Беспокойный День святого Валентина (6)

Неважно, был ли это красивый или милый календарь, купленный в «Харадзюку Такэсита-дори» или «Сибуе», или бесплатный календарь из храма – на сегодняшней дате все они отмечали «День святого Валентина».

В понедельник утром Ватанабэ Че вошёл в класс.

Возле его места Куний Осаму, Сайто Кэйсукэ и Икэда Казуми, как обычно, болтали перед утренним собранием.

Ватанабэ Че направился к своему месту, попутно наблюдая за классом частной школы в День святого Валентина.

Почти все юноши выглядели нетерпеливыми; хотя они громко разговаривали на обычные темы, было заметно, что они чего-то ждут.

Девушки тоже выглядели нервными, смеясь и разговаривая; многие поглядывали в его сторону, протягивая руки к партам, чтобы что-то достать.

Шумно, как он и представлял.

Даже имена дежурных, написанные мелом в правом нижнем углу доски, казалось, не могли успокоиться.

Ватанабэ Че подошёл к своему месту и, не успев сесть, получил коробку шоколада от Икэды Казуми, которая достала её из сумки.

— Ватанабэ-кун, это тебе.

— Спасибо.

Ватанабэ Че принял подарок и сел.

— Казуми-тян! — странным голосом воскликнул Куний Осаму. — Хотя всё это просто шоколад из вежливости, почему тот, что получил Ватанабэ, отличается от нашего!

— В самом деле? — Ватанабэ Че посмотрел на шоколад в своих руках.

Обычная прямоугольная коробка, обвязанная синей ленточкой.

Сайто Кэйсукэ повернулся и достал из своего ящика похожую коробку шоколада.

— Вот, вот, — указал он на поверхность коробки, — на ней нет синей ленточки.

— Казуми-тян, это же не любовный шоколад? — поддразнил Куний Осаму со смехом.

— Конечно нет! Ленточки в магазине как раз закончились, я старалась давать шоколад с ленточками девушкам, а Ватанабэ был последним. Вам двоим, парням, не стоит обращать внимания на такие мелочи.

Когда они хотели что-то сказать, Ватанабэ Че быстро перевёл разговор: — Ты раздаёшь девушкам? Девушки тоже могут дарить друг другу?

— Конечно, — сказала Икэда Казуми с улыбкой, — шоколад можно дарить не только парням, но и девушкам, и даже родственникам.

— Утром я получил шоколад от мамы, — сказал Куний Осаму.

— Я тоже, от мамы и сестры, — поддержал Сайто Кэйсукэ, — и это был самый обычный, голый кусок, понимаете? Такой, ну, начинающийся на М, какой это бренд?

Пока он пытался вспомнить, подошли три девушки.

— Ватанабэ-кун, пожалуйста, прими это! — все три одновременно протянули шоколад с покрасневшими лицами.

Они заговорили почти в унисон, и на мгновение показалось, будто это отрепетированный розыгрыш.

Опомнившись, Ватанабэ Че поблагодарил: — Спасибо, Анно-сан, Кобаяси-сан, Накадзима-сан.

— Не за что!

После их ухода Сайто Кэйсукэ завистливо сказал: — Как хорошо, я бы тоже хотел получить от них шоколад.

— О чём ты думаешь, — упрекнула Икэда Казуми, — ты же совсем с ними не общаешься, верно?

— Ватанабэ с ними ещё меньше связан, — заметил Куний Осаму.

— Это ещё как посмотреть. Возможно, в их воображении Ватанабэ-кун уже ходил с ними на свидания бесчисленное количество раз.

— Перестань!

— О такой жестокой реальности можно и не говорить!

Куний Осаму и Сайто Кэйсукэ жалобно застонали.

— Но я вас понимаю, — утешила Икэда Казуми, — даже если вы никогда не разговаривали с девушкой, вы всё равно будете надеяться получить от неё шоколад.

Ватанабэ Че только что положил четыре коробки шоколада в свою небольшую сумку, когда подошла ещё одна девушка.

— Ва-Ватанабэ-кун, вот, — девушка, опустив голову, протянула ему явно домашний шоколад.

— Миямити-сан, спасибо, но моя K-сан разрешает мне принимать только вежливый шоколад.

— Э-это и есть вежливый шоколад.

Ну конечно! Кого ты обманываешь?! — так говорили выражения лиц Куния Осаму и Сайто Кэйсукэ.

Раз она сказала, что это просто вежливость, Ватанабэ Че пришлось принять.

— Разве домашний вежливый шоколад не слишком серьёзно? — Куний Осаму скрипел зубами от зависти.

Словно муравьи, нашедшие пищу и позвавшие подмогу из муравейника, девушки непрерывно подходили к Ватанабэ Че, чтобы вручить шоколад.

Ситуация становилась проблематичной.

Утреннее собрание ещё не началось, а сумка и парта Ватанабэ Че уже были заполнены до отказа.

— Если определять ранг мужчины по количеству полученного шоколада, ты, Ватанабэ, уже «император», — сказал Сайто Кэйсукэ.

— Надеюсь, ты растолстеешь от всего этого шоколада, — проклял Куний Осаму.

Глядя на это «торжество», юноши в классе были полны зависти и восхищения, но мало кто по-настоящему ненавидел его.

Все в частной школе Камигава знали, что Ватанабэ Че никогда не сближался ни с какими девушками, кроме Юки Мики и Киёно Рин.

Никто никогда не слышал, чтобы он ходил по выходным гулять или в караоке с какой-нибудь девушкой.

К тому же, «несмотря на популярность, он никогда не хвастался, всегда разговаривал с юношами об играх и аниме, и был хорош в спорте» — из-за таких причин он не только не вызывал неприязни, но даже был довольно популярен среди юношей.

Хотя шоколад от парней всё же не требовался.

Ватанабэ Че сделал всё возможное, даже съел одну коробку, чтобы как-то уместить все подарки.

Ито-сан, чей шоколад был съеден на месте, подверглась насмешкам подруг и покраснела.

Когда он закончил есть и запил водой сладкий вкус, в класс вошла Коидзуми Аонэ с документами.

Началось утреннее собрание.

Коидзуми Аонэ сначала осмотрела класс и с улыбкой сказала: — Все такие взволнованные.

Все издали понимающий смех.

— Сегодня наслаждайтесь ожиданием, но на следующей неделе у нас тест.

— А-а-а...

— Староста, — Коидзуми Аонэ не обратила внимания на их стоны, — раздайте анкеты.

— Да, — староста поправил очки и вместе с Икэдой Казуми подошёл вперёд.

— Это анкета о желании выбрать гуманитарное или естественнонаучное направление, — сказала Коидзуми Аонэ. — Сейчас это только опрос о намерениях, официальное решение будет приниматься после теста. Воспользуйтесь возможностью хорошенько подумать.

— Можете посоветоваться с родителями, одноклассниками, учителями.

— До пятницы этой недели верните анкеты мне лично.

Пока Коидзуми Аонэ говорила о соответствующих вопросах, Ватанабэ Че получил анкету от Икэды Казуми.

После занятий все снова заговорили о разделении классов.

— Ватанабэ-кун, ты планируешь выбрать гуманитарное или естественнонаучное? — спросила Икэда Казуми.

— Иди со мной на естественнонаучное, — сказал Сайто Кэйсукэ, мечтавший заниматься играми.

— Тогда и я выберу естественнонаучное, — Куний Осаму не придавал значения направлению.

— В таких делах нужно быть осторожнее, — напомнил Ватанабэ Че.

— Не имеет значения, — Куний Осаму сказал, — моя мечта стать профессиональным бейсболистом с зарплатой 500 миллионов иен в год, а затем жениться на сэйю с разнообразными голосами!

— Может, и мне стать бейсболистом? Вдруг я смогу жениться на Ханадзаве Кане, и она споёт мне «Ренай циркуляцию».

— Хватит уже! Она уже полгода как замужем!

— Ну и что? Я могу подождать, пока она разведётся!

— Я тебя не понимаю, Ханадзава Кана вроде никогда не говорила, что любит бейсбол. В отличие от моей Утиды Маая, которая обожает бейсбол.

— Куний, любовь к бейсболу не означает любовь к тебе, и ещё неизвестно, сможешь ли ты стать профессиональным бейсболистом, — съязвил Сайто Кэйсукэ.

— Точно, — кивнул Ватанабэ Че, — и разве ноги Утиды Маая не коротковаты и толстоваты?

— А у какой сэйю хорошие ноги? — почему-то мужская часть класса собралась вокруг них.

— Наверное, Тоясаки Аки, к тому же у неё очаровательные клыки и разнообразный голос, — сказал один парень.

— Подождите! — Сайто Кэйсукэ взял блокнот Ватанабэ Че и написал «самые лучшие ноги» и подобные непристойные фразы. — Один голос за Тоясаки Аки, следующий.

— Огура Юи, голосую за Огуру Юи, — поднял руку другой парень.

— Один голос за Огуру Юи!

— Нет-нет-нет, конечно же Мидзуки Нана.

— Мидзуки Нана? Тебе не кажется, что она слишком старая? И её ноги не такие уж замечательные? Я голосую за Иноуэ Марину.

— Тоэ Кана, я просто обожаю Асуну.

— Сайто, запиши один голос за Сакуру Аянэ, у неё не только классные ноги, но и грудь потрясающая! Хе-хе!

— Юуки Аой, господа, я больше всего люблю лоли!

Пока парни проводили голосование, несколько девушек незаметно увели Икэду Казуми.

— Казуми, Ватанабэ-кун выберет гуманитарное или естественнонаучное?

— Я не успела спросить, всё из-за этого Куния, он постоянно ведёт с Ватанабэ-куном какие-то непристойные разговоры.

— Точно! Эти парни такие противные!

Ватанабэ Че посмотрел на итоговый рейтинг «самых лучших ног» и решил распрощаться с Ханадзавой Каной.

На перемене Ватанабэ Че отправился к торговому автомату за напитком.

Неожиданно из кабинета 3-го класса выбежала девушка с ярко-красным лицом.

— Ватанабэ-кун, пожалуйста, прими это!

— О, спасибо, Сайто-сан, — Ватанабэ Че вздрогнул от неожиданности.

— Ватанабэ-кун знает моё имя? Ах...

Сайто-сан, прикрыв лицо руками, запрыгала и вернулась в 3-й класс.

— ...

Ватанабэ Че прошёл несколько шагов, как ещё одна девушка подошла с шоколадом.

Торговый автомат находился у входа в 1-й класс, и прежде чем Ватанабэ Че дошёл до 2-го класса, его руки уже были заняты.

«Может, сначала вернуться? Но даже если я вернусь, во второй раз может случиться то же самое».

— Хм... — певучий, мелодичный насмешливый голос раздался рядом. — Богатый урожай.

— Ещё бы, ты знаешь, кто я?

Ватанабэ Че встретился взглядом с Киёно Рин, державшей журнал «Дикие овощи».

— Лжец, любитель ног, обезьяна, одержимая мной.

— Что несёт эта красавица? Я же несомненно выдающийся токийский красавчик Ватанабэ Че.

— Да неужели, — холодно ответила Киёно Рин.

Она повернулась и пошла в 1-й класс, а её ноги под плиссированной юбкой были прекраснее, чем у любой сэйю.

— Киёно-сан, помогите, — Ватанабэ Че окликнул её.

— Что такое? — Киёно Рин слегка повернула лицо и бросила на Ватанабэ Че ледяной взгляд.

— У вас нет пакета? Я больше не могу ничего нести.

— Сам решай свои проблемы.

В трёх метрах от него холодный тон и взгляд Киёно Рин радовали Ватанабэ Че больше, чем сладкий шоколад в его руках.

Когда он невольно улыбнулся, все в коридоре погрузились в фантазии.

Проводив Киёно Рин взглядом до 1-го класса, Ватанабэ Че перестал улыбаться и вернулся в 4-й класс.

Только тогда люди в коридоре пришли в себя.

— А-а-а! Видели? Видели? Улыбку Ватанабэ-куна!

— Ватанабэ-кун, я буду ждать тебя всегда!

— Можешь влюбиться в меня в любое время, Ватанабэ-кун!

Не имея выбора, Ватанабэ Че пошёл в учительскую и попросил пакет у Коидзуми Аонэ.

После школы Ватанабэ Че нёс шесть пакетов, наполненных различными изысканно упакованными шоколадками.

По пути в Клуб наблюдения за людьми и парни, и девушки, видя его в таком состоянии, тихо посмеивались.

Даже проходящие мимо учителя подшучивали над Ватанабэ Че.

Войдя в кабинет Клуба наблюдения за людьми, Ватанабэ Че наконец избавился от взглядов зевак.

Он поставил пакеты и достал недочитанный «Путешественник в ночи».

Киёно Рин, сосредоточенно читала книгу небольшого формата в твёрдом переплёте.

Юки Мики лежала и играла в игру, её длинные ноги в колготках, положенные на подлокотник дивана, лениво покачивались, представляя собой лучшее в мире снотворное.

Сердце Ватанабэ Че успокоилось, и он осознал постепенно меняющуюся истину:

Мир за пределами Клуба наблюдения за людьми уже не был той обычной жизнью, к которой он привык и которую хотел.

В этой клубной комнате никто не дарил ему шоколад, никого не волновало, выберет ли он гуманитарное или естественнонаучное направление, внешность не имела никакого значения.

Только здесь все были «одного вида».

Даже мир сэйю или ещё более впечатляющий мир шоу-бизнеса не значил для них троих ничего особенного.

Возможно, даже без Отяномидзу он бы постепенно отдалился от обычной жизни.

— Ватанабэ.

— Да?

— Иди сюда.

Ватанабэ Че закрыл книгу, встал и подошёл к дивану. Он вспомнил вечер прошлой пятницы. Юки Мики достала плитку из коробки шоколада, лежавшей на низком столике перед диваном.

— Держи.

— Это мне поесть? Или шоколад на День святого Валентина?

— Это шоколад на День святого Валентина для тебя, — Юки Мики отмахнулась от шаловливой руки Ватанабэ Че.

Ватанабэ Че взял плитку шоколада и вернулся к буковому столу.

«Сайто, марка называется Мэйдзи шоколад, Meiji», — ответил он в мыслях на утренний затруднительный вопрос Сайто Кэйсукэ.

— Юки-сан, — неожиданно произнесла Киёно Рин, читающая книгу, — в прошлый раз ты подарила кому-то не такой простой шоколад, если я правильно помню, он даже был домашним.

— Что? — голос Ватанабэ Че был чуть громче обычного.

Домашний шоколад? Юки Мики? Два слова, которые никак не могли быть связаны.

Получить от неё шоколад, пусть даже купленный, всего лишь плитку из коробки, уже радовало Ватанабэ Че.

Но теперь.

— Мики, в чём дело? — в тоне Ватанабэ Че непроизвольно звучала нотка упрёка.

— Это было давно, не о чем говорить.

Юки Мики села, навалившись на спинку дивана, её белоснежные пальцы сжимали кусочек чёрного шоколада Мэйдзи.

— Киёно-сан, а где твой шоколад для Ватанабэ? Не достанешь?

Ватанабэ Че посмотрел на Киёно Рин.

Она смотрела на книгу в твёрдом переплёте, её прекрасное чистое личико выражало некоторое беспокойство.

Сердце Ватанабэ Че то наполнялось ревнивой горечью, то отчаянно билось, как барабан.

Около полминуты в кабинете клуба стояла тишина, нарушаемая только звуками жевания шоколада Юки Мики.

— Судя по твоему виду, ты собираешься подарить любовный шоколад? — Юки Мики с улыбкой смотрела на Киёно Рин, "держащую книгу, но не читающую её".

— Тебя это касается? — холодно ответила Киёно Рин.

— Если собираешься подарить, то давай быстрее, в конце концов, это не первый раз, когда ты даришь кому-то шоколад, — Юки Мики положила шоколад на язык, а затем скатала его в рот.

— Так Киёно-сан тоже дарит шоколад, — Ватанабэ Че попытался улыбнуться.

— Что за выражение лица? — улыбающееся лицо Юки Мики резко стало холодным.

Изначально ледяное лицо Киёно Рин внезапно расцвело улыбкой, словно прекрасное солнце осветило прекрасную розу.

— Что-что? — Ватанабэ Че на мгновение растерялся.

— Ватанабэ-кун, — сказала Киёно Рин с улыбкой, — у тебя лицо стало ещё хуже.

— Просто беспокоюсь о подарках на Белый день, десятки подарков, у вас есть какие-нибудь идеи?

— Хватит врать, — Киёно Рин закрыла книгу, взяла свою сумку и достала оттуда пакет с шоколадом.

Она подняла глаза на Ватанабэ Че: — Это тебе.

— Спасибо.

Ватанабэ Че был и рад, и не в своей тарелке.

Немного хотелось убивать.

— Убийство отставить, — Киёно Рин взяла книгу, неторопливо разоблачая мысли Ватанабэ Че, — боюсь, у тебя не хватит решимости.

— Кого?

— Твою девушку.

— А, да.

— Кроме того, твоя девушка тоже дарила только мне.

— Снова я на втором месте, — Ватанабэ Че выглядел страдающим, — вы настоящая любовь, а я лишний.

На это Киёно Рин с улыбкой сказала: — Ватанабэ-кун, редко можно увидеть твои настоящие эмоции.

Юки Мики холодно взглянула на Ватанабэ Че: — Ты сегодня вечером приходи ко мне, то, что мы не закончили в прошлый раз, продолжим.

— Мики, я действительно думаю о том, как ответить на все подарки...

Не дослушав, Юки Мики снова легла на диван.

«Ватанабэ Че — болван, курица с безнадёжно плохой памятью!» — ругал себя Ватанабэ Че.

Ведь утром Икэда Казуми сказала, что девушки тоже могут дарить шоколад друг другу!

Виновата его деревенская жизнь в Мидзаве, где такого, как День святого Валентина, просто не существовало.

Но почему на сердце так радостно?