Парни и девушки отправляются на концерт со станции Ёцуя

У каждого выдающегося школьного духового оркестра есть регулярные концерты.

Если выступления достаточно высокого уровня, чтобы попасть на национальные соревнования, то можно даже продавать билеты.

Разумеется, оркестры без достижений тоже могут проводить регулярные концерты, просто даже при бесплатном входе не факт, что кто-то придёт послушать.

В начале нового семестра, возможно не желая, чтобы школьная жизнь закончилась так обыденно, «верхушка» духового оркестра частной школы Камигава приняла решение: Участвовать в соревнованиях среди высших учебных заведений Канто.

Они не просто провозгласили такой лозунг, но и предприняли реальные действия: усилили тренировки, самостоятельно зарегистрировались на регулярный концерт.

А затем, после первого регулярного концерта, их раскритиковали.

Причём критика была настолько суровой, что, по словам Ханада Асако, вернувшись домой, она целый день пролежала в постели, не шевелясь.

***

«Достаточно оставить приятные воспоминания, с нашим уровнем, сколько бы мы ни тренировались, мы не сможем пройти на соревнования Канто».

Неизвестно, кто из сэмпаев первым сказал это, но поддерживающих становилось всё больше, и в результате стремление пройти на соревнования Канто превратилось в бессмысленный лозунг, написанный на доске.

Не имело значения, откажутся они или нет, но на регулярный концерт, куда они записались в порыве энтузиазма и горячности, всё равно нужно было идти согласно договорённости.

Недалеко от Высшей школы Софии находится концертный зал под названием Kioi Hall. От станции «Ёцуя» нужно ехать на электричке, выйти на станции «Кодзимати, 5-й квартал», а затем пройти пешком ещё пятьсот метров.

Регулярный концерт духового оркестра частной школы Камигава проводился именно в этом концертном зале.

В субботу шёл мелкий, не вызывающий раздражения дождь. Ватанабэ Че стоял у турникетов станции Ёцуя, держа прозрачный зонт.

Сегодня тоже проходила деятельность Клуба наблюдения за людьми: посещение концерта духового оркестра ради любовной истории Ичиги Аой.

Ватанабэ Че совершенно не понимал, какая между этими двумя вещами связь.

Однако накануне перед окончанием уроков Киёно Рин мягким голосом отдала приказ «обязательно прийти» как председатель, и поскольку у неё было слишком много компромата на него, ему пришлось послушно согласиться.

Впрочем, пойти в концертный зал послушать музыку в дождливый день — не такой уж плохой способ развлечься.

Если он не сможет понять музыку, в худшем случае просто вздремнёт.

Только он задумчиво смотрел на капли дождя, как сзади послышались знакомые шаги, в ритме которых чувствовалась сильная самоуверенность, будто «весь мир ждёт меня».

Ватанабэ Че с недоверием обернулся.

Там стояла Юки Мики в винтажной светло-голубой женской рубашке и белой юбке с высокой талией.

— Моя Мики ещё на другой стороне океана, наверное, я так скучаю по ней, что вижу галлюцинации.

Юки Мики слегка прищурилась, и висящая в воздухе дождевая дымка мгновенно из освежающей превратилась в густую и гнетущую.

Конечно, это преувеличение, изменилось только настроение Ватанабэ Че.

— Куда ты собрался? — спросила она, скрестив руки на груди и холодно усмехаясь.

— Ну, это... — Ватанабэ Че поколебался секунду и решил откровенно признаться.

Он рассказал обо всём, что происходило с девушками в это время: где они встречались, какие слова говорили, на каком расстоянии друг от друга были.

Конечно, он не упомянул, что Асуми Май — извращенка.

Если бы он был откровенен до такой степени, это уже не было бы признанием, а скорее свидетельством поврежденного мозга, самоубийством.

Также он соответствующим образом изменил тот утренний сон, и единственной женщиной в нём была Юки Мики!

Выслушав, Юки Мики многозначительно оглядела Ватанабэ Че: — Мой Ватанабэ, похоже, у тебя довольно хорошие отношения с Киёно Рин.

— Ничего подобного, мы в лучшем случае просто знакомые. Разве я не говорил только что, что на уроке физкультуры я безжалостно унизил её!

— Тогда ты, — Юки Мики подошла под его зонт, — почему пошёл за ней в медпункт?

— ...

— Хм? — Юки Мики мягко и нежно положила ладонь на плечо Ватанабэ Че.

Эта поза привлекла немало завистливых взглядов на станции.

Но откуда им знать, что в этой позе Юки Мики может сильнее ударить правой ногой вверх!

Ватанабэ Че сейчас не смел даже пошевелиться.

Обнять Юки Мики в форме, конечно, было бы легко, но что потом? Разыграть сцену «Большой побег со станции Ёцуя»?

Глядя на онемевшего Ватанабэ Че, Юки Мики вдруг радостно рассмеялась, а затем легко отошла от него.

— Посмотри на себя, такой очаровательный, — она легонько похлопала Ватанабэ Че по груди. — Пойдём.

Ватанабэ Че облегчённо вздохнул: — Куда?

— Разве ты не собирался на концерт? У меня сегодня есть свободное время, так что я выполню свой долг девушки и пойду с тобой.

— Правда? Мики, ты такая милая! — Ватанабэ Че протянул руку и взял Юки Мики за руку. — Так хочется забрать тебя домой на летние каникулы.

— Хочешь, чтобы я встретилась с твоими родителями?

— Нет, просто когда я думаю, что не увижу тебя больше месяца на каникулах, мне хочется связать тебя и спрятать в шкафу для хранения вещей.

— Хм-м-м... неплохая идея. В следующий раз, когда я поеду за границу, я тоже спрячу тебя в багаже.

— ... — Ватанабэ Че сменил тему. — Ты уже решила рабочие вопросы?

— Нет, — Юки Мики повернула голову и с улыбкой посмотрела на него. — Ты так жалобно звонил и говорил, что скучаешь по мне, вот я и вернулась повидать тебя.

— Мики, я люблю тебя, — Ватанабэ Че чуть не прослезился.

— Хе-хе-хе, хороший мальчик.

Взявшись за руки, они шли рядом, как настоящая пара, смеясь и разговаривая, пока садились на электричку, следующую до концертного зала.

Последний отчёт о наблюдении за людьми: Как и свет звёзд, который приходит из далёкого прошлого, так и события, которые люди переживают сейчас, на самом деле были предопределены в прошлом.

Заместитель председателя Ватанабэ Че имел в виду: когда человек не в здравом уме, ни в коем случае нельзя беспорядочно звонить.

И даже если звонишь, нельзя говорить «я скучаю по тебе»!

На выходных немало людей пришли бесплатно послушать музыку: были семьи с детьми, а также пары, держащиеся за руки, как они.

При входе Ватанабэ Че открыл стеклянную дверь для Юки Мики, и после того, как она прошла, он увидел позади женщину с младенцем на руках, поэтому продолжал держать дверь, ожидая, пока она пройдёт.

— Спасибо, — женщина кивнула ему в знак благодарности.

Из-за этого поступка Юки Мики безжалостно наступила ему на ногу.

— Я... — Ватанабэ Че указал на спину той женщины и через некоторое время смог выговорить: — У неё уже есть ребёнок, она мать, разве нельзя просто помочь ей?

— Нельзя.

— ...

— Женщинам младше шестидесяти лет нельзя.

— ...

— Если я ещё раз увижу, как ты сам открываешь дверь для женщины, то не ограничусь наступанием на ногу, — взгляд Юки Мики остановился на лице Ватанабэ Че, и было понятно без слов, куда она наступит в следующий раз.

Возможно, для некоторых людей с особыми предпочтениями её наказание можно было бы назвать наградой, но, к сожалению, Ватанабэ Че не относился к таким.

— Как бы то ни было, ты можешь сначала убрать ногу?

— А я думала, тебе нравится, когда я на тебя наступаю?

— ...

— Не нравится?

— На самом деле, это настолько приятно, что если так продолжится, боюсь, я не смогу сдержаться и издам странные звуки.

Юки Мики с интересом протянула: «Хм-м-м...»

— Но делать это здесь было бы позором для семьи Юки, верно? Давай делать это тайком.

— Ты стал всё лучше говорить, — Юки Мики наконец успокоилась и с удовлетворением убрала ногу в сандалии с кроссовки Ватанабэ Че.