Жизнь с учителями, подготовка к началу семестра

— С Новым годом, — поздоровавшись, Коидзуми Аонэ с недоумением спросила: — Ватанабэ, что ты здесь делаешь?

Ватанабэ Че посмотрел на стоявшего рядом с ним работника жилищной конторы, затем на трёх женщин: — Снимаю квартиру.

— Эту? — Ханако указала на квартиру 502.

— Да, — кивнул Ватанабэ Че.

Ханако хотела похлопать его по плечу, но из-за большого количества вещей в руках не смогла этого сделать.

С лукавым выражением лица она сказала: — Милости просим в гости.

— Квартира 501? — спросил Ватанабэ Че.

— Молодой человек, не стоит фантазировать из-за того, что будешь жить рядом с красивым учителем, — произнесла Миядзаки Миюки наставническим тоном опытного человека, хотя выглядела очень интеллигентно.

— Я не контролирую свои фантазии.

Ватанабэ Че вдруг понял, о чём она говорит.

Похоже, «это» тоже не поддаётся контролю?

Ему пришлось поправиться: — Постараюсь.

— Мне нравится его честность, хоть и с ноткой пошлости, — Миядзаки Миюки как близкий человек высказала Коидзуми Аонэ своё мнение о Ватанабэ Че.

— О чём ты говоришь, Миюки? — Коидзуми Аонэ не понимала или притворялась, что не понимает. — Ватанабэ, ты будешь жить один? Здесь дорогая аренда.

— Ты забыла, Аонэ? — со смехом сказала Ханако. — У этого мальчишки девушка — наследница семьи Юки, а любовница — наследница семьи Киёно.

Не дав ей договорить, Ватанабэ Че повернулся к работнику агентства: — Спасибо вам за сегодня.

— Что вы, не стоит благодарности. Тогда я откланяюсь. Если возникнут вопросы, пожалуйста, звоните, я сделаю всё возможное, чтобы помочь.

Понятливый сотрудник поклонился Ватанабэ Че и трём учителям, затем вошёл в лифт.

— Чего ты стесняешься? Подумаешь, принял фамилию жены. — Ханако презрительно отнеслась к тому, что Ватанабэ Че выпроводил сотрудника. — Моя личная мечта — найти богатого и выйти замуж.

— Коидзуми-сэнсэй, а какой должна быть ваша вторая половина? — спросил Ватанабэ Че.

— Эй! Интересуйся мной хоть немного! Паршивец! — недовольно воскликнула Ханако.

— Да-да, — Ватанабэ Че протянул руку и взял пакет из рук Ханако. — У меня нет денег, могу только помочь вам нести вещи. Надеюсь, вы не побрезгуете.

Ханако, массируя ноющие плечи, сказала: — Поздно, что бы ни случилось, я не буду замолвить за тебя словечко.

Столкнувшись с поддразниванием подруги, Коидзуми Аонэ беспомощно улыбнулась: — Пойдёмте, сначала войдём и положим вещи.

Ватанабэ Че последовал за ними в квартиру 501.

Планировка комнаты была почти такой же, как и в его арендованной квартире 502. Мебель в квартире создавала уютную атмосферу, на диване лежали декоративные подушки-игрушки, а под диваном был расстелен милый пушистый коврик.

На балконе сушились колготки — да, тут ощущалась настоящая жизнь.

«На Новый год они вернулись домой и даже не убрали это», — мелькнула мысль у Ватанабэ Че.

— Фух, так устала, — Ханако рухнула на диван.

Миядзаки Миюки тоже присела и глубоко вздохнула.

— Ватанабэ, садись, я принесу тебе воды, — сказала Коидзуми Аонэ.

— Не нужно, — Ватанабэ Че отвёл взгляд от осмотра помещения. — Мне ещё нужно заняться мебелью, купить кровать и прочее.

— Почему бы не вызвать транспортную компанию через интернет? — Ханако взяла подушку и легла.

— Транспортную компанию? — Ватанабэ Че не был знаком с этим.

В деревне Мидзава, где не было даже караоке-бара, рассчитывать на транспортную компанию было всё равно что надеяться найти стоиеновую монету под торговым автоматом.

— Забудь про транспортные компании. У тебя мало вещей, я помогу тебе перевезти их на машине, — Коидзуми Аонэ подошла с водой.

— Как неудобно, вы и так устали сегодня, — Ватанабэ Че взял стакан и сел в кресло. — Мы можем отложить это до завтра.

Коидзуми Аонэ легонько стукнула его по голове, затем села и, массируя плечи, сказала: — Ватанабэ, ты будешь жить один в такой большой квартире, это нормально?

— А что не так? — спросил Ватанабэ Че.

— Юки-сан — твоя девушка, но ты не можешь постоянно тратить её деньги.

— Но она даёт мне миллион иен каждый месяц и заставляет их тратить.

— А?! — Ханако приподнялась, затем с завистью и отчаянием снова легла. — Я тоже хочу такого парня! А-а-а!

Заметив странный взгляд Ватанабэ Че, Миядзаки Миюки пояснила: — Она просто так говорит. На самом деле она сейчас больше всех экономит, собирая деньги, чтобы купить эту квартиру.

— Ханако-сэнсэй такая потрясающая, — с уважением сказал Ватанабэ Че. — Эта квартира, наверное, дорогая?

Она находилась в районе Синдзюку, в пяти минутах ходьбы от станции Синаномати, с двумя линиями метро — линией Собу и главной линией Тюо — рядом со знаменитым парком Мэйдзи-Дзингу Гайэн.

— 159 миллионов 800 тысяч иен, — сразу ответила Ханако.

— Довольно дёшево, — небрежно заметил Ватанабэ Че.

— Дёшево?! — воскликнула Ханако, а затем выпалила: — Мы трое только три года как начали работать, наш средний годовой доход — 6 миллионов иен. Это уже считается высоким. Даже при таком доходе, если не есть, не пить и не считать аренду жилья, в год получается 18 миллионов иен, чтобы купить эту квартиру, нам всё равно понадобится десять лет.

— Разве годовой доход не увеличивается с опытом работы? — с любопытством спросил Ватанабэ Че.

— Я же сказала: без еды, питья и аренды, да ещё и втроём, — с некоторым отчаянием ответила Миядзаки Миюки.

— Вы действительно собираетесь покупать её вместе?

— Да, — Ханако повернулась и взяла пульт с низкого стеклянного столика, включая телевизор. — Мы трое планируем провести жизнь вместе, так что, Ватанабэ, если хочешь ухаживать за нашей Аонэ, будь готов содержать нас с Миюки.

Коидзуми Аонэ закатила глаза и сказала: — Ватанабэ, не слушай её болтовню. Кстати, о покупке квартиры — в этом году, благодаря тебе, с учётом премии мой годовой доход превысил 10 миллионов иен.

Она выглядела немного довольной.

— Кстати об этом, — Ханако выключила телевизор, на котором не было ничего интересного, и села, обнимая подушку. — Ватанабэ, не хочешь прийти в мой класс, чтобы я тоже получила премию?

— Спасибо, не надо, мне нравится Коидзуми-сэнсэй.

— А-а-а, а-а, а! Хм-м-м! — Ханако вела себя более по-детски, чем Ватанабэ Рэн, устраивая истерику и пиная ногами воздух.

Ватанабэ Че не обратил на неё внимания и спросил улыбающуюся Коидзуми Аонэ: — Коидзуми-сэнсэй, семестр начинается 9-го числа, почему вы уже вернулись?

— Нужно работать, — ответила Коидзуми Аонэ.

— Работать? — Ватанабэ Че не понимал.

— Молодой человек, ты же не думаешь, что сэнсэйы не ходят на работу, когда нет учеников? — сказала Миядзаки Миюки.

— Чем занимаются сэнсэйы, когда не ведут уроки?

— Межшкольные соревнования по успеваемости, невыполнимые показатели эффективности; помимо оценок, нужно разбираться с жалобами, проверять учебные материалы, проводить пробные уроки, бесконечные педсоветы, не говоря уже о родительских собраниях, — пожаловалась Коидзуми Аонэ.

Впервые Ватанабэ Че слышал, как Коидзуми Аонэ жалуется.

Впрочем, для учителя или звезды иметь два лица — нормальное явление.

Например, Ханако, которая, как говорят, во втором и третьем классах пользуется большим авторитетом, а сейчас?

Лежит на диване, выпятив попу, и притворно плачет.

Как бы хотелось сфотографировать и показать её ученикам.

— В государственных школах, наверное, легче? — спросил Ватанабэ Че.

— Возможно, — сказала Коидзуми Аонэ. — Но сэнсэйы государственных школ должны периодически менять место работы, а мы трое не хотим расставаться, поэтому вместе пошли в частную школу. А почему выбрали Камигаву, просто потому что мне понравилось название.

— Я вспомнила, как мы только приехали в Токио, — с ностальгией в голосе сказала Миядзаки Миюки. — Тогда мы ещё не жили в Синдзюку, приходилось вставать на два часа раньше, чтобы успеть на электричку.

Проведя полчаса у учителев, Ватанабэ Че откланялся.

Переобуваясь в прихожей, он услышал голос Ханако из гостиной: — Ватанабэ, Аонэ спит в самой дальней комнате, когда будешь пробираться к ней ночью, не ошибись дверью!

— Неправда! Я сплю в самой крайней!

— Ой-ой-ой, так ты всё-таки ждёшь ночного визита, а-а-а~?

— А! Ничего подобного!

«В гостиной началась драка, как бы хотелось вернуться и посмотреть». Ватанабэ Че обулся, сказал «до свидания» и вышел из квартиры 501.

На следующий день Коидзуми Аонэ помогла ему перевезти вещи на машине.

Вещей было не так много — в основном одежда и учебные принадлежности.

А ещё компьютер, игровая приставка, фотоаппарат, взрослая версия пояса Камен Райдера и другие вещи, купленные просто чтобы потратить деньги.

В полдень, когда Ватанабэ Че размышлял, как расположить компьютер и думал, не купить ли компьютерный стол вместе с кроватью, Коидзуми Аонэ позвала его на обед.

— Мы обычно едим простую пищу, не обращай внимания, — сказала она.

— Я обычно ем всякую дрянь, для меня это уже роскошный пир.

— В ресторанах слишком дорого, если готовить самому, можно сэкономить много денег.

— Всё-таки нужно копить на квартиру в Синдзюку, — заметил Ватанабэ Че.

— Да, нужно копить на квартиру в Синдзюку, — с улыбкой согласилась Коидзуми Аонэ.

Сказав это, она пошла будить двух девушек, которые всё ещё спали.

В комнате работало отопление, и две только что проснувшиеся учительницы были одеты довольно откровенно.

Миядзаки Миюки — в шортах и футболке.

Пышные ноги, упругая попа.

Одним словом, вредно для здоровья.

Особенно для Ватанабэ Че, молодого человека с чрезмерной энергией.

Ханако — в длинных пижамных штанах и рубашке.

Ничего особенного, разве что воротник пижамы неряшливо перекосился, пуговицы были не застёгнуты, слегка обнажая белизну.

Нехорошо, нехорошо, очень нехорошо.

Ватанабэ Че сидел прямо, решительно не глядя второй раз.

Для него, с его всё более укрепляющейся волей, это было несложно.

Сказал, что не посмотрит второй раз, значит, не посмотрит. К настоящему моменту этот принцип подводил его только с Киёно Рин.

«Она самая особенная, превыше всего она, моя богиня, Киёно Рин», — в тот момент Ватанабэ Че придумал новую молитву для своей религии поклонения Киёно.

— Вау! Сэндвичи, жареная курица, тамагояки, спаржа, завёрнутая в бекон, яичница, грибы, и ещё коробка клубники! Сегодня так хорошо едим? — Ханако с нетерпением села за стол.

— Это всё благодаря молодому человеку, — пошутила Миядзаки Миюки.

— Вовсе нет, просто в первый день возвращения хочется поесть что-нибудь вкусное, — даже не будучи Киёно Рин, все трое знали, что Коидзуми Аонэ лжёт.

— Приятного аппетита, — четверо сложили ладони вместе.

— Очень вкусно! — похвалил Ватанабэ Че.

— М-м-м, вкусно, вкусно! — Ханако сидела, поставив правую ногу на стул, прижимая ступню к левому бедру.

— Молодой человек, можешь приходить на каждый приём пищи, — сказала Миядзаки Миюки.

— Я тоже разрешаю! — Ханако говорила с набитым жареной курицей ртом, держа в руке клубнику. — Но не забудь оплатить питание, у нас все расходы делятся поровну.

Три человека делали преувеличенно восторженные лица, а Коидзуми Аонэ, удостоившаяся похвалы, была одновременно смущена и немного довольна.

— Неужели нужно так преувеличивать? Коидзуми-сэнсэй обычно не готовит? — с любопытством спросил Ватанабэ Че.

— Одно карри на три приёма пищи, — сказала Миядзаки Миюки.

— Или заказывает доставку, — ответила Ханако.

— Да не ем я три раза одно и то же карри, это уже слишком! Не выдумывайте! — Коидзуми Аонэ с лёгким румянцем капризно возмутилась.

— Ради здорового питания учителев я решил: буду приходить на каждый приём пищи!

— Плата за питание с каждого...

— Ханако! — недовольно Коидзуми Аонэ оттолкнула протянутую руку Ханако. — Готовить на троих или на четверых — одинаково, к тому же, Ватанабэ — наш ученик, как мы можем брать с него деньги?

— Он твой ученик, этот парень признаёт только тебя, — пробормотала Ханако. Видя, что Коидзуми Аонэ снова собирается её отчитать, быстро поправилась: — Хорошо, не надо денег, всё равно этот парень получил первое место по стране, ты получила из-за него немалую премию.

— Тогда давайте так, — сказал Ватанабэ Че. — Я буду мыть посуду.

— Решено! — судя по скорости ответа, обычно посуду мыли Миядзаки Миюки и Ханако.

После обеда Ватанабэ Че отправился за покупками.

Диван, журнальный столик, кухонная утварь, холодильник и так далее, а ещё белая огромная кровать за 1 миллион 160 тысяч иен — достаточно большая, чтобы на ней могли лежать бок о бок около шести человек, очень мягкая.

Раньше Ватанабэ Че предпочитал более жёсткую кровать и не был привередлив к размеру, но поскольку он долго спал с Юки Мики, то привык к мягкости и размеру её кровати.

На этот раз он решил купить точно такую же.

Когда вечерние лучи солнца падали на леса парка Мэйдзи-Дзингу Гайэн, три учительницы потащили Ватанабэ Че за продуктами.

На ужин они насладились вкусным супом набэ с рыбой анко.

Дни перед началом занятий были записаны в дневнике так:

Утро, пробежка в парке Мэйдзи-Дзингу Гайэн — здесь действительно бегают профессиональные спортсмены;

До обеда, шатание по окрестностям, обнаружил три книжных магазина, чаще всего посещаю «Сэйдзан-до» — хотя всё равно предпочитаю Дзимботё;

(Перед чтением обычно советуюсь с Киёно Рин о том, что она недавно читала; закончив, делюсь своими мыслями о книге, часто получаю насмешки в ответ. Надеюсь когда-нибудь заслужить похвалу.)

После обеда, прогулки с учителями по парку, созерцание 300-метровой гинкговой аллеи — иногда катание на лодке по озеру;

Вечером, если не иду к Юки Мики, играю дома с Сайто Кэйсукэ и другими в видеоигры, иногда играю с учителями в настольные игры.

Асуми Маи ещё не переехала, во время телефонных разговоров с Ватанабэ Че она говорила, что сможет переехать из дома только к весенним каникулам.

Зимние каникулы быстро закончились, и наступило начало третьего семестра.

9 января, частная школа Камигава, у шкафчиков для обуви

— Киёно-сан, шесть дней не виделись.

— Неужели? — Киёно Рин достала туфли из шкафчика.

— Сегодня максимальная температура 16 градусов, самая высокая с начала января, отличная погода для воссоединения.

— Ватанабэ-кун, ты что, стрекоза с продолжительностью жизни восемь месяцев?

— Что ты имеешь в виду?

— Воссоединение относится к ситуации, когда друзья или родные встречаются после долгой разлуки, — Киёно Рин встала и посмотрела на Ватанабэ Че. — Если шесть дней считаются «долгими», то ты, должно быть, стрекоза.

Затем, не дожидаясь ответа Ватанабэ Че, она добавила: — Извини, я не учла возможность того, что ты муха. Судя по производимому шуму, вероятность того, что ты муха, выше.

Закрыв шкафчик, Киёно Рин перед уходом сказала последнюю фразу: — Судя по твоему виду, ты, наверное, не знаешь, что мухи живут всего месяц.

— ...

И кто же из них шумная муха? Может быть, за шесть дней без встреч богиня Киёно очень скучала по своему единственному последователю? Ватанабэ Че не спеша переобулся, не стал её догонять.

В конце концов, с сегодняшнего дня они будут видеться каждый день.