Беспокойный День святого Валентина (5)

12 февраля, суббота.

Ватанабэ Че, вернувшись после ночевки в Тиёде, встретил в гостиной на первом этаже квартиры Коидзуми Аонэ, которая как раз собиралась выйти.

— Коидзуми-сэнсэй, доброе утро.

— Доброе утро, — Коидзуми Аонэ уже не испытывала вчерашней неловкости от просмотра фильма. — Возвращаешься с утренней тренировки?

Ватанабэ Че помолчал пару секунд, затем кивнул: — Да, с утренней тренировки.

Затем с любопытством спросил: — А почему вы одна, сэнсэй? Где сэнсэй Ханако и сэнсэй Миядзаки?

Обычно, выходя куда-то, все три учительницы были вместе.

— У них сегодня выходной, они ещё спят. Мне нужно пойти в школу, чтобы подготовить аудиторию для завтрашнего вступительного экзамена, — объяснила Коидзуми Аонэ.

— Неудивительно, что их годовой доход 6 миллионов иен, а ваш, сэнсэй, 10 миллионов.

Коидзуми Аонэ рассмеялась: — За такую тяжёлую работу почти нет премий, всё благодаря твоему первому месту по стране, Ватанабэ.

— Нет-нет-нет, — Ватанабэ Че преувеличенно скромно ответил. — Я смог занять первое место только благодаря вашему хорошему преподаванию, сэнсэй.

— У тебя всегда были высшие баллы по английскому, а я тебя не учила.

— Сэнсэй, вы такая красивая, что даже мысль о том, что я увижу вас, придавала мне сил вставать на учёбу холодными зимними утрами.

— Ты хочешь сказать, что у меня, как у учителя, есть только одно достоинство — внешность? — Коидзуми Аонэ намеренно напрягла лицо.

— Именно, поэтому вы мой самый любимый сэнсэй.

Эта фраза была коронной у Ватанабэ Че, Коидзуми Аонэ слышала её много раз.

Обычно она уже должна была привыкнуть, но сцены из вчерашнего фильма о двусмысленных отношениях учителя и ученика всплыли в её сознании, заставив слегка покраснеть.

— Не говори глупостей, — упрекнула она его.

Её тон был почти как у капризной девушки.

Коидзуми Аонэ сама осознала странность ситуации, поправила ремень сумки на плече и сменила тему:

— Если у тебя сегодня нет планов, не хочешь помочь?

— Можно, конечно, а сколько платят в час?

Вместе они направились к парковке.

— Ты хочешь получить оплату? — спросила Коидзуми Аонэ с улыбкой.

— Конечно! Кстати, в этом году, в отличие от прошлых лет, минимальная почасовая ставка выросла до 985 иен.

— Довольно дорого.

— Госпожа Коидзуми, вы богатая жительница района Синдзюку с годовым доходом в 10 миллионов, не стоит торговаться со студентом, который зарабатывает тяжёлым трудом. Мы даже предлагаем услуги на дому.

— Услуги на дому? Чем ты занимаешься? Ничему хорошему не учишься.

— Я говорю о работе в компании по переезду.

Они сели в машину, пристегнули ремни безопасности и направились к частной школе Камигава.

Небо за лобовым стеклом было ярко-голубым, а солнце сияло просто невероятно.

Коидзуми Аонэ за рулём выглядела сосредоточенной, постоянно следя за происходящим вокруг.

Ватанабэ Че, сложив руки за головой, начал засыпать под защитой от холодного ветра и в тепле зимнего солнца.

В машине играла музыка.

Ватанабэ Че так и не спросил у Коидзуми Аонэ название этой песни, и из-за расслабляющего действия солнца запомнил лишь несколько отрывков из услышанных слов.

«И маленький магазинчик, куда часто заходили после уроков, любимая кондитерская»

«И нескончаемые нотации, выговоры по утрам»

«Незаметно время прошло, и сегодня день выпуска»

Только эти строки и запомнились.

Приехав в школу и выйдя из машины, они увидели вдалеке стоянку для велосипедов учеников, обычно заполненную, но сейчас почти пустую — всего две-три машины.

Машин было мало, но людей в школе хватало.

Ученики из разных школ в разной форме приехали осмотреть место экзамена.

Юные лица выражали волнение, ожидание, тревогу.

Ватанабэ Че, глядя на них, понимал, что хотя их разделял всего год учёбы, они выглядели гораздо моложе.

Не то чтобы Киёно Рин и Юки Мики казались старыми, просто эти выпускники средней школы были слишком юными, а Ватанабэ Че не был Гумбертом и не интересовался двенадцатилетними Лолитами.

— В прошлом году в этот же день ты был среди них, Ватанабэ, — с улыбкой заметила Коидзуми Аонэ.

— Да, — кивнул Ватанабэ Че.

Тогда он впервые приехал в Токио, и вот, год спустя, он всё ещё не стал «токийским красавчиком».

Каждый день проходил в интригах с двумя красавицами в Клубе наблюдения за людьми.

Учитель и ученик вошли в учебный корпус и направились в учительскую.

В субботу в учительской был только учитель истории из третьего класса, который давал задания двум ученикам.

Пока Коидзуми Аонэ поливала суккуленты на своём столе, Ватанабэ Че бросил взгляд в их сторону — ученики оказались той самой парой «влюблённых меловых стиралок» из третьего класса.

«Эти двое, наверное, только делают вид, что помогают, а на самом деле пришли на свидание в школу?»

Коидзуми Аонэ и Ватанабэ Че распределили обязанности: она пошла проверять аудитории.

Парты были расставлены ещё в пятницу после занятий, но ей нужно было ещё раз всё проверить: правильность расстановки, отсутствие забытых учебников и так далее.

Ватанабэ Че занялся установкой указателей по школе.

Следующий персонаж, хоть и не особо важен, но благодаря ей частная школьная жизнь Ватанабэ Че и Киёно Рин стала немного интереснее, поэтому представим её появление с некоторым уважением.

В тот момент Ватанабэ Че устанавливал указатель «Вход запрещён» перед зданием клубов и шёл по крытой галерее между зданием клубов и учебным корпусом.

Миниатюрная, стройная, коротковолосая, милая девушка в белой матросской форме, в маленьких кожаных туфельках, легко прошла мимо него.

— Сэмпай!

Ватанабэ Че, держащий указатель «Аудитория F», не остановился.

Никто никогда не называл его «сэмпаем».

До приезда в Токио даже сестра звала его «Аоцэ».

Если бы она крикнула «красавчик», Ватанабэ Че сразу бы остановился и проверил, не к нему ли обращаются — такую самооценку он всё же имел.

— Сэмпай Ватанабэ!

На этот раз Ватанабэ Че остановился и обернулся.

Хотя достаточно было сделать всего два шага, коротковолосая девушка подбежала к нему.

— Сэмпай Ватанабэ! Это я! Это я!

— «Я»? Кто ты?

— Генгар десу! — Девушка в маленьких кожаных туфельках встала на мысок правой ноги, слегка наклонилась вперёд и сделала жест «ножницы» правой рукой над правым глазом.

— Мне нравится Гардевуар, спасибо, до свидания, — развернулся Ватанабэ Че.

— Подождите! Пожалуйста, подождите! — Девушка обежала Ватанабэ Че и встала перед ним. — Сэмпай, я Хорикита Маи!

— Сакамото Маи?

— Хорикита Маи десу!

— Хорикита Маки?

— Хотя стать актрисой в будущем тоже неплохо, но я Хорикита Маи.

— Извините, я не знаю никого по имени Хорикита Маи.

— Как же так! — Хорикита Маи инстинктивно воскликнула, потом вдруг замерла, как будто что-то вспомнив. — Я совсем забыла, сэмпай ещё не знает меня.

— Человек из будущего?

— Экстрасенс десу!

— Прошу прощения, я не интересуюсь пришельцами, людьми из будущего, экстрасенсами, мне нравятся только обычные люди, — Ватанабэ Че сделал шаг вперёд.

Хорикита Маи быстро последовала за ним, кружась вокруг Ватанабэ Че, как воробей.

— Сэмпай Ватанабэ, я ваша супер-фанатка!

— У меня нет фанатов.

— Сэмпай, вы не знаете? У вас очень много фанатов! Все следят за вами через разные каналы. Позвольте представиться, я увидела сэмпая на конкурсе духового оркестра и была им очарована!

— Ты очень шумная.

— Моя мама тоже так говорит, эхе~

«Эхе тебе...» Ладно, Ватанабэ Че решил не ругаться — хотя это всего лишь язвительные мысли, их нельзя считать оскорблением.

— Сэмпай, я выбрала частную школу Камигава из-за вас!

— В этом нет необходимости.

— Сэмпай, какая атмосфера в духовом оркестре? Не обижают ли там новичков?

— Обижают.

— Правда? Тогда сэмпай наверняка защитит меня?

— Я и есть тот, кто обижает.

— Это потому, что у сэмпая такой высокий уровень, что он требователен к участникам оркестра? Хм-хм, не страшно, хоть я и выгляжу маленькой, у Маи-тян очень сильная воля! Сэмпай, пожалуйста, тренируйте меня сколько хотите!

— Ученица Хорикита Маки...

— Хорикита Маи десу! — снова представилась Хорикита Маи. — Сэмпай может звать меня просто Маи!

— Я уже ушёл из духового оркестра.

— Э-э-э, почему?!

Они продолжали идти, и каждый шаг Ватанабэ Че вынуждал маленькую девушку делать два-три шага.

— На новогодних праздниках какой-то завистник моему таланту повредил мой мотоцикл, и в результате аварии я травмировал левую руку. Моя мечта стать гобоистом разрушена.

Хорикита Маи испуганно остановилась, потом, поняв, что её обманули, быстро догнала его.

— Прямо как Кайдо Наоя! Сэмпай, я отомщу за вас! — Она непрерывно болтала, живая, как маленькая птичка.

— Кайдо Наоя?

Девушка выбежала вперёд Ватанабэ Че и развернулась лицом к нему, словно красавчик из девичьей манги.

Расставив ноги, она сначала обвела правой рукой свою тонкую, как книга в мягком переплёте, талию, а затем, как бы принимая позу, протянула ладонь вверх к Ватанабэ Че.

— Я никогда не прощу тех, кто навредил сэмпаю! Превращение!

Ватанабэ Че остановился.

— Как, ты говоришь, тебя зовут?

— Хорикита Маи десу!

— Хорикита, если ты поступишь в Камигаву, будешь моим подопечным.

— Да! Положитесь на меня, сэмпай! — Коротковолосая девушка, хотя и серьёзно, но довольно комично отсалютовала.

Расставшись с девушкой по имени Хорикита Маи, Ватанабэ Че закончил устанавливать оставшиеся указатели.

В полдень Коидзуми Аонэ пригласила его пообедать в ресторане рядом со школой.

Этот ресторан был довольно дорогим, и студенты из окрестностей редко заходили туда.

В заведении играла спокойная инструментальная музыка.

Они сели у окна, и Ватанабэ Че, увидев в меню китайские блюда вроде перца с говядиной, заказал два таких блюда.

Коидзуми Аонэ заказала итальянскую пасту.

— Сэнсэй, когда у старших сэмпаев церемония выпуска? — спросил Ватанабэ Че.

— Конкретная дата ещё не определена, но примерно во вторую неделю марта.

То есть Асуми Маи переедет в Синано-мати примерно во вторую неделю марта.

После обеда Коидзуми Аонэ заказала им кофе.

— Нужна будет помощь завтра? — Ватанабэ Че добавил в кофе половину ложки сахара.

— Нужен человек, который будет у дверей классов, решать вопросы учеников. Хочешь?

— Если накормите.

— Это первый раз, когда я одна ем с парнем, — на фоне солнечного света из окна улыбка Коидзуми Аонэ выглядела очень привлекательно.

Сказав это, Коидзуми Аонэ почувствовала неловкость, но слова уже вырвались, и она могла только пить кофе, чтобы скрыть смущение.

— Я тоже редко ем наедине с девушками. Ни разу не согласился, когда девушки из школы приглашали меня, — Ватанабэ Че демонстрировал чистоту морали.

Коидзуми Аонэ с улыбкой посмотрела на Ватанабэ Че: — Как дела с Киёно и Юки в последнее время?

— Хорошо, в последнее время они любят объединяться и издеваться надо мной, — Ватанабэ Че сделал глоток кофе.

Кофе был слегка горьковатым, но уже начинал сладить, и пился с особым вкусом, который ему нравился.

После вчерашнего фильма Коидзуми Аонэ инстинктивно связала «издевательства» с определённой темой и очень хотела узнать, действительно ли Ватанабэ Че имел это в виду, но сдержалась, чтобы не спрашивать.

Они ещё немного посидели, отдыхая, затем расплатились и ушли.

***

13 февраля, воскресенье.

Хорикита Маи выключила будильник за секунду до того, как он должен был зазвонить.

Переодевшись в школьную форму, она чистила зубы и умывалась, когда послышался голос мамы.

— Маи, завтрак готов!

— Иду!

На завтрак были яичница, тосты, салат и стакан молока.

Она ела за столом, а мама рядом снова проверяла экзаменационный пропуск и канцелярские принадлежности, готовила пальто, шарф и перчатки.

— Мама, я пошла!

— Удачи, Маи.

— Да, я обязательно поступлю!

Обняв сумку, она выбежала из дома и запрыгнула в поезд, двери которого уже закрывались.

На экранах в поезде транслировались новости об экзаменах в разных местах.

В Камакуре выпал сильный снег, поезда задерживались.

Перед объективами камер ученики, направлявшиеся на экзамены, либо с закрытыми глазами молились, либо выглядели отчаявшимися, либо нервно кому-то звонили.

— Следующая станция Ёцуя, станция Ёцуя.

Выйдя с платформы, на склоне, ведущем к «Токийской частной школе Камигава», она увидела абитуриентов в школьной форме разных моделей.

В начале склона был маленький магазинчик по ремонту велосипедов, у дверей которого Хорикита Маи нашла свою школьную подругу.

— Кадзухо-тян! — Она усиленно махала рукой, оглядываясь по сторонам, убедилась, что дорога безопасна, и побежала к ней.

— Маи-тян, доброе утро, — Хаясэ Кадзухо очень по-женски ответила на приветствие.

— Доброе утро. Извини, я опоздала.

— Ничего страшного, ещё рано. Всё взяла? Ничего не забыла?

— Конечно! — Хорикита Маи похлопала по сумке. — Можешь положиться на мою маму!

Они поднялись по склону, вошли в частную школу Камигава, обойдя огромный, двадцатиметровый дуб, похожий на маленькую гору.

— Какое большое дерево!

— Интересно, как оно выглядит летом!

— Тогда давай постараемся!

— Да! Я уже договорилась с сэмпаем Ватанабэ, так что я должна поступить.

— Маи-тян, ты так увлечена сэмпаем Ватанабэ.

— Конечно! Кадзухо-тян не понимает музыку духовых инструментов, не знает, насколько потрясающ сэмпай Ватанабэ! Почему бы тебе тоже не вступить в духовой оркестр, давай вместе станем прекрасными девушками-воительницами света в духовом оркестре!

Хорикита Маи приняла классическую позу лунного перевоплощения.

С её телосложением, будь она в аниме, она действительно выглядела бы как прекрасная девушка-воин.

В школьном дворе мальчики-выпускники средней школы, съёжившиеся в шарфах, украдкой бросали взгляды в их сторону.

— Маи-тян, ты скоро поступишь в частную школу, если будешь продолжать так себя вести, сэмпай Ватанабэ может не взлюбить тебя.

— Правда?!

У них были разные этажи, и они разошлись на лестнице.

Хорикита Маи вошла в класс 1-А и села на предпоследнее место в последнем ряду.

«Маи-тян, ты точно главная героиня! Ты обязательно справишься с экзаменом!»

Хаясэ Кадзухо поднялась на третий этаж.

Хотя это было серьёзное место для экзамена, в коридоре было шумно.

Из дверей и окон классов 1-А, 1-В и 1-С высовывались головы, глядя на класс 1-D.

Некоторые ещё не зашли в экзаменационную аудиторию, стояли в коридоре и болтали с друзьями, но тоже смотрели в сторону класса 1-D.

Хаясэ Кадзухо с любопытством посмотрела туда.

Это была сцена, которая запечатлелась в её памяти и которую она будет помнить много лет спустя.

Залитый солнцем коридор, ученик в школьной форме частной школы Камигава с распахнутым воротником поставил стол и стул перед классом 1-D.

На столе ничего не было, солнце падало на его красивое лицо, он молча читал книгу в одиночестве.

Утром, закончив экзамен, Хаясэ Кадзухо встретилась с Хорикитой Маи, и они пошли обедать в семейный ресторан поблизости.

— Маи-тян.

— Мм? — Хорикита Маи ела парфе ложкой.

— Я сегодня видела сэмпая Ватанабэ.

— Правда? Где? Когда?

— Кажется, он был сотрудником на третьем этаже, помогал с непредвиденными ситуациями.

— А-а-а, почему я оказалась на первом этаже! — Хорикита Маи раздражённо съела большую ложку парфе.

— Э-э, — Хаясэ Кадзухо слегка заколебалась, — я слышала, что у сэмпая Ватанабэ, кажется, уже есть девушка.

Она слышала это утром в экзаменационной аудитории от других людей.

До этого Хорикита Маи показывала ей фотографии Ватанабэ Че, давала послушать его игру на гобое. Он действительно был впечатляющим и красивым, но она не любила преследовать звёзд, поэтому не проявляла особого интереса.

Но теперь этот сияющий сэмпай Ватанабэ сидел прямо за дверью экзаменационной аудитории, и если она сдаст экзамен, то сможет учиться с ним в одной школе, участвовать в одном клубе.

Осознав это, она начала интересоваться информацией о Ватанабэ Че.

Девушки в экзаменационной аудитории, похоже, все знали его, и говорили о нём много всего, в том числе и то, что у него есть девушка.

— Да, девушку сэмпая Ватанабэ зовут Юки Мики, она дочь из богатой семьи.

— Маи-тян, ты не расстроена?

— Почему я должна расстраиваться? — Хорикита Маи удивлённо спросила.

— Разве тебе не нравится сэмпай Ватанабэ?

— Да, но ещё до того, как он мне понравился, у него уже была девушка, поэтому моя симпатия к нему — просто восхищение фаната своим кумиром! Кадзухо-тян, иди и ты в духовой оркестр, давай вместе станем фанатками!

— ...Если, если мы поступим.

— Всё в порядке, мы обязательно поступим!

После обеда, сдав экзаменационные материалы, Хорикита Маи схватила сумку и поспешила на третий этаж, по лестнице раздавался стук её маленьких кожаных туфелек.

Ватанабэ Че всё ещё был там.

С утра до вечера он сидел там и читал книгу.

— Сэмпай! Сэмпай Ватанабэ!

— А, Хорикита Маки, — Ватанабэ Че поднял глаза.

— Хорикита Маи десу! — привычно поправила Хорикита Маи. — Сэмпай, если у вас есть время, не могли бы вы показать мне духовой оркестр?

— Давай сначала поступи.

Ватанабэ Че положил книгу в ящик стола, затем поднял стол и стул и направился к классу 1-В.

Это были парта и стул Юки Мики.