Я не соглашусь ни на одно слово из вашей просьбы!
Какое название способно унизить Храм Сюаньтянь?
Ответ: Клан Ли.
Какое имя способно унизить Зал Покровителей?
Ответ: Чжоу Тун.
Сюань Цюбай стоял в пустоте, его лицо переливалось то синевой, то бледностью. Его только что жестоко оскорбили, и он никогда ещё не чувствовал себя так униженно!
Хотя та угроза от прародительницы секты Хэхуань уже была унизительной, на этот раз позор превзошёл все мыслимые пределы.
— Старый ублюдок, слушай сюда! — Чжоу Тун, не церемонясь, продолжил изливать поток слов. — С сегодняшнего дня твоим дням безнаказанного властвования от имени Храма Сюаньтянь пришёл конец. Тебе лучше научиться поджимать хвост и вести себя смирно. Только тогда у тебя, старого пса, появится шанс умереть своей смертью!
— Ты!!!
Пиковый Святой пришёл в ярость, его аура вновь вышла из-под контроля и готова была вырваться наружу, но он встретил ледяной взгляд Чжоу Туна.
— Задолбал! Три секунды!
За одно мгновение старик в уме взвесил все «за» и «против» сотни раз и в итоге смиренно притих.
— Умный человек всегда понимает, когда он в безвыходном положении! — уголки губ Чжоу Туна поползли вверх. — Выкладывай компенсацию. А потом катись отсюда!
— Брат, спаси меня! — в этот момент внезапно громко крикнул Седьмой Покровитель, заставив Сюань Цюбая вздрогнуть.
— Я разрешал тебе говорить? — нахмурившись, Чжоу Тун небрежно швырнул в него дистанционный шлепок. Отпечаток ладони тотчас с силой ударил его по лицу, превратив половину в кровавое месиво!
— А-а-а-а...
— Прекрати! — взревел Сюань Цюбай. Хотя сегодня он уже стерпел более чем достаточно, но нападение на его брата прямо у него на глазах перешло все допустимые границы.
— Отдай мне Седьмого, и я немедленно выплачу компенсацию.
— Хе-хе... — Чжоу Тун принял насмешливый вид. — Твоя компенсация — безусловна. Ты можешь не отдавать. Но тебе придётся ответить за последствия!
— Ты же намеренно опоздал, не так ли? Ты хотел проучить клан Ли с порога, верно? За всё надо платить. До этого я ещё думал дать вам шанс, но теперь я передумал!
Чжоу Тун указал на Седьмого Покровителя, и его выражение лица вдруг стало невероятно жестоким.
— Сегодня я использую его, чтобы показать тебе пример. И чтобы все в мире узнали, какая участь ждёт тех, кто посмеет вставлять палки в колёса клану Ли!
Он медленно поднял руку и резко опустил её, подавая знак продолжать казнь.
— Приказ принят! — Гао Мин без тени сомнения вновь поднял свой кинжал.
— Я сказал, прекрати! Ты оглох?! — Сюань Цюбай окончательно вышел из себя, не сдержавшись, он закричал.
Но Гао Мин просто пропустил это мимо ушей.
Будучи перебежчиком из Храма Сюаньтянь, он отлично понимал свою позицию. Во всем мире лишь Чжоу Тун мог обеспечить ему безопасность.
И, если смотреть в долгосрочной перспективе, потенциал Чжоу Туна был куда выше, чем у Храма Сюаньтянь.
— Прости, старый начальник!
Едва прозвучали эти слова, как вспыхнул кровавый свет. Гао Мин нанёс четыре быстрых удара, яростно пронзив жизненно важные точки цели.
Крик Седьмого Покровителя оборвался. Его межбровье, горло, сердце и даньтянь были пронзены одновременно, и он тут же прекратил сопротивление.
Что и говорить, профессиональный убийца — действует чётко и без лишних движений.
— Отлично сработано!
Под взглядом Сюань Цюбая, не верящего своим глазам, Чжоу Тун применил Власть Обращения, извлёк культивацию Седьмого Покровителя, а затем лёгкой вибрацией стёр его останки вместе с душой в ничто!
Так высокоуровневый Святой нашёл свой конец — его душа и тело обратились в прах!
Сделав это, Чжоу Тун сдержал своё слово: на глазах у всего мира и самого Сюань Цюбая он предоставил Седьмому Покровителю обещанный исход.
— А-а-а-а... Ты... Как ты посмел?!
Узрев всю эту сцену от начала и до конца, Сюань Цюбай почувствовал, будто получил сокрушительный удар.
Ему и в страшном сне не могло привидеться, что его намеренная задержка всего на несколько мгновений будет стоить Седьмому жизни.
Но это был результат его же собственного высокомерия. Возомнив себя сильным и занимающим высокое положение, он счёл само собой разумеющимся, что все должны оказывать ему почтение.
А Чжоу Тун как раз обожал преподавать таким, как он, уроки, заставляя их не забывать о своём месте!
Ужасающая аура Сюань Цюбая тут же вырвалась наружу, встревожив всех. Похоже, он был готов вот-вот атаковать.
— Ты спрашиваешь, как я посмел? — Чжоу Тун спокойно улыбался и неторопливо отвечал: — Потому что мне просто не терпелось заставить тебя сделать первый шаг! Почему бы тебе не поторопиться и не напасть?!
Эти слова подействовали на того, как ушат ледяной воды, мгновенно охладив его пыл.
— Вообще-то, тебе следует быть мне благодарным. Только публичная казнь может напомнить мерзавцем из Храма Сюаньтянь, что существуют правила, и заставить их прекратить бесконечные самоубийственные вылазки.
— Убить одного, чтобы защитить многих. В некотором смысле, Храм Сюаньтянь снова в долгу передо мной.
Услышав это, Сюань Цюбай глубоко вдохнул, едва сдерживая позыв к рвоте.
— Хорошо, очень хорошо... Я запомню это. Ты ещё пожнёшь последствия!
Чжоу Тун фыркнул с презрением: — Все, кто говорил мне эти слова, уже мертвы. Если последствия действительно грядут, пусть явятся поскорее! Или скажи, сколько же ещё ваших людей мне нужно перебить, чтобы они наконец явились?!
Он улыбался, словно демон, а его глаза холодно сверкали.
— Мне ужасно интересно. Что, если я сегодня проведу эксперимент и проверю, появятся ли эти «последствия»?
Едва прозвучали эти слова, как взмахом руки он выстроил в ряд несколько десятков Священных запретных артефактов, нацелив их всех на Храм Сюаньтянь.
Одного этого зрелища было достаточно, чтобы заставить последователей Храма Сюаньтянь задрожать.
Вот она, уверенность клана Ли!
— Старый хрыч, увижу ли я сегодня эти последствия? Отвечай быстрее! Иначе я пойду искать их сам!
— Остановись! — подавленно произнёс Сюань Цюбай.
— Ты меня умоляешь? — Чжоу Тун взирал на него свысока, и на его лице играла кровожадная усмешка.
Услышав это, тот снова вздрогнул и в конце концов, почти незаметно, с величайшим унижением кивнул.
— Ха-ха-ха-ха...
— Так вот каковы мои «последствия»! Видеть, как вражеский пиковый Святой ведёт себя как пристыженный щенок у меня перед носом! Видимо, такое поведение стоит поощрять!
Слова Чжоу Туна звучали высокомерно, но в них заключалась незыблемая истина.
Неважно, насколько силён, зол или бесчеловечен твой противник — если ты окажешься сильнее и безжалостнее его, он превратится в послушного пса у твоих ног.
Власть сильного — неизменный закон.
— Запомни: передо мной ты должен научиться смирению. Только так ты сможешь заслужить право на достоинство! — предупредил Чжоу Тун и протянул руку. — Выкладывай!
— Постой! — Сюань Цюбай глубоко вздохнул, его взгляд сквозь толпу упал на Сюань Гэ. — Это моя внучка. По крайней мере, позволь мне забрать её.
— Ты ошибаешься. Её имя — Мяо У, и она мой самый верный союзник. С какой стати я стану отдавать её тебе?
— Но...
— Никаких «но»! Ты заплатишь сполна — ни гроша меньше. Я не соглашусь ни на одно твоё требование!
Чжоу Тун перебил его, говоря с беспрецедентной дерзостью.
— Не кажется ли тебе, что это уже чересчур?! — выражение лица Сюань Цюбая исказилось, казалось, он был на грани. Ему казалось, что, если он не даст выход эмоциям, у него хлынет кровь горлом.
— Хм. Забрать её можно, но при одном условии, — Чжоу Тун словно прозрел, сделав небольшую уступку.
— Каком? — у Сюань Цюбая заблестели глаза, и он с нетерпением ждал ответа.
— Всё просто. Убей ту Сюань Гэ, что в Храме Сюаньтянь, и позволь ей слиться с той, что рядом со мной, став вашей новой Владычицей Храма.
— Таков наш договор. Никаких иных условий я не приму!