Штурм тюрьмы
— А-а-а-а…
Лицо поддельного Чжоу Туна резко исказилось, его крик стал ещё более жалобным, отчего у всех, кто слышал его, по спине пробежал холодок.
— Эй… ты не перегибаешь ли палку? Такое поведение портит мой имидж.
Чжоу Тун с чёрной тучей над головой пробормотал себе под нос.
— Всё потому, что младший братик слишком нежно обращается с сестрёнкой, вот я и не могу как следует прочувствовать ситуацию.
Раздался соблазнительный голосок, заставив настоящего Чжоу Туна глубоко вздохнуть.
— Дальше играй как следует.
— Не волнуйся.
Подделка бросила косой взгляд на людей из секты Юйцин, и, наконец, остановила взгляд на Тан Ци.
— Всё время клеветал и чернил моего братика именно он, да? Сейчас я покажу ему, кто здесь настоящий мастер таких приёмов!
— Ну, тогда прошу.
Уголки губ Чжоу Туна приподнялись, и он положил ладонь на область даньтяня самозванца.
В глазах окружающих это выглядело так, будто почётный советник проявил божественную силу: одним приёмом схватил «Чжоу Туна» и уничтожил его даньтянь.
Аура Чжоу Туна резко обрушилась вниз — всем стало ясно, что его культивация была уничтожена.
— Ха-ха-ха… отлично! Прекрасно!!
В глазах Тан Ци вспыхнула дикая радость. Он с восторгом ликовал в душе: его злейший враг снова получил сокрушительный удар, и теперь наверняка окончательно сломлен. Он ни за что не поверит, что тот сможет ещё раз восстать из пепла.
— Ты… ты посмел так со мной поступить!
Самозванец демонстрировал вид слабости, в глазах у него застыла густая безысходность, словно вместе с даньтянем у него вырвали и дух, и волю — оставив лишь пустую оболочку.
Увидев это, Мо Люсу не смогла сдержаться и расплылась в радостной улыбке.
Теперь всё и правда было наверняка.
В отличие от неё, Ся Хунсю стояла в стороне с мрачным лицом, сердце её стремительно уходило в бездну.
Кто бы мог подумать: сколько бы предосторожностей она ни принимала, Мо Люсу всё же удалось снова подчинить себе Чжоу Туна.
А это означало, что Мо Люсу сможет благополучно пройти через «три бедствия и четыре испытания». В таком случае её план по захвату чужой удачи окажется сорванным!
Нет! Абсолютно нельзя этого допустить!
Она уже однажды изменила план, и если теперь снова пойдёт на попятную — это неизбежно вызовет гнев Небесного Закона и повлечёт за собой непредсказуемые последствия.
Поэтому теперь она обязана идти до конца: не только вмешаться и посеять раздор между Мо Люсу и Чжоу Туном, но и ещё сильнее подтолкнуть Мо Люсу к катастрофе!
— Младший брат!!
Лишь Чэнь Линъэр выглядела безутешной: в её глазах была такая боль, что казалось, ещё чуть-чуть, и она потеряет сознание.
Она уже давно раскаивалась и хотела загладить вину перед Чжоу Туном, но лишь теперь поняла, насколько она бессильна!
Самозванец же склонил голову, будто вот-вот лишится чувств, и в последний миг бросил взгляд на Мо Люсу.
И именно этот взгляд заставил всё тело Мо Люсу задрожать.
В нём было всё: скорбь, ненависть, упрёк — и вместе с тем тонкая, почти незаметная нежность. Всё это взорвалось в её сердце, подняв в душе такую бурю смешанных эмоций, что она не знала, как поступить.
— Вжух…
В этот момент на её шее вспыхнул свет, и её состояние мгновенно стабилизировалось.
Эту сцену тут же уловил настоящий Чжоу Тун — и сразу всё понял.
Только что это явно было предвестие испытания, но его подавила некая сила. Приглядевшись, он заметил, что источником подавления оказался именно тот самый подарок, который он когда-то вручил Мо Люсу.
— Вот почему она так спешила уговорить меня передумать… Оказывается, всё ради того, чтобы я помог ей сдерживать катастрофу.
Уголки губ Чжоу Туна изогнулись, в глазах мелькнула насмешка.
Всё произошло в одно мгновение. Чжоу Тун сделал всего два движения — и полностью усмирил опасного врага.
И что пугало ещё сильнее — всё это он сотворил играючи, ни на миг не показав, что использует полную силу.
Никто из зрителей не остался равнодушным: одни дрожали от восторга, другие и вовсе попадали на колени, почтительно воздавая поклон.
С таким могущественным защитником за спиной — чего же ещё опасаться? Империи Линсяо суждено процветать!
— Слишком страшно… Я всё-таки недооценил его.
Сердце Чжао Утяня колотилось всё быстрее, и он не мог не порадоваться про себя: по его прикидкам, если бы ему пришлось столкнуться с Чжоу Туном лично, он, пожалуй, и одного удара бы не выдержал!
— Цель захвачена! Отправьте их в императорскую тюрьму при дворце, держите раздельно, под строжайшим надзором! Не допускайте ни единой ошибки!
— Есть!
Стражники внизу смотрели на него с обожанием, отвечая с величайшей преданностью. Они погрузили «потерявших сознание» Мужун Я и остальных в тюремную повозку — этим и завершился сегодняшний фарс.
Сделав всё необходимое, Чжоу Тун вновь взглянул на Мо Люсу:
— Договор заключён, сцена для вас подготовлена. Сегодня в полночь у меня будут другие дела, так что в тюрьме я оставаться не стану…
— Благодарю за подсказку, почётный советник. Я всё поняла.
Глаза Мо Люсу засияли. Почётный советник дал ей откровенный намёк: ровно в полночь можно ворваться в тюрьму. Там у неё будет шанс окончательно подчинить себе Чжоу Туна — и заодно унизить Мужун Я.
……
Ночь. Небесная (Императорская) тюрьма.
Четверых из секты Хэхуань рассадили по двум совершенно разным камерам.
Одна — роскошная, словно покои, в ней сидели Мужун Я, Ведьмочка и Лун Линъюнь.
Другая — до крайности убогая, именно туда посадили «Чжоу Туна».
А самое удивительное — эти две камеры оказались расположены вплотную.
— Чёртов маленький распутник, ты совсем не пожалел сил!
Ведьмочка, потирая плечо, не выдержала чувств и начала ворчать.
Тот удар падающей звезды чуть не переломал ей кости.
— Будь довольна, девчонка. Он сдерживался. Иначе сейчас у тебя уже не было бы возможности жаловаться.
Переодетая в Чжоу Туна Лянь Ханьсин сказала с сомнением:
— У меня всегда был один вопрос. Младший братик правда в Царстве Согласия с Сердцем? Говорят, он мгновенно расправился с противником в Царстве Разрушения Небес. Это же неслыханное достижение!
— Абсолютная правда, — ответила Ведьмочка. — Этот парень способен ломать все законы здравого смысла. Жаль только, что больше мы не сможем использовать силу, чтобы зажимать его. Теперь он сам сможет жать нас как захочет.
— Но ты всегда можешь сжимать его своим телом, — подколола Лянь Ханьсин.
— Тьфу!
Ведьмочка не сдержалась.
— Тихо. Добыча на крючке.
Мужун Я тихо произнесла, ведь именно у неё духовная сила была сильнее всех — она могла уловить малейший шорох, и это включало шаги приближающейся Мо Люсу.
Послышались два глухих удара — и стражники, державшие караул, рухнули на землю.
— Тун`эр… учитель пришла спасти тебя.
Перед ними возникла стройная фигура в чёрном одеянии — Мо Люсу.
— Мо Люсу, подлости тебе не занимать! Ради своей цели ты впустила в сговор против нас. А что хуже всего, ты нанесла вред мальчику. Он никогда не простит тебя! — Мужун Я обрушила на неё проклятия.
— Да? И ты ещё смеешь говорить мек такие детские глупости? Разве закон мира не в том, что сильный пожирает слабого? Если ты не способна его защитить — значит, ты бесполезна и не достойна быть его учителем!
— А ты достойна? Он был с тобой столько лет, но никогда не признавал тебя. Только рядом со мной он чувствовал себя спокойно и счастливо!
— Ха-ха-ха…
Мо Люсу громко рассмеялась.
— Ты ничего не понимаешь. Ты не знаешь, как он уважал и как сильно любил меня в те годы. Хочешь, я покажу тебе доказательство?
С этими словами она бережно вынула деревянный шарик, который всегда носила с собой. Это был тот самый подарок ученика, врученный ей Чжоу Туном.
Направив духовную силу, она активировала его — и на поверхности шара проявились молитвы и пожелания Чжоу Туна, наполненные самой искренней детской привязанностью.
Лицо Мужун Я дрогнуло — будто она даже приревновала. Но тут же на её губах появилась презрительная улыбка.
— Пф, и это всё? Не впечатляет!