Исповедь ведьмочки
— Да чтоб ты сдохла! — рявкнул Чжоу Тун.
Высокомерие на лице Чэнь Линъэр в один миг рассыпалось в прах. От удара она завертелась, словно волчок, и, потеряв равновесие, отлетела назад, со всего размаху врезавшись в колонну.
Для «особенной неё» Чжоу Тун выбрал и особенную силу удара.
ПУФ!
Ведьмочка не выдержала и расхохоталась, чуть ли не давясь от смеха. Чжоу Тун радовал её всё больше и больше.
Не только её — вокруг тоже послышались сдавленные смешки.
Чэнь Линъэр, придя в себя, уставилась на Чжоу Туна с выражением полного неверия. Её душили стыд и ярость: раньше Чжоу Тун никогда бы не посмел её опозорить.
— Ты… ты и вправду меня ударил?! Даже мой отец ни разу не поднимал на меня руку!
— Тогда благодари меня, — усмехнулся Чжоу Тун. — Я восполнил для тебя пробел отцовской любви.
Толпа снова взорвалась хохотом, а больше всех — ведьмочка, смеявшаяся в полный голос.
Чэнь Линъэр метнула в неё злобный взгляд, но та лишь ещё крепче обхватила руку Чжоу Туна и с торжествующим видом посмотрела на соперницу.
— Отпусти его! — взвизгнула Чэнь Линъэр. — Сегодня я сама хорошенько проучу этого ублюдка!
Она уже не могла сохранять хладнокровие: выглядело так, будто у неё из-под носа отобрали что-то важное. Даже Мо Люсу это задело — её грудь часто вздымалась, и она была готова в любой миг вмешаться.
— Старший брат, разве это не чересчур? — раздался уверенный голос.
Вперёд выступил Тан Ци. В роскошных одеждах он выглядел особенно ослепительным и сразу привлёк к себе внимание. Стоило ему заговорить, как многие ученицы в толпе уставились на него с восхищением.
— Вау, это и есть тот самый Тан Ци, что недавно прославился? Настоящий красавец! Говорят, его талант уступает только Чжоу Туну… интересно, правда ли это?
— Ох, это уже старая история. Сейчас Чжоу Тун — сама никчёмность. Их и рядом ставить нельзя!
— Ну ещё бы! Разве зря наставница Мо взяла Тан Ци в личные ученики? А Чжоу Тун рядом с ней десятки лет ошивался и так и не удостоился этой чести!
Слушая эти пересуды, Тан Ци невольно вскинул подбородок, выпрямившись с видом превосходства.
А Мо Люсу всё это время не сводила глаз с Чжоу Туна, стараясь уловить хоть малейшую перемену в его лице.
Однако Чжоу Тун ничуть не дрогнул, его взгляд, острый, словно меч, пронзал Тан Ци.
— Ты, отброс, смеешь называть меня старшим братом? Какая бессовестная дерзость! Запомните все: я, Чжоу Тун, уже давно разорвал все узы с сектой Юйцин! В этом мире, в этой жизни я никогда больше не вернусь!
— Даже если я обращусь в горстку пыли, даже если стану ряской на воде, — я всё равно не окажусь на горе Сюаньхуан, разве что к тому времени сама секта Юйцин давно обратится в пепел!
Эти слова, словно клятва, прозвучали так громогласно, что казались мощным отзвуком Великого Дао, явственно выражая решимость Чжоу Туна.
Но не успели слова стихнуть, как он почувствовал лёгкое сжатие руки — оказалось, что маленькая колдунья, играя взглядом, уже прижалась к нему.
— Не говори таких глупостей. Пока я жива, пока жива наша наставница, всегда будут те, кто поставит тебя на первое место в сердце. Ты не останешься один и уж точно не станешь какой-то ряской!
Услышав это, Чжоу Тун замолчал, а в уголках глаз защипало от влаги. Что ни говори, а эти слова задели самые мягкие струны в его душе.
— Ведьмочка… твоя чарующая сила достигла уже такого уровня, что ты смеешь колебать мою решимость!
Он говорил так, но рукой уже обнимал её за тонкую талию.
Эта сцена заставила многих вокруг покраснеть от зависти. Бессмертная пара, небесные супруги — разве не о таком союзе всегда мечтали люди?
Ведьма — и что с того? Бывший калека — ну и что? По крайней мере в этот миг они вызывали у всех неподдельную зависть.
Тан Ци уже едва не сходил с ума от ревности, его взгляд неотрывно впивался в маленькую колдунью — он готов был поглотить её целиком.
Такая неописуемая красота, врождённое обаяние — даже его пять старших сестёр не могли сравниться с ней. Заполучить её — разве это не было бы величайшим наслаждением?
— Хм! Посреди бела дня вести себя столь развязно и бесстыдно — какое позорище! — холодно бросила Чэнь Линъэр.
А Мо Люсу была холодна, как ледяная статуя:
— Садитесь, где хотите. Церемония принятия в ученики вот-вот начнётся. Смотрите внимательно!
Сказав это, она развернулась и шаг за шагом поднялась на высокую платформу.
— Ты очень меня разочаровал! — Чэнь Линъэр тоже бросила последнее слово и поспешила следом.
— Линъэр… как думаешь, этот непокорный ученик и вправду решился? — вполголоса спросила Мо Люсу.
— Учитель, вы слишком переживаете, я давно уже разгадала его замысел!
— О? Ну-ка, расскажи. — Мо Люсу с интересом наклонила голову.
— Подумайте сами: если бы он действительно вступил в секту Хэхуань, то должен был бы называть Юй Цанъюэ старшей сестрой. А как он её назвал?..
— Ведьмочка!! — глаза Мо Люсу вспыхнули, сердце окончательно успокоилось. Для неё это без сомнения было бы оскорблением.
— Значит, этот негодник всё-таки хочет вернуться, просто в этот раз притворяется особенно убедительно?
— Ха, силится держать лицо. Посмотрим, надолго ли его хватит! — презрительно усмехнулась Чэнь Линъэр и уже мысленно обдумывала, как наказать Чжоу Туна.
— Я всё решила! — возбуждённо сказала Мо Люсу. — Сегодня, на церемонии посвящения, я задействую силу всей секты, чтобы привлечь внимание самого Небесного Дао и помочь твоему младшему брату в один миг взлететь к вершинам!
Она намеренно хотела сделать это прямо перед Чжоу Туном — показать, как безмерно она ценит Тан Ци, чтобы тот понял: всё то, о чём он мечтал, она способна с лёгкостью подарить другому.
Увидев это, Чжоу Тун уже никак не сможет и дальше притворяться!
Тем временем Чжоу Тун с девушкой нашли укромное место и сели там. Никто не хотел приближаться к ним, вокруг образовался пустой круг.
Солнце поднялось в зенит, и над землёй разнёсся чистый, звонкий голос:
— Наступил благой час, начинаем жертвенную церемонию!
Все взгляды устремились на высокую платформу. Та возвышалась девятью ярусами, словно упиралась в облака. На каждом уровне стояли по девять учеников с мечами в руках. Их лица были суровы, а сияние мечей, исходящее от них, пронзало воздух.
— Такой размах… неужели они собираются призвать взор Небесного Дао?
Эти слова заставили толпу ахнуть. Гении из других сект смотрели с недоверием.
Секта Юйцин и впрямь не поскупилась — ради одного ученика они готовы на такое! Похоже, его действительно хотят вознести в ранг первого среди молодого поколения!
Эта мысль одновременно мелькнула во многих умах, и сразу же десятки взглядов метнулись в сторону Чжоу Туна.
Тот слегка дёрнул веком. Он прекрасно знал: проведение церемонии призыва Небесного Дао требует колоссальных затрат — бесчисленных ресурсов и настройки восьмидесяти одного подмассива, связанных с главным массивом.
Секта Юйцин уже устраивала подобное для Чэнь Линъэр, когда возвёла её в статус первой в искусстве меча. И тогда схемы ритуального массива начертил лично Чжоу Тун.
Причина проста: пусть уровень каждого из этих массивов был невысок, зато их структура крайне запутанна и связана с самим Небесным Дао. Обычный мастер формаций и заикнуться бы не посмел — слишком велик риск обратного удара.
Справиться с этим мог только Чжоу Тун — в то время ещё безмятежный духом и твёрдый волей.
К тому же, у этой формации была одна особенность: её условия хранения невероятно суровы. Провели ритуал один раз — и массив утрачивает силу. Попытка использовать его повторно приведёт к страшным последствиям!