День занятий
Насчёт глупости — пока не будем об этом.
— Продолжай, — «Коидзуми Аонэ» сидела на диване, сдвинув ступни вместе, и смотрела на Киёно Рин, словно приготовившись слушать историю.
Киёно Рин заметила, как та бессознательно играла с пальцами ног Ватанабэ Че.
— Во-первых, как ты обращаешься к Юки Мики.
— Мики-чан?
— Мики, а ещё К-сан.
— А, — «Коидзуми Аонэ» кивнула.
— Когда говоришь с другими, используешь выражения «моя Мики», «моя К-сан», особенно когда отказываешь девушкам.
— Какая верность, не зря ты мой ученик! Ха-ха-ха!
Киёно Рин бросила на неё взгляд, прислонилась к стене и продолжила спокойным голосом: — У Ватанабэ Че есть ещё одна любовница.
— ... — «Коидзуми Аонэ» замерла, и только через две секунды переспросила: — Любовница?
— Не беспокойся, — безразлично сказала Киёно Рин, — Асуми Маи любит Ватанабэ Че до безумия, и если он скажет ей хоть слово, она твоё присутствие просто проигнорирует.
— Вот как, тогда я... Нет, нет! Что ещё за любовница?!
— Любовница — это как возлюбленная или девушка, но без официального статуса или обязательств. Ватанабэ Че иногда так говорит. Тебе стоит больше читать в ближайшие дни.
«Коидзуми Аонэ» почесала затылок и растерянно сказала: — Ты столько всего рассказала, что я теперь вообще не знаю, как себя вести.
Киёно Рин задумалась: — Тогда начнём сначала. Я расскажу тебе обо всём, что случилось с Ватанабэ Че после приезда в Токио.
«Коидзуми Аонэ» недовольно протянула: «Э-э-э-э».
— Я хочу пойти погулять, может, расскажешь по дороге?
Она посмотрела на большую стеклянную стену гостиной.
За окном солнце уже село, зажглись уличные фонари, и машины мчались, как кровь в венах, пульсируя по Токио.
— У тебя плохие оценки, да? — утвердительно спросила Киёно Рин.
— Какое отношение это имеет к делу? И они не такие уж плохие, чуть выше среднего!
— Средний уровень деревенской школы, чем тут гордиться?
— Я в будущем поступила в престижный университет Васэда!
Киёно Рин подпёрла подбородок рукой и задумчиво произнесла: — Теперь я понимаю.
— Вот видишь! — «Коидзуми Аонэ» гордо уперла руки в бока. — Мои оценки не так хороши только потому, что я не прилагала усилий. Если я решу постараться, нет ничего невозможного!
— Говорят, ты начала усердно заниматься только в частной школе, значит, это заслуга твоего будущего и моих наставлений.
— Эм, — «Коидзуми Аонэ» подняла руку, — госпожа сестрица, а вам никто не говорил, что вы самовлюблённая?
— Я вторая в стране.
— У меня больше нет вопросов, — «Коидзуми Аонэ» опустила руку.
Киёно Рин тоже опустила руку, подошла к дивану.
«Коидзуми Аонэ» подвинулась, похлопав по освободившемуся месту, приглашая Киёно Рин сесть рядом.
Киёно Рин проигнорировала её жест и села в кресло, начав рассказывать о Ватанабэ Че.
— Точное время не помню, но примерно в апреле, в один из дней, когда весна уже набирала силу, я писала статью для литературного клуба, когда вошёл Ватанабэ Че.
«Коидзуми Аонэ» слушала каждое слово, сначала без особого интереса, но постепенно стала всё внимательнее.
Она сидела на диване, поджав колени, обнимая подушку и положив на неё подбородок.
Когда она услышала, как Клуб наблюдения за людьми вызвали в учительскую из-за статьи для литературного клуба, и отчитывала их именно она сама — будущая «Коидзуми Аонэ», она расхохоталась.
Ноги Ватанабэ Че радостно подпрыгивали от её пинков.
— Это так забавно! — вытирая слёзы с уголков глаз, она пыталась отдышаться. — Вас двоих не преследовал литературный клуб? И мой любимый ученик оказался таким бабником? Что за вкус у меня?
Немного позже она возмущённо воскликнула:
— Эта Тамамо Конами — настоящая стерва! Ватанабэ так искренне ей помогал, а она ещё и злословила о нём!
Когда Киёно Рин дошла до Отяномидзу, «Коидзуми Аонэ», нервно обхватив подушку, не сводила с неё глаз.
— О его отношениях с Юки Мики я узнала во время зимнего лагеря, когда мы случайно встретились в туалете.
— Он спросил: «Могу я задать тебе вопрос?», а я ответила: «Если вопрос о том, почему такая красавица как я тоже ходит в туалет, то тебе не нужно знать ответ».
— Вы оба такие забавные, — прокомментировала «Коидзуми Аонэ».
Киёно Рин сделала паузу, взглянула на часы в гостиной и сказала:
— На сегодня достаточно.
«Коидзуми Аонэ» разочарованно протянула: «Э-э-э-э»: — Прямо на этом месте? Что вы там в туалете говорили? А что было дальше? Как Ватанабэ Че заставил эту психопатку Юки Мики влюбиться в него? И как они стали парой?
— Тебе разве не нужно в школу? — спросила Киёно Рин.
— Совсем забыла!
— Тогда иди.
— Хорошо, госпожа сестрица, — «Коидзуми Аонэ» отложила подушку, встала, поставив ноги на пол, и потянулась.
— Можешь остаться здесь на ночь, пусть Ватанабэ возвращается один.
— Не нужно, я хочу попробовать токийское ночное такси.
— Как хочешь.
«Коидзуми Аонэ» взяла сумку и направилась к выходу, но вдруг обернулась: — Я потратила много денег Ватанабэ Че, он не будет требовать их с настоящей меня?
— Не волнуйся, ты его любимый сэнсэй, эти деньги для него ничего не значат.
— Замечательно, — «Коидзуми Аонэ» похлопала «себя» по голове, — хороший мальчик, сэнсэй не зря тебя любит.
Киёно Рин с головной болью начала массировать виски.
***
Четвёртое апреля, раннее утро.
Шторы задёрнуты, в комнате полумрак, Коидзуми Аонэ открыла глаза.
«Странно, сон продолжается?», «Нет, это не сон!», «Конечно, это не сон, Ватанабэ-кун», «Что это? Извращенец!», «Госпожа сестрица!»; Киёно Рин в лучах заката, любовница Асуми Маи, Юки Мики из Отяномидзу.
За завтраком Коидзуми Аонэ, глядя на Ханако и Миядзаки Миюки, будто невзначай сказала: — Кстати, мы ведь начали дружить примерно в это время, да?
— Хм-м-м, — Миядзаки Миюки задумалась, а затем утвердительно кивнула, — примерно тогда.
Ханако, отправляя в рот маленькую сосиску, добавила: — Между прочим, это ты тогда нас нашла первой.
Сказав это, она посмотрела на Миядзаки Миюки:
— Миюки, помнишь, что тогда сказала тебе Аонэ?
— Да. Она внезапно подошла ко мне и сказала: «Миядзаки-сан, поедем вместе в Токио в будущем», а потом привела меня к тебе, обняла нас обеих и заявила что-то глупое вроде: «Давайте с сегодняшнего дня станем лучшими друзьями».
— Точно, я тогда так удивилась!
— Тем более что в то время мы едва знали друг друга.
Коидзуми Аонэ слушала, как две девушки по очереди вспоминали прошлое. Она слышала эту историю много раз, но у неё не было реальных воспоминаний.
Она помнила только, как очнулась в тумане спустя месяц, а Ханако и Миюки уже естественно шли рядом с ней.
Они вместе ели, вместе ходили в школу, вместе учились, вместе приехали в Токио — всё казалось таким естественным.
После завтрака все трое закончили умываться и краситься, сели в машину и поехали в школу.
Коидзуми Аонэ сидела в учительской, проверяя расписание на сегодня.
Вчера в четвёртом классе не было английского, сегодня это четвёртый урок.
— Аонэ, что с тобой? — обеспокоенно спросила Ханако. — С самого утра витаешь в облаках, может, простудилась?
Коидзуми Аонэ очнулась и с улыбкой ответила: — Всё в порядке, просто думаю о классном часе. Я пошла в класс.
— Хорошо.
Она взяла документы и вышла из учительской.
Идя по коридору, она слышала бодрые утренние голоса учеников из классов, и вскоре дошла до четвёртого класса.
— Всем сесть на места, — сказала она, направляясь к кафедре.
— Да-а-а, — ученики послушно вернулись на свои места.
Коидзуми Аонэ посмотрела на юго-восточный угол класса, где, как обычно, Ватанабэ Че только что баловался с Сайто Кэйсукэ и другими ребятами.
Согласно вчерашнему сну, «она» должна была войти в его тело во время первого урока.
Затем она посмотрела на Киёно Рин, которая только что отложила книгу и тоже смотрела на неё.
Когда их взгляды встретились, Коидзуми Аонэ вспомнила её брошенное выражение лица в лучах заката и её фразу: «Госпожа сестрица!»
— Кхм, — она прочистила горло и опустила глаза к учебному плану, — уже прошло два дня с начала занятий, сегодня вечером на классном часе нам нужно выбрать старост класса. Если кто-то хочет попробовать себя в этой роли, можете подготовиться заранее.
— И ещё насчёт опроса о планах на будущее, поторопитесь, пока только семь человек сдали его.
***
Первый урок, химия.
— Ичиги, ответь, как проверить, содержит ли спирт воду.
— Безводный CuSO₄ становится синим...
«Коидзуми Аонэ», открыв глаза, сразу услышала чёткий голос Ичиги Аой.
Подняв взгляд на кафедру, она увидела доску, исписанную химическими формулами, и пожилого учителя химии в очках, который, опустив голову к книге на кафедре, внимательно слушал ответ Ичиги Аой.
— Хорошо, садись, — сказал учитель химии, не поднимая головы. — Номер 28, условия синтеза аммиака.
Парень, сидящий в первом ряду четвёртой группы, встал: — Используя железо в качестве катализатора, контролируя температуру реакции...
Опрос учеников в классе? «Коидзуми Аонэ» занервничала.
— Номер 4, какие органические вещества плохо растворяются в воде?
Парень в очках встал и уверенно ответил: — Различные углеводороды, галогенпроизводные, нитросоединения, эфиры, большинство...
Я ничего не понимаю! Почему я пришла именно в этот момент?! «Коидзуми Аонэ» так нервничала, что руки онемели, а пальцы ног сжались.
Я же целый день училась днём, почему вечером тоже нужно учиться?! Может ли Министерство образования что-то с этим сделать?!
Учеников вызывали одного за другим, невызванных оставалось всё меньше, и каждый раз «Коидзуми Аонэ» казалось, что следующей будет она.
— Номер 39.
Вот оно!
«Коидзуми Аонэ» вчера вечером просмотрела школьный справочник Ватанабэ Че и знала его номер.
Можно ли прямо сейчас заснуть?! Ватанабэ Че, выходи сейчас же! Я точно не буду отвечать за тебя!
— Шаги разделения и очистки смеси, — сказал учитель химии.
Она медленно и неловко встала.
Возможно, из-за того, что она потратила на это слишком много времени, учитель химии, всё это время смотревший в конспект, поднял голову и посмотрел в её сторону.
— Учитель... — «Коидзуми Аонэ» опустила голову, готовясь признаться, что не знает ответа.
— А, это Ватанабэ. Садись. Номер 14, ты отвечай.
— ...
Что сейчас произошло? Ладно, главное, что не нужно отвечать! Ура!
Настроение «Коидзуми Аонэ» мгновенно улучшилось.
После урока она хотела сразу найти Киёно Рин и продолжить слушать историю.
Только она встала, как Киёно Рин холодно взглянула на неё, и она снова села.
Точно, она ведь согласилась притворяться Ватанабэ Че, как она могла позволить госпоже сестрице рассказывать ей историю Ватанабэ Че прямо в классе.
Затем она оглянулась на заднюю парту: безупречно чистая поверхность, стул задвинут под стол, никого нет.
Так вот место убийцы Юки, и ей придётся всё время сидеть перед ней? Как опасно!
Интересно, можно ли поменять места.
Второй урок — современная литература, без опросов!
Третий урок, физкультура.
Чтобы не переодеваться вместе с мальчиками, «Коидзуми Аонэ» взяла изящную сумку Ватанабэ Че, которая выглядела так, будто он сделал её сам, и переоделась в мужском туалете.
— В этом году на спортивном фестивале будет баскетбол, так что с сегодняшнего дня начинаем тренироваться.
— Есть!
После окончания обучения начались групповые соревнования.
«Коидзуми Аонэ» сидела с несколькими парнями на краю спортзала.
На роскошной вощёной баскетбольной площадке соревновались девушки из первого и четвёртого классов, их кроссовки скрипели по полу, издавая резкий звук.
— Найто Сакура-сан неплохо играет, — сказал парень в очках, поправляя их.
— Нет, нет, нет, — манерно возразил Сайто Кэйсукэ, — Юзуки-сан — настоящий профи.
— Ичиги — сильнейшая в нашем классе! — уверенно заявил Куний Осаму.
— Я думаю, это Хирамура-сан, — поддержала разговор «Коидзуми Аонэ».
Благодаря своей «отличной памяти», она уже запомнила имена всех учеников четвёртого класса.
Девушка по имени Хирамура Харука с длинными мускулистыми бёдрами высоко прыгала и постоянно командовала товарищами по команде во время игры.
Девушки в её команде беспрекословно подчинялись ей.
Возможно, она член женской баскетбольной команды, подумала «Коидзуми Аонэ».
— Я говорил о её заднице, — сказал парень в очках.
— О груди, — добавил Сайто Кэйсукэ.
— Короткие волосы Ичиги-сан ей очень идут, — сказал Куний Осаму.
— ... — «Коидзуми Аонэ».
Трое посмотрели на неё: — Ватанабэ?
— Хирамура-сан... Хирамура-сан... Да, мышцы на её бёдрах действительно хороши.
— Как и ожидалось от тебя, Ватанабэ-любитель-ног, — все трое выразили полное согласие.
— ...
Что за извращенцы!
«Коидзуми Аонэ» подняла голову и посмотрела на трибуны спортзала, где Киёно Рин в спортивной форме сидела с книгой.
Несмотря на шум в зале, она сосредоточенно читала.
Как и ожидалось от второй по успеваемости в стране, она постоянно учится, в отличие от неё самой, которая засыпала при виде книги.
Учитель физкультуры свистнул в свисток, женский матч закончился, теперь была очередь мальчиков.
«Коидзуми Аонэ» встала вместе с остальными парнями, отряхнула штаны и вышла на площадку.
— Ватанабэ! — какой-то парень бросил ей мяч.
— Не мне! — «Коидзуми Аонэ» умела только стоять на месте и отбивать мяч.
Глядя на агрессивных парней из первого класса, она могла только смело вступить в игру.
Вперёд, Аонэ! Скользящий шаг, дриблинг за спиной, скрестный шаг, шаг с рывком и отступлением!
Прежде чем пятеро парней из первого класса успели среагировать, раздался звук попадания мяча в корзину и его падения на пол.
— А-а-а, Ватанабэ-кун!
— Я люблю тебя, Ватанабэ-кун!
Девушки из обоих классов стали группой поддержки.
«Коидзуми Аонэ» отпустила руки и опустилась с баскетбольного кольца.
Большим пальцем правой руки она провела по переносице — баскетбол, это просто.
После окончания физкультуры первый класс был разгромлен, девушки почти охрипли от криков.
— Ничего себе, Ватанабэ, раньше и не знал, что ты так хорош в баскетболе.
— Какую адскую тренировку ты прошёл на зимних каникулах?
— Этот сверхдальний трёхочковый был просто нереальным! Ты монстр!
— Ивата из первого класса, которого учитель физкультуры вызвал для демонстрации перед уроком, хвастался, что он как Рукава Канамити из Камигавы, но Ватанабэ заблокировал его бросок!
— В этом году на спортивном фестивале вся надежда на тебя!
— Положитесь на меня! — «Коидзуми Аонэ» уже плыла в облаках и не узнавала себя.
Вымыв лицо и руки, переодевшись, осталось пережить последний урок до обеда — английский.