Если болит голова, значит будем тренировать ягодицы!
— Сестра Сюэ, ты так крута! Я больше всего хочу быть похожей на тебя!
Наступило раннее утро, взрослые разошлись по спальням, но в усадьбе рода Ли по-прежнему царило оживление.
Давно здесь не было такой живости и радости.
Группа детей окружила Чжун Нинсюэ, смотря на неё как на воплощение своей мечты.
Всего за одну ночь Чжун Нинсюэ стала королевой ребячьих сердец.
— Сестра Сюэ, я хочу посмотреть на большого тигра! — подпрыгивая, попросил один из мальчишек.
— Хорошо!
Меж бровей Чжун Нинсюэ вспыхнул свет, её психическая энергия вырвалась из тела и, почти материализовавшись, сконденсировалась в грозного и невероятно живого духа-тигра.
Это было проявлением того, что её психическая сила приближается к уровню Святого. Под давлением страданий духа гигантской птицы Пэн она уже активировала двадцать священных идолов, и её психическая сила вновь опередила физическое тело.
Если бы она могла выдержать это и напрямую активировала «Двадцатого Слоновьего Божественного Королевского Паразита», то с лёгкостью подавила бы сильнейшего на шестой ступени царства полусвятых, и даже против бойца седьмой ступени у неё были шансы на победу, причём немалые!
Но в этот момент раздался голос, от которого все задрожали.
— Почему вы не отдыхаете, а шумите здесь?
Внезапно появился Чжоу Тун, его холодный взгляд скользнул по собравшимся.
Дети в таком возрасте обычно строптивы, но, столкнувшись с Чжоу Туном, ни один малыш не осмелился возразить.
Сцены из «сна» были ещё свежи в памяти — именно этот старший брат зарубил насмерть всех непослушных!
Чжун Нинсюэ внутренне содрогнулась ещё сильнее. У неё возникло крайне неприятное предчувствие, и она тут же схватила одного из детей, пытаясь затеряться.
— Расходитесь, расходитесь... — прошептала она, собираясь сбежать вместе с толпой.
— Чжун Нинсюэ, останься!
Едва это прозвучало, остальные дети, словно ученики, боящиеся быть вызванными учителем, пожалели, что у них всего по две ноги, и пустились наутек, оставив свою любимую сестру Сюэ наедине с Великим Злодеем.
— Мастер... — Чжун Нинсюэ вжала голову в плечи и мелкими шажками приблизилась к нему, делая жалобное лицо.
Видя усмешку, тронувшую уголки губ Чжоу Туна, она поняла — дело плохо, сегодня снова придётся несладко!
— Разве я передавал тебе технику закалки духа для того, чтобы ты красовалась перед другими?
— Ученица признаёт свою вину! — Чжун Нинсюэ поспешно покаялась, зная, что если замешкается, её ждёт нечто ещё более неприятное.
— Раз виновна, значит, должна понести наказание!
Услышав это, Чжун Нинсюэ аж перехватило дыхание, она побледнела и подняла голову.
Внутренний голос настойчиво твердил, что сейчас Чжоу Тун достанет Чёрный меч и начнёт рубить её по голове.
Но в следующий момент она вздохнула с облегчением.
Хорошо, что Учитель не стал использовать Чёрный меч, а достал всего лишь трёхконечный меч!
Стоп! Трёхконечный обоюдоострый меч!
Её дёрнуло от осознания: наконец она поняла, что это за странное оружие упоминали дети.
Вот оно где её поджидало!
Никак она не ожидала, что станет первым существом в мире живых, удостоившимся «чести» познакомиться с этим оружием.
— Мастер... Я же умру!
— Не умрёшь... Я экперт в равновесии жизни и смерти. Гарантирую, что, если будешь на грани смерти, исцелишься. А если что-то пойдёт не так, я также мастерски владею искусством воскрешения мёртвых, так что ты обязательно останешься невредимой!
Эти слова, даже сквозь преграды мира мёртвых и мира живых, заставили Чжэ Мэй невольно содрогнуться!
Видя вытянувшееся, словно у горькой тыквы, лицо Чжун Нинсюэ, выражение лица Чжоу Туна мгновенно стало суровым: — Ах ты, девчонка! Неужели не хочешь отомстить за свой род? Так безответственно расслабляться! Учитель... сейчас и правда рассердится!!
— Ай-ай-ай...
......
Спустя несколько часов Чжун Нинсюэ, тяжело дыша, без сил рухнула на землю.
— Мастер... вы... вы точно получаете удовольствие... наслаждаетесь, издеваясь надо мной...
— Угадала!!
Услышав это, Чжун Нинсюэ широко раскрыла глаза.
Раньше Чжоу Тун говорил, что помогать в тренировках и мучить — вещи не взаимоисключающие...
А теперь он даже не собирался притворяться?
Но не успели эти слова прозвучать, как аура вокруг Чжун Нинсюэ внезапно резко возросла, и она напрямую перешагнула на вторую ступень царства полусвятых.
Если бы сейчас она, не считаясь с последствиями, запустила «Божественного Королевского Паразита», то, возможно, смогла бы противостоять существу на восьмой ступени полусвятых.
— Я... я прорвалась?!
Кажется, забыв о только что перенесённой боли, она тут же вскочила на ноги, чувствуя, что все силы вернулись к ней.
— Благодарю мастера! — не говоря ни слова лишнего, она почтительно поклонилась Чжоу Туну.
— Не за что... — не успел он договорить, как между его бровей дёрнулось, и он ощутил, что его собственный порог перед царством полусвятых слегка сдвинулся.
Вот она что — сила веры от любимой ученицы! Действительно, мощная!
До этого Чжоу Тун опасался, что его столь жёсткие методы тренировок вызовут недовольство у Чжун Нинсюэ.
Но теперь казалось, что она по-прежнему испытывает к нему, как к учителю, глубокое уважение.
На словах вроде бы против, а тело ведёт себя совершенно иначе!
Связано ли это с влиянием Правил Жизни Почитаемого Божества?
Но это не главное. Раз выигрывают оба, раз дело развивается в хорошем направлении, значит...
Увеличиваем накал!
ВЖИК!
Оружие грозно зазвенело, заставив девушку мгновенно измениться в лице.
— Мастер, у меня голова болит!
— Если болит голова, значит, будем тренировать задницу! — Усмехнулся Чжоу Тун. Притворяться больной прямо перед ним — это всё равно что добровольно лезть в петлю, жить надоело!
— Кхм-кхм...
В этот момент послышался кашель, спасая Чжун Нинсюэ из бездны страданий.
— Дедушка... Как ты здесь оказался?
Чжоу Тун убрал оружие и взглянул на пожилого человека позади.
— Сяо Фань... Вчера я был слишком взволнован и забыл обсудить с тобой один важный вопрос.
Чжоу Тун взмахнул рукой, призвав землю сформировать стол и скамьи, и усадил старика.
— Искуснейший приём, — восхитился Ли Му. Одна лишь эта способность к контролю поражала до глубины души.
— Сяо Фань, не знаю, говорила ли тебе Жоу`эр о предстоящей проверке нашего рода?
— Ммм... Было дело, — сразу ответил Чжоу Тун.
Ли Синьжоу упоминала, что эта проверка должна опираться на силу главы семьи, но что именно она из себя представляла?
— Ты должен понимать, наше семейство Ли исстари занималось искусством создания оружия. Это основа, переданная предками. Но наша ветвь уже десять лет не практиковала это искусство.
— Почему?! — Зрачки Чжоу Туна дрогнули.
Лишить род оружейников возможности ковать — всё равно что отнять у них саму основу существования.
При этих словах на лице Ли Му появилась горькая улыбка.
— Потому что в испытании поединком мы проиграли ставку. И этой ставкой было право заниматься созданием оружия!
Выслушав это, Чжоу Тун мигом понял общую картину.
Так называемое проверочное пари заключалось в том, чтобы в бою выиграть ставку противника.
Тогда ставкой их ветви было право создавать оружие, и в итоге всё было проиграно семье Ли из Центральных Равнин!
— В то время я изо всех сил сопротивлялся использованию этого права в качестве ставки, но законоохранители сговорились с семьёй Ли из Центральных равнин и оказывали сильнейшее давление. Если бы мы посмели сопротивляться, на нас тут же обрушилась бы сокрушительная кара...
— Не нужно продолжать, дедушка... — Чжоу Тун взял старика за руку и твёрдо сказал: — Нам не нужны оправдания, чтобы требовать справедливости. Неважно, законники это или семья Ли из Центральных равнин, — всё, что у нас отняли, они должны вернуть в двойном размере!
Его безоговорочные слова вызвали слёзы на глазах старика.
— Когда отправляемся? — спросил Чжоу Тун.
— Завтра!