Поздравляем Ватанабэ со званием заместителя

На второй день менструального цикла Киёно Рин — так полагал Ватанабэ Че — в аудитории клуба Наблюдения за людьми на старом буковом столе появилось письмо.

Ситуация была подозрительной.

Конечно, не само наличие письма было подозрительным в эпоху, когда у каждого есть смартфон.

Возможно, для многих современных людей не увидеть ни единого письма за всю жизнь — нормальное явление, но как бы ни скромничали Киёно Рин и Ватанабэ Че, каждый из них получал как минимум по одному письму в день.

По-настоящему подозрительным было то, что ключ от аудитории имели только Коидзуми Аонэ и Киёно Рин.

И у этих двоих не было причин писать письма.

— Кто-то забрался через окно?

Киёно Рин посмотрела на Ватанабэ Че взглядом, которым смотрят на идиота: — Это пятый этаж.

— И правда, — Ватанабэ Че неопределённо кивнул.

На самом деле, он бы смог это сделать.

Ловкость, приобретённая благодаря «Свободному бою», растущая физическая сила, смелость, развитая в комнате ужасов и на американских горках (хотя это под вопросом и требует проверки) — с такими навыками прыгать по крышам, как Джеки Чан, не проблема.

Но если сказать об этом вслух или даже продемонстрировать, его намерение пробраться в женскую раздевалку и подглядывать за переодевающимися девушками станет очевидным.

Лучше следовать принципу «молчание — золото».

— Не похоже на любовное письмо, — сказал Ватанабэ Че, глядя на простой белый конверт.

— Почему?

— Опыт.

Даже после того, как Ватанабэ Че признался Юки Мики во внутреннем дворе перед всеми учителями и учениками, его шкафчик для обуви по-прежнему ежедневно наполнялся любовными письмами.

Ватанабэ Че иногда думал: если опубликовать список всех этих девушек, не развалится ли вся частная школа Камигава? Ведь те, кто отправляет любовные письма парню с девушкой, наверняка подвергнутся осуждению со стороны окружающих и общества, и им придётся переводиться в другую школу.

Конечно, он никогда бы так не поступил.

Если бы у него был настолько мерзкий характер, у него уже сейчас было бы достаточно девушек, чтобы сформировать целый класс, и бесконечное количество очков. Конечно, это всего лишь мечты.

Будь Ватанабэ Че таким человеком, Юки Мики давно утопила бы его в Токийском заливе.

Хотя он усердно тренировался в плавании, делая по десять заплывов в бассейне длиной пятьдесят метров каждый день, в надежде, что когда-нибудь эти навыки пригодятся, в его воображении это ограничивалось лишь прыжком в реку для спасения человека.

Спасение себя в Токийском заливе точно не входило в его планы.

Однако, учитывая характер Юки Мики, лучше ставить перед собой цель «уметь доплыть обратно из Тихого океана» — ведь Токийский залив является частью Тихого океана.

— Похоже, у мужчин и женщин сильно различаются представления о конвертах для любовных писем, — сказала Киёно Рин.

— Ты имеешь в виду, что парни писали тебе любовные письма в таких конвертах?

— Не уверена, ведь я не читала содержимое. Возможно, это были угрозы убийства.

Ватанабэ Че снова подумал, что Киёно Рин действительно очень честна — любой другой человек автоматически предположил бы, что это любовное письмо, верно?

Уж точно не угроза.

— Значит, это письмо для тебя, — поспешно сделав вывод, Ватанабэ Че собрался вернуться на своё место и продолжить изучение испанского языка.

Изучение иностранного языка становилось всё более увлекательным по мере освоения правил, он чувствовал, что совершенствуется с каждым днём — почти как в игре, где видишь, как растёт опыт.

Он начал немного зависать от этого ощущения.

— Вернись, — недовольно произнесла Киёно Рин.

— Моя госпожа председатель, это всего лишь любовное письмо, разве ты не можешь распорядиться им как угодно?

— Сейчас вопрос не в том, кому оно адресовано. Ватанабэ-кун, ты официальный член клуба наблюдения за людьми, признанный мной, и обязан отвечать за безопасность этой аудитории.

— Тогда я выхожу из клуба.

Ватанабэ Че решил присоединиться к клубу каллиграфии или к компьютерному кружку Сайто Кэйсукэ.

И отточить навыки каллиграфии, и изучить компьютерные технологии — оба варианта были неплохи.

Киёно Рин продемонстрировала свою фирменную лёгкую улыбку, в которой не было ни капли веселья.

— Выходить или нет — твоё право, но если ты не член клуба наблюдения за людьми, у меня нет обязанности хранить твои секреты и защищать тебя от обмана.

Капитуляция.

Ватанабэ Че взял письмо и сразу же его открыл.

Киёно Рин отступила на два шага и предупредила, словно письмо было пропитано ядом: — Будь осторожен.

Не только конверт, но и сама бумага внутри была самой обычной, похожей на корпоративные бланки какой-то компании.

Ватанабэ Че прочитал содержимое письма и протянул его Киёно Рин: — Как я и думал, оно для тебя.

Киёно Рин не взяла письмо, а просто прочитала его.

Закончив читать, она сказала: — Оно также адресовано и тебе.

— Нет-нет-нет, оно определённо для тебя.

— Ватанабэ-кун, такие мелочи ты как член клуба должен уметь легко решать, не так ли?

— Киёно-сан, что означает твоё выражение лица «я верю в твои способности, трудись усердно, и в следующем году мы повысим тебя до бригадира»?

— Бригадир? Что это вообще такое? — Киёно Рин холодно усмехнулась, будто смотрела на ничтожество. — С этого момента ты становишься заместителем председателя, и я уполномочиваю тебя полностью заняться этим делом.

— ...

В реальной жизни заместитель председателя действительно выше бригадира, но заместитель председателя клуба... К тому же, в этом клубе всего три человека, и один из них — Юки Мики, с которой лучше не связываться.

Ватанабэ Че беспомощно сказал: — Киёно-сан, разве ты не говорила, что не шутишь?

— Я просто не шучу, обманывая, — Киёно Рин одарила его улыбкой, способной покорить сердце любого парня в школе.

Каждый раз, когда она искренне улыбалась, она была настолько прекрасна, что Ватанабэ Че укреплялся в мысли, что ему нельзя улыбаться без повода — если с харизмой всего в девять пунктов она обладает такой привлекательностью, то что делать ему с десятью пунктами? Стать суккубом?

Интересно, существуют ли мужские суккубы? На всякий случай поставим эльфа на второе место в качестве запасного варианта.

Вернувшись из фантазий, навеянных улыбкой Киёно Рин, Ватанабэ Че снова взглянул на содержимое письма.

«Уведомление студенческого совета:

Первое: количество членов клуба должно достигать пяти и более человек; Второе: клуб должен добиться результатов в официальных соревнованиях; Третье: деятельность клуба должна быть оформлена в конкретной, видимой форме и получить одобрение учителя.

Клубы, не соответствующие хотя бы одному из вышеуказанных условий, должны исправить ситуацию в установленный срок. Если в течение установленного срока не будет никаких признаков улучшения, клуб будет немедленно расформировывается».

Достаточно соответствовать только одному из трёх условий, чтобы клуб продолжил существование.

Из этого следует: данное уведомление полностью нацелено на клуб наблюдения за людьми!

Ведь одно из условий создания клуба, записанное в «Правилах поведения учащихся», гласит, что количество членов должно быть не менее пяти человек.

— Для тебя это должно быть легко, верно? — сказал Ватанабэ Че. — Как ты изначально основала клуб наблюдения за людьми, так и справься сейчас со студенческим советом.

— Клуб наблюдения за людьми был создан по инициативе школы, я не делала ничего.

Какая огромная разница.

Ватанабэ Че был готов расплакаться.

Почему, когда он не вступал ни в какой клуб, школа думала, как решить его проблему, а когда дело касается Киёно Рин, школа думала, как создать клуб, который ей понравится? Наверняка всё дело в учебных результатах? Точно, это единственное объяснение!

Ватанабэ Че решил продолжать верить, что мир справедлив, и готовился ещё усерднее учиться.

— Почему бы тебе просто не поговорить с директором? — предложил Ватанабэ Че, уверенный в справедливости мира.

— Ватанабэ-кун, я должна кое-что прояснить.

— Что?

Киёно Рин выпрямилась, чуть приподняв едва заметную грудь: — С самого детства я никогда не пользовалась привилегиями наследницы семьи Киёно, всего я добивалась сама.

— Но ты можешь их использовать.

— Я не буду.

— Ты можешь.

— Я не буду.

— Сейчас решается судьба клуба, председатель Киёно!

Киёно Рин откинула длинные волосы и подарила Ватанабэ Че ангельскую улыбку: — Пришло время проверить твои способности, заместитель председателя Ватанабэ.