Завершив дела, уйти прочь
Пространство пылало жаром, каждый вершок был наполнен электрическими лучами, земля обуглилась дочерна, и бескрайнее пурпурное сияние сливалось в море грома!
Небесное испытание ещё не закончилось, и, напротив, разгоралось всё яростнее, становясь всё более ужасным. Белёсая пелена простиралась без конца.
На земле лежали трупы — точнее, человекообразные обугленные следы. Неведомо сколько людей рассталось здесь с жизнью, и Е Фань не считал.
— А-а-а...
Протяжные жалобные крики. Сцена, подобная концу света. Полу-великий мастер хрипел, но был бессилен обратить небесный ход. Его магическое сокровище треснуло, и он рухнул замертво.
Очень скоро в электрическом свете он обратился в грозовой пепел, и даже костей не осталось. Все его драгоценные сокровища превратились в пыль, и ничего не сохранилось.
Е Фань, словно бог смерти, с треножником из материнской энергии над головой, с лучами божественного света в очах, шёл шаг за шагом и безжалостно приканчивал выживших.
Раз уж он нанёс удар, он не мог позволить себе женского милосердия. Смерть — вот что он посылал своим врагам, и другого выбора не было.
— Е Фань! Я из рода Фэн... я невольно ввязался в это, меня обманули... — раздался слабый голос. Этот человек ещё держался благодаря одному таинственному сокровищу, но тоже был на исходе сил.
Жемчужина, усмиряющая ветер!
Е Фань изумился. То было одно из тайных сокровищ рода Фэн, и посторонние не могли его выплавить. Хоть оно и звалось Жемчужиной ветра, но могло усмирять землю, огонь, ветер и воду.
Сейчас эта жемчужина размером с кулак пошла множеством трещин, но всё ещё исторгала мягкий свет и отводила электрические лучи, защищая его.
Однако время от времени молнии всё же пробивались внутрь, и он уже получил смертельные раны и вот-вот должен был погибнуть и телом, и духом.
— И род Фэн прислал сюда людей? — взор Е Фаня похолодел, и он свысока смотрел на него.
— Нет! Только я один ненароком забрёл сюда. Я двоюродный брат Фэнхуан, мы же с тобой чуть не стали одной семьёй! — он словно ухватился за спасительную соломинку.
Тринадцать мастеров уровня наследников святых земель почти все полегли, и он, возможно, был последним живым. Однако опознать останки других было почти невозможно — большинство обратилось в пепел.
Е Фань скользнул по нему взглядом и, не сказав ни слова, двинулся дальше. Разве мог этот человек оказаться здесь случайно?
— Чпок!
Жемчужина, усмиряющая ветер, разлетелась на куски, и этот человек издал громкий крик. Пять молний ударили в темя, и он погиб без следа, обратившись в ничто.
Взор Е Фаня был бездонно глубок. Продвигаясь в море грома, он всё искал того, кто издавал тот ядовитый голос. Это дело было с ним теснейше связано.
Но обугленные человеческие следы лежали один за другим, и совершенно невозможно было узнать, постигла ли его та же участь и был ли он среди них.
Пол-стража¹ спустя в море грома, кроме самого Е Фаня, не осталось ни одного живого человека. Все были насмерть сражены молниями. Людей оказалось гораздо больше, чем он предполагал: обугленных трупов было целых сто с лишним.
¹ Страж (时辰) — китайская мера времени, соответствующая двум часам. Пол-стража — около часа.
Кроме того, в далёкой горной гряде то и дело сверкали молнии: некоторые люди вырвались наружу и проходили испытание в других местах.
Таково было «втягивание» — ужасающее до предела. Избавиться от него было решительно невозможно, и каждый должен был пройти через это бедствие. Такова была колдовская и страшная небесная кара.
— Демон Е! А-а-а...
Те, кто проходил испытание вовне, завидев, что Е Фань несётся к ним с багровыми молниями в десять тысяч чжанов и бескрайним морем грома, в ужасе кричали, и страх их доходил до предела. Но, увы, это ничего не могло изменить.
В этой окраинной области Е Фань без конца появлялся и исчезал и двигался, ведя за собой белёсое электрическое море. Куда бы он ни шёл, всё затоплялось.
Он уничтожил ещё двадцать с лишним человек. Все они проходили собственное небесное испытание и не имели сил противостоять ещё более грозному грозовому ветру и небесному грому, а также нитям хаотического грома, что нёс с собой Е Фань.
— Е-жестокий... — когда последний персонаж уровня верховного старейшины попал на глаза Е Фаню, он впал в отчаяние.
— Бах!
Е Фань указал пальцем и пробил его лоб. Вспыхнул сине-зелёный свет, и ударил гром, разнеся его вдребезги. Кости и плоть брызнули во все стороны.
Вокруг больше не было грозовых лучей. Бескрайние большие снежные горы окутала ночная мгла, и лишь одно море грома ещё бесновалось!
Небесное испытание Е Фаня было далеко от завершения и вступило в самую ужасающую стадию. Ему пришлось остановиться и изо всех сил противостоять ему.
Грозовые молнии земли, огня, ветра и воды обрушивались одна за другой. Зрелище было пугающим, словно творилось само небо и земля.
Ветер разрывал пустоту, земные жилы вздымались вверх, вода затапливала небосвод, и огонь ходил посреди всего. То были четыре разрушительные небесные кары, и грозовой свет сотрясал все девять небес.
Земля, огонь, ветер и вода вращались по кругу и разверзали пустоту. Из них рождался малый мир, что развивал бескрайнее небесное испытание, и одна за другой молнии обрушивались вниз.
Е Фань был запечатан внутри. Вокруг бурлили нити туманного Хаоса, и развивались все небеса. Бескрайнее, словно океан, разрушительное грозовое сияние поглотило его.
Казалось, он перенёсся в эпоху Начала, когда всё сущее лишь начинало расти и всё только оформлялось, когда небо и земля только стали разделяться и Хаос ещё не рассеялся.
В этом безлюдном малом мире небесная кара била безжалостно и без конца!
Издалека это место выглядело ужасающим — то было море кипящего электричества, пугающее до крайности.
— Чтоб его! И впрямь чудовище! Поделом ему гореть в грозе! — вдалеке большой чёрный пёс, с головы до ног в чёрном дыму — даже уши и пасть не избегли этого, — тащил на себе Ии и держал в лапе знак древнего императора. Он уже прошёл своё небесное испытание, и теперь при каждом покашливании из него вылетали электрические искры. Он кипел от злости.
Впрочем, и польза ему была огромная: успешно пройдя грозовое испытание, он сильно возвысил свою боевую мощь.
Земля, огонь, ветер и вода развивали малый мир всех небес, и небесная кара не прерывалась. Громовые раскаты оглушали уши. Е Фань сидел там, скрестив ноги, и начал в тиши закалять себя.
Он раскрыл рот и вдохнул. Десятки тысяч грозовых лучей, словно небесная река, обрушились с неба и целиком вошли в его тело, озарив его кости, внутренности и плоть до полной прозрачности.
— Грохот!
Гром сотрясал девять небес, безбрежный и бескрайний. Он сидел в самом центре, застыв в пустоте, не шевелясь. Божественный гром закалял его тело, и небесная кара отливала треножник!
И его тело, и треножник из материнской энергии претерпевали изменения. Особенно треножник: на нём запечатлевались одна за другой линии неба и земли, и это Путь развивал сам себя.
Что же до золотого человечка в межбровье, то он был ещё чудеснее. Он устремился вверх, прямо в грозу, и, удалившись от Е Фаня, вдыхал и выдыхал ужасающие электрические лучи, что рождались из земли, огня, ветра и воды.
То была божественная мысль Е Фаня, что приняла человеческий облик. Она ходила меж развивавшихся малых миров всех небес и вдыхала и выдыхала бескрайнее грозовое сияние, вбирая в себя изначальную грозовую энергию.
Золотой человечек, без изъянов и ослепительно сияющий, несколько раз был почти разбит грозовым светом, но всякий раз выдерживал и проходил через невообразимое омовение.
Постепенно тело Е Фаня, треножник из материнской энергии и человечек, в которого превратилась его золотая божественная мысль, — трое — образовали круговорот. Всевозможные грозовые молнии обрушивались вниз и текли меж ними, без конца закаляя их.
Вскоре старый даос Красный Дракон, Царь Павлин, даос Ворон и несколько верховных старейшин Нефритового озера прибыли сюда и, увидев это зрелище, остолбенели с разинутыми ртами.
— Те люди... все мертвы!
— На земле — одни обугленные следы. Все они прошли через грозу!
— Вот уж поистине никто не думал, что он наведёт сюда небесную кару...
Шум, что стоял здесь, был так велик, что Красный Дракон и остальные, находившиеся за целую тысячу ли, почуяли его и поспешно прибыли сюда. Все они содрогнулись и теперь стояли в полном оцепенении.
— Он сам справился со всеми...
Несколько человек были поистине ошеломлены и, застыв в забытьи, не могли вымолвить ни слова.
— Вот уж чудовище! — лишь долгое время спустя даос Ворон пробормотал это.
Прошло ещё пол-стража. Восемьдесят одна хаотическая электрическая молния обрушилась подряд, и это были не туманные нити, а сверх-небесная кара!
Вдалеке три демонических царя — Красный Дракон, Ворон и Павлин — изменились в лицах. Можно вообразить, сколь ужасным было это испытание.
— Дон...
Треножник из материнской энергии едва не был сбит с места. Е Фань выплюнул кровь, и всё его тело пошло трещинами во многих местах. Золотого человечка едва не разнесло вдребезги.
Он, стиснув зубы, держался. Кости его были переломаны во многих местах, и золотая кровь брызгала во все стороны. Тот человечек, в которого превратилась его божественная мысль, горько боролся в хаотическом сиянии.
— Дон!, Дон!..
При каждом ударе земля содрогалась. Здесь не осталось ни одной высокой вершины — все они были срыты до основания и стали грозовым пеплом.
Однако Е Фань всё же выстоял. Восемьдесят одна самая ужасная хаотическая молния отгремела, и его тело перестроилось, издавая хруст. Чистая энергия во всём теле была подобна морю, и он был ясен, чист, без единого пятнышка и сиял ослепительным хрустальным блеском.
Божественная мысль, прошедшая омовение грозовыми лучами, стала ещё более могучей и прочной и, превратившись в сгусток ослепительного света, ворвалась в его межбровье.
Что же до треножника, то в нём впервые оформились собственные законы, и он начал развитие великого Пути. Особенно восемьдесят одна хаотическая молния оставила на нём неизгладимые следы Дао.
Великое совершенство Четырёх пределов!
Е Фань чувствовал, что, возможно, очень скоро сможет заглянуть на путь Превращения в дракона и вступить в совершенно новую, неизведанную область.
— Редкостный случай...
Е Фань собственными силами взломал смертельную ловушку и уничтожил всех врагов. Три колосса — Красный Дракон, Павлин и Ворон — были тронуты до глубины души, и даже верховные старейшины Нефритового озера в душе вздыхали.
— Такой ход... поистине трудно было представить!
— Вот уж воистину смертельный ответный удар из безвыходного положения!
Все они изумлялись. Такое средство даже им внушало страх. Самому пройти испытание и достичь успеха, разрушив смертельную ловушку, а всех остальных отправить в жёлтую землю...
Е Фань большими шагами подошёл к ним и выразил благодарность. Как бы то ни было, хоть они и не смогли лично вступить в дело, их намерение было при них, и это был очень большой долг чести.
— Е Фань... — Лю Ии уже пришла в себя. В лохмотьях, вся в кровавых пятнах, жалкая и хрупкая, она подошла вместе с большим чёрным псом. Измождённая, она была очень взволнована.
— Всё хорошо, — с ослепительной улыбкой утешил её Е Фань. Они не виделись несколько лет, и ему тоже хотелось знать, куда же делись Лю Ии и Чжан Цзылин.
— Уйдём отсюда, — старый даос Красный Дракон уставился в далёкое небо.
Е Фань кивнул. Он тоже не хотел задерживаться: кто знает, не скрывается ли кто-то ещё во тьме, и, возможно, Мир людей и Преисподняя тоже следили за ними.
Битва на Хребте Огненного Демона не могла остаться в тайне, и почти в тот же день весть о ней разнеслась повсюду, потрясая Восточные земли!
Первая мысль Е Фаня была о том, что кто-то, скорее всего, выжил и, избегнув этой беды, разнёс весть.
— Что?! Как такое возможно?! Святое тело уничтожило даже полу-великого мастера?!
— Ты что, бредишь? Он прикончил двух великих мастеров? Это просто сказка!
— В одиночку бился с толпой героев, и Е Фань одного за другим убил тринадцать наследников святых земель и гордо взирал на своё поколение... Это чересчур нелепо! Абсолютно невозможно!
...
Когда весть только вышла наружу, почти никто не поверил. Это было чересчур неправдоподобно и пугающе.
В последующие дни Хребет Огненного Демона больше не был безлюдным. Множество практикующих появлялось здесь, ища подтверждений.
— О Небо! Это же осколки оружия великого мастера! Оно было уничтожено здесь!
— Так много обугленных следов... Сколько же могучих мастеров здесь полегло?!
Все остолбенели. Обугленная земля, срытые до основания горные хребты, повсюду зияли раны. Увиденное зрелище заставляло сердца замирать от страха, и все менялись в лицах.
То, что Е Фань навлёк небесное испытание и погубил всех врагов, разнеслось по всем Восточным землям и вызвало сверх-великое землетрясение!
Этот боевой подвиг заставил всех содрогнуться, особенно те великие силы, что были в этом замешаны, — они долго не могли вымолвить ни слова.
— Чтоб его! Вот уж чудовище! Даже так он смог перевернуть доску и прикончить всех!
Восточные земли содрогнулись, и поднялся всеобщий гул. Все великие силы не могли усидеть на месте и одна за другой выступали вперёд, высказывая свои мнения.