Чжан Чуцяо: Я что, женюсь на императрице?

— Старшие сестры, вам не кажется, что это уже перебор?

На следующее утро Чжоу Тун шёл по улицам столицы с красотками по обе стороны, но на лице у него было выражение полной безысходности.

Ведьмочка вцепилась в одну его руку так крепко, что он как ни дёргал — вырвать не мог.

Вторая рука тоже не была свободна — её прочно захватила Чжан Чуцяо.

— Хитрая кошка, ты рассердила старшую сестру. Теперь я ни за что не позволю тебе в одиночку пожинать плоды!

— Хмф… бессовестная!

Ведьмочка, раскрасневшись, выпалила:

— Вообще-то я была первой!

— Это не считается, первой призналась именно я!

Две девушки переглянулись через Чжоу Туна, и между ними тут же посыпались искры.

Чжоу Тун с видом мученика наклонился к Чжан Чуцяо и тихо сказал:

— Ты ведь сейчас «мужчина». Такие слова — это удар по моей репутации. Можешь быть хоть немного сдержаннее?

А всё началось с того, что Чжан Чуцяо, устав сидеть в Небесной Тюрьме, захотела выйти и поглазеть на великолепие столицы.

Отказать было невозможно. В противном случае ослепительная старшая сестра закатила бы такую истерику, что ночь прошла бы в слезах и крике.

— Я и так просидела там столько лет, а ты ещё хочешь держать меня взаперти? У тебя вообще сердце есть?!

Развернув силу тела Инь-Ян, она смотрела на него огромными невинными глазами, полными слёз, и так жалобно обвиняла, что устоять было невозможно.

Чжоу Тун капитулировал, но выдвинул условие: Чжан Чуцяо должна переодеться мужчиной.

Всё потому, что её лицо слишком узнаваемо. Если люди из Тяньдаофу заметят её и донесут Чжао Утяню, проблем не избежать.

— Я не отпущу тебя…

Чжан Чуцяо низким чарующим голосом склонилась к самому уху Чжоу Туна, лениво и соблазнительно.

— Быть прижатым к сестрёнке вот так — тебе ведь должно быть очень приятно, да?

Она с самодовольством выпрямилась, прижавшись к его руке и слегка потёршись грудью.

Когда-то две величественные «горы», что даже вниз глянуть мешали, исчезли — их жестко перетянули тканью, превратив в ровную «площадку».

Но стоило лишь коснуться, как становилось ясно — упругость и вес по-прежнему никуда не делись.

Эти груди — воистину смертоносное оружие!

— Хм! Чего тут хвастаться? В будущем я точно не уступлю тебе! — с абсолютной уверенностью заявила ведьмочка, взглянув на собственную пышную грудь.

— Тьфу, мелкая, ты ещё слишком зелёная!

— А сама-то хороша! Кто это вчера сидел на полу и всхлипывал: «У-у-у, как же жалко меня бедненькую»? Напомнить?

И тут в толпе поднялась огромная суматоха.

Чжоу Тун заметил начальника стражи — тот снова выполнял свою обязанность: зачитывал жителям столицы императорский указ.

— Веление Её Величества Императрицы Линсяо гласит: Мне двадцать шесть лет, и у меня нет наследника. Это — беда государства. Мои верные сановники вновь и вновь напоминают: у страны не может не быть преемника. И Я глубоко согласна с этим.

— Посему Я решила выбрать героя из числа простых людей, взять его в супруги и вместе с ним разделить власть и славу.

— В центре столицы возведена арена для состязаний. Любой мужчина младше тридцати может выйти на помост. Победитель в тот же день вступит со Мной в брак!

Услышав этот указ, Чжоу Тун чуть не взорвался от шока.

Вчера вечером он думал, что Цянь Мяоюй просто сказала это в шутку. Но оказалось, женщина и впрямь настроена серьёзно.

— Она что, и правда так спешит замуж?

Ведьмочка нахмурилась:

— С её силой и даром — хоть через сто лет будет всё такая же юная и прекрасная, зачем торопиться?»

— Сто лет — слишком долго. Я живу мгновением!

Знакомый голос прозвучал сзади, и весь народ тут же пал ниц.

— Приветствуем Величество!

— Встаньте.

Цянь Мяоюй, неизвестно когда появившаяся, смотрела прямо на Чжоу Туна. В её взгляде таились самые противоречивые чувства.

Прошлой ночью она снова видела его во сне.

Хотя это был не кошмар, но он всё равно не дал ей сомкнуть глаз до рассвета.

— Господин почётный советник, если у тебя найдётся время, почему бы не отправиться со Мной на арену? Посмотрим, какие объявятся герои.

Императрица сделала приглашение.

— Отказаться было бы невежливо.

Чжоу Тун не колебался и сразу согласился. Толпа мгновенно расступилась, открыв им дорогу.

……

Арена гудела, словно улей — народу было видимо-невидимо.

И неудивительно: награда была слишком уж соблазнительной.

Несравненная императрица, половина империи, величие и богатство всего мира…

Стоило лишь победить всех соперников — и всё это становилось твоим. Кто устоит перед такой приманкой?

У стойки регистрации чиновник уже готов был взорваться от злости.

Перед ним стоял старик, у которого седая борода свисала чуть ли не до пояса, а тот упорно утверждал, что он — юноша.

— Сколько вам лет? Имейте в виду: ложь о возрасте — это преступление против трона!

— Старче… кхм, молодой господин восемнадцати лет и тысячи месяцев от роду!

— Вон отсюда!

Регистратор уже кипел от ярости, но тут с небес спустилась знакомая фигура — начальник стражи.

— Приветствуем начальника!

Все чиновники почтительно склонились, ведь его статус был совершенно особенным.

— Встаньте. У меня есть важное распоряжение.

Он грубо оттащил регистратора в сторону и зашептал ему на ухо:

— Скоро сюда прибудет господин почётный советник. Не важно какими способами — но ты ОБЯЗАН включить его в список участников турнира!

— Э-э… только вот я его в лицо не знаю… — с неловкостью признался регистратор. В столице чиновников — как звёзд на небе, и не видеть Чжоу Туна в лицо было делом обычным.

— Всё просто: почётный советник появится вместе с её величеством. Красавец рядом с императрицей — и будет почётный советник.»

— Понял!

Чиновник решительно кивнул, ударил себя в грудь и поклялся, что всё устроит в лучшем виде.

Спустя мгновение Цянь Мяоюй с Чжоу Туном и остальными прибыли на арену, и их появление вызвало всеобщее внимание.

— У Меня есть дела, временно удаляюсь.

Заметив, что начальник стражи подал знак — всё подготовлено, Цянь Мяоюй обрадовалась и хотела ненадолго отойти от Чжоу Туна, чтобы процесс прошёл как следует.

— Юноша, постой!

И как и ожидалось, дорогу им перегородили.

— Судя по твоим необычным костям и благородной внешности, тебя ждёт великое будущее. А прямо сейчас у тебя есть шанс одним прыжком взлететь к вершинам. Лишь бы ухватился за него…

— Неинтересно.

Чжоу Тун отрезал, и у чиновника тут же появилось крайне недовольное выражение.

— Ну что вы так! Главное ведь участие. Сегодня у императрицы великий день — покажешь себя, и даже если не победишь, всё равно получишь щедрые награды.

Разве вам не любопытно взглянуть, на что способны ваши ровесники? Или… вы струсили?

— Ха, занятно. Ну что ж, попробовать не помешает.

Чжоу Тун усмехнулся. Его задела примитивная подначка, и теперь даже возникло любопытство.

Лишь бы не победить в самом конце — тогда проблем не будет.

Чиновник просиял и поспешно вручил им жетон:

— Вот ваше доказательство регистрации. Берегите его.

Чжоу Тун уже протянул руку, но тот вдруг с презрением передумал и вложил жетон в ладонь Чжан Чуцяо.

Разве он не понимает, кто тут настоящий «красавец»?!

По сравнению с женственно утончённой «юношеской» внешностью Чжан Чуцяо божественно-харизматичный Чжоу Тун почему-то казался ему менее впечатляющим.

И как только Чжан Чуцяо коснулась жетона, тот вспыхнул ярким светом.

Это был не просто жетон — это был договорный знак! Теперь отказаться было невозможно!

Чжан Чуцяо остолбенела. Для неё, носительницы тела Инь-Ян, этот знак не представлял угрозы, но отступить или отвергнуть вызов — значит посрамить себя.

— Я… я должна сражаться за право стать мужем императрицы?! Это что, серьёзно?!