Озарение; Киёно Рин становится ключом к переломному моменту

В понедельник в половине четвертого, благодаря щедрой образовательной политике Министерства образования, Ватанабэ Че вынужден был прийти в клуб наблюдения за людьми.

Стоя у двери кабинета, он собрался с духом и толкнул дверь.

Где я? — такова была его первая мысль, когда он увидел, что скрывалось за дверью.

Хлам, занимавший прежде половину кабинета, полностью исчез. Вместо него появился большой книжный шкаф, но на полках были только манга, ранобэ, диски с аниме и коробки с играми.

На стене висел жидкокристаллический телевизор размером в половину стены, рядом с ним — всевозможные домашние игровые приставки.

Повернув голову, он увидел холодильник, диван, настольный компьютер, изящный чайник, кухонный шкаф. Длинный стол у стены и стальные стулья, на которых сидели Киёно Рин и он сам, остались на месте, но теперь выглядели весьма убого.

Юки Мики сидела на диване, закинув ногу на ногу, и пила чай с видом победительницы, смакующей вино. Киёно Рин, хотя и сидела, как и прежде, погрузившись в чтение книги в твердом переплете, излучала, как показалось Ватанабэ, крайнее раздражение.

Очевидно, между ними уже произошла ссора.

Ватанабэ Че представил, как это было:

Они не могли прийти к согласию, и Юки Мики сказала: «Если я выиграю испытание, я, конечно, верну здесь всё как было. Посмотрим, сможешь ли ты это сделать».

А Киёно Рин, чья уверенность в себе граничит с самовлюбленностью, естественно, попалась на эту удочку.

Хорошо, что ссора уже позади. Ватанабэ Че уже не так беспокоился, что Юки Мики ополчится на него, скорее его раздражало, что она использует его как инструмент в борьбе против Киёно Рин.

Он не любил Киёно Рин, даже ненавидел её язвительность, но уважал её за то, что она никогда не лгала.

К тому же она одалживала ему книги — значит, она хорошая женщина.

Ватанабэ Че подошел к своему месту и непроизвольно произнес: — Почему бы не заменить и эти стальные стулья?

От длительного сидения на стальных стульях болит задница.

— Ты отдаешь мне приказы? — спокойно спросила Юки Мики.

— Нет-нет, — поспешно отрицал Ватанабэ Че.

Юки Мики отставила изящную чашку и скрестила руки на груди: — Ты, случайно, не думаешь, что я ничего тебе не сделаю? Я так просто не забуду, что ты меня насильно поцеловал.

Киёно Рин, читавшая книгу, подняла голову и посмотрела на Ватанабэ Че.

— Но ведь... это же ты...

Ватанабэ Че колебался, стоит ли продолжать. В улыбке Юки Мики он ощутил что-то леденящее кровь.

Избегая этой улыбки, он встретился с презрительным взглядом Киёно Рин, и в голову ему пришла мысль: знает ли Юки Мики, что Киёно Рин способна распознавать ложь?

Он сказал: — Юки-сан, в тот день в Отяномидзу я действительно хотел тебя спасти. Я думал, что какие-то хулиганы могут причинить тебе вред.

— Неужели? — безразлично ответила Юки Мики.

— Вы с Киёно-сан, наверное, давно знакомы? Ты должна знать, что она умеет распознавать ложь. Можешь спросить у неё, если не веришь.

— Почему я должна свидетельствовать в твою пользу? — Киёно Рин слегка наклонила голову, недоумевая.

И это время для того, чтобы изображать милашку? Эта женщина определенно мстит за прошлый раз, когда он применил психологический трюк — таково было предчувствие Ватанабэ Че!

— Киёно-сан, речь идет о моей репутации, пожалуйста!

Киёно Рин задумалась: — Поскольку ты тоже член клуба наблюдения за людьми, такая репутация может повлиять и на меня. Я свидетельствую: он только что не солгал.

Ватанабэ Че с надеждой посмотрел на Юки Мики. Если она поверит...

— Разве это важно? — равнодушно сказала Юки Мики. — Принеси мне мангу, которую ты считаешь самой лучшей.

Ватанабэ Че не мог понять, о чём она думает. Подойдя к книжному шкафу, он взял «Тетрадь смерти».

— Это шедевр, по моему мнению. Он также получил второе место в рейтинге «Эта манга действительно хороша».

Юки Мики взяла мангу, перелистывая страницы, и приказала: — Сладости.

Ватанабэ Че пошел к холодильнику, наполненному соками и сладостями, и взял несколько десертов с сакурой.

Юки Мики просмотрела две страницы и, заметив краем глаза, что Ватанабэ Че все ещё стоит рядом, насмешливо спросила: — Что? Снова хочешь?

Она поменяла положение своих закинутых ног.

Ватанабэ Че невольно бросил взгляд на свежие чулки, но тут же отвел глаза — первый взгляд был инстинктивным, но то, что он не посмотрел второй раз, показывало силу его воли.

— Нет, я ещё хотел кое-что сказать.

— Тебе не нравится? — улыбка Юки Мики становилась всё более зловещей.

— Нравится, конечно, нравится!

Когда улыбка Юки Мики стала удовлетворенной, внезапно раздался насмешливый голос Киёно Рин: — Ты осмелился мне солгать.

Улыбка мгновенно превратилась из удовлетворенной в жестокую, но это не испугало Ватанабэ Че, напротив, он обрадовался.

Её реакция ясно показывала: она верит, что Киёно Рин умеет распознавать ложь! «Обменять три [исцеляющих таблетки]»

— Юки-сан, те таблетки я получил случайно, у меня осталось всего три штуки, и у меня нет формулы! Кроме того, никто, включая моих родителей, не знает об этом! — громко поклонившись, произнес Ватанабэ Че.

Получится ли? Если получится, источник его мучений может закончиться здесь и сейчас. Впоследствии у него будет достаточно времени, чтобы стать выдающимся человеком, а затем отомстить семье Юки.

После минутного молчания Юки Мики закрыла «Тетрадь смерти» и спросила Киёно Рин: — Он говорит правду?

— Почему я должна тебе отвечать? — Киёно Рин смотрела на книгу в своих руках.

Юки Мики перевела взгляд на Ватанабэ Че, и её лицо постепенно исказилось.

— Киёно-сан, я готов на любые условия! — Ватанабэ Че был близок к слезам.

— Ну что ж, тогда я не буду церемониться, — Киёно Рин, приложив указательный палец к подбородку, задумчиво произнесла: — Лето наступило, мне не хватает того, кто бы приносил напитки.

— Какие бы напитки ты ни захотела, я буду бегать и приносить их тебе!

— А деньги?

— Я заплачу!

Киёно Рин улыбнулась с удовлетворением: — Ватанабэ-сан, безусловно, неисправимый лжец, но я могу подтвердить, что сейчас он сказал правду.

Ватанабэ Че благодарно кивнул, затем, не моргая, уставился на Юки Мики, ожидая её реакции.

Юки Мики снова открыла мангу «Тетрадь смерти», пролистала пять страниц и снова закрыла.

— Скучно.

— А?

— Манга, которую ты выбрал, очень скучная.

— Э-э, Юки-сан, я говорил о таблетках.

— А я говорю о манге, — Юки Мики пристально посмотрела на Ватанабэ Че и спокойно ответила.

Ватанабэ Че прекрасно понимал, когда следует подчиняться.

— Возможно, тебе не нравится манга для мужчин, я помогу тебе выбрать снова. Вот эта «Мёд и клевер» дважды подряд получала первое место в женской категории рейтинга «Эта манга действительно хороша», а ещё «Я хочу тебе сказать» — тоже очень хорошая.

Ватанабэ Че нашел эти две манги и подошел к дивану, но Юки Мики не обратила на них внимания.

— Иди за мной, — она встала, изящно покачивая бедрами, и с высокомерным видом вышла из кабинета.

Ватанабэ Че положил мангу и последовал за ней.

— Когда вернешься, не забудь принести мне бутылку лимонного чая, — не поднимая головы, распорядилась Киёно Рин.

— Если я вернусь живым.

— Ого, всё так серьезно? Я же говорила тебе не лгать.

— Если на этот раз всё обойдется благополучно, я больше никогда не буду лгать!

— Это уже ложь. Но ради моего лимонного чая, пожалуйста, постарайся.

Ватанабэ Че последовал за Юки Мики в пустую комнату с гимнастическим инвентарем.

Сидзуру в черном костюме неизвестно откуда появилась рядом с ней.

— Ты осмелился меня обмануть?

Как только Юки Мики закончила говорить, Сидзуру ударила Ватанабэ Че кулаком в живот.

— Ух-х... — Ватанабэ Че обхватил живот руками.

[Сессия «Юки Мики» прервана]

— Поступай со мной как хочешь, только не причиняй вреда моим родителям, они действительно ничего не знают. Я искренне восхищаюсь тобой и не хочу больше тебя обманывать.

Он мог бы немедленно обменять сто тысяч очков на «Свободный бой» мастерского уровня, чтобы избавить себя от боли и сохранить лицо.

Но чтобы не подвергать опасности родителей в родном городе, что значит юношеский пыл и гордость? Что плохого в том, чтобы самому перетерпеть немного страданий?

«Просто делай то, что должен делать», — без конца повторял он про себя, пытаясь облегчить боль.

— Восхищаешься мной? — Юки Мики холодно усмехнулась. — Где оставшиеся таблетки?

— Вот они, — Ватанабэ Че с трудом достал из кармана три таблетки, но на полпути Сидзуру выхватила их у него.

Юки Мики мельком взглянула на них и снова посмотрела на Ватанабэ Че.

— Так я могу поступить с тобой как хочу?

— Только не причиняй вреда моим родителям.

— Надо же, ты довольно стойкий, — Юки Мики улыбнулась уголком рта.

— Ты хочешь умереть? — холодным голосом перебила Юки Мики.

— Извини! Если возможно, я бы хотел продолжать жить! — Ватанабэ Че немедленно взмолился.

— Продолжать жить? Ты обманул меня, с чего ты решил, что имеешь право жить?

— Я очень умён! Я могу служить семье Юки!

— Умён? — Юки Мики на мгновение растерялась, а затем расхохоталась.

— На этом испытании я гарантирую, что займу первое место! Я также гарантирую, что поступлю в Токийское высшее учебное заведение, на третий факультет естественных наук. Семья Юки скажет мне заняться политикой — я займусь политикой, скажет заняться бизнесом — займусь бизнесом!

Третий факультет естественных наук Токийского высшего учебного заведения считался местом, куда могли поступить только пришельцы из космоса, да и другие студенты того же учебного заведения смотрели на него снизу вверх.

Но для Юки Мики это было слишком смешно.

Что значат студенты Токийского высшего учебного заведения? Даже среди хостесс в клубе Гиндза немало выпускниц Токийского высшего учебного заведения.

Её больше заинтересовало то, что он сказал ранее.

— Ты говоришь, что сможешь занять первое место на испытании? Ты хочешь сказать, что ты умнее меня? — Юки Мики слегка прищурила сверкающие, как звезды, глаза.

— Хороший результат на испытании, конечно, не означает большего ума. Юки-сан, возможно, ты не знаешь, но мои оценки всегда были третьими по школе, и это при том, что в средней школе я учился самостоятельно. За два месяца после поступления я уверился, что у меня есть шанс занять первое место.

— Самоучка? Даже если ты хорош в испытаниях и займешь первое место, что с того? — равнодушно сказала Юки Мики. — Каждый год есть победители национальных олимпиад, но не каждый из них достоин служить мне, не говоря уже о первом месте в частной школе Камигава.

— ...

— Нет других причин?

Несколько человек в черных костюмах бесшумно подошли.

— На самом деле... на самом деле... я могу быть телохранителем, — сказал Ватанабэ Че, лежа на полу, скрючившись как креветка.

Юки Мики сомневалась, правильно ли она расслышала. — Что ты сказал?