Чжоу Тун: Мо Люсу, как ты разговариваешь со своим отцом?
— Хо-ра!
Сразу же появился Сяо Бай и с силой ударил кулаком по змее.
Раздался грохот — его внутренняя сила в воздухе изогнулась, превращаясь в дракона, и с одного удара уничтожила противника!
Пф!
Вместе с разрушением манифестации Хуан Чэнь испытал мощный откат — изо рта у него вырвался поток крови, а на лице застыло выражение полного потрясения.
— Невозможно! Почему твоя манифестация настолько сильна?!
— Бесформенное воплощение, старый выродок!
От этих слов у того задрожали зрачки — он не мог поверить своим ушам.
— Пугаешь меня громкими словами? Думаешь, заставишь отступить? Хорошо! Тогда я сокрушу тебя чистейшей духовной силой!
С этими словами из центра его лба вырвался страшный поток духовной энергии.
После множества слияний душ его духовная сила уже достигла уровня святого.
В обычных обстоятельствах он мог бы здесь править безраздельно… если бы не столкнулся с Чжоу Туном.
— Чёрт бы тебя побрал!
Чжоу Тун без всяких церемоний выплеснул собственную духовную силу — две волны столкнулись, взорвавшись в воздухе.
— А-а-а-а!..
Хуан Чэнь выгнулся, словно поражённый током; его тело корчилось в воздухе. Если бы не особые свойства слияния душ, он бы уже рассыпался на прах.
— Императорский уровень души, старый ублюдок!
— Ложь! Всё это ложь! Ты наверняка использовал какие-то подлые уловки!
Хуан Чэнь обезумел — разум его начал мутиться. Так проявлялись побочные эффекты слияния: если он что-то решил, изменить мнение было уже невозможно.
— Хорошо. Ты окончательно меня разозлил. Сейчас я задействую здешние законы и отправлю тебя в царство отчаяния, где ты навеки погрязнешь во мраке!
Он быстро сложил пальцы в печать.
Чжоу Тун не стал вмешиваться — наоборот, внимательно наблюдал за каждым движением. Одного взгляда хватило, чтобы он полностью усвоил технику.
— Вкушай отчаяние! И никогда не возвращайся!
Печать вспыхнула и устремилась прямо к нему. Чжоу Тун не стал уклоняться — знал, что от этой вещи не сбежишь, нужно встретить её лицом к лицу.
В следующее мгновение всё вокруг перевернулось.
Он снова оказался в зале суда секты Юйцин!
— Постой… это же…
Лицо Чжоу Туна исказилось — всё казалось до боли знакомым.
Та же сцена, та же обстановка, и на возвышении — та же холодная женщина, взирающая на него с презрением.
Это ведь день его публичного приговора!
Чжоу Тун снова вернулся сюда.
Вот только теперь всё было иначе — в этом мире, где господствует духовная сила, он сам подобен живому императору.
Он попробовал разрушить пространство духовной мощью — но безрезультатно.
Значит, это не иллюзия. Этот мир создан особой силой правил.
Можно сказать, это параллельная реальность.
И чтобы выбраться отсюда — нужно пройти её до конца.
«Чжоу Тун! Осознаёшь ли ты свою вину?!»
Те же самые слова. Он слышит их уже в третий раз.
В первый раз — он был беспомощен, позволял делать с собой что угодно.
Во второй — не имел силы, терпел, затаившись в ожидании.
Но в третий…
— Мо Люсу, как ты разговариваешь со своим отцом?!
Эти слова повисли в воздухе — и весь зал суда замер.
— Дерзость! Как ты смеешь оскорблять старших! Твоя вина утяжеляется!
Мо Люсу вскочила, её аура вспыхнула бурей — мощная, давящая.
— Дерзость — это ты, дрянь такая! Быстро поклонись своему дедушке!
Чжоу Тун протянул руку — и прямо издалека схватил Мо Люсу за лодыжку. Поднял, словно тряпичную куклу, и с грохотом швырнул об пол.
— А-а-а-а!
Зал суда взорвался — горная вершина разлетелась надвое, превратившись в ровную равнину.
Мо Люсу лежала без чувств, глаза закатились, тело билось в конвульсиях.
Чжоу Тун сам удивился.
Императорским ударом — и не размозжить? Да сколько же она выдерживает?!
— Чжоу Тун, ты осмелился восстать против учителей и предков! Никто теперь тебя не спасёт!
— Живо на колени! Отсеки свою силу, может, хоть так сохранишь жизнь!
Крики раздались от Цзян Юяо и Гэ Хунцю — обе вышли вперёд и стали тыкать в него пальцами, обзывая.
— Вы что, слепые? Не видите, насколько я силён? И ещё гавкаете, как шавки? Ну, извините тогда…
— Перст Разрушения Восьми Пустошей!
Он ткнул пальцем — бум! — и обе взорвались в клочья.
Мир снова погрузился в тишину.
— А-а-а-а! Он убил их! Чжоу Тун убил людей! Он окончательно впал в безумие!
Тан Ци вскрикнул, но тут же оказался в руке Чжоу Туна.
— Ну да, впал — и что? Думаешь, теперь ты меня убьёшь?
— Учитель, спасите!
В одно мгновение его аура резко возросла — старик из кольца завладел телом.
Но уже через секунду Чжоу Тун скрутил его, как мокрое полотенце.
И дух, и душа — обратились в небытие.
В этом мире даже защита самого Неба не могла противостоять воле Императора.
Даже оно не способно было уберечь Тан Ци.
— Ты действительно впал в безумие…
Рядом Мо Люсу дрожащей поднялась на ноги, глаза были полны ярости.
— Ты посмел убить Сяо Ци — я заставлю тебя заплатить за это!
Хруст! — она раздавила в руках нефритовый талисман.
Это был высший символ власти секты Юйцин, который можно использовать лишь в момент критической угрозы для секты. В этот момент любой, кто находился в уединении, обязан был немедленно прервать практику и прийти на помощь!
— Сквернословная тварь, сегодня я, твой пращур, научу тебя, как надо жить!
Чжоу Тун усмехнулся и одной рукой схватил её.
— Что ты делаешь?! — лица присутствующих исказились от ужаса.
— Слишком гнилой у неё рот, чтобы дышать одним с нами воздухом. Пусть лучше нечистоты ест!!
На глазах у всех Мо Люсу перевернули вниз головой и бросили в сточную яму.
— Ты… буль-буль-буль…
Все содрогнулись, не смея возразить.
— Ах, как приятно! — Чжоу Тун глубоко вдохнул, чувствуя полное удовлетворение.
В этот момент из уединения вышли великий старейшина и глава секты — их мощная воля мгновенно обрушилась на всё пространство!
— Чжоу Тун! Ты так безбожно дерзишь, уже ищешь свою смерть! Самоуничтожь свою… буль-буль-буль…
Но прежде чем слова были закончены, Сюань Юй присоединился к Мо Люсу в «обеде».
— Ты… буль-буль-буль… — ещё один последовал за ними. Очевидно, виновник наслаждался процессом, но никто не осмеливался помешать ему.
И только теперь все осознали истинную мощь Чжоу Туна.
Он сделал шаг — и оказался перед великими старейшинами и главой секты.
— Вы тоже хотите попробовать?
— Н-нет…
— Хорошо! Скромность — это добродетель. Тогда я награжу вас!
Ещё один последовал за ними.
— А ты?
— Я…
— Прекрасно, даю тебе шанс!
Через мгновение остался лишь У Чжань.
— Погоди, не спеши! Я всё сделаю!
— Да пошёл ты!
С этими словами Чжоу Тун скрутил ему шею — его дух и душа исчезли.
— С этого дня секты Юйцин больше не существует!
Одним взмахом руки Чжоу Тун поднял в воздух облако пыли, вырвав гору Сюаньхуан с корнем.
Все, кроме немногих выживших, взорвались в воздухе — включая Ся Хунсю, Чэнь Линъэр и Сюань Шуюй, которые всё ещё были в уединении!
Трещ-трещ…
В мире появились трещины — знак того, что испытание пройдено.
Сквозь трещины Чжоу Тун увидел лицо Тан Ци — это показалось ему странным.
— Неужели у тебя две жизни? Ну что ж, умри ещё раз!
Хлоп!
Стук ладони был чистым и звонким, но не разбил ему голову — Чжоу Тун осознал: он вернулся в реальность.
Перед ним стоял настоящий Тан Ци.
— Старший брат, давно не виделись!
На лице Тан Ци играла насмешливая улыбка, а за спиной шли Чэнь Линъэр и Сюань Шуюй, излучая мощное присутствие.
— Действительно, давно не виделись, — кивнул Чжоу Тун и вновь ударил — хлопок был в несколько раз громче предыдущего!
— С кем ты тут улыбаешься и шутишь?!