Меч Чжоу не поднимается на стариков и детей!
— Убирайся!
Из тела Чжоу Туна вырвалась ужасающая сила, и в одно мгновение он подавил золотокрылого Пэна, с грохотом отбросив его прочь.
«Меч Разрушения Люхэ! Небесный меч! Лотос конца света!»
Не теряя ни секунды, он снова призвал свой убийственный приём. Один разящий поток энергии меча рассёк воздух — казалось, сама небесная твердь готова разорваться надвое.
Появилась тусклая, пепельно-чёрная линия, медленно колыхнувшаяся в пространстве. Она двигалась словно в замедленном времени, но в себе несла силу самого Времени. Лезвие отсекло часть мира — и рассекло тело Пэна!
Пфу!!
Даже тело божественного зверя не выдержало этого удара. Защита лопнула, из глубины ран хлынула кровь, пролившись на землю алым дождём.
— Кииии!!!
Пэн взревел от боли и взбесился, взмахами крыльев подняв бурю, которая с ревом обрушилась на Чжоу Туна.
Ш-ш-ш!
Потоки воздуха, пропитанные кровью, рванули вперёд, окатывая Чжоу Туна алым ливнем и пытаясь сковать его движения.
— Этот запах…
Чжоу Тун на миг замер — и его глаза налились кровью.
Он одним глотком втянул пэнову кровь — и сразу ощутил, как всё нутро воспламенилось, будто пламя загорелось в сердце и лёгких.
— Какое… восхитительное чувство!
Малые миры внутри его тела начали бурно расширяться, заполняясь безграничной энергией.
Сто шестьдесят тысяч… сто семьдесят… сто восемьдесят тысяч… — и рост всё не останавливался!
Это явное, ощутимое на глаз усиление захватило Чжоу Туна — он уже не мог удержаться. Когда его взгляд вновь упал на пэна, в нём не осталось ни капли благоговения.
Раньше он видел в нём божественное создание и испытывал уважение.
Теперь же, узнав, какую пользу оно может принести, он видел перед собой лишь вредителя, которого следует уничтожить без колебаний.
Жрущее людей чудовище — если не вредитель, то кто же?
А вредителей не жалеют: убить, закопать, сварить или зажарить — всё равно!
— Ученица, действуй вместе с учителем! Разделаем эту тварь!
Чжун Нинсюэ округлила глаза.
— Я… я должна бить Пэна? Вы серьёзно?
Но не успели слова долететь, как тело уже двинулось само собой — она безоговорочно последовала приказу мастера.
«Пятый слоновый божественных королевский паразит!»
«Паразит вечного увядания!»
Она высвободила всю свою мощь, но её тело выдержало натиск резко возросшей силы, и она нанесла удар, от которого задрожало небо!
«Печать всея Мироздания! Наложение десяти печатей!»
Чжоу Тун тоже атаковал. Их силы слились воедино, превратившись в разрушительную волну, способную сокрушить даже святого!
Но в этот миг Пэн внезапно взмахнул крыльями и — словно прорезав само пространство — исчез, переместившись на десятки ли вдаль, избегая смертоносного удара!
— Паршивая тварь!
Чжоу Тун стиснул зубы — даже ему пришлось признать, что противник не из лёгких.
Золотокрылый Пэн с рождения обладал невообразимой скоростью, а взрослый Пэн, едва взмахнув крыльями, мог преодолеть девяносто тысяч ли!
Можно сказать, если он решит сбежать — его уже никто не догонит.
Но как раз в этом и заключалось самое странное: хотя Пэн явно оказался в невыгодном положении, он не только не убежал, а наоборот — завис вдалеке, внимательно наблюдая за Чжоу Туном и Чжун Нинсюэ, а в его глазах поблёскивала жадность.
До сих пор он считал их своей добычей.
Что ж, зверь остаётся зверем — с чудной, своеобразной логикой.
Чжоу Тун даже усмехнулся. Похоже, в генах Пэна с рождения записано, что человек — это еда, а вот понятие «опасаться людей» так и не успело развиться.
Наверное, даже феникс не мог предположить, что его потомок, едва появившись на свет, столкнётся с человеком уровня святого… да ещё с духовной силой, достигшей императорского уровня!
— Мастер, — вдруг нерешительно произнесла Чжун Нинсюэ, — у меня есть способ ограничить его скорость.
Глаза Чжоу Туна сразу загорелись.
— Говори скорее!
Чжун Нинсюэ раскрыла ладонь — и в её центре появилась зеленоватое насекомое.
— Это паразит отчаянной схватки у воды. Он создана специально для подавления паразита возвращения из смерти. Если сработает — противник будет заперт в определённой области. Снять ограничение можно только убив того, кто его запустил.
— Отличная вещица! — восхищённо сказал Чжоу Тун, взяв его в руку. — Как им пользоваться?
— Просто кинь его в противника.
Не успела она договорить, как Пэн снова пошёл в атаку: руны на его крыльях ослепительно вспыхнули, соединяя силы ветра и пространства, и он вновь переместился — мгновенно, словно телепортировался!
— Отлично! — усмехнулся Чжоу Тун и, подняв большой палец, нажал вниз.
«Вторая ментальная бомба — Иссушающий удар по душе!»
В тот же миг в воздухе возникли крошечные шары духовной силы, сжатые до предела. Они повисли в пустоте, образовав невидимое поле молний.
Пэн, не видя ловушки, врезался прямо в неё!
Бах!!!
Раздался чудовищный взрыв. Взрывные волны духовной силы разорвали воздух, и Пэн с оглушительным криком закувыркался в небе, извиваясь от боли.
— Вот он, наш шанс!
Чжоу Тун не замешкался: воспользовавшись мгновением слабости, он метнул паразита — и тот вонзился прямо в тело чудовища!
— Теперь тебе не сбежать. Смирись и прими свою смерть!
В этот момент выскочил Сяо Бай и слился с Чжоу Туном — теперь сам Чжоу Тун стал воплощением своей манифестации.
«Воплощение неба и земли!»
Мгновение — и его тело выросло до десяти тысяч чжан. Он протянул исполинскую руку к Пэну, словно хотел поймать воробья.
Увидев это, золотокрылый Пэн впервые ощутил настоящий страх. В его сердце зародилось желание сбежать.
Но уже поздно. Сила паразита полностью ограничила его — он не успел уклониться и оказался схвачен гигантской ладонью!
Следующее, что увидела Чжун Нинсюэ, навсегда врезалось ей в память.
В воздухе, полном колеблющейся ужасающей ауры, Пэн был буквально разорван на части — его крылья вырвали из суставов, и, истошно вопя, он рухнул с небес!
— А-а-а-а!
На миг его крик стал похож на человеческий. Из всех направлений устремились потоки сияния, окутывая тело Пэна — словно сама небесная сила пыталась восстановить его плоть.
— Быстрее, действуй! Эта тварь собирается принять человеческий облик! — крикнул Чжоу Тун, и в его голосе прозвучала тревога.
— Если он превратится в человека, станет сильнее? — серьёзно спросила Чжун Нинсюэ.
— Нет, просто в человекоподобном виде его уже не так удобно есть. Я не люблю есть тех, кто выглядит как люди.
Это объяснение так ошарашило Чжун Нинсюэ, что она чуть не подавилась собственным дыханием — вот уж кто бы подумал, что у её мастера ещё и своеобразная форма брезгливости!
— Убить!
Без лишних разговоров они оба атаковали, рассеяв сияние вокруг Пэна и не позволив ему завершить превращение. Удар был страшной силы — он разрушил саму основу жизни чудовища.
Пространственная буря, бушевавшая вокруг, наконец утихла — знак того, что золотокрылый Пэн достиг конца своего пути.
Бум!
Он рухнул на землю с оглушительным грохотом. Чжоу Тун и Чжун Нинсюэ спустились следом, встали перед ним, глядя сверху вниз.
— Пора закончить это, — сказал Чжоу Тун, доставая чёрный меч и поднимая его для решающего удара.
— Старший брат, пощади! Я больше не посмею!
Внезапно над головой Пэна вспыхнула его духовная форма — детский силуэт мальчика.
— Пощадить тебя, чтобы ты снова ел людей? — холодно спросил Чжоу Тун.
— Клянусь, я больше никогда не буду! Прошу, отпусти меня, дай шанс на жизнь! — умоляюще произнёс мальчик, но в его глазах всё ещё мелькало хищное, кровожадное свечение. Ведь в этом мире — все едят всех, и разве может зверь не есть человека?
— Ладно, длинный меч Чжоу не поднимается на стариков и детей.
Он вздохнул и убрал свой черный меч.
— Учитель, — осторожно подошла Чжун Нинсюэ, — у вас ведь вроде бы есть ещё один короткий меч?
— Ха-ха! Ты слишком плохо думаешь о своём учителе! Разве я способен на такую подлость?
С этими словами он вынул из рукава талисман — и бросил его вперёд.
«Талисман девяносто третий — мгновенная огненная кремация!»