Безумный старик идёт вместе с нами

Окутанный лунным сиянием, этот высокий силуэт развевал волосами, и пустые зрачки его то появлялись, то исчезали, но черты лица были скрыты.

Жёлтая огромная длань тянулась вперёд, и у большого чёрного пса вся чёрная шерсть встала дыбом, ведь маленькая Наньнань сидела у него на спине.

Увидев это, Е Фань, хоть и понимал, что он не соперник, стремительно бросился вперёд, чтобы заслонить собой. Он не мог допустить, чтобы с Наньнань что-то случилось. Со звоном дзынь! священный меч из чёрного металла с драконьими узорами был обнажён и рассёк воздух вниз.

— Дон!

Жёлтая огромная длань вовсе не уклонялась, а прямо тянулась вперёд. Чёрный священный меч ударил по одному из пальцев, и во все стороны брызнули искры, но разрубить его ничуть не смог.

Это внушало ужас. Чёрный священный меч был прочен и нетленен, но не мог порезать один-единственный палец. Поистине неведомо, как он закалил своё тело и какого уровня достиг, — трудно было даже представить.

— У-у-м!

Взмахнув золотым кулаком, Е Фань нанёс удар. Его физическая оболочка была невероятно могучей, и, приведя в движение сильнейшую энергию крови, он всей силой столкнулся с огромной дланью.

— Дон!

Раздался глухой, тяжёлый звук, словно ударили в божественный барабан. Е Фань отступил, и рука его онемела. Даже могучая, как у святого тела, физическая оболочка не могла остановить эту длань.

Она медленно, но мощно продолжала тянуться, и нельзя было ни на йоту изменить её движения. Этот исход заставил Е Фаня похолодеть: впервые могучая физическая оболочка святого тела была силой подавлена другим человеком.

И притом противник действовал совершенно непринуждённо, даже не пытаясь одолеть его, — он лишь позволил Е Фаню в полную силу нанести удар золотым кулаком.

— Гав!

Большой чёрный пёс в тревоге выставил чёрную нефритовую платформу, намереваясь пересечь пустоту и бежать без оглядки.

— Вшух!

Вспыхнул свет, и он вместе с маленькой Наньнань исчез. Однако та огромная длань лишь легонько надавила на пустоту, и с грохотом б-б-бах! она тотчас обрушила это пустотное пространство и вытряхнула их обратно.

То была до жути ужасающая картина: жёлтая огромная длань проникла в коллапсирующую пустоту и накрыла их, и все ужасающие хаотические потоки энергии были полностью усмирены.

Бескрайняя сила пустоты не могла причинить им и малейшего вреда, а жёлтая огромная длань выудила Чёрного императора и маленькую Наньнань из пустоты и извлекла наружу.

— Гав! — исступлённо залаял большой чёрный пёс.

— Ой-ой... — маленькая Наньнань уже готова была заплакать от страха.

Е Фань изо всех сил ринулся вперёд и снова нанёс удар золотой дланью, пытаясь их спасти, но всё было тщетно!

В этот миг он ощутил то же бессилие, что муравей, пытающийся раскачать дерево, и оно наполнило его беспомощностью. Этот человек был подобен бездонной пропасти, и измерить его не было никакой возможности.

— Бах!

Кожа на ладони Е Фаня треснула, и его отбросило на несколько сотен чжанов. То не была атака противника — это была сила отдачи от его собственного удара в огромную длань.

— Что тебе нужно? — Е Фань до смерти боялся, что он причинит вред маленькой Наньнань.

Ли Хэйшуй тоже вступил в дело, но его отбросило ещё дальше — на целую тысячу чжанов. Скрежеща зубами, он тряс онемевшей рукой.

Дуновение ночного ветра откинуло пряди волос высокого мужчины и открыло благородное лицо бронзового оттенка. Нос прямой, рот квадратный, черты лица резкие и чёткие.

Если не считать пустоты во взгляде, это был невероятно величественный муж. Подобный нетленному богу войны, он внушал благоговейный трепет.

— Вы... — Е Фань изумлённо раскрыл глаза, и на лице его отразилось неверие. Это же Безумный старик!

Как он мог так измениться? Прежде волосы его были седы и всклокочены, тело — иссохшим и измождённым, дряхлым до крайности, взгляд — мутным, а сам он — безумным и бестолковым.

А теперь он стал совершенно другим: тело — могучим и крепким, волосы — чёрными и густыми. Словно другой человек, будто обрёл нестареющую юность.

— Что случилось? Может, это результат прошлого перерождения? — в изумлении проговорил Е Фань и затем громко спросил: — Старший, вы помните меня? Вы передали мне поступь Тяньсюань. Что вы делаете? Не причините вреда маленькой Наньнань!

— Это и есть тот самый Безумный старик, что прожил шесть тысяч лет и не умер?! — разинул рот Ли Хэйшуй. Сердце его бурно забилось, и он был потрясён до глубины души.

В пустых зрачках Безумного старика мелькнул луч света. Он взглянул на Е Фаня, но ничего не сказал, лишь отбросил большого чёрного пса в сторону и, удерживая Наньнань в пустоте, стал её разглядывать.

— Дядя, что ты делаешь? — робко спросила Наньнань и невольно попятилась.

В этот миг Безумный старик сделался невероятно серьёзным, и из его пустых зрачков брызнули два божественных луча, сияющих, словно два золотых светильника.

Божественное сияние упало на тело маленькой Наньнань, и от этого вся пустота вокруг исказилась, будто готовая вот-вот обрушиться.

— Старший брат, мне страшно... — проговорила девочка, и в голосе её послышались слёзы.

— Наньнань, не бойся! Он не причинит тебе вреда... — узнав Безумного старика, Е Фань облегчённо выдохнул и решил, что тот не станет делать зла.

Безумный старик делался всё серьёзнее. Две его густые чёрные брови, подобные мечам, встали торчком, и из межбровья его тоже упал луч божественного света на тело девочки.

Большой чёрный пёс замер от страха, не смея и вздохнуть, словно оледенев. Чувствуя ни с чем не сравнимое ужасающее давление, он переводил взгляд с маленькой Наньнань на Безумного старика, и душа его металась в тревоге.

— Вшух!

Вспыхнул свет, и Безумный старик вместе с маленькой Наньнань исчез в высоком небе.

— А! Куда он делся? — испугался Ли Хэйшуй.

— Он точно вошёл в божественную землю Тяньсюань! — мрачно проговорил Е Фань.

— Плохо дело! Этот старый безумец силён до ужаса, этот император не может его раскусить. Уж не хочет ли он отнять плод Дао маленькой Наньнань?! — Чёрного императора терзало жесточайшее беспокойство.

— Дин-дон!

С небес раздались звуки бессмертной музыки. Чистая земля излила сияние: десять тысяч нитей благодатного многоцветья и сотни миллионов лучей божественного сияния пролились вниз, и внутри было ослепительно прекрасно.

Изумрудные травы ковром устилали землю, бессмертные цветы благоухали, источники духовной воды журчали и струились, и мириады лепестков кружились в воздухе, — всё было подобно волшебному царству.

Однако прямо на земле этой чистой земли рядами стояли киноварно-красные огромные гробы, и зрелище это было чрезвычайно мрачным и жутким.

То была божественная земля Тяньсюань — последнее тайное место, которого так никто и не обнаружил. Внутри с большой вероятностью хранились древний канон Тяньсюань и её несравненное наследие.

— А-а-а! — взревел Безумный старик, и рёв его сотряс горы и реки на десять тысяч ли. Не только звери в десятках тысяч горных пиков, но и доисторические древние звери в соседней великой пустоши задрожали от ужаса.

Луч божественного света взметнулся к небесам и рассёк небосвод, словно пронзая безбрежное звёздное пространство. Он был подобен божеству далёкой древности.

Древние синие одежды на нём хлопали на ветру, он гордо стоял, расправив плечи, и волосы его развевались. Из глаз били холодные молнии. Весь облик его был ужасающ до предела и совершенно не походил на прежний.

Одновременно маленькая Наньнань закрыла глаза, и её маленькие ручки без остановки начали складывать мудры — глубокомысленные и непостижимые, столь сложные, что невозможно было постичь.

— Что происходит? — сердце Е Фаня сжалось.

— Он обнаружил... Что же теперь делать?! — большой чёрный пёс не находил себе места, метался и прыгал в крайнем волнении.

— Вшух!

Взгляд Безумного старика скользнул по ним, подобный двум молниям, и тела их едва не разлетелись на куски. Все они остолбенели от ужаса.

Безумный старик начал обходить маленькую Наньнань кругом, и взор его разгорался всё ярче, словно он хотел пронзить её насквозь. А в межбровье его проявилась фигура, подобная божеству, — восседая со скрещёнными ногами в пустоте, с благостным и величественным ликом, она уставилась на маленькую девочку.

— Это уже не эпоха далёкой древности, мир давно переменился. Как же ещё могут рождаться такие ужасающие, не поддающиеся измерению люди?! — большой чёрный пёс трепетал всё сильнее.

Божество в межбровье Безумного старика, казалось, творило само небо и землю, изрыгая Хаос, и неотрывно смотрело на маленькую Наньнань, заставляя божественную землю расширяться без конца.

Маленькая Наньнань безостановочно складывала мудры, и семицветный камешек в её межбровье сиял всё ослепительнее, но не отделялся, а сплавился в крохотную семицветную точку света, что источала таинственное дыхание.

— Грохот!

С громовым раскатом божественная земля закрылась, и больше нельзя было увидеть, что внутри.

Божественный лекарь Ван тоже был встревожен и примчался сюда. Узнав, что произошло, он шумно втянул в себя холодный воздух и сказал:

— Отступите, отойдите подальше отсюда.

Скрепя сердце они отошли вдаль. Однако после этого ничего дурного не случилось. Поздней ночью божественная земля в пустоте возникла вновь, и оттуда, растерянно озираясь по сторонам, вышла маленькая Наньнань.

Малышка ничуть не пострадала. Единственной переменой было то, что семицветный камешек сплавился в межбровье и больше не отделялся, придавая ей вид ещё большей одухотворённости.

Безумный старик проявился в пустоте. Глаза его вновь стали пустыми, без всякого выражения. Взмахнув большим рукавом, он заставил всю божественную землю исчезнуть.

Большой чёрный пёс подхватил маленькую девочку и оглядел её со всех сторон. Сомневаясь и изумляясь, он проговорил:

— Он исцелил твою скрытую рану...

Чёрный император повернулся к пустоте и, глядя на этот высокий силуэт, сказал сам себе:

— Поистине великая душа! Не отнял плод Дао, а, напротив, помог.

Е Фань тайно передал звуком:

— Благодарю, старший, за милость переданного искусства и за нынешнюю добродетельную помощь! Мне нечем отплатить вам. Я узнал об одном месте, где, возможно, хранится полное искусство «Син»...

В эти дни он расспрашивал Божественного лекаря Вана и окольным путём узнал, что Девять тайных искусств, которые обрёл тот древний род в Личжоу в Северных землях, — это, скорее всего, искусство «Син».

А древний свиток, оставленный тем родом, указывал на Священный утёс. Это означало, что он, вполне возможно, скоро обретёт искусство «Син».

Впрочем, место это отнюдь не было безопасным: там были выставлены императорские узоры, и даже даос Красный Дракон пробыл в ловушке тысячу пятьсот лет. Даже большой чёрный пёс все эти дни пребывал в сомнениях.

Теперь же, повстречав Безумного старика, он обрёл сильнейшего союзника и хотел пригласить его пойти вместе с ними, чтобы искать Девять тайных искусств на Священном утёсе, а заодно и отплатить за добро.

И действительно: в пустых глазах Безумного старика мелькнули два луча света, но тут же исчезли, а сам он никак этого не показал.

— Искусство «Син» находится на Священном утёсе! — передал звуком Е Фань, указав точное местоположение. Не захочет тот идти — и не надо, он не мог его принуждать.

Беззвучно и бесследно Безумный старик исчез.

— Это же божественная земля! Там сокрыты тайны Тяньсюань, и мы их видели. Жаль, что ничего не можем взять, — сокрушался Ли Хэйшуй.

— Наньнань, как ты? — спросил Е Фань.

— Наньнань ничего. Просто кажется, что я теперь многое могу помнить, — послушно ответила малышка и потёрла пальчиком семицветную точку света у себя в межбровье.

— Вшух!

Вспыхнул свет. Безумный старик явился снова. Лицо его было скрыто спутанными волосами, и он шёл следом за Е Фанем и остальными. Явно он решил идти с ними!

— Раскопать такого божественного человека! С ним по Восточным землям хоть наголо расхаживай! — сердце Ли Хэйшуя сильно забилось, и он едва не подскочил на месте. Хотя он передавал звуком втайне, Безумный старик, похоже, мог это слышать, потому что бросил на него взгляд.

Е Фань и его спутники покинули руины Тяньсюань и, простясь с Божественным лекарем Ваном, направились к Священному утёсу. Это была очень странная компания.

Огромный пёс вёз на себе изящную, словно выточенную из нефрита, маленькую девочку; за ним следовал высокий мужчина средних лет с распущенными волосами, чьё лицо было скрыто; дальше — чёрный как смоль здоровяк и тихий, безобидный с виду ясноликий юноша... Шествие их выглядело весьма причудливо.

Е Фань не дал большому чёрному псу начертить даосские узоры, чтобы пересечь пустоту прямиком к Священному утёсу. Он сказал, что они пойдут туда пешком.

— Ох и хитёр же Е, ох и хитёр... — бормотал Ли Хэйшуй. Он быстро понял замысел Е Фаня: раз уж с ними рядом идёт непобедимый мастер, пересекать пустоту напрямую было бы неразумно по отношению к Безумному старику.

Большой чёрный пёс тоже был полон тёмных замыслов и, как лиса, крадущаяся за тигром, рассчитывал как следует использовать такого человека, что прожил шесть тысяч лет и не умер.

— Древнее божественное царство убийц — Мир людей! Вы ведь убиваете божеств, если они встают на пути, и разите будд, если они преграждают дорогу. Посмейте же прийти!

— А вы, святые земли и несравненные великие школы, что хотите прощупать нас, — тоже высылайте своих людей!

— Я всей душой желаю, чтобы все эти слепые мерзавцы разом налетели на нас!

Большой чёрный пёс втайне торжествовал, и на душе у него было необычайно радостно. Едва выйдя из великой пустоши, он тут же бросился заводить знакомства со всеми подряд, словно ему не терпелось немедленно накликать несколько святых земель.