Не губите воробья!
Ветви, протянувшиеся наружу, были остры, как божественное оружие, невероятно быстры и способны были пронзить что угодно.
В мгновение ока они затмили облака, отрезав все пути отступления Павлина, полностью опутав его!
Затем Чжоу Тун и Снежная Дева услышали душераздирающий крик, и в воздухе разлился запах крови!
— Это... — Снежная Дева вытаращила глаза, не веря увиденному и услышанному.
Тот ужасный Павлин после сжигания происхождения феникса мог сравниться со святым девятой ступени, а теперь оказался тяжело ранен этими ветвями!
Но и это было не всё. Ветви источали странный серый свет, распространяющий необъяснимую силу. Они впрыснули ее в тело Павлина.
Бум! Бум! Бум!
Не то от боли, не то по другой причине, Павлин яростно забился. Крылья, словно покрывающие небо, отчаянно хлопали, сотрясая пустоту, даже разрывая пространство, но не могли вырваться из пронзивших его ветвей.
И со временем его тело становилось всё меньше: с тысячи чжан до ста, затем до десяти, и наконец до двух-трех чжан, полностью потеряв ужасающую силу!
Затем, под потрясенным взглядом Снежной Девы, Павлина втянули в Малую Чистую Землю.
Фактически, не только она, но и Чжоу Тун не смог сдержать изумления.
Он не ожидал, что Странное Дерево настолько могущественно. Лишь слегка показав себя, оно смогло одолеть знаменитого лютого зверя.
— Что это такое? — Снежная Дева схватила Чжоу Туна за шею.
— Не знаю!
— Прикидываешься? Что это за ветви? Почему они в твоей Чистой Земле? Говори!
— Отстань! — Чжоу Тун без церемоний оттряхнул ее.
— Ты мне не жена, с чего бы мне объяснять? Хочешь посмотреть — заходи в мою Чистую Землю.
Услышав это, Снежная Дева немедленно успокоилась.
Там Чжоу Тун — абсолютный владыка. Попади она туда, хоть к небу взывай, хоть к земле — не поможет.
— Это не конец, мы еще встретимся. Береги своего ребенка — это мой будущий ученик. Случись что, и я тебя не прощу!
С этими словами она прекратила воплощение, а Чжоу Тун шагнул и исчез.
Внезапно небо прояснилось, психический барьер исчез, не оставив и следа, приведя наблюдавших внизу в изумление.
— А Павлин? Куда делся этот огромный Павлин? Может, это был обман зрения?
— Ты что, дурак? Ясно же, что его забрали.
— Сам дурак! Говоришь так легко, попробуй сам поймать!
Услышав это, тот тоже задумался. Резонно! Кто сможет так быстро одолеть эту штуку?
Практически мгновенно обрушилось несколько мощных аур!
Все прибывшие были святыми высшего уровня, среди них даже святых седьмой ступени было мало. Их потрясла недавняя битва.
Некоторые из них ринулись сюда, разрывая пространство перед собой, но по прибытии не обнаружили ни единого волоска.
— Кто же это сделал? — одновременно подумали святые высшего уровня.
Некоторые, не сдаваясь, сели и начали проводить вычисления, желая увидеть правду, но увидели лишь туман!
......
В Малой Чистой Земле Лай Фу был на грани безумия от восторга.
Под изумленным взглядом Чжоу Туна он с энтузиазмом принялся «обучать» Павлина.
В этой Чистой Земле была четкая иерархия прав.
Чжоу Тун, без сомнений, был владыкой. Его приказы — закон, Небесный Путь, никто не мог его ослушаться.
Затем шла Ведьмочка — ведь она богиня, помогавшая создать эту Землю. Кроме Чжоу Туна, ее слово — закон.
И наконец, Странное Дерево. Оно родилось в этой Земле, давно слилось с ее законами. Если Чжоу Тун и Ведьмочка отсутствовали, оно было здесь хозяином.
Поэтому, с правами в Чистой Земле и абсолютной силой, Лайфу мог обращаться с Павлином, как с цыпленком.
Так он и делал!
Сначала Павлин не подчинялся, пытался контратаковать, вновь став тысячечжановым. Но Причудливое Дерево вырвало гору и швырнуло ее, как камешек, ударив Павлина так, что тот исторг кровь.
Но и этого было мало. Странное Дерево сплело из ветвей кнут и безжалостно хлестнуло Павлина.
Удар был не шуточный. В кнуте содержалась сила, способная расколоть небо и землю, вмещающая мириады проявлений, словно тяжелая вселенная, сокрушающая всё на своём пути!
Одного удара хватило, чтобы парализовать Павлина. Тот мгновенно потерял силы сопротивления, рухнув с неба, скуля, на землю.
Но и этого было мало. Лайфу, словно войдя во вкус, открыл внутри себя некий переключатель, что заставил его полюбить жестокость и допрос. Кнут высекал в воздухе искры, чуть не ободрав перья Павлина!
— Слишком жестоко! — вдруг у уха Чжоу Туна прозвучал голос Жилы Земли.
Тот с изумлением наблюдал за этим.
— А ты здесь зачем? И кто тебя пустил? — скрестив руки, спросил Чжоу Тун с испытующим взглядом.
Недавно он просканировал Чистую Землю и легко нашел оставленный Жилой Земли след, позволявший тому входить сюда.
— Конечно, я сам! Я должен следить за каждым движением этого дерева, — тот поспешно объяснил, останавливая Чжоу Туна от стирания следа.
— И что заметил?
— Ничего!
— Ц-ц-ц... — Чжоу Тун скривился. — Разве ты не прожил бесконечные годы? Как можешь не знать? Бесполезный!
— Юноша, не будь так резок. Угождай мне больше, возможно, научишься многому.
— Например?
— Например, сто способов приготовления божественных зверей...
— Это... ссс... — Чжоу Тун мгновенно отбросил мысль выгнать его и с жадностью посмотрел на истязаемого Павлина.
В прошлый раз у Золотокрылой Птицы Пэн оказалось мало мяса: он только вошёл во вкус — как всё кончилось.
В этот раз он обязательно оставит наставнице и старшей сестре по большому крылу!
— Лайфу!
— Гав!
— Разжигай котел, режь эту пернатую тварь!
— Гав! Гав!
Ветви Лайфу вновь изменились, обрели грани и лезвия, превратившись в подобие разделочных ножей.
Одного удара хватило бы, чтобы разделать Павлина на куски.
— Постойте, пощадите! — вдруг Павлин заговорил, да еще и женским голосом, от чего у Чжоу Туна побежали мурашки.
— Фу, мерзко! Заговорила по-человечески, как теперь есть?
— Смирись, братец. По крайней мере, она еще не приняла человеческий облик. После смерти кто вспомнит, что она говорила! — дух Жилы Земли не мог ждать. Взмахом руки старик призвал кучу баночек и склянок.
— Что это?
— Приправы, причем лучшие. Могу наделать сколько угодно.
Чжоу Тун кивнул. Это была правда: тот контролировал бесконечные земли, чего бы он не мог достать?
— Раз так, продолжаем!
Лайфу, получив приказ, приготовился отправить Павлина в следующую жизнь. Когда нож был занесен, страх Павлина достиг пика.
— Куд-кудах-тах-тах!!!
В крайнем желании выжить, она издала куриный крик, и из-под нее выкатилось разноцветное яйцо, озадачив Чжоу Туна.
— Стой, не губи воробья!