Они уже были со мной строгими… не станешь ведь и ты меня ругать?
Алый с чернотой поток устремился к небу, наполненный яростной, разрушительной энергией, в клочья разрывая облака.
Мужун Я вышла из-под контроля. Она безудержно выпускала силу, будто желая стереть всё вокруг.
В этот миг она зависла в воздухе, взгляд её был устремлён на Ведьмочку и Лун Линъюнь. В глубине её глаз перемежались ясность и хаос, а сама она изо всех сил сдерживала жажду убийства.
— Нам нужно быстрее убежать от неё! Сейчас она опасна!
Ведьмочка, будучи наиболее опытной, осторожно уводила Лун Линъюнь, двигаясь медленно, чтобы не спровоцировать Мужун Я.
Как только они покинут её — они будут в безопасности.
Но в этот раз всё было иначе: внутренний демон Мужун Я нахлынул с ужасающей силой, и та мгновенно сорвалась с места, устремившись прямо к ним.
— Плохо дело, бежим!
Лица девушек исказил ужас, они разогнали скорость до предела, но всё равно не могли оторваться.
— Верните мне жизнь моей ученицы! Сдохните!
Голос Мужун Я был ледяным. Она приняла их за врагов и обрушила на них сокрушительный удар.
Тысячи потоков красной пыли слились в гигантскую волну, несущуюся вперёд с ужасающей скоростью. Всё на её пути обращалось в прах, и в одно мгновение ярость волны настигла девушек.
— Уходи, я задержу её!
На лице ведьмочки мелькнула решимость. Она резко толкнула Лун Линъюнь в сторону и сама шагнула навстречу урагану.
— Старшая сестра!
— Беги! Мою жизнь мне дала наставница. Даже если я умру от её руки, я не пожалею. Но ты не должна пострадать!
Сконцентрировав «Небесное искусство Хэхуань», она тоже вызвала Красное море, пытаясь встретить атаку.
Но силы были несоизмеримы. Красное море ведьмочки рассеялось в тот же миг, лицо её смертельно побледнело.
— Прощай, наставница… Прости, маленький извращенец, больше я не смогу быть рядом с тобой…
Она смирилась и закрыла глаза, а в сознании всплыло лицо юноши.
— Держитесь! Я иду!
В этот решающий миг небеса прорезал мощный рёв, вселивший силу в сердца двух обречённых девушек.
Чжоу Тун ворвался стремительно. Одним взмахом ладони он собрал в ней кроваво-красную молнию, которая обернулась серпом лунного сияния. Одного его удара хватило, чтобы рассечь Красное море!
— Наконец-то ты вернулся! — голос ведьмочки задрожал, в нём слышались и слёзы, и обида.
— Не бойся. Пока я здесь — даже если небо рухнет, я подниму его обратно!
Переступив мимо ведьмочки, Чжоу Тун вышел прямо к Мужун Я.
Глядя на его спину, ведьмочка невольно улыбнулась, а в её глазах закружились смутные, тёплые чувства.
— Вот так просто впала в одержимость… Совсем ненадёжный, безответственный взрослый, — укоризненно бросил Чжоу Тун, но взгляд его был исполнен нежности.
— Верни мне мою Цяоцяо! — Мужун Я корчилась в воздухе, её лицо искажала мучительная гримаса, словно она застряла в кошмаре.
Сила в её теле продолжала нарастать — она уже не могла себя контролировать.
И тут Чжоу Тун двинулся. Удар пальцем, кулаком и ладонью — три алых луча пронзили пространство и вошли прямо в её тело: в межбровье, в грудь и в даньтянь. Но они не причинили ей ни малейшего вреда.
Следом по телу Мужун Я вспыхнули красные узоры — сработали «Кандалы Хэхуань», полностью подавив её силу.
— А теперь спокойно остынь.
С этими словами Чжоу Тун бросил вниз врата, и они с гулом опустились, придавливая Мужун Я.
— Наставница! — воскликнула Ведьмочка.
— Не бойся. Это высшее сокровище секты Юйцин, внутри него заключено пространство и силы самого мироздания. Оно подавляет душу и дух, но не причиняет вреда. Для неё это даже полезно.
Успокоив ведьмочку, Чжоу Тун наконец серьёзно посмотрел на девушек:
— Что тут произошло? Я ушёл всего на секунду — а наставница впала в такое состояние!
Обе они потупили головы, но ничего не скрыли и честно рассказали всё как было.
— Дворец Небесного Дао… Чжао Утянь!
В глазах Чжоу Туна вспыхнул свет. Это имя показалось ему до боли знакомым.
В следующий миг он исчез с прежнего места и оказался в тайной комнате.
Внутри царил полный беспорядок. Предводитель Лиги был ещё жив и сумел даже вырваться из оков и теперь, с налитыми кровью глазами, уставился на него.
— Мелкий ублюдок, сдохни!
Он внезапно ринулся в атаку. Хоть его и изрядно истерзали, всё же он выдал силу уровня Слияния с Сердцем.
Пух!
Но бой закончился в одно мгновение. Ладонь Чжоу Туна пробила его сердце, а на лице его застыла холодная, равнодушная маска, словно он совершил нечто совершенно обыденное.
— Н-не может быть… — с трудом выдохнул предводитель, не веря глазам. Жизнь медленно угасала, хотя его уровень был на целую ступень выше Чжоу Туна!
— Ты, отброс, всё же можешь ещё кое в чём послужить. Давно не пробовал этот приём… — Чжоу Тун положил вторую ладонь на его лоб.
Мгновение — и ужасающая духовная сила рванулась наружу. Он применил технику поиска души.
А-а-а!!!
Даже умирая, предводитель испытал муки хуже смерти, и в конце концов его тело разлетелось на кровавые ошмётки.
— Слишком слаб… Даже этого не выдержал! — презрительно бросил Чжоу Тун.
Впрочем, и недолгого сеанса оказалось достаточно, чтобы вытащить нужную информацию.
Теперь сомнений не было: он действительно встречал этого Чжао Утяня.
В прошлой жизни примерно в это же время произошло событие, потрясшее весь континент.
Секта Тяньдаофу (Дворец Небесного Дао), используя «тело Дао Инь-Ян» в качестве приманки, устроила грандиозное торжество, куда стеклись несметные сильнейшие культиваторы.
Но на деле это оказалось всего лишь коварным планом Чжао Утяня.
Он активировал жертвенную формацию и переплавил множество могущественных мастеров в источник энергии, усилив только себя одного.
Тяньдаофу после этого стала всеобщей мишенью. Вскоре объединённые силы мира её уничтожили, и лишь Чжао Утяню удалось скрыться. Он затаился на долгие десятилетия.
Когда же он появился вновь — то был уже демоном, чья мощь была почти непреодолима.
Но ему не повезло: ему довелось столкнуться с Чжоу Туном, уже приближенным к пониманию Дао. Тогда он был тяжело ранен, а затем добит Святым Меча, завершивим его историю в считанные мгновения.
Дослушав собственные мысли до конца, Чжоу Тун усмехнулся. Не ожидал он встретить Чжао Утяня так скоро в этой жизни, но какое значение это имело? Раз тогда он сумел его зарезать, то и теперь — тем более сможет!
Приняв решение, он одним взмахом руки сравнял разрушенную тайную комнату с землей и направился к хранилищу духовных трав.
Здесь культивировался лотос нефритовой крови, способный успокаивать разум. Чтобы Мужун Я поскорее пришла в себя, её должны были привести именно сюда.
Чжоу Тун остановился у двери и, не входя, намеренно сделал строгое лицо.
В комнате Мужун Я лежала на кровати, укрытая роскошным одеялом. На её лице застыла вина, а две девушки тихо утешали её.
В этот момент Чжоу Тун резко распахнул дверь, громко нарушив тишину.
Увидев его, трое женщин сначала просияли от радости, но заметив выражение его лица, Мужун Я тут же натянула одеяло до самого подбородка и даже спрятала свои белоснежные, мягкие ножки, будто боялась выставить их напоказ.
— Она уже осознала свою вину! Она раскаивается! — поспешили встать перед ним девушки, защищая Мужун Я.
Но Чжоу Тун не обратил на них внимания. Обойдя, он подошёл прямо к постели и уставился на женщину, пытавшуюся прикинуться страусом.
Хотя снаружи виднелись лишь её глаза, в этом взгляде она воплотила всю свою жалобную беспомощность, от которой даже каменное сердце дрогнуло бы и отказалось упрекать её.
— Они уже были со мной строгими… не станешь ведь и ты меня ругать? — прошептала она.
В конце концов Чжоу Тун тяжело вздохнул и сел на край кровати.
И тут же его запястье сжала прохладная ладонь.
Мужун Я смотрела на него умоляюще, явно желая что-то сказать.
Но Чжоу Тун уже разгадал её мысли и спокойно произнёс:
— Хочешь её спасти, да?