Школьная поездка (4)

— Примерно так всё и есть.

— Что за сплошная нелепица.

— Неважно, нелепица или нет, ты согласна?

— С чего вдруг, тебе нужно моё одобрение? — с улыбкой спросила Юки Мики.

— Конечно! Сейчас ты моя девушка, а в будущем - моя жена.

В круглой купальне виллы в Тиёде, наполненной горячей водой, в центре бурлили пузырьки, а парная комната полнилась туманом.

Юки Мики, погружённая в купальню, холодно усмехнулась. Её обнажённая правая нога появилась над поверхностью воды, капли стекали по её гладкой нежной коже.

Большим пальцем ноги она надавила на правую щёку Ватанабэ Че: — Сначала объясни, зачем ты ходил к этой женщине по имени Асуми Маи.

— За нотами по музыкальной теории, — так как его щека была прижата, голос Ватанабэ Че звучал немного искажённо, — если бы у нас что-то было, разве стал бы я искать её во время обеденного перерыва?

— Хватит изворачиваться, именно потому, что у вас с ней что-то есть, ты специально пошёл во время перерыва, не так ли?

— Мики, ты просто склонна слишком много думать.

Юки Мики некоторое время изучающе смотрела на него, затем с улыбкой сказала: — Ладно, я верю тебе.

— Можешь не сомневаться, поверь мне, я не разочарую тебя.

Юки Мики презрительно фыркнула и лениво произнесла: — Это ещё неизвестно, ты и Асуми Маи - ничего между вами, а как насчёт тебя и Киёно?

— Мы с ней просто друзья, зачем о ней говорить? Давай оставим эту тему и займёмся чем-нибудь более серьёзным.

Ватанабэ Че обнял её ногу и, держась за неё, переплыл с другой стороны бассейна к ней.

В парящем тумане невозможно было различить, кто есть кто.

Изящный силуэт сначала сопротивлялся, затем они сплелись воедино.

31 октября, в полдень, Юки Мики, не достигнув на вилле никаких успехов, наконец не выдержала и выгнала Ватанабэ Че.

Бесцельно побродив по улицам полчаса, Ватанабэ Че решил пойти в Дзимботё почитать книги.

Сегодня был канун Хэллоуина и суббота, многие книжные магазины были закрыты.

Обойдя три магазина, Ватанабэ Че приобрёл оригинал "Маленького принца" на французском языке.

Найдя кафе, он сел на место, куда падал солнечный свет, и принялся серьёзно читать.

"Маленький принц" - знаменитая книга. Ватанабэ Че читал её на китайском, читал на японском, а теперь наконец начал читать оригинал на французском.

Он совершенно не знал французского языка, но испанский и французский родственны, оба принадлежат к индоевропейской языковой семье и имеют неразрывную связь с латынью.

Зная часть словарного запаса и сравнивая с китайской и японской версиями в памяти, он всё-таки мог читать незнакомый французский текст, хотя и не знал, правильно ли понимает. Однако для того, чтобы скоротать время, эффект был значительным.

К четырём часам край неба окрасился в багряный цвет, стёкла кафе тоже приняли оттенок сумерек.

Когда он уже запомнил сложные французские слова из "Маленького принца", позвонила Коидзуми Аонэ.

— Ватанабэ, ты где?

— В Дзимботё, читаю книги.

— Конкретное местоположение?

— У окна на втором этаже книжного магазина Сансэйдо.

— Подожди, пока я приду! Никуда не уходи!

— Ждать тебя? Что случилось, сэнсэй?

Не успел он закончить вопрос, как в телефоне раздались гудки – она повесила трубку.

Ватанабэ Че был совершенно озадачен и просто заказал клубничные вафли, которые ел, ожидая её прихода.

Коидзуми Аонэ пришла очень быстро, вместе с ней были Акико и Миядзаки Миюки.

— Сэнсэй, зачем вы меня искали?

— Забудь об этом, — сказала Акико, — эти вафли вкусные?

— Тесто хорошее, клубника немного кислая.

— Тогда я закажу одну порцию. Аонэ, Миюки, вы что будете?

Миядзаки Миюки взяла меню и, произнося протяжное "хм", пролистала его, затем указала на большой стеклянный бокал с кофе с молоком: — Вот это. Аонэ, ты что будешь?

— Дай подумаю, — Коидзуми Аонэ продолжила листать меню дальше.

Ватанабэ Че: ...

Когда все трое сделали заказ, Ватанабэ Че заказал себе ещё чашку кофе.

— Зачем вы меня искали, Коидзуми-сэнсэй? — спросил он снова.

— Разве я не обещала, что если вы получите золотую награду на национальном конкурсе, я угощу тебя ужином? — Коидзуми Аонэ отрезала небольшой кусочек торта ножом и вилкой и, не касаясь помады, отправила его в рот.

— А, точно, было такое, — вспомнил Ватанабэ Че.

— На самом деле причина совсем не в этом, — сказала Акико, жуя клубнику, — она беспокоилась, что ты вечером тайком отправишься в Сибую, где тебя заманит в отель для свиданий какая-нибудь странно одетая взрослая девица, и только потом вспомнила про обещание угостить тебя ужином.

— Акико!

— Юноша, у тебя есть пристрастие к женщинам в необычных нарядах? — Миядзаки Миюки кокетливо пила кофе, как женщина, пьющая саке.

— Как такое возможно? Кто распространяет эти слухи?

— Когда я обычно в белом халате, ты бросаешь на меня дополнительные взгляды, но сегодня этого нет.

— Правда? — глаза Акико заблестели, и она с интересом спросила.

Коидзуми Аонэ тоже уставилась на Ватанабэ Че.

— Моя цель при поступлении - медицинский факультет, в будущем я мечтаю стать врачом.

— Вот оно что.

— Врачи хорошо зарабатывают, — сказал Ватанабэ Че, отпив кофе, — насчёт ужина, давайте оставим эту идею. Сэнсэй, если вы будете все вместе, а я - единственный студент, вам будет неловко, верно? Я лучше скоро пойду домой.

— Ради одного тебя заставлять нас троих чувствовать себя неловко - действительно невыгодно, — сказала Акико, — поэтому давай просто позовём твою девушку, и ради вас двоих мы трое потерпим неловкость.

— ...

— Не только девушку, — Миядзаки Миюки, которой нравилось подливать масла в огонь, смотрела на Ватанабэ Че, — позови ещё и ту, что в медпункте клеила тебе пластырь.

— Клеила пластырь? — удивлённый взгляд Коидзуми Аонэ также был обращён на Ватанабэ Че.

— Это Киёно Рин.

— А, это она, — Коидзуми Аонэ с облегчением кивнула.

— Ах! — Акико вскрикнула, — похоже, у вас давно уже что-то есть! Ватанабэ, мы не требуем, чтобы ты позвал всех, просто выбери одну.

— Юноша, сделай свой выбор, — сказала Миядзаки Миюки тоном, которым почти можно было исполнить "Жестокий ангельский тезис".

— Сэнсэй, я хочу домой, — сказал Ватанабэ Че, глядя на Коидзуми Аонэ.

— Выбирай, Ватанабэ.

— ... — Ватанабэ Че провёл левой рукой по волосам, подпирая голову, — выбираю Киёно.

Он опасался, что если вызвать Юки Мики, которая не считалась даже с директором школы, то сегодня вечером работа трёх учителев окажется под угрозой.

К сожалению, три молодые женщины не могли понять его добрых намерений.

— О-о-о, потрясающе, потрясающе!

— Отказался от подруги. Юноша, действительно, стал легендой.

Коидзуми Аонэ уже звонила Киёно Рин.

— Киёно-сан? Это Коидзуми Аонэ.

— Добрый вечер, Коидзуми-сэнсэй, что случилось?

— Чтобы отпраздновать золотую награду духового оркестра на всеяпонском конкурсе, плюс как раз Хэллоуин, сэнсэй хочет пригласить тебя на ужин.

— Не нужно.

Как и ожидалось от Киёно Рин, она отказывала даже учителю без всяких церемоний.

— Ватанабэ тоже здесь, — сказала Коидзуми Аонэ шепчущим тоном.

Но это был только похожий тон, все присутствующие могли ясно расслышать, Акико даже толкнула Ватанабэ Че локтем.

— И что?

— Ватанабэ говорит, что если ты не придёшь, он уйдёт.

— Тогда пусть идёт домой и тихо сидит там, транспортная ситуация в Токио не очень благоприятна для будущего страдающего старческим слабоумием.

— Эй, я всё слышу! — недовольно вставил Ватанабэ Че.

Коидзуми Аонэ передала ему телефон.

Ватанабэ Че взял телефон и, не дожидаясь, когда собеседник произнесёт хоть звук, быстро сказал: — Дзимботё, у окна на втором этаже книжного магазина Сансэйдо, всё, пока.

Сказав "пока", он тут же повесил трубку, не дав ей ни единого шанса.

— Ватанабэ, она действительно придёт после того, как ты так сказал? — с любопытством спросила Коидзуми Аонэ.

Ватанабэ Че вернул ей телефон и отпил глоток кофе: — Не стоит недооценивать мстительность этой женщины. Ради того, чтобы обругать меня, она точно придёт.

— Ты действительно хорошо знаешь Киёно-сан, — кивнула Акико.

Вдруг она заметила книгу рядом с Ватанабэ Че, с любопытством взяла её и, глядя на обложку, спросила: — Что это?

— "Маленький принц" в оригинале на французском.

— Ты знаешь французский?

— Только начал учить.

— Впечатляет! — Акико с восхищением пролистала книгу, узнавая только те слова, которые также есть в английском.

— Ничего особенного. Руссо говорил: "Нежелание читать полезную книгу во время кофе - это слабость человека. А я больше всего люблю преодолевать свои слабости".

— Руссо действительно говорил такое? — спросила Коидзуми Аонэ, поедая пирожное.

— Или, возможно, это сказал Монтескьё?

— Всего лишь ученик, а знает больше, чем сэнсэй. Неужели мы можем учить тебя только школьным предметам? — вздохнула Акико.

— Позвольте задать нескромный вопрос: сэнсэй Акико, вы можете занять первое место в общенациональном тесте?

— ...

— Тогда, ограничиваясь только английским языком, можете занять первое место в стране?

Акико взяла нож и вилку: — Миюки, скажи мне, где кровь течёт сильнее, если уколоть?

— Большие артерии вокруг сердца, а на поверхности тела - сонная артерия и бедренная артерия. Если точно попасть, можно увидеть фонтан.

— Сэнсэй Акико, если вы испачкаетесь, то не сможете съесть вафли. Пожалуйста, сначала поешьте, потом колите.

Воинственное лицо Акико внезапно расплылось в улыбке: — Ватанабэ, ты действительно интересный парень. Будь я ученицей, влюбилась бы в тебя.

— Двадцатипятилетнюю девушку я тоже могу принять.

— Мне шестнадцать лет, — Акико снова взяла вилку, готовая колоть.

— Шестнадцать, шестнадцать, вам всегда шестнадцать, — а что ещё мог сказать Ватанабэ Че?

Через двадцать минут ожидания Киёно Рин появилась в кафе на втором этаже.

На ней было белое платье до середины икры, а сверху надета кофта на пуговицах с V-образным вырезом. Даже самые красивые манекенщицы в модных бутиках Харадзюку в Токио не могли сравниться с ней.

Киёно Рин с холодным выражением на своём прекрасном лице шла к их столику.

Ватанабэ Че готов был поклясться, что она уже продумала, как заставить его униженно извиняться, стоя на коленях.

Когда Киёно Рин подошла к столу и ещё не успела открыть рот, Акико, держа "Маленького принца", восторженно сказала: — Руссо говорил: "Нежелание читать полезную книгу во время кофе - это слабость человека".

Она перевернула страницу книги и продолжила: — "Но то, что я люблю больше всего, - это преодолевать свои слабости".

Киёно Рин замерла в недоумении, не понимая ситуации, когда опомнилась, инстинктивно поправила: — Учитель, Руссо говорил: "Страх болезни и боли - это человеческая слабость".

— Эх? — Акико моргнула и посмотрела на Ватанабэ Че.

— Я же говорил, что это слова Монтескьё.

Киёно Рин улыбнулась с интересом: — Ложь.

— Не Монтескьё? Хорошо, хорошо, тогда это точно сказал Вольтер.

— Снова ложь.

— И не он? Ну ладно, тогда уж наверняка это сказал Лу Синь.

— Вата-набэ.

— Учитель Акико, не волнуйтесь так, кровь действительно брызнет!

Ватанабэ Че, осмелившийся обмануть учителя, заплатил за кофе, и впятером они вышли на улицу.

Они пешком дошли до станции Дзимботё, затем 3 минуты до Суйдобаси, ещё 10 минут - и пришли в ресторан, который забронировала Коидзуми Аонэ.

Ресторан назывался "Сироки-я", специализировался на сашими, морепродуктах, жареных куриных шашлычках, а также предлагал другие популярные японские блюда.

Все по очереди сделали заказ.

Ватанабэ Че выбрал ассорти из якитори из популярного меню; Киёно Рин выбрала роллы; Акико заказала ассорти из сашими; Миядзаки Миюки - обжаренные плавники ската.

Коидзуми Аонэ, как хозяйка вечера, заказала больше: свиное сябу-сябу, обжаренную рыбу, бутакаяки, жареные онигири, маринованные целые баклажаны и другие блюда.

В конце три молодые женщины заказали пиво Kirin Ichiban, а два ученика - безалкогольные напитки.

Хотя порции были маленькими, когда стол был полностью заставлен блюдами, причём некоторые тарелки приходилось ставить одну на другую, праздничная атмосфера сразу воцарилась.

— Ура!

— Ура!

— Мм, жареные онигири такие вкусные! С добавлением соевого соуса просто божественно! Я должна попробовать сделать их дома!

— Сябу-сябу тоже отличное!

— В этом ассорти из сашими так много разных видов, что это всё?

— Каннпати, брюшко лосося, большеглазый тунец, креветки, осьминог, длинноперый тунец.

— Как здорово! Подожди, Киёно-сан, ты ведь не собираешься спрашивать, смогу ли я занять какое-то место в национальном рейтинге?

— Хм?

За едой, разговорами и рассказами Коидзуми Аонэ об интересных случаях из прежних школьных поездок время прошло до половины десятого вечера, и только тогда компания покинула ресторан.

Не спешили расходиться - возможно, опасаясь, что Ватанабэ Че пойдёт в Сибую, - они ещё зашли в ближайший игровой центр.

Была суббота, да ещё и Хэллоуин, так что игровой центр был полон людей.

Акико тащила Коидзуми Аонэ к барабанам, где они беспорядочно стучали, приводя в изумление стоявших рядом зрителей-школьников.

Миядзаки Миюки играла на чём-то похожем на игровой автомат.

Киёно Рин стояла рядом с Ватанабэ Че, наблюдая, как он, благодаря своей хорошей памяти - зная комбо, [Мастер свободных боевых искусств] - и быстрой реакции, побеждал одного противника за другим.

— Не хочешь сыграть? — гордо спросил Ватанабэ Че, покачивая джойстиком, после того как очередной противник уныло покинул кабинку.

— Разве это интересно?

— Тогда зачем ты столько времени смотришь?

— Мне просто нечем заняться.

— Ладно, — Ватанабэ Че встал и освободил место, — давай пройдёмся, посмотрим, может, найдётся что-то, во что ты захочешь поиграть.

— Нет.

— Не говори сразу "нет", давай сначала осмотримся.

Обойдя всё вокруг, они действительно не нашли ни одной игры, которая нравилась бы Киёно Рин.

Другие, возможно, были бы цундэрэ, но если Киёно Рин говорила "нет", значит - "нет".

— Вот это проблема.

— Хотя нет игр, которые мне нравятся, но есть одна вещь, которая меня заинтересовала.

— Какая?

— Вон та.

Ватанабэ Че проследил за направлением, куда указывала Киёно Рин, и увидел огромную плюшевую игрушку-дельфина, настолько большую, что на ней мог сидеть даже взрослый человек.

— Киёно-сан, позволь задать вопрос.

— Говори, по поводу знаний о дельфинах, думаю, я смогу тебе ответить.

— Не об этом. Ты знаешь дочь депутата префектуры Тиба?

Киёно Рин, подперев подбородок, задумалась: — Не знаю. Но в таких вопросах тебе быстрее будет обратиться к твоей девушке.

— Неважно, — Ватанабэ Че похлопал её по плечу, — пойдём, посмотрим.

Там было как минимум пятьдесят автоматов с куклами самых разных видов. От обычных игрушек до аниме-фигурок, ещё украшения и многое другое - всё что угодно.

Дельфина не нужно было вытаскивать захватом или обрезая верёвки - его давали как награду за установление рекорда в измерителе силы удара.

— Киёно.

— Что? — не ожидая, что придётся проверять силу удара, Киёно Рин сразу стала недовольной.

— Наконец-то настал момент проявить силу главного героя.

— Что за бессмыслицу ты снова несёшь?

Ватанабэ Че бросил монету, и мягкий шар для удара медленно опустился.

— Ты уверен? — тон Киёно Рин был холодным, но в нём ощущалось немного больше ожидания, чем обычно.

— Уверенности нет, но ради тебя я готов отдать все свои силы.

— Ложь, — Киёно Рин скрестила руки на груди, её губы холодно усмехнулись, — ты только и делаешь, что несёшь чушь и обманываешь девушек, я давно заметила...

— Что у меня нет уверенности - это ложь, а что я готов отдать все силы ради тебя - это правда.

— ...Киёно Рин откинула волосы с плеча за спину, — хм, есть уверенность или нет, узнаешь только после действия. Если бы для успеха достаточно было одной уверенности, Наполеон, победивший во второй, третьей, четвёртой и пятой антифранцузских коалициях, не встретил бы поражение при Ватерлоо.

— Обязательно ли было перечислять, в какой именно коалиции?

— Благодари меня за то, что я настолько о тебе забочусь. Кто ещё, кроме меня, с сердцем широким, как гора Митакэ, простит твою заносчивость и невежество?

— Э-э, Киёно-сан, Киёно-сама, Рин-тян, — Ватанабэ Че указал на дельфина, — я же делаю это для тебя.

В глазах Киёно Рин что-то мелькнуло, и её изящная отповедь наконец прекратилась.

— Смотри внимательно, — Ватанабэ Че сжал кулак, вся его правая рука наполнилась силой.

Киёно Рин ещё не успела подготовиться, как услышала оглушительный звук удара, от которого её уши на мгновение заложило.

Красные цифры на табло быстро росли, вскоре превзойдя исторический рекорд в 9210 баллов, и остановились только на максимальном значении 10 000.

Стеклянная крышка сверху измерителя силы медленно открылась, и под аккомпанемент разлетающихся конфетти плавно опустился дельфин.

— Я же говорил, что уверен, — Ватанабэ Че поправил рукава, взял игрушку и передал её Киёно Рин: — Она твоя.

— Спасибо, — Киёно Рин инстинктивно приняла подарок, в результате чего её почти не стало видно. И чтобы дельфин не касался земли задней частью, ей приходилось держать его, что через некоторое время вызывало боль в руках.

Вокруг них собрались люди, привлечённые этим зрелищем.

Группа детей столпилась вокруг Киёно Рин, с восхищением восклицая: "Как круто!", "Так завидую!".

А девушки говорили: "Я тоже хочу такого парня!", "Какой классный! Быстрее, фотографируй!", "Может, это какое-то развлекательное шоу?".

Киёно Рин, которую обычно не беспокоили взгляды окружающих, тоже покраснела.

Ватанабэ Че посмотрел на неё и протянул руку: — Давай я лучше понесу.

— ...Хорошо, — из-за дельфина донёсся тихий голос Киёно Рин.

Встретившись с Коидзуми Аонэ и остальными, Акико сразу закричала, требуя, чтобы Ватанабэ Че ударил ещё раз и получил новые призы для каждого из них.

Но не успели они далеко уйти, как их остановили сотрудники и предложили каждому выбрать что-нибудь в зоне подарков.

— Фу, оказывается, можно выбрать только одну вещь, а я думала, что каждый может выбрать по одной! — недовольно жаловалась Акико, выбравшая очень дорогой набор посуды.

— Ладно, Акико, нужно радоваться и тому, что можно выбрать хоть что-то, — с улыбкой утешала её Коидзуми Аонэ.

Сотрудник с довольной улыбкой наблюдал за ними.

С этим огромным дельфином, с которым было даже трудно передвигаться, плюс изысканный набор посуды, а также учитывая позднее время, все решили отправляться домой.

Акико пошла на ближайшую парковку, чтобы забрать отремонтированную машину и отвезти Ватанабэ Че и Киёно Рин домой.