Мой Тун`эр не был таким, как ты...
— Прошу, разрешите мне взять учителя в жёны!
Эти слова прозвучали, словно гром с небес, раскатившись над всей сектой Юйцин.
— Дерзость!
— Нахал! Осмелился осрамить учителя и порушить традиции — это что за безобразие?!
— Мир, должно быть, перевернулся! Где честь, где закон, где порядок?!
Мгновенно большинство старейшин-мужчин взвились против.
И было отчего — все они, без исключения, восхищались Мо Люсу. Как же вынести мысль, что богиню их снов собирается «загрести» какой-то сопляк?
— Сяо Ци… ты… ты осмелился выдвинуть такое требование… Я не согласна! — Мо Люсу побледнела, решительно возражая.
— Вот как? — Тан Ци холодно усмехнулся и прекратил действие искусства Поглощения Небес.
В тот же миг бедствие вновь обрушилось на Мо Люсу — пять наказаний небесного возмездия обрушились на неё, терзая тело и душу.
— Ааа!!!
Она прижала руки к груди, рухнула на колени и стала биться головой об землю. Всё её тело содрогалось от боли, и вскоре она зарыдала.
Никто не осмелился подойти к ней — ведь она была под проклятием небесной кары.
Любой, кто коснётся, если не обладает огромной удачей и защитой, сам попадёт под удар небес.
— Спаси… меня, Сяо Ци… Учителю так больно… не бросай меня…
Её лицо было в слезах, взгляд — жалобный, словно весенняя грусть, пронзительная и беззащитная. Даже каменное сердце дрогнуло бы от этого вида.
Однако, странным образом, никто не сочувствовал.
Наоборот — по лицам многих пробежала тень возбуждения.
Видеть, как холодная, надменная богиня, всегда державшая всех на расстоянии, теперь корчится в пыли, плачет, умоляет о пощаде… почему-то вызывало у них странное удовольствие.
Многие с блеском в глазах мысленно желали, чтобы она выглядела ещё жальче, ещё униженнее — будто тогда они сами станут достойны её.
Какая нелепая, извращённая мысль!
— Сяо Ци… прошу тебя… спаси меня… я больше не выдержу…
Мо Люсу распростёрлась на земле, вцепившись в подол штанов Тан Ци, жалкая и беспомощная, как побитая собака.
Эта сцена заворожила Ся Хунсю, но заставила Чэнь Линъэр нахмуриться.
— Ты действительно собираешься смотреть, как она умирает от мучений? — строго спросила она.
— Старшая сестра… у меня тоже есть причины. Снятие небесного бедствия требует огромной цены. Если я не получу хоть какую-то выгоду — зачем мне рисковать жизнью ради неё?
— Ты… но ведь она — твой учитель!
— Ну и что? Разве в уставе сказано, что ученик обязан жертвовать собой ради учителя?
Эти слова заставили Чэнь Линъэр и Мо Люсу вздрогнуть. Лицо у обеих побледнело.
И действительно — такого правила не было.
Но когда-то они знали человека, который поступал именно так.
Невольно перед их глазами возник юный облик Чжоу Туна.
Только он мог любить их без условий и без расчёта.
Только он, не щадя себя, стоял перед бурей, защищая их ценой собственной жизни.
Но того Чжоу Туна они изгнали.
И теперь он никогда уже не вернётся.
— Тун`эр… мой Тун`эр… Учитель была неправа!
Мо Люсу плакала навзрыд, едва не теряя сознание.
Но смысл этих слов был очевиден.
Она раскаялась не потому, что осознала вину — а потому, что чувствовала приближение смерти!
— Ещё смеешь вспоминать его? — Тан Ци вдруг вспыхнул яростью. — Он — предатель секты! Он никогда не вернётся!
Он схватил Мо Люсу за волосы и рывком поднял её голову, заставив встретиться взглядом.
Это было грубейшее нарушение устава — ученик не имеет права даже повысить голос на учителя, не то что коснуться его.
Но никто не осмелился вмешаться.
Выбор был слишком очевиден: дерзкий молодой гений или обречённая старейшина, в теле которой бушует небесная кара.
— Сяо Ци… ты же был моим послушным учеником… почему ты так со мной поступаешь?.. Разве не можешь быть как Тун`эр…
— Молчи!
Тан Ци взревел, запустив технику Поглощения Небес, и сжал ей горло.
— Ненавижу этого человека! Никогда больше не упоминай его при мне!
Громыхнуло!
Вслед за бурным потоком силы, поглощённой из тела Мо Люсу, Тан Ци прорвал стену своего уровня и шагнул в новое Царство — в Царство Перерождения!
«Как я и думал… Эта женщина и правда отмечена великой удачей. Я впитал столько её сущности — а это всего лишь капля в море… Я должен заполучить её целиком!» — мысленно произнёс Тан Ци, а вокруг уже стояла немая тишина.
Все были потрясены.
Этот парень — чудовище!
В столь юном возрасте достичь силы великого мастера — в сто раз страшнее Чжоу Туна!
Такого таланта вся секта Юйцин теперь будет беречь как сокровище — потакать ему во всём, позволять всё, что пожелает.
— Тан Ци, — наконец заговорил У Чжань, глава секты, — твоё требование я принимаю!
Тан Ци просиял от радости, а Мо Люсу будто ударила молния — она не верила своим ушам.
— Однако, — продолжил У Чжань, — у меня есть и встречное условие. Ты должен принести голову Чжоу Туна.
— Всего-то? — Тан Ци самодовольно усмехнулся. — Легче лёгкого.
— Я человек слова, — сказал У Чжань. — В тот день, когда Чжоу Тун умрёт, состоится ваша свадебная церемония двойного совершенствования!
— Нет! Я не согласна! — Мо Люсу, едва дыша, закричала: — Вы все меня вынуждаете! Если бы Тун`эр был здесь, он бы защитил меня! Он никогда бы не поступил, как вы… Не смейте причинять ему вред!
— Ой-ой, — с насмешкой протянул Тан Ци. — Учитель, похоже, имеет другое мнение? Что ж… в таком случае я, пожалуй, откажусь от помощи…
Он издевательски улыбнулся и медленно убрал руку.
— Не надо!!
Мо Люсу в ужасе вцепилась в его руку — она не хотела вновь пережить мучения пяти небесных наказаний.
— Учитель… так вы хотите этого или нет? — голос Тан Ци звучал всё спокойнее, даже лениво. В его взгляде она уже не человек, а игрушка, дикая добыча, попавшаяся в ловушку.
— Я… согласна, — прошептала Мо Люсу, отводя глаза. В её сердце уже зрел план: как только Тан Ци снимет с неё кару, она сразу же нарушит обещание.
— Превосходно. Тогда заключим небесный договор, — сказал Тан Ци, шаг за шагом приближаясь.
— Что?! — Мо Люсу побледнела, зрачки дрогнули.
— Чего же вы так удивляетесь? — насмешливо произнёс он. — Разве вы не сделали то же самое с Чжоу Туном? Не забывайте: нарушивший такой договор будет поражён небесной карой.
— Я… подпишу.
В итоге Мо Люсу всё-таки склонила голову.
На глазах у всех они заключили небесный контракт — две одинаковые копии, одна у Мо Люсу, другая у Тан Ци.
Разорви копию — и неминуемо навлечёшь на себя кару!
— Ха-ха-ха-ха! — Тан Ци расхохотался, пьянея от триумфа. Добыча сама пришла в сети — даже стараться не пришлось.
А Мо Люсу стояла как вкопанная, мертвенно бледная, словно прахом осыпанная.
— Делу — время, — сказал Тан Ци, глядя на У Чжаня. — Я отправляюсь в тайное измерение Дикой Горы, чтобы прикончить этого предателя.
— Я скоро вернусь. А вы, господин глава, присмотрите за моим учителем — не дайте ей сбежать!
— Не беспокойся, парень, — ухмыльнулся У Чжань. — Ты непременно получишь желаемое.
— Тогда я вылетаю!
Тан Ци резко обернулся к Чэнь Линъэр, протянул руку —
— Старшая сестра, ты пойдёшь со мной.
При этих словах холодный пот выступил у неё на спине.
Он больше не притворялся — показал клыки.
Если останется с ним наедине, беды не миновать!
— Что застыла? Идём!
И, не дав ей опомниться, Тан Ци схватил Чэнь Линъэр за запястье и рванул в сторону Дикой Горы, исчезнув в вихре духовного ветра.