Избирательная глухота Императрицы

На высочайших небесах возникло сияние зари!

Святой был убит!

Небесный Путь ниспослал награду, возвещая миру, дабы явить могущество.

Однако на этот раз снизошли лишь три луча, окутавшие Чжун Нинсюэ, Цянь Мяоюй и ведьмочку, пропустив Чжоу Туна.

Увидев это, Чжоу Тун сперва удивился, а затем смирился.

Видимо, Небесное Дао, оценив, причислило его к тем, кто с лёгкостью убивает начинающих Святых.

Потому решило не наградить его.

Это также была его защита для начинающих Святых. Иначе они стали бы лёгкой добычей для верховных Святых, и редко бы выживали.

Точно также Небесный Путь не отреагировал на то, что недавно основательница секты Хэхуань убила Святого Святой Земли.

Теперь Чжоу Тун удостоился такого же обращения — дабы не охотился на Святых.

Без сомнений, Величайший Истребитель Святых на этот раз — Чжун Нинсюэ. После омовения Небесным Дао её культивация не возросла, но тело усилилось в разы, теперь могучее выдерживать мощь Пятидесятого Слоновьего Божественного Королевского Паразита.

Затем — Ведьмочка. До получения награды она и так находилось на пике Царства Перерождения, да ещё и была связана с Чжоу Туном Кандалами Хэхуань. Когда он прорывался, чуть не увлёк её за собой. После поглощения священного резонанса её прорыв стал естественным.

Наконец, императрица Цянь Мяоюй. От Святого её отделял тончайший барьер, стоило ткнуть — и переступила бы. Даже Чжоу Тун ждал её прорыва.

Но случилось неожиданное: священная аура, распространявшаяся из неё, была подавлена незримой сила. Ничего не вышло.

— Что ты делаешь? — Чжоу Тун отчитал её, в его голосе слышался гнев.

— Я... боюсь.

— Что? Чего тут боятся?

— Преодоления небесной кары... Я никогда не проходила через это... Не знаю, что случится...

Императрица, опустив голову, пробормотала. Чжоу Туна осенило.

Он вспомнил: та сразу перепрыгнула с Царства Разрушения Небес на пик Полусвятого, не претерпев ни капли бедствий, достигнув того благодаря удаче всей империи и драконьей жиле.

Следующим её шагом была встреча с опаснейшей карой при становлении Святой. Страх был неизбежен.

— Неужели ты давно могла стать Святой, но тянула до сих пор? — нахмурясь, спросил Чжоу Тун.

Недаром она столь сильна в бою, даже могла сдерживать Небесного Цесаревича. Оказывается, она накопила слишком много энергии в текущем уровне.

— М-м... — под его взглядом императрица сдалась.

— Ты искала меня, чтобы я помог тебе преодолеть кару? — с лёгкой досадой сказал Чжоу Тун.

— Да...

— Что ж, это просто. Я найду трёх Святых, нарисую Защитный оберег Вэйлин Сэньло, и ты сможешь спокойно прорваться.

Чжоу Тун взял всё на себя. Для него это было легко. При необходимости он мог заменить одного из трёх.

— Не зря ты мой почётный советник! Я знала, что не ошиблась в человеке! Тебе всё по силам! — Цянь Мяоюй расцвела, глядя на Чжоу Туна, взгляд её стал томным.

— Прекратите! — ведьмочка встала между ними и с отвращением махнула рукой, будто отгоняя. — Раз цель достигнута, отступи. Не мешай нашему воссоединению.

Услышав это, императрица изменилась в лице, опустила голову ещё ниже, лицо залилось румянцем.

— Кроме того, у меня есть ещё одна просьба... Прошу советника не отказывать.

— Говорите, Ваше Величество. Всё, что в моих силах, я...

— Я всё же хочу зачать дитя с советником!

Слова застряли у Чжоу Туна на губах, он застыл в небе.

Опять?

— Бесстыдница!

Грудь ведьмочки вздымалась от гнева, дрожала от гордости. Она была настолько величественной и ослепительной, что Чжоу Тун не мог отвести взгляд.

Увидев это, демоница почувствовала лёгкую гордость и выпятила грудь, делая преимущества ещё выразительнее.

Удерживая Чжоу Туна, она отчитала императрицу:

— Ты это специально? Ещё в Царстве Тяньдао ты говорила точно такие же вещи моему возлюбленному при мне!

— И сейчас повторила! Как ты можешь быть так одержима! Как императрице, тебе не стыдно?

— С чего бы? Это показывает мою преданность, верность, твёрдость сердца, непоколебимость...

Цянь Мяоюй говорила всё тише, но грудь держала высоко, не избегая взгляда Ведьмочки.

Будучи лучшей императрицей в истории Линсяо, она давно отточила искусство бесстыдства. Извращать факты, подменять понятия — всё это давалось ей проще простого.

По сравнению с этим, отбивать чужого возлюбленного — сущий пустяк.

Лишь чтобы не казаться слишком раскованной перед почётным советником, она сдерживалась.

— Тебе не обязательно быть столь прямолинейной! — Ведьмочка, хмурясь, увещевала. — Тогда ты была при смерти, потому и просила того. Но теперь ты вот-вот станешь Святой, чего другого мужчину не найдёшь?

— Верно. Но я хочу лучшего! — Цянь Мяоюй, не отрываясь, смотрела на Чжоу Туна. Действительно, целеустремлённа.

— Но он мой жених!

— Тем прекраснее... Я обожаю чужих женихов!

— Хватит! — Чжоу Тун, с трудом оторвав взгляд, не мог более притворяться страусом. — Ваше Величество, тогда в Линсяо наши интересы совпали, сотрудничество было взаимовыгодным. Надеюсь, мы навеки останемся союзниками!

Слова Чжоу Туна были мягки, но смысл прозрачен.

Другу в беде он поможет, но если хотят его самого — лучше не надо.

Услышав это, императрица не дрогнула, но отвела взгляд, словно неискушённая девочка.

— Ваше Величество! — тихо позвал Чжоу Тун.

— А? Это почётный советник? Вы только что что-то сказали?

— Помочь преодолеть кару — можно. Остальное — нет. Поняли, Ваше Величество?

Императрица снова отвела взгляд, будто ничего не было.

— Ваше Величество! Ваше Величество!

— Советник зовёт меня? В бою я повредила уши, временно плохо слышу. Наверное, советник согласился на мою просьбу?

— Давай поженимся, — Чжоу Тун, прищурясь, испытал её.

— Договорились! Не вздумай отказываться! Я всё устрою: сегодня брачная ночь, завтра — ребёнок!