Древняя богиня, любящая похищать чужих детей
В Снежной Тропе Чжоу Тун, опираясь на силу святого, пробивался вперёд без малейших колебаний.
Чем дальше он углублялся, тем холоднее становился ветер — настолько, что даже полусвятого мог бы обратить в ледяную статую.
Вскоре он достиг того самого места, где останавливался в прошлый раз. Впереди простиралась кромешная тьма, полная неизвестности и зловещего предчувствия, от которого сжималось сердце.
Но Чжоу Тун не проявил ни тени страха — он просто ринулся вперёд!
Бам!
Мрак, словно завеса, разлетелся вдребезги от его удара. Сразу же навстречу ворвался ещё более лютый мороз — настолько пронизывающий, что даже святому было бы тяжело его выдержать.
Однако выражение Чжоу Туна не изменилось. Его межбровье вспыхнуло, духовная сила зажгла Божественное Пламя, отсекая весь холод.
— Подлый воришка, — вдруг раздался женский голос, ледяной и властный. — Не ожидала, что ты осмелишься сюда вернуться. Ну что ж, сэкономил мне немного усилий.
Сердце Чжоу Туна вздрогнуло, он настороженно остановился.
— Раз уж пришёл, — голос прозвучал снова, холодный и насмешливый, — чего стоишь? Проходи, присядь, побеседуем.
Она говорила так, будто играла с добычей.
— Раз ты так любезно приглашаешь, — ухмыльнулся Чжоу Тун, усилием воли подавив внутреннее напряжение, — то неприлично будет отказаться.
Не спеша, он двинулся вперёд.
Пройдя через тёмный коридор, он вышел в неожиданно живописное место — словно попал в заповедный уголок за пределами мира.
Вокруг цвели пышные цветы, порхали бабочки, в воздухе стоял мягкий тёплый свет — такая идиллия располагала к покою.
Но Чжоу Тун не дал себе времени любоваться пейзажем. В центре этого «рая» стоял прозрачный ледяной саркофаг, внутри которого покоилась прекрасная женщина.
Стоило лишь взглянуть на неё — и он тут же отвёл глаза.
От её тела исходил леденящий холод, настолько сильный, что, казалось, мог заморозить даже взгляд.
Теперь он точно понял: именно она была источником всей этой стужи — словно центр шторма, где царит обманчивая тишина.
— Ха, смелости тебе не занимать, — раздался голос из саркофага. — Всё-таки пришёл.
— Ты ведь уже мертва, — равнодушно произнёс Чжоу Тун. И что она ему сделает? Он видел даже останки Великого Императора, как он мог её бояться?
— Кто тебе сказал, что я умерла? — в голосе женщины послышались насмешливые нотки.
И в тот же миг она распахнула глаза.
Её аура вспыхнула вихрем, и саркофаг разлетелся вдребезги!
Бум!
Выброшенная сила по мощи не уступала святому и тут же заперла всё пространство.
— Ты… — Чжоу Тун замер, ошеломлённо глядя на неё.
Теперь он ясно понял: перед ним — не человек.
Хотя внешне она выглядела как женщина, но её аура принадлежала вовсе не людскому роду и даже не была схожа с духами гор или иными подобными существами.
— Ты из клана богов! — выдохнул Чжоу Тун.
Женщина лишь слегка улыбнулась и покачала головой.
— В ваших людских легендах нас называют Древними Богами.
При этих словах Чжоу Тун остолбенел.
Клан Древних Богов — не тот же самый, что и клан Богов.
Говорили, что они пришли из-за пределов этого мира, из иных небес, и когда-то вовсе не принадлежали земле людей.
Они существовали задолго до рассвета человечества — в первозданную эпоху, когда люди ещё считали их настоящими божествами и поклонялись им.
— Сколько же ты прожила?
— Не помню. Но благодаря тебе я проснулась раньше времени.
Только теперь Чжоу Тун заметил, что её тело окутано странным сиянием — субстанцией, словно защищающей от самого течения лет.
— Источник бессмертия!
Теперь он окончательно поверил её словам.
В древности, когда духовная энергия в мире была такой же скудной, сильнейшие существа запечатывали себя в источниках бессмертия, впадая в подобие спячки, чтобы дождаться нового Золотого Века и возродиться вновь.
— Похоже, ты уже признал, кто я. В таком случае… самое время вернуть долг!
Не дав ему и слова вставить, женщина ринулась в атаку — её давление было нестерпимым.
— Постой! Какой ещё долг? Что я тебе должен?!
— Ещё прикидываешься! Если бы не ты, выкопавший все девять земных жил поблизости, я бы не пробудилась раньше срока! Ты хоть понимаешь, сколько жизненной силы я из-за этого потеряла?!
Чжоу Тун застыл, не зная, что ответить. Судя по всему… она действительно имела право быть недовольной.
— Подожди, подожди! Не горячись, давай всё обсудим! — он поспешно увернулся и отбил ладонью очередной удар, но волна силы швырнула его об ледяную стену.
— Хмф! Ладно уж, вижу, ты раскаиваешься. Так и быть — прощу тебя. Но ты должен возместить ущерб.
Она внезапно остановилась, будто всё это заранее планировала.
— Что ты хочешь? — насторожился Чжоу Тун. — Редкие материалы? Небесные реликвии?
— Нет, — ответила она и отвернулась, а её уши вдруг порозовели.
— Я хочу… ребёнка!
Эти слова поразили Чжоу Туна, словно гром посреди ясного неба.
Он замер, а затем недоумённо подумал: Почему это звучит так знакомо?..
— С кем ты… хочешь его завести?
— С тобой!
— Извини. Как говорится, насильно мил не будешь. Между нами нет никаких чувств, и я…
— Тьфу на тебя! — перебила женщина, возмущённо выругавшись. — Тоже мне, возомнил! Я имела в виду — мне нужен твой первенец!
— Тем более нет. Я вообще-то мужчина. У меня… ну, нет таких функций.
— А-а-а! — женщина едва не взорвалась от злости, с трудом удерживаясь, чтобы не наброситься на него.
— Ты издеваешься надо мной, да?! В тот день, когда ты пришёл сюда, с тобой была женщина. В её теле я почувствовала сильнейшую жизненную силу. Вот её ребёнка я и хочу!
— Мечтай дальше, дурочка! — холодно оборвал Чжоу Тун.
Он ощутил, как ярость закипает внутри. Её наглость просто не знала предела.
Этот ребёнок — плод всего сердца и жизни Мужун Я. Ради него она пошла на крайность, запустив девятый раздел Небесного Искусства Хэхуань, рискуя собственной жизнью.
Более того, она приняла Нефритовую Пилюлю Небесной Частоты, вобрав в себя множество законов, — потому ребёнок, когда родится, непременно станет небесным гением, равных которому не будет.
Кто завладеет им — тот сможет возвысить целый народ. Это факт.
Женщина же явно хотела использовать его, чтобы возродить былое величие Древних Богов.
— Нравятся дети — рожай сама! — отрезал Чжоу Тун. — А воровать чужих — это не сила, а позор.
— Ты не боишься умереть? — голос женщины вновь стал ледяным, от неё повеяло морозом, который будто сковал пространство.
— Только попробуй, — в глазах Чжоу Туна вспыхнул огонь. — Гарантирую, что в конце концов умрёшь именно ты.
Если он решит задействовать императорское оружие, даже она — с её древней кровью — не уйдёт живой.
Их силы столкнулись, высекли ослепительные искры, воздух дрожал от напряжения.
Но первой дрогнула женщина.
— Хорошо, сделаем так: я забуду твои проступки. Но когда ребёнок родится, ты позволишь мне стать его учителем.
Чжоу Тун обдумал — и счёл это приемлемым.
Эта женщина, несомненно, опасна. Если можно обратить врага в союзника — почему бы нет?
Он кивнул.
В тот же миг женщина разомкнула алые губы и выдохнула снежно-белую жемчужину, сиявшую холодным светом. Она протянула её Чжоу Туну.
— Съешь её — и я поверю твоим словам!