Обещание есть обещание, двойное счастье!
Эти слова привлекли всеобщее внимание.
Одни с презрением смотрели на Чжоу Туна и его спутников, на лицах читалось пренебрежение.
Другие поспешили отдалиться от семьи Ли, опасаясь попасть под удар.
Последние были теми, кто видел ту нелепую сцену, и в их глазах семья Ли была уже безнадёжна.
Каждый раз, когда окружающие готовы были принять Линь Жоси за адекватного человека, она вновь открывала рот...
Спустя некоторое время ворота арены наконец распахнулись.
— Прошу, господа! — чиновник империи слегка поклонился, вежливо приглашая.
В этот момент Ли Цунсинь, как назло, очнулся.
— Я пожалуюсь вашей императрице! Этот проклятый привратник посмел проявить ко мне неуважение! Вы обязаны сурово наказать его, иначе...
Лицо имперского чиновника мгновенно омрачилось, и он ударил Ли Цунсиня в лицо, вновь отправив того в нокаут.
Эта сцена поразила всех: настоящий «король непробиваемости»! В любой момент, в любом месте — и сразу отрубился.
— Запрещено шуметь в священном месте!
— Держитесь! — Линь Жоси скрежетала зубами от ярости, а Ли Сян раздулся, словно жаба, казалось, ещё чуть-чуть — и он взорвётся!
Едва войдя на арену, все были потрясены внутренним убранством.
Простор, великолепие, золотые стены, сверкающие так, что могли соперничать с самыми роскошными дворцами.
Трибуны для зрителей делились на две большие зоны: для наблюдателей и для участников.
Зона участников, в свою очередь, делилась на шесть секторов, соответствующих каждому клану.
— Хм... Насквозь пропитано тошнотворным духом наживы! Прямо как в той поговорке: «Золотом снаружи, гнилью внутри»! — Линь Жоси не унималась, но вдруг её взгляд упал на трибуны для участников, и на лице тут же расплылась улыбка.
Среди шести секторов четыре были стандартными, предназначенными соответственно для семьи Линь (мастера алхимии), семьи Бай (мастера формаций), семьи Чжун (мастера паразитов) и семьи Ю (мастера талисманов).
Что же касается оставшихся двух секторов, то они представляли собой разительный контраст.
Один, ослепительно сияющий золотом, был зоной семьи Ли. Другой же, разваленный и расположенный в глухом углу, украшала табличка с иероглифами «Семья Му».
Увидев это, лица Ли Му и остальных исказились от возмущения.
Это была откровенная насмешка! Неужели императрица питает к ним неприязнь?
— Ха-ха... Я же говорила — мышам место в сточной канаве! Это место подходит вам идеально! — Линь Жоси, словно вернув себе достоинство, уверенно направилась к сектору семьи Ли.
В этот момент перед ней внезапно возник церемониймейстер.
— Что вам нужно? — настороженно спросила Линь Жоси.
— Госпожа, прошу следовать указаниям сопровождающего и занять место согласно правилам.
— Хорошо, раз я в духе, послушаю вас. «Вежливости много не бывает», в отличие от некоторых, у кого, наверное, даже сопровождающего-то нет!
В этот миг её переполняла гордость. Империя Линсяо и впрямь знает своё место, так быстро придумала, как загладить вину. Жаль, что этого недостаточно.
Оскорбления, которые они претерпели, Империя Линсяо должна возместить в двойном размере!
Однако едва эта мысль возникла, она увидела, как церемониймейстер почтительно проводил Чжоу Туна и остальных к месту с табличкой «Семья Ли»!
Перемены были столь стремительны, что у многих «сорвало спину».
Опешила не только Линь Жоси, но даже Ли Му, Ли Синьжоу и другие чувствовали себя так, словно всё это — сон.
Неужели... Империя Линсяо считает их истинной семьёй Ли? Вот это действительно великая милость!
— Постойте, постойте... Что-то не так! Вы перепутали людей! — внезапно закричала Линь Жоси. — Мы — семья Ли! Немедленно вышвырните их вон, на тот участок для семьи Му!
— Госпожа, прошу не кричать без причины. Они все носят фамилию Ли, с чего бы им идти к семье Му? — недовольно ответил церемониймейстер.
— Врёшь! Мы — семья Ли, законная семья Ли!
— А... так вы их подчинённые? Тогда, с их разрешения, вы тоже можете пройти туда!
Услышав это, Линь Жоси мгновенно «покраснела»!
Заставить их, главную ветвь, стать подчинёнными этих несчастливых звёзд, да ещё и просить у них разрешения — это же значит заставить их униженно выпрашивать подачки!
— Мне всё равно! Мы — семья Ли из Центральных равнин, представители пяти великих профессиональных кланов, и мы должны получить должное уважение! — Линь Жоси пришла в ярость, тыча пальцем в Ли Му и остальных. — Говорю в последний раз: немедленно выгоните их!
— Это невозможно, госпожа. У нас нет привычки изгонять почётных гостей!
— Хф-хф-хф... — Грудь Линь Жоси ходила ходуном, она злобно прошипела: — Неужели вы хотите, чтобы мы сидели на том участке для семьи Му?
Услышав это, церемониймейстер улыбнулся, и в его улыбке сквозила лёгкая насмешка.
— Почему бы и нет? Вы же только что жаловались на здешний «запах наживы», а там его как раз нет — идеально вам подходит!
Эти слова были равносильны прямому оскорблению. «Идеально подходит» госпоже семьи Ли и куча развалин — неясно, кого же именно он оскорбил!
— Империя Линсяо, вы переходите все границы!
В этот момент вышла седовласая старуха с заострённым подбородком и впалыми щеками — с первого взгляда было ясно, что персона не из простых.
Это была мать Линь Жоси, наконец не выдержавшая и вышедшая вперёд.
— А, старейшина семьи Линь! Чем могу служить?
— Хм! Вы оскорбили мою дочь, не пора ли дать объяснения?
— Хе-хе... А вы, я смотрю, кричите «держи вора»! Это они первыми оскорбили других, мы всего лишь даём ей урок!
Церемониймейстер сбросил маску, прямо разорвав все приличия, и говорил уже строго.
— Хм! Так вы хотите заступиться за этот мусор? Чрезмерно развитое чувство справедливости!
Старуха Линь посмотрела на Ли Му и с высокомерием заявила: — В наших глазах они — низшие из низших. Оскорбили их — и что с того?
— Вот совпадение! — усмехнулся собеседник. — В глазах Империи Линсяо такие невоспитанные типы, как вы, — тоже низшие. Оскорбить вас — и что с того?
Услышав это, лицо старухи Линь вспыхнуло гневом.
— Хорошо, хорошо... Хороша же Империя Линсяо! И впрямь неслыханная заносчивость! Сегодня я вот что скажу: если вы не уладите это, наши семьи Линь и Ли немедленно уходят!
— Обещание есть обещание! Двойное счастье!!
Церемониймейстер прямо рассмеялся, заставив её выражение лица мгновенно окаменеть.
— Прошу, прошу, вот выход. Пожалуйста, выходите по порядку, и, умоляю, не разбегайтесь.
Такие действия ошарашили старуху Линь.
Она думала, что, применив свой козырь, наверняка заставит этого церемониймейстера сдаться!
Ведь уход двух великих кланов ещё до начала соревнований — где ни посмотри, крупный скандал, неподъёмный для мелкого чиновника.
Но почему же результат оказался столь неожиданным?