Непревзойдённая ведьмочка
С этими словами лица присутствующих потемнели, став предельно серьёзными.
Носить в себе семя демона — величайшее табу, которого мир не мог терпеть. Такого следовало убивать без пощады!
Выражение лица Ин Шаосюаня тоже изменилось. Он схватил Чжоу Туна за руку и одним взглядом, наполненным божественным светом, осмотрел её. В ладони Чжоу Туна действительно сочился тонкий поток демонического тумана.
Такое дыхание могло исходить лишь от Небесных демонов.
А так называемые Небесные демоны — злейшие враги человечества. Они питались убийством и пожиранием людей, находя в этом развлечение, и были общим врагом всего рода людского.
Увидев это, взгляды собравшихся, обращённые к Чжоу Туну, разом переменились. В них отразились презрение и ненависть, а некоторые и вовсе с трудом сдерживали желание разорвать его на куски.
— Так вот оно что, демонское отродье! — вскричал один. — А я ещё только что жалел его. Всё моё сочувствие псу под хвост!
— Хватит псов оскорблять! — отрезал другой. — Ставший демоном человек хуже любого зверя. Таких нужно немедленно обезглавить!
— Ха-ха… — послышался третий. — Вот почему он вдруг стал таким сильным! Оказывается, давно уже пал на демонический путь. А по сути — так и остался никчёмным куском мусора!
Лицо Ин Шаосюаня сделалось предельно суровым, взгляд его обострился, словно клинок, пронзающий Чжоу Туна:
— То, что сказала Мо Люсу, — правда?
— Неправда! — без малейшего колебания ответил Чжоу Тун.
— И сейчас не перестаёшь нести чушь! — хладнокровно осадила его Мо Люсу. — Пока сам не заглянешь в гроб, не поверишь, что умираешь. Теперь у нас есть и свидетели, и доказательства. Хоть заспорься, всё равно не отвертишься!
Она не жалела слов, целиком прижимая Чжоу Туна к стене, намереваясь довести его до полной безысходности.
— Верно сказано, — вторил кто-то из толпы. — С такими, кто обратился к демонам, разговор короткий. Одно слово: убить!
— Убить его!
— Да, убить!
— Нельзя оставлять это отродье в живых, иначе неизвестно, сколько людей ещё пострадает от него!
Гул голосов поднялся, словно горный обвал, словно море, вздыбленное штормом. Все как один требовали казни Чжоу Туна. Впасть во тьму — это то, чего люди не прощали. Тот, кто добровольно пошёл этим путём, должен быть уничтожен!
Спустя миг Ин Шаосюань глухим голосом перекрыл шум гомонящей толпы:
— Постойте! В его теле больше нет демонического семени!
— Что?! Как такое возможно?!
Многие застыли в изумлении. Главным и несомненным признаком одержимости считалось наличие в теле демонического семени. Теперь же оно исчезло — кто тогда осмелится утверждать, что Чжоу Тун всё ещё демон?
— Как бы то ни было, — подал голос кто-то, — его связь с демонами — неоспоримый факт. Чтобы избежать беды, лучше всё же избавиться от него.
Эта мысль встретила немало одобрения.
Ведь зло нужно искоренять до конца. Лишь бы не допустить ошибки в обратную сторону: лучше убить невиновного, чем оставить в живых демоническое отродье. Таков был закон рода людского в отношении к демонам и их порождениям.
Ин Шаосюань нахмурился и обратился к Чжоу Туну:
— Согласно правилам континентальных стражей закона, в твоём положении тебе может быть дарована жизнь лишь в одном случае — если найдётся секта, готовая поручиться за тебя. В противном случае, даже если тебя не казнят, твоё дао будет запечатано, и ты никогда больше не сможешь культивировать. Скажи, есть ли такая секта, готовая стать твоим поручителем?
Эти слова заставили всех невольно взглянуть на Мо Люсу, изображённую в зеркале-иллюзии.
— Даже не смотрите на меня, — холодно отрезала та. — Юйцин — праведная секта. Как мы можем поручиться за демонического выродка? Делайте с ним что хотите!
Взгляд Тан Ци тоже был полон насмешки.
Ну и что, что Чжоу Тун обрёл просветление? В конце концов, он всё равно обречён на падение. Ведь истинным избранником судьбы был только Тан Ци!
— Если так, то ничего не поделаешь, — произнёс Ин Шаосюань, и его лицо стало ледяным. — По закону я обязан запечатать твоё дао, чтобы ты больше никогда не мог культивировать.
Он приблизился к Чжоу Туну и медленно поднял руку, готовясь наложить печать.
— Постойте! Мы готовы поручиться за него!
В этот момент раздался мелодичный голос — чистый, словно журчание горного ручья, свежий, как дуновение весеннего ветра. Его звук мгновенно наполнил сердца радостью и лёгкостью.
Толпа расступилась, и на сцену стремительно вышла девушка в алом одеянии. С её появлением все взгляды невольно устремились к ней.
— Это она!
Увидев незнакомку, многие расширили глаза. Очевидно, перед ними стояла незаурядная личность.
Девушка шагнула вперёд — чиста, словно цветок лотоса, рождённый из прозрачной воды. Её босые, белоснежные стопы касались земли, не задевая ни пылинки, каждый её шаг словно рождал новые лепестки лотоса. Движения её были плавными и изящными, подобно колыханию ивы на ветру.
Её красота завораживала. Уже сейчас в её облике проглядывали черты будущей непревзойдённой красавицы. Любое движение — поднятая ладонь, лёгкий поворот корпуса — излучало обаяние, способное пленить сердце.
— Секта Хэхуань, Юй Цанъюэ!
Кто-то узнал её и сразу назвал имя. Многим она была знакома: на прошлой «Битве ста сект» эта девушка сокрушила целую плеяду соперников и заняла второе место, уступив лишь самому Чжоу Туну.
А сама секта Хэхуань? По названию было ясно: не самая «праведная» секта.
Однако несколько десятков лет назад секта Хэхуань считалась одним из сильнейших кланов континента. Позже из-за внутренних потрясений секта пришла в упадок, принимала в ученицы только женщин, и к нынешнему времени была на грани исчезновения.
(П/п: название секты 合欢 (Хэ-Хуань) – буквально "праздная".)
С какой стороны ни посмотри, у этой секты не было ни малейшего основания поручаться за Чжоу Туна.
И именно это стало неожиданным поворотом — спасение для Чжоу Туна и холодный удар для Мо Люсу.
Её замысел — заставить Чжоу Туна покориться — снова провалился!
— Тоже мне, ведьма из еретической секты! — холодно усмехнулась она. — Разве у такой нечестивой секты есть право поручаться за кого-то?
— Ты недовольна? — спокойно подняла взгляд Юй Цанъюэ. — Хочешь, я попрошу свою наставницу встретиться с тобой лично?
Эти слова заставили многих резко втянуть воздух.
Пусть секта Хэхуань и пришла в упадок, но та женщина… её наставница — всё ещё оставалась поистине устрашающей фигурой.
Ещё десять с лишним лет назад именно эта женщина в одиночку всколыхнула весь континент: собственноручно уничтожила десятки сект и кланов, и никто не смог её остановить.
Говорили, что после той битвы её силы истощились, и срок её жизни подходил к концу. Но даже тогда не нашлось смельчака, кто осмелился бы её разгневать.
— Довольно, — произнёс Ин Шаосюань. — Раз уж люди Хэхуань согласны поручиться за Чжоу Туна, то по правилам мы не будем чинить ему препятствий. Но если впредь что-то случится — вся ответственность ляжет на вас.
Бросив эти слова, он развернулся и ушёл. За ним один за другим, без особого интереса и даже не удостоив Чжоу Туна взглядом, удалились и остальные представители сект.
И вот на месте остались лишь двое — Чжоу Тун и Юй Цанъюэ.
Они встретились глазами, и в глубине взгляда Чжоу Туна мелькнула сложная, противоречивая тень.
Если говорить, кому из прошлого он был должен больше всего… то это была именно эта «маленькая ведьмочка».
— Ведьмочка… — тихо выдохнул он.
Но не успел он договорить, как девушка холодно рассмеялась. В следующее мгновение из ножен выскользнуло тонкое лезвие, и острие меча упёрлось ему в горло.
— Неужели ты, бессердечный, дожил и до этого дня? — её голос дрожал от гнева. — Ты хоть помнишь, что сделал со мной на «Битве ста сект»? Ты не имеешь права так меня называть!
Услышав это, многие застыли в недоумении. Судя по всему, они были знакомы уже давно — и их связь явно не ограничивалась случайным знакомством.
Лицо Мо Люсу вновь изменилось, переливаясь то холодной яростью, то презрением:
— Так ты ещё и с этой ведьмой связан! Позор и срам! Теперь я окончательно убедилась, что поступила правильно. Такой грязный человек недостоин быть моим учеником!
Но Чжоу Тун словно не слышал её слов. Его взгляд был прикован лишь к девушке напротив:
— Почему ты спасла меня?
— Ха! Ты и вправду слишком о себе высокого мнения! — усмехнулась Юй Цанъюэ. — А ты не думал, что я вытащила тебя только для того, чтобы самой убить?
Холодная усмешка сорвалась с её губ, клинок прижался к горлу Чжоу Туна ещё сильнее.
Тан Ци наблюдал за этим с ликованием — глаза блестели, кулаки дрожали от нетерпения.
— Давай же! Убей его! Быстрее убей! — мысленно вопил он.
— Говори свои последние слова, — голос девушки прозвучал ледяным приговором. — Иначе потом уже не будет шанса.
Она на самом деле была готова ударить.
А Чжоу Тун… не проявил ни страха, ни отчаяния. Его глаза оставались спокойными, а на губах играла лёгкая улыбка.
— Прости. Я знаю, что был неправ.
Всего несколько слов, но они ударили громом среди ясного неба. За ними скрывалась невыразимая сила.
Девушка остолбенела. Её лицо, только что холодное, словно ледяная маска, треснуло, а меч бессильно выпал из её руки, упав на землю.
В тот же миг в зале наказаний Юйцин вокруг Мо Люсу взметнулась ледяная, пронзающая аура.
Эти слова пробили её защиту!
Этот дерзкий ученик, который был готов умереть, но никогда не склонял перед ней голову… перед этой ведьмой покорился в одно мгновение!