Зеркало Четырёх Владык: Сестрёнка Ледяная Жемчужина, с тобой у меня всё по-настоящему!!
«Талисман девяносто третий — мгновенная огненная кремация!»
Как только он произнёс это, небо и земля потеряли свои краски!
Из-под земли вырвался алый клинок из чистого пламени. От него исходило разрушительное жаркое сияние, и он пронзил облака, словно собираясь поджечь само небо.
Пространство вокруг раскололось, превращаясь в гигантскую чёрную воронку, из которой потянулся поток первородного хаоса — казалось, что мир заново проходит через акт сотворения!
— Мастер… что это за приём?.. — потрясённо выдохнула Чжун Нинсюэ.
Её глаза расширились, сердце дрогнуло, а тело полностью оказалось придавлено волной ужасающей силы — она даже пошевелиться не могла.
Даже если бы Четвёртый Небесный Царь столкнулся с этой атакой лицом к лицу, разве удалось бы ему выжить? Скорее всего, остались бы лишь обугленные кости — если бы остались вообще.
— Так, способ поджарки. Если захочешь научиться — подожди, пока твоя духовная сила не достигнет святого уровня, тогда и научу.
В алом огне огромный дух Великого Пэна испарился без следа — полностью, без остатка!
Так пала легендарная божественная птица.
Пожалуй, это был самый нелепо погибший Золотокрылый Пэн за всю историю — хотел полакомиться добычей, но сам оказался зажаренным блюдом.
— Вот это улов! — довольно протянул Чжоу Тун, глядя на тело Пэна, сжавшееся до двух-трёх саженей в длину.
Он чуть не заурчал от предвкушения — ведь каждая часть этого существа была сокровищем.
— Оставь это мне!
Неожиданно в его голове раздался чужой голос.
Чжоу Тун вздрогнул и поспешно проверил источник — и глазам своим не поверил.
— Да чтоб тебя… Так ты, оказывается, говорить умеешь?!
— А ты думал что? — презрительно отозвалось Зеркало Четырёх. — Просто до этого я не видел смысла с тобой болтать.
— А теперь вдруг откуда такой интерес появился? — раздражённо спросил Чжоу Тун.
— Мясо Пэна можешь оставить себе, а остальное отдавай мне, — нагло заявил артефакт.
— С чего бы это? — отрезал Чжоу Тун.
Останки Золотокрылого Пэна, помимо плоти, представляли собой редчайшие материалы для кузнечного дела — из них можно было выковать артефакт высочайшего уровня.
— Разве не очевидно? Я собираюсь выковать себе личный артефакт!
Зеркало ответило так, будто это была самая обыденная вещь на свете, отчего Чжоу Тун даже на мгновение остолбенел.
— Ты ведь сам — оружие. Зачем тебе ещё одно?
— Вот уж глупый вопрос! Ты хоть представляешь какого я уровня? Разве для меня это слишком много — захотеть немного усовершенствоваться?
Зеркало отвечало с такой возбужденностью, будто явно вошло во вкус — крутило рядом с собой Стелу Небесного Рейтинга Кузнецов, словно всё это давно обдумало и просто ждало удобного случая.
Чжоу Тун нисколько не сомневался: если уж Императорский артефакт решил заняться ковкой, результат будет поистине ошеломительным.
Он даже не удивился — ведь это зеркало давно уже обрело сознание. Оно умело всё то же, на что были способны люди, и даже на то, на что люди были неспособны.
— Что ты собираешься выковать? — спросил Чжоу Тун, уже без прежнего напряжения, но всё же с интересом.
— Хм… дай-ка подумать, — протянул Императорский артефакт.
Через мгновение он небрежно ответил:
— Хочу, используя кости Пэна и руну пространства, создать себе пространственный ларец. А ещё — сделать для сестрёнки Ледяной Жемчужины веер из перьев и руны ветра…
— Сестрёнка Ледяная Жемчужина?! Ты про Ледяную Небесную Жемчужину?!» — Чжоу Тун вздрогнул. — Ты что, закрутил роман с околоимператорским артефактом?!
— Ну зачем ты так грубо? — возмутилось Зеркало. — Как старший брат, я просто хочу порадовать младшую сестрёнку, которая так мило со мной кокетничает. К тому же её вещи — это ведь и твои вещи. Не будь таким жадным!
— Лизоблюд! — не выдержал Чжоу Тун.
— Чушь собачья! — вспылил артефакт. — Я — непобедимое Императорское оружие! Как я могу опускаться до таких унижений?!
— Ты хоть понимаешь, сколько духов артефактов в своё время вздыхали по мне? Не веришь — спроси у…
Не успел он договорить, как Ледяная Небесная Жемчужина слегка дрогнула, излучив недовольную вибрацию, мгновенно оборвав его самодовольную речь.
— Сестрёнка Жемчужина, не сердись! Остальные для меня были просто игрушками, а вот с тобой у меня всё по-настоящему!
Чжоу Тун был окончательно сбит с толку.
Он и подумать не мог, что даже между оружиями бывают такие… страсти.
— Мастер… так вкусно пахнет!.. Ой, нет, это же ужасно жестоко! — голос Чжун Нинсюэ выдернул его из размышлений.
Она стояла, не сводя глаз с тела Золотокрылого Пэна, а из уголков губ у неё непроизвольно текли «слёзы» — или, скорее, слюна.
— Подожди немного! — улыбнулся Чжоу Тун, тоже не в силах устоять.
В прошлый раз, когда он поймал божественную слышащую свинью, не удалось как следует ей полакомиться — сегодня же он наконец мог восполнить упущенное.
Он достал огромный бронзовый котёл, аккуратно разделал тушу Пэна и бросил куски внутрь.
Высококачественные ингредиенты не требуют сложных приправ — только самого простого мастерства.
Он поджёг под котлом духовное пламя, и вскоре над ним заклубился густой аромат, от которого, наверное, даже духи бы облизнулись.
— А запах-то какой! — с восхищением воскликнула Чжун Нинсюэ, глубоко вдохнув. — Кажется, если просто подышать им — уже станешь жить дольше!
— Не переживай, на тебя тоже хватит! — усмехнулся Чжоу Тун и собственноручно налил ей суп, добавив большой кусок мяса.
— Спасибо, мастер! Тогда я не буду скромничать!
Она тут же накинулась на еду, как буря, сметая всё, что попадалось под ложку.
— Не торопись! Будет ещё добавка!
……
Спустя недолгое время вся туша Великого Пэна благополучно перекочевала в животы учителя и ученицы.
Чжоу Тун сел в позу лотоса. Ещё до того, как птица попала в котёл, он заранее распечатал и перераспределил заключённую в ней энергию — девять десятых оставил себе, а оставшуюся часть «просочил» в Чжун Нинсюэ.
Теперь внутри него бушевала неописуемая сила, но она не вырывалась наружу — наоборот, вся мощь покорно обращалась в его собственную, полностью усваиваясь и растворяясь в теле.
Бум!
С оглушительным звуком количество малых миров в его теле резко выросло — в одно мгновение превысило двести тысяч.
Но это был лишь старт.
Через пару мгновений он преодолел отметку в триста тысяч, затем уверенно подступил к четырёмстам — и наконец стабилизировался на четырёхстах пятидесяти тысячах.
Такое колоссальное продвижение даже Чжоу Туна поразило.
С таким темпом, если он завалит ещё парочку Золотокрылых Пэнов, то сможет достичь телесного святого уровня — стать святым телом!
К тому же его Печать всея Мироздания уже доведена до устрашающей стадии: двойная печать могла по силе соперничать с ударом святого, а тройная — превзойти его.
Правда, тройное наложение — это предел в обычном состоянии. Десятикратное, которое он ранее использовал, возможно лишь при поддержке силы святого уровня — в реальном бою такое не провернёшь.
— Мастер… а если вдруг фениксы решат отомстить за Пэна? — спросила Чжун Нинсюэ, довольно потирая живот и сладко зевая.
— Тогда и феникса съедим, — спокойно ответил Чжоу Тун, ковыряя зубочисткой в зубах.
От этой прямоты у неё просто не осталось слов.
С тех пор как Чжоу Тун узнал, насколько полезно мясо божественных существ, он словно распахнул дверь в новый мир — теперь неважно, дракон это или феникс, всё для него стало живым эликсиром.
— Ай…
Вдруг Чжун Нинсюэ резко вскрикнула, схватившись за голову.
— Мастер, у меня ужасно болит голова!
— Вот и отлично! — расхохотался Чжоу Тун. — Ты что, думала, мясо божественного зверя так просто усваивается?
— Его духовная сущность уничтожена, но остатки воли всё ещё хранятся в крови и плоти. Используй боль, чтобы закалить свой дух!
— А-а-а-а!!! — взвыла она, корчась на земле. — Спасибо вам огромное! Почему вы раньше не предупредили?!
— А ты и не спрашивала, — невозмутимо ответил он. — Не благодари, учитель всегда рядом. Под моим присмотром — не умрёшь.
Чжоу Тун сидел спокойно, пока в его взгляде вдруг не мелькнула стальная резкость.
Издалека приближался караван — длинная вереница повозок, украшенных знаменами, на которых отчётливо сиял один-единственный иероглиф: «Ли».
— Люди из дома Ли Центральных Равнин… — произнёс он, и в его глазах вспыхнул ледяной блеск.