Кузен, ты мой родной брат!
— Старина Чжао, куда ты?!
Увидев действия начальника охраны, Ли Му не удержался и громко окликнул его.
— Я иду в потайную комнату! Там всё ещё заперт наш почётный гость!
Услышав это, Ли Синьжоу тоже хлопнула себя по лбу, вспомнив.
— Точно! Скорее выпускайте кузена, как бы он не задохнулся там!
Сопровождаемые тяжёлым скрипом, врата открылись, обнажив фигуру Чжоу Туна.
Когда его лицо предстало перед глазами семьи Ли, все дети пришли в неистовый восторг.
— Это тот самый старший брат! Это он спас нас из ада!
— Не болтай ерунды!
Взрослые, смеясь, прикрыли рты юным болтунам, боясь, что те проявят непочтительность к гостю.
— Как же я сладко поспал!
Чжоу Тун, потягиваясь, вышел наружу и с усмешкой окинул взглядом собравшихся: — Что тут все собрались? Ждёте, чтобы я открыл поминальный пир?
— А у тебя из пасти, кажется, кроме гадостей, ничего не выходит! — притворно разозлилась Ли Синьжоу и легонько стукнула его в грудь. — Пир и правда будет, но праздничный! Без нашего счастливого талисмана мы и приступать не смеем!
Она была на седьмом небе от счастья, и всё вокруг казалось ей прекрасным, даже Чжоу Тун стал в её глазах благоприятным символом.
Однако, услышав слова «счастливый талисман», Ли Му будто по рефлексу вздрогнул.
Затем ему, кажется, что-то пришло в голову, и он, расталкивая толпу, поспешил к Чжоу Туну.
— Ты... — дрожа, он указал на Чжоу Туна, с комом в горле, словно перед самой смертью, будто желая сказать нечто важное.
— Старший, вы что-то хотите мне сказать?
Чжоу Тун пристально смотрел на старика, но его собственное сердце бешено забилось.
Главная причина, по которой он спускался в преисподнюю, была именно в том, чтобы спасти этого старика.
— Сяо Фань... Ты — Сяо Фань! Я не могу ошибиться!
Услышав это, Ли Синьжоу широко раскрыла глаза.
— Дедушка... этот Сяо Фань, о котором ты говоришь... Неужели...?
— Он мой внук, твой младший брат, глупышка...
— Старший, что за шутки! Не думал, что проснусь и стану чьим-то внуком. Моя фамилия — Чжоу, и зовут меня Чжоу Тун!
Пальцы Чжоу Туна невольно сжались. Лишь самые близкие ему люди знали, что, когда он делал этот жест, он пытался сдержать волнение.
— Дитя... Разве я могу ошибиться? Да будь я мёртв, не спутаю! Родственная связь не обманет. Я убедился в этом, едва взглянув на тебя!
Старик вынул из-за пазухи нефритовую подвеску и, словно бесценное сокровище, бережно вложил её в руку Чжоу Туна.
— Ли Фань... — Чжоу Тун прочёл выгравированные иероглифы.
— Это твоё имя. Если ты и впрямь Сяо Фань, стоит тебе капнуть кровь на подвеску, как она отреагирует.
— Проверка крови нефритом?
Чжоу Тун знал, что это за предмет, и понимал его свойства. Без колебаний он нанёс на него свою кровь.
В мгновение ока подвеска воссияла ослепительным светом, повергнув всех в оцепенение.
Даже Чжоу Тун на миг застыл. Хотя он и ожидал этого, почему же его сердце трепетало так сильно?
— Боже мой, боже мой!
Старец не выдержал первым, схватил Чжоу Туна в объятия, и слёзы хлынули из его глаз.
— Четырнадцать лет... Благодарю небеса, наконец-то ты вернулся к дедушке! Милость небес! Наш счастливый талисман вернулся домой! Теперь всё наладится!
— Да... Прошло действительно много времени. Я вернулся.
Чжоу Тун тоже сбросил маску, не сдержав глубокого вздоха. В его глазах, к удивлению, блеснули слёзы, и он крепко обнял старика.
Для того, кто прожил тысячи лет, вес кровных уз бесконечно истончился.
Он полагал, что, даже найдя родных, отнесётся к этому спокойно, как к чему-то обыденному.
Но сегодня он с удивлением обнаружил, что это ему не под силу!
— Неужели... это правда? Твой кузен оказался моим родным братом?
Ли Синьжоу вытаращила глаза, не зная, радоваться или удивляться, затем повернулась к ошеломлённой Чжун Нинсюэ.
Неужели и эта двоюродная сестра тоже окажется родной? Если так, то их семья взлетит до небес!
Но Чжун Нинсюэ была потрясена ещё сильнее. Она никак не ожидала, что её собственный мастер окажется отпрыском семьи Ли! Неужели это значит, что семья Ли в один миг вознесётся на вершину?
— Прости, сестра, я обманула вас. На самом деле мы с ним названые брат и сестра. Наше путешествие в Центральные земли как раз и было возвращением в его секту!
Мозг Чжун Нинсюэ работал на пределе, пытаясь исправить ситуацию.
— Что ж, отныне ты тоже моя названая сестра! — глаза Ли Синьжоу вспыхнули, она крепко сжала руки Чжун Нинсюэ, словно боясь, что та сбежит.
Тут же она, не забыв хлопнуть Чжоу Туна по плечу, добавила: — Названая сестра невероятно сильна, а ты вот так слаб? С завтрашнего дня пусть сестра учит тебя культивации!
— Ых... — Чжун Нинсюэ снова вздрогнула от ужаса. Такие перевёрнутые с ног на голову слова вообще-то не принято говорить!
Вместе с ней вздохнул и начальник охраны. Он дольше всех оставался в ступоре от этой новости, а придя в себя, погрузился в бурную мыслительную бурю.
«Неужели мне это снится... Молчите, дайте мне разобраться...» — он, словно одержимый, бормотал себе под нос, загибая пальцы.
Если его логика верна, то тот имперский почётный советник, перед которым склонилась даже императрица, Величайший Истребитель Святых в войне с демонами, воплощение божества, что прошел ад и вершил судьбы жизни и смерти это — Ли Фань!
Родной младший брат госпожи Ли, родной внук старейшины Ли, его, старого Чжао, собственный молодой господин...
— ЙА-ХУ-У-У!!
Разобравшись во всём, он подпрыгнул, проломил стену и вылетел наружу.
— О-ох, чёрт подери! Да я разбогател! Нет, МЫ разбогатели! Отныне посмотрю, какая сволочь посмеет со мной грубо разговаривать!!!