Я видел тебя в прошлой жизни!
— Так ты тот самый почётный советник империи Линсяо? Я давно хотела с тобой встретиться!
В совещательном зале рода Ли Сюань Гэ сбросила накидку и сняла вуаль, с высокомерием глядя на Чжоу Туна.
Однако Ся Цю, стоявший рядом, нахмурился. Он давно не видел юной госпожи и чувствовал, что та сильно изменилась.
Особенно внешне — будто стала совершенно другим человеком, совсем непохожим на себя в детстве.
«Говорят, девушка с возрастом меняется до неузнаваемости — похоже, это правда!» — прошептал он про себя.
— Ну вот, я перед тобой. Каковы впечатления? — Чжоу Тун спокойно встретил её высокомерный взгляд.
— Да ничего в тебе особенного!
— Раньше меня постоянно ставили с тобой в один ряд, но теперь ясно — все они слепы!
Едва это прозвучало, как могущественные воины Храма Сюаньтянь невольно содрогнулись.
Эти слова произнесла не кто иная, как настоятель Храма Сюаньтянь, мать юной госпожи.
Да, настоятелем Храма Сюаньтянь оказалась женщина!
Неужели им было позволено такое слышать?
Но Сюань Гэ нисколько не считалась с чувствами окружающих и продолжала:
— Хотя ты и недостоин сравниться со мной, но среди сверстников лишь у тебя одного есть право со мной беседовать.
— Если бы не твоя неизбежная смерть, я бы даже согласилась принять тебя в подчинённые!
— Ха-ха… Значит, я твой судьбой предназначенный, но недосягаемый мужчина!
Услышав это, лицо Сюань Гэ мгновенно потемнело.
— Я, по-твоему, слишком добра к тебе, раз уж ты, пленник, посмел так разойтись?!
— Слишком добра? Не заметил. В конце концов, уважение завоёвывают сами. Думаю, можно стать ещё наглее!
Чжоу Тун улыбнулся: — Например, имя у тебя очень некрасивое, прямо мужицкое. Не хочешь поменять? Как насчёт Мяо У?
Воцарилась мёртвая тишина.
Смотревшие на Чжоу Туна видели в нём покойника. Хотя он и вправду скоро умрёт, но разве он не боится нечеловеческих мук перед смертью?
— Мяо У… Хе-хе-хе… — Сюань Гэ зловеще рассмеялась. — Похоже, лишь смерть заставит замолчать твой язык. Я сейчас же отправлю тебя к финалу!
Схватив кресло, она сама повезла Чжоу Туна в сторону потайной комнаты, отказавшись от сопровождения.
«Может, спасать? Чувствую, у неё какой-то замысел!» — Дядя Чэнь Цзю, весь вне себя от тревоги, наконец спросил.
«Не паникуй, с Королём ничего не случится!» — Яо Хай твёрдо заявил, и его уверенность даже озадачила Чэнь Цзю.
Он не понимал, почему этот старик так слепо верит в его племянника?
……
— Боишься? — спросила нежно Сюань Гэ, словно родная сестра, а не враг, на пути в потайную комнату.
— Чего бояться? Я уверен, что не умру.
— Ты умрёшь. Я уже видела то будущее: ты погибнешь от руки Ли Сяна, а он умрёт от моей! — Сюань Гэ покачала головой, пытаясь разрушить иллюзии Чжоу Туна.
— Его можно было изменить.
— Прости, но будущее, увиденное моей врождённой способностью, нерушимо!
— Что ж, буду ждать с нетерпением. — Чжоу Тун просто закрыл глаза, словно наслаждаясь моментом.
— Смотри-ка, какую важную птицу из себя строишь! Но у меня есть к тебе вопрос: почему ты захотел дать мне это имя?
— Мяо У… Разве не прекрасно? Не нравится?
— Без разницы, нравится или нет. Всего лишь условное обозначение.
— Значит, и твоё лицо — условное обозначение?
Услышав это, Сюань Гэ резко остановилась, впервые изменившись в лице.
— Что ты имеешь в виду?
— Я видел это лицо.
— Когда?
— Очень-очень давно…
— Ничего особенного. Это лицо видели многие.
— Я говорю о твоём настоящем лице под маской!
Хрусть!
Плитка под ногами Сюань Гэ треснула, а сама она ледяным взором уставилась на Чжоу Туна.
— Что ты увидел?
— Ха-ха-ха… Забыл сказать: никакой маскировке не обмануть мои глаза. Прелестная особа, а ворует!
— Заткнись! — Сюань Гэ явно разозлилась, но Чжоу Тун не собирался останавливаться.
— Только что у тебя было очень живое выражение лица. Каково это — жить с фальшивым лицом? С рождения у тебя было не так уж много возможностей показать своё истинное лицо, не так ли?
— Я сказала, заткнись! Ты не слышишь? Всё, что я делаю, ради Храма Сюаньтянь!
— Ты вышла из себя? Будучи Прирождённым Бхагаваном, ты не снискала материнской любви, вынуждена была сменить лицо и под видом другой пробираться в чужую организацию, жить чужой жизнью, да ещё и придумывать себе благородные оправдания. Неужели не устала?
Чжоу Тун игнорировал её всё мрачнеющее лицо и продолжал: — Ты убила кандидатку в Святые Девы из Небесного Огня и заняла её место.
— Но ты так и не поняла: подменяющая другого сама будет кем-то подменена. Сейчас твоя мать, наверное, куда больше любит свою ученицу, чем тебя!
— Она мне не нужна! — Сюань Гэ глубоко вздохнула, окончательно прерывая его.
— Откуда ты всё это узнал?
— Подойди ближе, шепну на ушко… Только никому не рассказывай, — с улыбкой сказал Чжоу Тун. — В прошлой жизни я тебя видел, и тогда тебя звали Мяо У!