Ватанабэ Че в безвыходном положении

Сайто Кэйсукэ быстро вбежал в класс.

Бросив сумку на стол, он достал из ящика книгу и начал обмахивать себя.

— Погода всё жарче, пробежишь пару шагов — и весь в поту. Когда же наконец можно будет переодеться в летнюю форму? — пожаловался он.

— В июне.

Вчера, немного воодушевившись получением навыка «энциклопедические знания», Ватанабэ Че случайно выучил наизусть весь «Справочник ученика частной школы Камигава».

Правила ношения одежды, максимальная длина волос для мальчиков, минимальная для девочек, даты школьных праздников, культурных и спортивных фестивалей — всё это теперь было ему кристально ясно.

Именно поэтому он ещё сильнее возненавидел Киёно Рин.

Для создания клуба необходимо минимум пять человек, чётко определённый сэнсэй-учитель, название, глава клуба и план мероприятий. Деятельность должна соответствовать духу школы, полному творчества и энергии.

Численность — один человек, ха! Клуб наблюдения за людьми, ха! Использование своих способностей для провокации других клубов и наблюдения за их реакцией, ха!

От зависти у Ватанабэ наступил плазмолиз!

Кстати, плазмолиз — это явление, при котором растительная клетка с хорошо развитой вакуолью, помещённая в гипертонический раствор, сжимается, и протоплазма отделяется от клеточной стенки.

Это особенность, характерная для живых растительных клеток.

Внезапная самопроверка знаний — пройдена блестяще.

Он мысленно кивнул: память не подводит, как и подобает выдающемуся Ватанабэ.

— Я, конечно, знаю, что в июне! — сказал Сайто Кэйсукэ. — Я имею в виду, почему нельзя переодеться раньше, ведь в мае тоже жарко!

— В тихом омуте всегда прохладно.

Ватанабэ Че был очень худым и быстро перестал ощущать жару, поэтому снова аккуратно завязал галстук, чтобы члены дисциплинарного комитета не придрались и не сняли баллы.

Вскоре в класс вошёл Куний Осаму, только что закончивший утреннюю тренировку. Он жадно пил воду и, отобрав книгу у Сайто Кэйсукэ, начал усиленно обмахивать себя под воротником.

— У тебя что, своей книги нет?

— Жарко, лень двигаться.

Трое друзей по обыкновению болтали ни о чём, пока не началось утреннее собрание.

Раньше на переменах Ватанабэ Че обычно дурачился с друзьями — в конце концов, он прилежно учился на уроках и усердно занимался дома, так что не стоило тратить драгоценные минуты отдыха на учёбу.

Но с сегодняшнего дня это изменится — теперь он будет учиться.

— Так усердно стараешься? Нам что, вообще жить не давать! — удивлённо воскликнул Куний Осаму.

— Я же говорил в прошлый раз: как «Токийский красавчик», даже если не могу занять первое место, я должен показывать рост. Я поставил себе небольшую цель — второе место во всей школе на контрольных.

Сайто Кэйсукэ одобрительно кивнул: — Сегодня 14-е, до контрольных осталось полмесяца, пора серьёзно взяться за учёбу.

Сказав это, он достал из сумки задачник по математике из центра подготовки и придвинул свой стул к Ватанабэ Че.

— Ватанабэ, можно я буду спрашивать у тебя, если чего-то не пойму?

— Разумеется. В «Книге ритуалов» говорится: «Обучая, сам учишься». Я с радостью помогу решить проблемы другим, возможно, это выявит мои собственные слабые места.

— «Книга ритуалов»? «Обучая, сам учишься»? — Куний Осаму с недоумением посмотрел на него.

Сайто Кэйсукэ нанёс ему смертельный удар ребром ладони по шее: — Даже этого не знаешь! А ну быстро хватай учебник японского и учись!

— Ладно, хорошо.

Куний Осаму послушно пошёл к своему месту за сборником упражнений по японскому языку, а Сайто Кэйсукэ тихо спросил: — Ватанабэ, а что такое «Книга ритуалов» и «обучая, сам учишься»?

Трое сформировали учебную группу и стали заниматься вместе в задней части класса.

В частной школе Камигава это не было чем-то необычным: несколько девочек даже во время обеда не расставались с книгами.

Однако даже в такой школе Ватанабэ Че всё равно занимал третье место. Отсюда можно понять, насколько невероятно сильна Киёно Рин, которая всё время читала литературу.

Ватанабэ Че хотел учиться, но каждый раз, решив несколько задач, он невольно начинал размышлять о том, как справиться с Юки Мики.

Усердно учиться, пройти контрольные, но не дожить до объявления результатов — Ватанабэ Че мог накопить столько негодования, что превратился бы в школьного призрака, привязанного к этому месту.

Поскольку рейтинг успеваемости публикуется только один раз, он, не выполнив своё желание, был бы вынужден веками стоять перед доской объявлений, ожидая несуществующую школьную ведьму, которая поможет его душе обрести покой.

Но это слишком сложно. Если полагаться только на собственные силы, решение не придёт так просто.

Хотя он был умён, красив, усердно учился и даже имел игровую систему, перед Юки Мики — этим абсолютным победителем по жизни — приходилось признать поражение.

Голова раскалывалась.

На перемене после третьего урока.

— Пойду в туалет, — решил он немного расслабиться и переключить мысли.

Сайто Кэйсукэ и Куний Осаму уже погрузились в учёбу, просто согласно хмыкнули, не выказав желания идти с ним.

Проходя мимо класса 2-Б, он увидел Юки Мики, окружённую свитой, словно королева.

Ополоснув лицо у раковины и глядя на своё отражение в зеркале, Ватанабэ Че вздохнул.

— Даже элементарных правил экономии воды не знаешь?

— Ах, извини, — Ватанабэ Че закрыл всё ещё шумно льющуюся воду и обернулся. Это была Киёно Рин.

— А, это ты, — пробормотал он.

Киёно Рин подошла к раковине и начала мыть руки.

В частной школе Камигава раковины расположены между мужским и женским туалетами, как в торговых центрах.

— Слушай, — нерешительно начал он, — могу я задать тебе один вопрос?

Киёно Рин закончила мыть руки и стала поправлять форму, глядя в зеркало.

— Если вопрос о том, почему такая красавица, как я, тоже ходит в туалет, то ответ тебе знать не обязательно.

— Скажи, как мне, красивому, умному студенту с железной волей, обречённому на великое будущее, но сейчас обделённому всяческими благами, незаметно, без риска мести, убить наследницу семьи с активами в триллионы иен?

— Раз уж ты ничтожный бедный студент, остаётся только мечтать об этом.

— Нет, я не обделён талантами, а обделён благами. При этом я красив, умён, обладаю железной волей и обречён на великое будущее.

— Хм, ничтожный, — Киёно Рин поправила бант. — У меня есть привычка вести записи о людях, и этот разговор тоже будет зафиксирован. Если я умру, ты станешь первым подозреваемым для полиции.

Ватанабэ Че подумал, что, должно быть, его мозг настолько перегрузился последнее время, что у него возник дефицит глюкозы, иначе как объяснить, что он решил проконсультироваться у Киёно Рин?

И как эта девушка может быть такой самовлюблённой? Неужели нельзя быть скромнее, как он?

— Киёно, — сказал он, — я начал учиться на переменах и после уроков тоже стараюсь. А ты наверняка читаешь классическую литературу на переменах и остаёшься в комнате для занятий после уроков. На этих контрольных...

— Ватанабэ.

— А?

— Открою тебе секрет моего превосходства: до успеха в любом деле нужно оставаться внешне спокойным, но с бурлящим сердцем.

Ватанабэ Че задумался и не мог не согласиться: — В этом я тебе уступаю. Но теперь, когда ты сказала мне это, я тоже буду...

Не успел он закончить, как изящное, утончённое лицо Киёно Рин расплылось в улыбке: — Ватанабэ не совсем ничтожен. По крайней мере, его способность признать, что он хуже меня, достойна уважения.

— Ты совсем не милая.

Киёно Рин, ничуть не задетая его словами, слегка усмехнулась и покинула уборную.

Эта улыбка была слишком знакома Ватанабэ Че — именно так он сам улыбался, когда кто-то говорил, что он некрасив.

Так вот как эта улыбка выглядит со стороны? Неудивительно, что она так раздражает! Он снова открыл кран и плеснул воду себе в лицо, раздосадованный до предела.