Великая наставница, любящая детей

— У вас нет болезни! — лекарь из Центральных Равнин смотрел на Великую Наставницу секты Хэхуань с полной уверенностью.

— Невозможно! У меня точно есть болезнь!

— Да говорю же, никакой болезни у вас нет!

— Чепуха! У меня определённо есть болезнь!

Лекарь уже совсем растерялся. Ну и упрямая же старушка! Неужели все из Хэхуань такие одержимые?

— Тогда скажите, что именно с вами не так?

Старшая вдруг замялась, но потом, краснея, всё же проговорила:

— Ученица моей ученицы стала Святой.

Лекарь резко втянул воздух сквозь зубы.

— Так это же радость! Поздравляю, к вашей секте прибавился ещё один гений!

— Но ведь ей чуть больше ста лет.

В ту же секунду лицо лекаря стало серьёзным.

— Вы же не хотите сказать, что попали под «испытание забвения» и у вас началась истерическая горячка? Столетняя Святая? Это же смешно! Даже в Центральных Равнинах таких чудес не водится.

— Я не шучу! — старшая засуетилась, понизила голос и заговорщицки шепнула: — Подозреваю, что эта моя внучка вообще не человек, а выращенное моей ученицей божественное семя!

Выражение лица лекаря стало очень странным.

— Вы имеете в виду то самое легендарное семя, из которого, стоит его посадить, вырастут семь гениев?

— Именно! И вот я хочу понять — куда подевались ещё шесть моих внучков?

Лекарь глубоко вдохнул, но лицо его вновь обрело спокойствие. Он неторопливо поднялся и велел своему ученику рядом:

— Увеличь ей дозу лекарства.

— Слушаюсь!

А сам, развернувшись, ушёл, недовольно бурча себе под нос:

— Точно больная, старое рехло…

Когда он ушёл, Старшая осталась наедине со своими мыслями и заговорила сама с собой:

— Может, прямо позвать Я`эр, чтобы всё прояснить?..

Но тут же покачала головой:

— Нет, нельзя торопиться. Всё равно скоро в Центральных Равнинах начнётся Великая Битва Ста Сект, она наверняка туда придёт. Вот тогда и спрошу!

— Наставница, пора пить лекарство… — робко сказал юный лекарь, протягивая ей чашу с отваром.

— Пфу! Шарлатан! — старшая плюнула, да так метко, что разнесла плевком саму чашу с отваром, и, не оглянувшись, пошла прочь.

Ученик лекаря, никогда не видевший подобного, дрогнул плечами — он вот-вот готов был расплакаться.

— Тс-с, не плачь, милый! — старшая вернулась и сунула ему в руки горсть духовных камней.

— Это твой гонорар. А вот твой учитель — пройдоха, смотри, не дай ему разнести слухи, будто я приходила лечиться от какой-то «мнимой болезни». Поди испортит мне репутацию!

Сказав это, она достала ещё и конфетку, вложила в рот мальчику и дождалась, пока тот сквозь слёзы засмеётся. Лишь тогда она облегчённо вздохнула.

Кто бы мог подумать, что грозная и легендарная старшая из секты Хэхуань носит с собой сладости, чтобы утихомиривать малышей…

Но стоило ученику вприпрыжку удалиться, как её лицо сразу омрачилось.

Она вспомнила про своих восемьдесят одного личного ученика. Столько лет, а никто так и не подарил ей ни одного внука-ученика. От одной этой мысли сердце её охватил гнев.

— Бездарные ничтожества! Придётся самой хорошенько их натренировать!

……

Над столицей Империи Линсяо небесное благословение уже близилось к завершению.

— Благодарим святых! Благодарим почётного советника! — внизу сильнейшие кланялись с почтением, в их глазах читались благоговение и восхищение.

Для большинства этот день, без сомнения, стал самым потрясающим событием всей жизни. Семеро святых явились, три демона пали — подобного мир не видел почти тысячу лет! И им выпала удача не только увидеть это, но и пережить.

— Не нужно церемоний, — Ю Цзинфэн, как самый старший и уважаемый, наставлял собравшихся: — Отныне вам следует быть осторожнее в практике. Двигайтесь шаг за шагом, не идите на поводу у соблазнов и не ищите лёгких путей — это верная дорога к погибели!

Многие при этих словах покраснели. Ведь почти все они и явились сюда ради того, чтобы заполучить тело Дао Инь-Ян и взлететь к вершине в один прыжок.

Но, пережив столько смертельных испытаний, они поняли: небо не одаривает пирогами с начинкой просто так. И смиренно склонили головы, принимая наставление.

— Раз поняли — ступайте. Не задерживайтесь, чтобы не накликать новых бед.

После этих слов шестьдесят тысяч культиваторов единогласно откликнулись и начали постепенно расходиться из столицы.

— А где же старшая сестра? — облегчённо выдохнул Чжоу Тун. После великой битвы заимствованная сила стала угасать, и он чувствовал лишь изнуряющую усталость.

— Мы вернулись, — сказала Чжан Чуцяо, идя вместе с Цянь Мяоюй. В её руке извивался клочок души — остаток Чжао Утяня.

Под давлением этих двух женщин он не имел ни малейшего шанса на бегство и даже умереть не мог. Его духовное тело уже пожирала аура уничтожения, и он лишь издавал жалкие стоны, словно смерть была бы для милосерднее.

— Наставница, я наконец-то отомстила! — с сияющим видом сказала старшая сестра, её глаза светились, словно исчезла тень давней обиды, и сердце стало лёгким.

— Отличная работа! — кивнула Мужун Я. Что до ненависти к Чжао Утяню, она ни в чём не уступала другим.

— Но его так просто отпускать нельзя. Смерть для него — слишком лёгкое наказание.

— Я тоже так думаю.

Старшая сестра достала из-за пояса нефритовый флакон, собираясь заключить туда его душу.

— Пощадите… убейте меня! Дайте мне лёгкую смерть!.. А-а-а! — голос Чжао Утяня, искажённый агонией, дрожал от ужаса и отчаяния.

— Жалкий пёс не имеет права молить о пощаде. Привыкай к новому существованию, — холодно сказала Чжан Чуцяо и запечатала его душу во флаконе.

— Нееет!! — отчаянный вопль оборвался, и вокруг наступила тишина.

— Фух… наконец всё закончилось, — пробормотал Чжоу Тун. Едва держась на ногах в воздухе, он почти бессильно закрыл глаза, и тут Мужун Я подхватила его, прижав к груди.

— Младший брат, что с тобой?! — встревоженно спросила Чжан Чуцяо, приблизившись.

— Не тревожьтесь, он просто истощил свои духовные силы и впал в медитативное состояние, но к завтрашнему дню полностью восстановится.

Святой Меча и Ю Цзинфэн подошли к ним, у каждого были свои мысли, каждый хотел поговорить с Чжоу Туном.

— Не спешите, — слабо улыбнулся Чжоу Тун. — Завтра во дворце я дам вам обоим ответ, который вас удовлетворит.

С этими словами он закрыл глаза и мирно уснул.

— В таком случае мы откланяемся, — переглянувшись, два святых не смогли скрыть радость в глазах и удалились.

Когда все постепенно разошлись, на поле битвы осталась лишь мрачная тишина — её целиком унаследовали люди из секты Юйцин.

Ведь для всех остальных выживших эта битва стала победой. И лишь секта Юйцин оказалась в проигрыше: Мо Люсу постигла кара небес, а Тан Ци был покалечен, они оба лежали без сознания.

— Старшая сестра, и ты уйдёшь? — в стороне, в незаметном для других месте, Чэнь Линъэр не хотела расставаться с Лянь Ханьсин, что вновь обрела свой облик.

— Моё задание выполнено. Я больше не стану жить чужой жизнью, — спокойно ответила та. — Но, девочка, если тебе станет невмоготу в Юйцин, приходи в секту Цзунцин — там ты всё ещё будешь старшей сестрой!

Сказав это, Лянь Ханьсин развернулась и, отлетев от толпы, направилась к императорскому дворцу.