Охота на Золотокрылого Пэна!

— Ты что вытворяешь!

Лицо Чжоу Туна слегка дёрнулось — Чжун Нинсюэ и его успела напугать.

— Ты что, дура? Разве не видишь, что оставаться внутри защитного массива безопаснее?

— Я знаю. Но у меня есть чувство… Интуиция подсказывает: если пойду за тобой — это будет лучший выбор.

Чжун Нинсюэ ответила коротко и твёрдо, на лице не было тени сомнений.

— Интуиция?

Чжоу Тун чуть не рассмеялся — что за пустые слова, что за эфемерная ерунда?

— Не смей недооценивать мою интуицию! Она никогда меня не подводила! — гордо сказала девушка.

— Хех… Тогда твоя интуиция не подсказала, что я собираюсь сделать с тобой прямо сейчас?

Услышав это, Чжун Нинсюэ сразу побледнела — сердце ёкнуло.

Каждый раз, когда Чжоу Тун смотрел так, это заканчивалось для неё плохо.

— Подожди!..

— Ждать чего? Мелкие пространственные разрывы отлично закаляют тело. Да, будет больно, словно тебя режут тысячью клинков, но это мелочи!

От этих слов глаза девушки чуть не вылезли из орбит.

— Нет!.. Не надо!..

— Ха, аж заикаешься от счастья! Хотела сказать «не надо останавливаться», да? Не волнуйся — я же твой мастер, каменное сердце у меня от природы, тренировку прерывать не стану!

С этими словами Чжоу Тун с лёгкостью швырнул её прямо в ревущий шторм.

— Ааааааааа!!!

Крик Чжун Нинсюэ потонул в хоре звенящих, мельчайших пространственных штормов, раздиравших её тело.

— Не бойся, я рядом. Ничего с тобой не случится… наверно, — успокаивающе пробормотал Чжоу Тун, выпуская «Кандалы Хэхуань», обвившие девушку за талию.

Он держал её, словно воздушного змея, сквозь бушующий шторм.

Как он и предполагал, пространственный ураган сам нацеливался на сильнейших — куда бы он ни метнулся, буря мгновенно смещалась, накрывая его словно тенью.

Прошло три часа, а шторм всё не утихал — напротив, становился всё яростнее.

— Странно… По идее, всё давно должно было закончиться. Неужели здесь скрыт какой-то секрет?

С этой мыслью он сам ринулся к центру бури — навстречу её ярости.

Мгновение — и он пронёсся сквозь десятки ли, очутившись в безветренной зоне.

Здесь царила умиротворённая тишина, воздух был полон мягкой, гармоничной энергии — будто это место не имело ничего общего с бушующим снаружи разрушением.

— Аааааа!..

Из вихря рухнула Чжун Нинсюэ, и Чжоу Тун лениво подхватил её на руки, словно ничего особенного не произошло.

— Мастер… я вас ненавижу, — произнесла она, едва сдерживая слёзы.

— Вот и отлично, возненавидь меня ещё сильнее!»— с улыбкой ответил Чжоу Тун, запустив поток жизненной силы и исцелив её раны.

— Что происходит?.. Моё тело словно…

Чжун Нинсюэ осеклась, вслушиваясь в себя: по её телу струилась мощная, густая энергия, питающая каждую клетку, каждый сустав и кость.

Без ослепительных лучей и без небесных знаков — тихо, словно дыхание ветра, она прорвала свой предел и вошла в ряды полусвятых телом!

— Мастер… спасибо вам!

Глаза девушки заблестели — она искренне растрогалась и уже начинала стыдиться своих прежних обвинений.

— Рановато благодаришь, — уголки губ Чжоу Туна поползли вверх, и у неё мгновенно похолодело внутри.

Неожиданно само пространство в центре шторма треснуло, и из разлома вырвалось нечто с ужасающей аурой.

— Это… что такое?..

Дыхание Чжун Нинсюэ сбилось — на неё обрушилось чудовищное давление.

— Знаешь ли ты, что до нас никто никогда не добирался до сердца пространственного шторма? Поэтому мир ничего о нём не знал, — Чжоу Тун усмехнулся: — Сегодня я наконец понял, почему эти штормы существуют.

Не успел он договорить, как из разлома выкатилась гигантская яйцевидная сфера, на скорлупе которой сияли два древних рунических знака.

Чжоу Тун, повидавший многое, сразу понял их смысл.

Это были символы ветра и пространства!

— Мастер… что это за… штука? — голос Чжун Нинсюэ задрожал.

От одного взгляда на яйцо её охватил первобытный страх — она вся затряслась.

— Ты ведь слышала о фениксе? — спросил Чжоу Тун.

— Разумеется! Все живые существа делятся на пять категорий: червевидных, чешуйчатых, мохнатых, пернатых и твердокожих. Среди мохнатых правит Цилинь, среди пернатых — Феникс. А от Феникса произошли павлин и золотокрылый Пэн (Гаруда)… — гордо начала рассуждать Чжун Нинсюэ. — Но ведь фениксы исчезли из мира… Неужели это яйцо связано с ними?

— Ты угадала. Это яйцо Златокрылого Великого Пэна! — холодно усмехнулся Чжоу Тун. — Оказывается, то, что мы называем пространственным штормом, — всего лишь гнездо детёныша Великого Пэна. А питается он людьми. Потому-то и преследует сильнейших — считает их самой питательной добычей!

Чжун Нинсюэ побледнела как полотно.

— Вы… вы ведь шутите? Ведь такие божественные звери — не то, что можно встретить просто так!

— Вот именно. Поэтому тебе и стоит поблагодарить меня — не каждый день выпадает шанс увидеть такое.

— Да чтоб тебя! Благодарность твоим предкам!

В тот же миг яйцо загрохотало.

На его поверхности проступила гигантская трещина, и изнутри хлынула сокрушительная, величественная сила — словно рушились горы и небо одновременно.

— Отступай…

Чжоу Тун вцепился в Чжун Нинсюэ и резко рванул прочь. В следующий миг скорлупа яйца треснула — из неё выкатилось юное существо: златокрылый Пэн во всей своей красе. Размах его крыльев достигал двух-трёх десятков чжан, взгляд был острым, как клинок.

На его крыльях явились два рунических знака — левое олицетворяло пространство, правое — ветер. Лёгким взмахом он поднял неистовый вихрь.

— Мастер… похоже, оно хочет нас съесть, — вцепившись в Чжоу Туна, прошептала Чжун Нинсюэ; от агрессивного взгляда птицы у неё стыло в душе.

— Можешь убрать слово «похоже».

Чжоу Тун облизнул губы и без тени страха уставился прямо в глаза златокрылому.

— Говорят, печень этой тварюки — великая целительная пища. Я не пробовал, поэтому не знаю, правда ли это?

От этих слов Чжун Нинсюэ как будто поражённая громом онемела.

Судя по всему, Чжоу Тун собирался съесть Пэна! Это было совершенно безумно.

— Вы не шутили? — прошептала она.

— Не шучу. Если оно хочет съесть меня — я съем его. Честно и по-справедливости, да?

Пэн внезапно издал оглушительный крик; казалось, он понял сказанное, и мгновенно взбесился. Он рванулся вперёд со скоростью молнии, мгновенно сократив расстояние, чтобы одним клювом схватить Чжоу Туна.

— Мастер, берегитесь! — вскрикнула Чжун Нинсюэ, но Пэн был слишком быстр.

Его клюв сверкнул, подобно небесному клинку, не знающему преград, и вонзился в цель.

— Грязное пернатое — решил вести себя нахально?» — насмешливо произнёс Чжоу Тун. В этот момент он уже обладал силой нескольких святых, что делало его не слабее противника.

Кто с равным могуществом мог бы с ним сравниться? Даже божественное животное не было исключением.

«Печать всея Мироздания, десятикратное наложение!» — без колебаний выпустил он ладонь. Их мощные удары столкнулись лоб в лоб, волны ужасающей энергии разорвали пустоту и подняли небольшой пространственный шторм.

— Сейчас я тебе голову откручу! — прорычал Чжоу Тун, и за его спиной разверзлась бездна звёзд, придавая его силе ещё большую высоту.