Последнее лето (1)

Нежный багрянец расстилается по небу на закате.

Мать Юки, подняв руки, потягивается и глубоко вздыхает, потом поворачивает голову:

— Рин, Мики, Ватанабэ-кун, поужинаем вместе?

Киёно Рин слегка колеблется, но кивает в знак согласия.

Четверо встают, Ватанабэ Че приглушенным голосом спрашивает у Юки Мики: — Мне сказать им?

Юки Мики, скрестив руки на груди, бросает на него взгляд.

— Сэнсэй, сэмпай, до свидания, — повышает голос Ватанабэ Че, обращаясь к ним.

Асуми Маи слегка кивает.

— До свидания, — отвечает Коидзуми Аонэ, а затем обращается к маме Юки: — Мать Юки, до свидания!

— До свидания. Коидзуми-сэнсэй, Мики в школе поручаю вам, — отвечает Юки Мидзуки с элегантной непринужденной улыбкой.

Сказав это, она берет под руку Юки Мики и Киёно Рин и направляется к выходу.

— Что-то я проголодалась. Есть пожелания? Поедем в Минато? Найдем ресторан у Токийского залива, полюбуемся закатом за ужином?

— Как вам будет угодно, — равнодушно отвечает Киёно Рин.

— А ты, Ватанабэ-кун? — оборачивается мать Юки.

— Мне всё равно, — Ватанабэ Че берет пиджак со стула Юки Мики, встряхивает его пару раз и догоняет их.

Пройдя несколько шагов, они замечают, как от группы поддержки к ним бегут пять-шесть девушек.

— Ватанабэ-кун, сегодня вы играли просто потрясающе! — говорит девушка, возглавляющая группу, с восхищением в голосе.

— Спасибо за поддержку, я всё время слышал ваше подбадривание.

— Это наш долг! Ватанабэ-кун, мы будем продолжать поддерживать вас! Не могли бы вы дать нам автограф?

Все смотрят на Ватанабэ Че с ожиданием. Он собирается отказать, но, заметив кого-то среди них, меняет решение: — Автограф дать могу, но не гарантирую, что в будущем он будет чего-то стоить.

— Ничего страшного, спасибо, Ватанабэ-кун!

Ватанабэ Че по очереди принимает протянутые ему новые блокноты, ежедневники, календари и ставит подпись в подходящих местах.

— Вы пришли поддержать нас, но почему с собой такие вещи? — спрашивает он, продолжая расписываться.

— Сегодня воскресенье, мы утром ходили по магазинам на Такэсита-дори! — отвечает миниатюрная девушка с голосом как у жаворонка, протягивая календарь в милом стиле.

— Ясно, — кивает Ватанабэ Че. — Будьте осторожны на обратном пути.

В правом нижнем углу календаря он пишет: «Желаю младшей сестре Асуми Рикка успехов в учебе, Ватанабэ Че».

— Готово, — возвращает он календарь и ручку. — Если не пойду сейчас, Мики меня убьет. До свидания всем, продолжайте поддерживать бейсбольный клуб.

— До свидания, Ватанабэ-кун (сэмпай)!

— Мы будем поддерживать вас и дальше!

Ватанабэ Че с пиджаком в руках поворачивается и идет к трем ожидающим его людям.

— Ватанабэ-кун такой популярный, — смеется мать Юки.

— В вашей молодости вы наверняка были популярнее меня.

— Конечно! Мне признавались в любви все девушки школы!

— Девушки?

— Это же была женская школа, что мне оставалось делать?

Ватанабэ Че игнорирует вошедшую в режим девочки-подростка маме Юки Мидзуки и обращается к Юки Мики:

— Я просто давал автографы, чтобы поблагодарить их за поддержку.

— Пока нет физического контакта, о таких мелочах можно не отчитываться, — Юки Мики безразлична к популярности своего парня.

Более того, чем популярнее Ватанабэ Че, чем больше девушек ему завидуют, тем счастливее она.

Пока они разговаривают, Киёно Рин бросает взгляд на девушек, просивших автограф.

Заметив внешность одной из них, она понимает, почему Ватанабэ Че неожиданно согласился дать автограф.

— Пойдемте, я действительно проголодалась, — под настойчивые призывы мамы Юки четверо покидают трибуны.

Девушки, получившие автографы, возвращаются к группе поддержки.

— Ах, как я завидую! Если бы я знала, тоже набралась бы смелости подойти!

— Даже если бы ты подошла, у тебя ведь нет ничего для автографа?

— К тому же, если бы нас было больше, Ватанабэ-кун мог бы отказать. Покажи скорее, я еще не видела автограф Ватанабэ-куна!

— Странно?

— Что такое?

— Почему только у Рикки отличается?

— Чем отличается? — Асуми Рикка быстро забирает свой календарь и сравнивает с другими.

У всех просивших автограф написано «Желаю успехов в учебе», и только у нее «Желаю младшей сестре Асуми Рикка успехов в учебе».

— Рикка, ты знакома с Ватанабэ-сэмпаем? — с любопытством спрашивает одна из девушек из группы поддержки.

— М-м-м, мы никогда не разговаривали, — вспоминает Асуми Рикка.

— Точно! Рикка же была представителем первокурсников, наверное, он запомнил тебя тогда! Ватанабэ-кун такой умный, ему достаточно одного взгляда, чтобы запомнить!

— Я тоже хочу, чтобы Ватанабэ-сэмпай меня запомнил! Рикка, я так тебе завидую-ю-ю!

Окруженная подругами Асуми Рикка не надеется, что причина именно в этом.

Возможно, Ватанабэ-сэмпай нашел ее милой и давно обратил на нее внимание?

Коидзуми Аонэ, глядя на весело болтающих девушек из группы поддержки, спрашивает у Асуми Маи: — Это твоя младшая сестра?

— Да, — без особой реакции кивает Асуми Маи.

— Ватанабэ, похоже, особенно внимателен к ней из-за тебя, — ласково улыбается Коидзуми Аонэ.

Проявлять особую заботу к родственникам любимого человека, по ее мнению, прекрасно.

— Да, — всё так же безэмоционально отвечает Асуми Маи.

Ее кристально чистые, как летний родник, глаза пристально смотрят на Коидзуми Аонэ:

— В путешествие я тоже поеду.

— ...

***

Согласно метеорологическому управлению, сезон дождей в этом году продлится до 20 июля.

С тех пор как после короткой поездки в Атами Ватанабэ Че пообещал свозить ее в путешествие после окончания сезона дождей, Коидзуми Аонэ каждый день светилась от счастья.

По мере того как бейсбольный клуб одерживал победы в отборочных соревнованиях на Косиэн, и в школу даже приезжали журналисты, сезон дождей подходил к концу.

Когда она услышала звонкое пение цикад и получила подтверждение, что они поедут смотреть на цветы в Фурано на Хоккайдо, всё ее существо воспламенилось.

Кроме уроков, даже в учительской, глядя на принесенные в тот день розы, она думала только о дне отъезда.

Каждое утро, просыпаясь и осознавая, что до конца сезона дождей стало на день ближе, она чувствовала прилив энергии.

Дни стали более яркими, а дух — более бодрым.

Экзамены закончились, до летних каникул оставалось несколько дней, время беспечности.

— Коидзуми-сэнсэй в последнее время всё прекраснее! — восхищенно заметила женщина-учитель из той же учительской.

— С ежедневной розой как не похорошеть! — с улыбкой добавила другая, немного старше годами.

— Главное, вчера... — Ханако протянула.

— Что было вчера? — хором спросили женщины-учителя.

— Ханако! — смущенно воскликнула Коидзуми Аонэ.

— Не скажу! — самодовольно ответила Ханако всем.

— Жадина!

— Скучно!

Когда все разошлись, Ханако тихо спросила у Коидзуми Аонэ: — Вчера ты пошла его проводить и полдня не возвращалась, что произошло?

— Ничего, — Коидзуми Аонэ перебирала уже разобранные учебные планы.

— Ничего? — Ханако достала телефон. — Посмотри, как ты выглядела, когда вернулась.

На видео Коидзуми Аонэ с выражением счастья на лице обнимает подушку, сидя на диване, смотрит на телевизор и время от времени вдруг начинает смеяться, пряча лицо в подушку.

Когда она поднимает голову, лицо её уже ярко-красное.

Камера поворачивается к телевизору, где идет документальный фильм «В поисках самого вкусного рамена в Токио» — программа, над которой невозможно смеяться, даже если у тебя самый низкий порог юмора.

— Ты снимала меня?! — Коидзуми Аонэ, глядя на саму себя, неожиданно смеющуюся на видео, покраснела и попыталась отобрать телефон. — Быстро удали!

— Расскажи мне, что вы делали вчера!

— Ничего не делали! Быстро удали!

— Не верю! — Ханако защищала свой телефон.

Видя, что отобрать не получится, Коидзуми Аонэ, покраснев, оглянулась, убедилась, что никто не слышит, и тихо сказала Ханако: — Он получил первое место по стране, поэтому...

Голос становился всё тише.

Ханако медленно округлила глаза: — Вы сделали это?!

— Конечно нет! — Коидзуми Аонэ легонько ударила её, оглянувшись по сторонам. — Просто обнялись.

— И всё?

— Ещё поцеловались.

— Куда? — Ханако выглядела сосредоточенной, как ученица, внимательно слушающая учителя.

Коидзуми Аонэ, опустив голову с пунцовыми щеками, медленно подняла руку и указала на свои мягкие губы.

Видя смущенную Коидзуми Аонэ, даже Ханако, как женщина, не могла не растрогаться.

Стоило представить ту сцену: Коидзуми Аонэ с закрытыми глазами, запрокинув лицо с застенчивостью, смешанной с робостью и ожиданием, Ватанабэ Че медленно приближается, чтобы насладиться мягкостью её губ.

Чем больше Ханако думала об этом, тем сильнее чувствовала, как внутри разгорается пламя.

— Ханако! Что с тобой? — внезапно воскликнула Коидзуми Аонэ, в ужасе.

— Я? Что... — жидкость потекла из носа, она провела рукой и обнаружила кровь.

— Не двигайся, вот салфетка! — Коидзуми Аонэ быстро протянула ей бумажную салфетку.

Ханако прикрыла нос салфеткой, которая быстро окрасилась в красный, и поспешила сменить её на новую.

— У тебя жар в последнее время? — преодолев первоначальную панику, спокойно спросила Коидзуми Аонэ.

— Это всё из-за тебя, — сказала Ханако с заложенным носом, из-за чего голос звучал приглушенно.

— Из-за меня? Неужели я в последнее время готовила что-то слишком острое? Но только у тебя кровь из носа, — Коидзуми Аонэ протянула ей еще салфетку. — Давай сходим в медпункт, пусть Миюки посмотрит.

— Проводи меня, — Ханако, став пациентом из-за кровотечения из носа, капризничала.

— Хорошо, хорошо, я тебя отведу, — Коидзуми Аонэ помогла ей встать.

— Возьми салфетки, — напомнила Ханако.

Школьные коридоры были полны шума.

Только в эти дни между окончанием экзаменов и началом летних дополнительных занятий ученики Камигавы, обязанные усердно учиться, могли по-настоящему расслабиться.

Дойдя до первого этажа, они увидели журналистов, берущих интервью у звездного питчера Косиэна, фамилию которого Коидзуми Аонэ не помнила.

По слухам, он отлично выступил в полуфинале восточнотокийского регионального турнира.

— Правда ли, что ваша команда пообещала, что если не выйдет в финал Косиэна, то встанет на колени перед школьными воротами и извинится перед всеми учениками и учителями?

— Да. Сжигая мосты, не оставляя пути назад, мы можем пробудить наш максимальный потенциал и соревновательный дух. К тому же, школа с каждым годом поддерживает нас всё больше, особенно директор, выделивший много средств, чтобы мы могли использовать лучшее оборудование, лучшие площадки, мы должны оправдать...

Они прошли в медпункт, к этому времени кровотечение из носа Ханако прекратилось само собой.

После дневных уроков учеников отпустили пораньше, а учителя приняли участие в общем собрании.

Три женщины-учительницы сидели в углу.

Директор, завуч и учитель физкультуры сидели на верхних местах.

После доклада завуча о результатах первого семестра в Камигаве директор начал хвалить выдающихся учителей.

— Учитель 1-го класса Танака Саяка, в ее классе Асуми Рикка заняла девятое место по стране.

— Учитель 4-го класса Коидзуми Аонэ...

Ханако толкнула локтем Коидзуми Аонэ.

Поскольку директор смотрел в их сторону, Коидзуми Аонэ сохраняла серьезное выражение лица, не смея делать лишних движений.

— Ученик Ватанабэ Че вновь занял первое место по стране, ученицы Киёно и Юки разделили второе место.

— Благодаря усилиям школы, четыре императорских высших учебных заведения, включая Токийскую высшую школу, обещают: если эти трое учеников сохранят такие же результаты во втором семестре, они смогут поступить без экзаменов.

— Это огромная честь, даже для нашей частной школы с репутацией элитного учебного заведения!

— Наверняка по блату. Чтобы разрекламировать и привлечь больше учеников в следующем году? — Ханако, глядя вперед, почти не шевелила губами.

— Вероятно, — Миядзаки Миюки так же незаметно отвечала.

— Даже если по блату, это всё равно потому, что Ватанабэ и эти двое имеют такие способности, — тихо сказала Коидзуми Аонэ.

Директор продолжал хвалить какого-то учителя.

— Помимо вышесказанного, основная цель этого собрания — распределить работу на летние каникулы, — продолжил директор.

— В прошлом году наша школа решила усилить клубную деятельность, сохраняя при этом высокий процент поступления в императорские высшие учебные заведения.

— Тогда мы выбрали бейсбольный клуб.

— Инвестировали значительные средства, пригласили талантливых игроков со всей страны, и в первый же год достигли результата "представителя Восточного Токио".

— Также в прошлом году, просто купив несколько инструментов, без специального приглашения дирижера, духовой оркестр, благодаря помощи учеников Киёно Рин и Ватанабэ Че, завоевал золотую награду на национальном конкурсе.

— Более того, Ватанабэ Че получил приглашения от нескольких музыкальных высших учебных заведений, включая Музыкальную высшую школу Мусасино, и может поступить сразу после успешного окончания школы.

— Этот парень, кажется, слишком крут? — Ханако снова начала шептаться.

— Вот что значит гений, — восхищенно сказала Миядзаки Миюки.

— Не только это, Ватанабэ также очень трудолюбив, — ответила Коидзуми Аонэ.

Впереди директор сделал небольшую паузу.

— Цель нашей школы на этот год — спортивный клуб, бейсбольный клуб, выход в финал Косиэна.

— По этому поводу президент бейсбольного клуба, ученик Утида, уже дал мне гарантии, поэтому школа должна полностью их поддержать.

— Я решил, — директор посмотрел на всех учителей, — организовать всю школу для поддержки!

Снизу послышался легкий шепот обсуждения.

— Группа поддержки, духовой оркестр, а также остальные ученики должны участвовать в поддержке. Сэнсэй Янагида.

— Да! — встал учитель физкультуры по фамилии Янагида и поклонился всем. — Основные формы поддержки включают: хоровые кричалки, использование черных и белых карточек для составления школьной эмблемы, иероглифов "Камигава", "Победа" и других.

Снова поклонившись, учитель физкультуры сел.

— Спасибо, сэнсэй Янагида, — сказал директор. — Прошу всех учителей уведомить учеников, связаться с родителями, обеспечить присутствие учеников в школе во время летних каникул для тренировок, практики поддержки.

— Кроме того, для обеспечения безопасности учеников, избежания несчастных случаев — сейчас лето, легко получить тепловой удар, все классные руководители до окончания Косиэна должны оставаться в Токио, приходить в школу ежедневно, следить за тренировками учеников.

— Что касается зарплаты, она будет в два раза выше обычной.

— Если на Косиэне будет одержана победа, то в три раза.

— Помимо классных руководителей, участие которых обязательно, остальные учителя могут записаться добровольно, зарплата — в обычном размере, в случае победы — в двойном.

— Директор, я! — Ханако подняла руку.

— Собрание закончено, запись у завуча.

— Да-а-а! — протянула Ханако.

Все засмеялись, директор тоже улыбнулся, он был в отличном настроении.

Ватанабэ, Киёно, Юки почти наверняка получат досрочное зачисление в императорские высшие учебные заведения;

В области культурных клубов духовой оркестр в прошлом году получил национальное золото;

В этом году бейсбольный клуб показывает отличные результаты, осталась лишь одна, практически без интриги, финальная игра, и они выйдут на Косиэн.

Репутация привлекает хороших абитуриентов, абитуриенты обеспечивают высокий процент поступления, а с постепенным усилением клубной деятельности, как директор, он через год-два сможет получить рекомендацию от членов школьного совета для работы в Министерстве образования, культуры, спорта, науки и технологий.

Для этого, помимо достижения результатов, он также заискивал перед семьей Юки.

Дело практически гарантировано, только бы бейсбольный клуб не облажался в этом году, не вылетел в первом раунде, хотя бы дошел до восьмерки лучших на Косиэне.

— Да, кстати, — директор вернулся из своих прекрасных мечтаний, — сэнсэй Миядзаки, как школьный врач, будьте постоянно наготове, подготовьте больше средств против теплового удара.

— Есть!

Директор расслабил позу, и завуч тут же объявил: — Собрание окончено, разойдитесь.

По сравнению с моментом до собрания, школа казалась пустынной и тихой, в коридорах не было ни души.

В этот момент частная школа Камигава напоминала руины, где люди внезапно исчезли, а здания сохранились.

За исключением изредка доносящихся жалобных криков воронов, не было ни звука, даже духовой оркестр, бейсбольный клуб и другие клубы с летними соревнованиями сегодня ушли пораньше.

Небо залито закатным светом, последние дни стоит прекрасная погода, если дождя больше не будет, это означает, что сезон дождей в этом году уже закончился.

— А ведь сезон дождей почти прошел! — Коидзуми Аонэ была крайне недовольна, в душе полная упреков директору. — Почему именно классным руководителям обязательно оставаться в Токио?!

— Потому что высокая зарплата, — ответила Ханако.

— Лучше бы я не получила ее! — решительно заявила Коидзуми Аонэ.

— Смотрю, ты сейчас ради путешествия с юным Ватанабэ готова и уволиться, и не жалеть об этом, — сказала Миядзаки Миюки, засунув руки в карманы белого халата, с безразличным выражением лица.

Как школьный врач, она проводила в школе даже больше времени, чем классные руководители, хотя и получала неплохие деньги.

— А если уволиться? — спросила Коидзуми Аонэ.

— Эй! — Ханако испугалась. — Мы с таким трудом прошли множество письменных и устных экзаменов, чтобы попасть в Камигаву!

— Из-за одной поездки уволиться, а потом днем не видеться с молодым человеком? Аонэ, подумай хорошенько, — сказала Миядзаки Миюки.

— Эх, — глубоко вздохнула Коидзуми Аонэ.

— После окончания Косиэна еще будут каникулы? Тогда можешь поехать, — предложила Ханако.

— Хорошо! — Коидзуми Аонэ сжала кулак с девичьей решимостью. — Надеюсь, бейсбольный клуб не пройдет отбор, проиграет в региональном финале!

— Это же бейсбольный клуб нашей школы! К тому же, чем дольше продержится бейсбольный клуб, тем больше зарплаты мы получим! Разве ты не планируешь копить деньги на одежду, игрушки для будущих детей?