.

Асуми Май неподвижно смотрела на меня, её глаза постепенно затуманивались дымкой страсти, и, похоже, она не собиралась соглашаться пройти внутрь.

У меня не было выбора, и я просто поднял её на руки и понёс в японскую комнату.

Асуми Май была в юкате, когда я поднял её, из-под подола показались гладкие округлые прекрасные ноги, а то, что все ещё скрывалось под юкатой, было еще более соблазнительным.

Всё это время Асуми Май не сводила с меня глаз, иногда она игриво дула на моё лицо, с лёгкой улыбкой в уголках губ.

Я сел на стул в японской комнате, Асуми Май по-прежнему лежала у меня на руках.

— Сэмпай, что-то случилось?

— Разве у Че не было чего-то важного сказать мне? Я сама пришла, — Асуми Май легонько прикусила мочку моего уха, простонав ответ.

Я чувствовал, как моё ухо становится влажным, мое полное сил тело, наполнялось горячей кровью.

Но мой разум становился все яснее.

Если мы продолжим в том же духе, не будет никакого результата, мы только навредим друг другу. Надо это прекратить.

Неважно, как Асуми Май смотрит на меня.

Я оттолкнул её и посмотрел в её ясные глаза.

— Май-сэмпай, мне действительно нужно тебе кое-что сказать.

— Да, — Асуми Май завороженно смотрела на меня с ожиданием, но её рука поползла вниз.

Я схватил её руку и крепко сжал: — Мики — моя девушка, её семья очень влиятельна и даже убивала людей.

— Да, — Асуми Май как в трансе разглядывала мои руки, держащие её запястья, внимательно изучая каждый палец.

— Если она узнает о наших отношениях, то точно не простит тебя, — я был очень серьезен.

— Мне всё равно.

— Даже смерти не боишься?

— Не боюсь, — тихо ответила Асуми Май, слегка качая головой.

Я долго смотрел на неё, а потом внезапно сказал: — Но я боюсь. Если она узнает, она может и не убьёт меня, но я потеряю свободу.

— Мне всё равно.

— Разве ты не любишь меня? Разве не волнуешься обо мне?

Асуми Май тупо улыбнулась, между приоткрытыми губами показались белоснежные зубы: — Потому что я умру вместе с Че.

Её голос от начала до конца не менялся, оставаясь полным соблазна и ленцы.

То, что вместо признания её встретило что-то другое, её не смутило, казалось, что пока это говорит Ватанабэ Че, ей всё равно, что именно он говорит.

— Но я не хочу умирать, — холодно ответил я.

— Не бойся, не беспокойся, — утешила Асуми Май воздушным и эфемерным голосом, — я всегда буду с Че.

— Ты будешь со мной? И что с того? — я отпустил руки Асуми Май и схватил её за изящную шею.

Постепенно усиливая хватку.

— Я хочу остаться с Мики, у неё есть деньги, власть, она красивее тебя, таких девушек, как ты, полно!

— Кхе-кхе, — Асуми Май невольно закашлялась.

— Ты такая мерзкая, такая липкая, если Мики узнает, я потеряю прекрасное будущее, ты даже можешь меня убить!

Я перевернулся, прижал Асуми Май к полу, обеими руками сжимая её шею.

— Ты не говорила, что любишь меня и готова умереть за меня? Я помогу тебе!

Губы Асуми Май непроизвольно приоткрылись, можно было увидеть розовый язык, она наконец подняла руку.

С искажённым лицом я прошипел: — Есть яд, после инъекции которого человек задыхается, и если подкупить больницу, никто не узнает, что это я тебя убил!

Холодная рука Асуми Май с трудом дотянулась до моего лица, а затем... нежно погладила его.

Её глаза, чистые как летний родник, уже затуманились, сознание постепенно угасало, но единственное, что оставалось неизменным: она всё ещё смотрела на меня.

Я с недоверием смотрел на Асуми Май — никакой паники, никакой ненависти, и я отпустил руки.

Я отступил на несколько шагов, прислонился к стене, сел на татами и молча смотрел на кашляющую Асуми Май, хватающую свежий воздух.

— Ты могла действительно умереть, почему не сопротивлялась?

— Че, — Асуми Май лежала на полу, глядя в потолок, неподвижно и тихо говоря, — следы от удушения останутся, так что я подожду здесь, пока ты принесёшь яд.

Мое горло внезапно сдавило.

Мне пришлось глубоко вдохнуть, чтобы сдержать подступающие эмоции.

Долгое время.

— Сэмпай, это я проиграл, — хотя я думал, что уже контролирую эмоции, но голос всё равно был немного хриплым.

Асуми Май перевернулась, встала на колени и медленно подползла ко мне.

Подойдя совсем близко, она слегка запрокинула голову, снова ясными глазами глядя на меня.

— Если я должна уйти от Че, то лучше умру прямо сейчас, — её голос был спокойным и нежным.

Я бессильно прислонил затылок к стене, глядя на Асуми Май, поднявшую ко мне лицо.

— Ты серьёзно?

— Да.

— Стоит ли оно того?

Асуми Май смотрела на меня с недоумением.

Я закрыл глаза. Сейчас не нужно больше слов.

— Май-сэмпай.

— Да.

— В одном я тебе не солгал: если Мики узнает, нам обоим будет действительно опасно.

— Да, — Асуми Май, оставаясь на четвереньках, приблизила своё лицо, изящные ключицы выглядывали из-под воротника юкаты.

— Но я не жаден до денег, не интересуюсь властью, и внешняя красота для меня не важна... Я говорю это не для того, чтобы доказать что-то, а просто хочу сказать тебе, сэмпай, что человек, которого ты безнадёжно любишь, не совсем безнадёжен.

— Че, конечно, лучший, — Асуми Май произнесла это без малейшего колебания.

Я смотрел в её глаза, которые не отрывались от меня. — Ты вообще слышала, что я сказал?

— Да.

— Что же я сказал?

— А что Че сказал?

— Ладно, забудь.

Асуми Май поджала губы, улыбаясь как шалунья. Она слегка наклонила голову, глаза затуманились, в них зажигалась страсть.

— Асуми-сэмпай.

— Зови меня Май, — Асуми Май тихо и кокетливо попросила.

— Май-сэмпай, ты только что слышала, что Ичиги Аой ищет тебя, тебе стоит вернуться.

Асуми Май слегка приоткрыла губы, легонько дуя на мою чёлку.

Слева направо, потом справа налево, а когда локоны запутывались, она довольно улыбалась.

— Май-сэмпай, послушай меня, пожалуйста.

— Да, Че, говори.

— Ичиги Аой и Киёно ищут тебя, ты должна вернуться.

— Не важно, — абсолютно безразлично произнесла Асуми Май.

Стоя на коленях, с распущенными волосами, с запрокинутым личиком и влажными глазами, она пристально смотрела на меня.

В её чистых глазах уже пылала страсть.

— Кстати, я хотел спросить, не разговаривала ли с тобой Киёно?

— Да.

— О чём?

— Когда она ещё была учителем духового оркестра, она попросила меня больше помогать другим.

— А что-нибудь ещё?

— Кроме сегодняшнего дня, больше ничего, — Асуми Май склонила голову, глядя на меня, её губы, будто простуженные, были красными и манящими.

— Если она будет спрашивать тебя о чём-то в будущем, лучше не отвечай ей.

— Хорошо.

— Хотя нет, — я немного помедлил, — говори, что хочешь, не беспокойся обо мне, но, конечно, о нас лучше никому не рассказывать.

Кроме системы, я не собирался скрывать что-либо от Киёно Рин.

В конце концов, у Киёно Рин было уже столько компромата на меня, что ещё один ничего не изменит.

Самое главное, всё, что она хотела бы знать, я мог ей рассказать — учитывая принципиальность Киёно Рин, я надеялся, что наша дружба будет основана на таком понимании.

— Я буду слушаться Че.

Во время всего разговора Асуми Май демонстрировала полное безразличие к теме.

Она то склоняла голову, глядя на меня, то легко дула мне в лицо, её глаза уже наполнились влагой.

Несколько прядей длинных волос прилипли к её красным блестящим губам.

— У нас с тобой не будет будущего, в итоге я женюсь на Мики.

— Угу.

Мне больше нечего было сказать, я молча смотрел на неё, и моё дыхание постепенно становилось тяжелее.

Асуми Май слегка склонила голову, запрокинув раскрасневшееся лицо, хрипло прошептала: — Люби меня.

Я сжал её уже горящее лицо и жадно поцеловал её в губы.

За окном отчётливо виднелись лунный свет, освещённые «Саннэндзака Нинэндзака», улицы, полные людей, всё это казалось далёким, как тёмный силуэт горного хребта Хигасияма.

Прошло много времени, прежде чем я наконец отпустил Асуми Май, и несколько крепких волосков прилипли к моим губам.

Асуми Май снова и снова облизывала свои губы, не желая отпускать, подняла лицо и снова потянулась ко мне.

Не отрываясь друг от друга, я обнял её, посадил к себе на колени и потянулся к поясу её юкаты.

— Сэмпай, я люблю тебя, — в порыве страсти прошептал я ей на ухо.

Тело Асуми Май слегка вздрогнуло.

— Тук-тук-тук!

Куний Осаму стучал изо всех сил.

— Ватанабэ! Ватанабэ! Ты здесь?

После нескольких окликов наконец раздался ответ.

— Что случилось?

Куний Осаму вздрогнул, ещё никогда не слышав такого низкого и раздражённого тона от Ватанабэ Че.

Но сразу же его захлестнула ярость.

— Ты же говорил, что Ичиги пойдёт гулять? Я ждал её почти полчаса!

Я только собирался ответить.

— Не надо. — Асуми Май запустила руку в мои волосы и снова притянула к себе.

Куний Осаму навострил уши и воскликнул: — Ты там что, платное кино смотришь?!

— Я же сказал тебе, что Май-сэмпай в моей комнате! — проскрежетал я зубами.

— У тебя же есть Юки, а ты во время просмотра фильма думаешь об Асуми-сэмпай... хотя я и сам думаю о Новой Арагаки Юи-тян!

— Ты закончил?!

— Ха-ха-ха, вот почему ты хотел жить один, не волнуйся, я никому не скажу! Но завтра ты обязан пойти со мной пригласить Ичиги!

— Не завтра, а послезавтра, завтра я должен сопровождать Мики, а-ах!

Асуми Май прикусила мне ухо, горячее дыхание проникло в ушную раковину: — Думай обо мне.

— Так увлекательно? Ухожу, ухожу! Не буду мешать, развлекайся! Если фильм хороший, не забудь сказать название!

— Эх, столько времени зря прождали, где же Май-сэмпай? — вздохнула Ичиги Аой.

— В следующий раз, прежде чем звать меня, пожалуйста, убедись, что человек действительно на месте, — Киёно Рин массировала виски.

Они долго ждали Асуми Май в общей спальне девушек, и ей тоже было нелегко, её засыпали разными вопросами.

Ичиги Аой смущённо улыбнулась: — Мне так жаль, что Киёно пришлось ждать со мной так долго.

Киёно Рин вздохнула: — Нет смысла сожалеть о прошлом, мы уже потратили сегодняшний вечер, надо срочно спланировать завтрашний.

— Да-да, я послушаюсь Киёно!

Они шли по деревянному полу коридора, проходя мимо комнаты Ватанабэ Че, и Киёно Рин внезапно остановилась.

— Что такое? — спросила Ичиги Аой.

Киёно Рин, подперев подбородок, ненадолго задумалась и постучала в дверь.

— Куний, чего тебе ещё надо?!

— Это я, Киёно. Что ты там делаешь, Ватанабэ-кун?

— Киёно? — после секундного молчания его голос смягчился. — Куний только что приходил, но я сказал, что занят, и он решил, что я смотрю платное кино. Угадай, что я делаю? М-м-м...

Киёно Рин нахмурилась — этот стон Ватанабэ звучал как-то странно.

— Какой фильм? — спросила Киёно Рин.

Ичиги Аой вдруг вспомнила, как нервничал Куний Осаму, когда она пришла к Киёно Рин.

— Киёно, Киёно! — тихо позвала она.

Киёно Рин в замешательстве промычала.

Ичиги Аой шепнула: — Когда я пришла, я заметила, что Куний тоже был здесь, и вид у него был странный, как будто он что-то скрывал. Скорее всего, он узнал, что Ватанабэ-кун смотрит платное кино!

— Какой именно фильм? — нахмурилась Киёно Рин.

Ичиги Аой моргнула, покраснела и пояснила: — Ну, это... ТО САМОЕ. Ватанабэ-кун, наверное, сейчас... ТЕМ САМЫМ занимается.

Киёно Рин сначала недоумевала, потом изумилась, а затем её лицо полностью покраснело.

— Киёно, давай уйдём, не будем мешать Ватанабэ-куну! — под уговорами Ичиги Аой Киёно Рин наконец очнулась.

— Немыслимо! Непростительно! Мерзко и низко! — Киёно Рин быстро убежала от двери.

Когда шаги за дверью стихли, я отпустил руку, которой прижимал голову Асуми Май.

— Нужно быть осторожнее с Киёно, она очень опасна. Извини, — хотя я был готов к тому, что Киёно Рин узнает, но быть пойманным с поличным всё же хотелось избежать.

Асуми Май совершенно не обратила внимания на то, что кто-то проходил мимо, она просто смотрела на меня.

Она уже была в другом мире, одновременно соблазняя меня, заставляя отказаться от реальности и последовать за ней.

Стоило мне посмотреть в её чистые, но полные желания влажные глаза, я тут же подчинился, перестав думать о внешнем мире.