Минувшее древней эпохи

— В эпоху древности люди были очень таинственны. Они были крайне малочисленны и редко общались с другими расами, но среди них и впрямь рождались непобедимые существа...

Обезьяна, казалось, погрузилась в далёкие воспоминания и медленно повела рассказ о минувшем древней эпохи, полностью завладев вниманием всех.

В ту эпоху лишь существа, достигшие предельного уровня, непревзойдённые владыки, имели человеческий облик. Эта форма означала непобедимость и была отличительным признаком царя, и, встречая её, все живые существа падали ниц в поклонении.

Однако неведомо откуда взявшиеся люди сломали это правило. Они уже с рождения имели такой облик, и это поистине переполошило все расы.

Поначалу другие расы, видя столь много человекообразных существ, приходили в ужас, но позже, узнав, что эта раса чрезвычайно слаба, постепенно успокоились.

Некоторые древние расы пришли в ярость, сочтя это оскорблением древних царей, и едва не истребили всех людей.

Однако не все существа древней эпохи были неслыханными злодеями, и среди них были те, кто различал добро и зло. Могучие расы выступили в защиту людей, и человечество смогло уцелеть.

В долгой череде эпох на земле, разумеется, не избежать было бесчисленных войн, и всевозможные существа втягивались в них, и человеческая раса не была исключением.

Людей было до крайности мало, и они были чудовищно слабы, но у них было пространство для роста. Среди них явились непревзойдённые существа, способные соперничать с Божественным шелкопрядом Девяти превращений, и это потрясло все расы древней эпохи.

Лишь тогда человечество обрело место под солнцем, и некоторые расы перестали смотреть на него с алчной враждебностью и считать пищей.

— А можно немного подробнее? Какие у них были техники, как они совершенствовались, как они появились? — спросил У Чжунтянь.

— До того как пришла великая беда, я был слишком юн и знал очень мало, лишь самые простые вещи, — вздохнула обезьяна.

Хотя она принадлежала к королевскому роду древней эпохи, она была чересчур мала и знала о том времени крайне ограниченно. Когда пришла великая беда, она по неведомой причине была запечатана и проспала миллионы и миллионы лет.

— Происхождение человеческой расы таинственно. Скорее всего, она пришла из-за пределов этого мира... — обезьяна рассказала кое-что из того, что знала о прошлом.

— Их техники были очень примитивны, но обладали необычайной мощью...

Истинный канон Солнца, что уподоблялся высшему свету неба и земли и прокладывал врождённый путь, был высшей твёрдостью и силой. Можно сказать, он был очень ужасен и являлся древним священным законом человеческой расы эпохи древности.

— Так и есть... — вздохнул Ли Хэйшуй.

В горной гряде у Священного утёса он добыл чёрную звериную кость, на которой были записаны неполные законы Истинного канона Солнца, и тогда они ещё обсуждали это.

Истинный канон Солнца был одним из древнейших священных законов человеческой расы. Даже Великие императоры древности изучали его и черпали в нём вдохновение. Создавая свои древние каноны, они должны были просчитывать десятки тысяч законов и вникать во все писания.

Истинный канон Великой Тьмы, что уподоблялся высшей Тьме неба и земли, был противоположен Истинному канону Солнца. Можно сказать, он был высшей Тьмой и силой и тоже являлся священным законом человеческой расы древней эпохи. Даже теперь он был достоин звания древнего канона.

— Человеческая раса была очень таинственна и крайне малочисленна. Никто не думал, что спустя десять тысяч эпох она станет так процветать и подавит все остальные расы, — вздохнула обезьяна.

Она и впрямь знала очень мало о минувшем древней эпохи и даже о собственной ветви Божественной обезьяны имела лишь смутные сведения. Она помнила только, что отец умер, а дядя ушёл в Западную пустыню, и ничего толком не знала — всё было очень размыто.

Е Фань и остальные предположили, что великая беда древней эпохи была вызвана тем, что мир переменился и стал непригоден для жизни существ, и пути культивации прервались, отчего и случилось великое вымирание.

Однако обезьяна, услышав это, покачала головой:

— Древние пророчества сбылись, и тогда все расы древней эпохи ушли...

В ту пору обезьяна была ещё ребёнком и не могла касаться высших тайн, зная лишь крупицы. Она выросла до нынешнего уровня лишь потому, что уже пробудилась внутри чудесного камня «Бессмертного кургана» и совершенствовалась много лет, а потом Е Фань вырезал её наружу.

Когда цари древней эпохи достигали предела совершенствования и принимали человеческий облик, их почитали как императоров. Об этом Е Фань и остальные слышали впервые — прежде они обобщённо называли их древними царями.

Все древние императоры перед смертью, подобно божествам, почти могли пронзать взором прошлое, настоящее и будущее и оставляли пророчества, которые позже одно за другим подтверждались как истинные.

Об этом обезьяна не стала говорить подробно — она и сама не понимала и не могла объяснить истинную причину великой беды древней эпохи.

У Е Фаня и его спутников на душе осталась горечь разочарования. Это же была загадка тысячелетий! Если даже это живое ископаемое не могло её разъяснить, то кто же ещё мог?

— Некоторые расы древней эпохи были запечатаны, а некоторые, должно быть, ушли за пределы этого мира... — покачала головой обезьяна, не желая больше об этом говорить.

— А есть ли всё-таки бессмертные? — вдруг спросил Ли Хэйшуй, и все затихли, желая услышать ответ.

— Должно быть, есть. Мой отец был императором, непобедимым ни в небе, ни на земле. Жаль только, что когда я родился, его жизненный срок уже иссяк, и вскоре он умер...

Когда обезьяне не было и трёх лет, её старый отец, священный император, чьё имя гремело во всей древней эпохе, умер. Кроме родового наследия, он почти ничего ей не оставил.

Но она запомнила одно слово древнего императора: в самые древние времена бессмертные, должно быть, существовали, но в позднейшие эпохи их уже невозможно было увидеть.

Все застыли в оцепенении. Даже отец обезьяны, тот непобедимый в древней эпохе император, говорил, что нужно восходить к самым древним временам...

Что же это были за «самые древние» времена, что тогда происходило, какие события минули?

— Запретная земля древности, Бессмертная гора, Руины Божеств, Древний рудник Начала, Гробница Бессмертных — эти места... — Е Фань и остальные снова заговорили о Семи запретных землях жизни.

— В эпоху древности не было стольких запретных земель жизни, на несколько меньше... — сказала обезьяна.

Запретная земля древности и Бессмертная гора не были известны в ту эпоху, и обезьяна предположила, что они образовались позже как ужасающие запретные земли, достойные стоять вровень с прежними гиблыми местами или даже превосходящие их.

Древний рудник Начала был непревзойдённой священной землёй рас древней эпохи, и в те ушедшие века входить туда могли лишь несравненные императоры древности.

Императоры древних существ рождались с огромным трудом, так же как и Великие императоры человеческой расы, и от века и до века их было совсем немного.

Когда представители великих королевских родов достигали великого совершенства, их сила и впрямь была чрезвычайно велика, но они всё же уступали императорам, и стать императором было невероятно трудно.

— Ты не знаешь, что находится в Древнем руднике Начала? — удивился Цзян Хуайжэнь.

— В те ушедшие века древности туда входили лишь несколько древних императоров и владык великих королевских родов, — с сожалением ответила обезьяна.

— Род Божественной обезьяны, скорее всего, сведётся к тебе одному, и ты станешь владыкой этого рода. Значит, в будущем сможешь войти туда, — заметил Ли Хэйшуй.

— Прошло столько времени. Как вы говорите, оно уже стало одной из Семи запретных земель жизни. Если я войду туда, не став императором, то непременно умру, — покачала головой обезьяна.

— У него ещё есть дядя в Западной пустыне! — проскрежетал зубами большой чёрный пёс и пробормотал себе под нос.

— Гробница Бессмертных, по преданию, — это усыпальницы бессмертных. Она грандиозна и безбрежна, и там не растёт и травинки, а кровавая земля тянется на десятки тысяч ли. Уже в эпоху древности это была запретная земля жизни.

Несколько императоров древней эпохи говорили, что это место погребения бессмертных и к нему нельзя приближаться, иначе непременно умрёшь. То была самая зловещая и опасная земля под небесами.

Теперь, спустя бессчётные эпохи, там наконец появились проблески жизни, и на кровавой земле выросло немало несравненных одухотворённых снадобий. Жаль только, что никто не смел их собирать.

Потому что даже святые мудрецы древности, войдя туда, с трудом возвращались обратно, и это место поглощало человеческие жизни.

— Впрочем, были императоры, что говорили: «Слышанное ушами — пустое, увиденное глазами — истинное. Не видели бессмертных — значит, их нет», — дополнила обезьяна.

Императоры древней эпохи были чудовищно ужасны и непобедимы в мире, и никто не мог с ними спорить. Среди бесчисленных рас и миллиардов живых существ за десять тысяч эпох их родилось лишь несколько.

Более того, их было даже меньше, чем Великих императоров древности у человеческой расы. И мнения их не совпадали, а понимание бессмертных сильно разнилось.

— Руины Божеств, по преданию, рухнули из иного мира...

Эти слова обезьяны потрясли всех. История образования Руин Божеств была чрезвычайно долгой, и её невозможно было проследить. Даже самые древние императоры рас древней эпохи не могли рассчитать их возраст.

— Руины Божеств настолько древние?! — даже большой чёрный пёс шумно втянул в себя холодный воздух.

В Руинах Божеств и впрямь были Южные Небесные Врата, Небесные Чертоги и другие потрясающие душу следы, что стояли миллионы и миллионы лет и не рушились, и сохранить их было явно не под силу человеку.

— Выходит, и впрямь существует ещё один грандиозный и таинственный мир бессмертных? — нахмурился Е Фань.

На его взгляд, практикующие этого мира были достойны сравнения с бессмертными из мифов и преданий. Если же существовал ещё один таинственный мир, трудно было вообразить, что за люди там жили.

Впрочем, он всегда сомневался и не верил, что бессмертные и впрямь существуют. Великие императоры древности, должно быть, и были пределом. Хоть он и видел, как девять драконов везли гроб, то были, скорее всего, драконы-цзяо уровня святого мужа, а не бессмертные духи.

— Никогда не слышал рассуждений о мире бессмертных, но мой старый отец однажды упомянул два слова: «Чертоги бессмертных»... — медленно проговорила обезьяна.

Старый отец обезьяны прожил невероятно долгое, пугающее время. Будучи императором древней эпохи, он в своих свершениях достиг самого творения и был одним из величайших существ от века и до века.

Его жизненный срок иссяк, и он родил сына на склоне лет. На смертном одре он говорил о Чертогах бессмертных и сказал, что они, скорее всего, существуют, но это его сожаление, ибо при жизни он не мог войти туда.

— Мой младший дядя говорил, что мой отец родился не в то время, а иначе у него был бы крохотный шанс. Жаль только, что он попал прямо в пору великих перемен мира и не имел судьбы с Чертогами бессмертных и не мог проникнуть в их тайну.

Отец обезьяны в конце концов лишь вздохнул, бесконечно одинокий, потому что до самого конца не мог лично подтвердить свою догадку.

Несколько императоров древней эпохи считали, что Руины Божеств не принадлежат этому миру и рухнули сюда из некоего таинственного места. Их точка зрения была известна всем расам.

— Южные Небесные Врата и Небесные Чертоги не рушатся с глубокой древности. Там золотой свет десятью тысячами лучей катит алую радугу, и благодатные эманации тысячами нитей извергают пурпурный туман... — пробормотал большой чёрный пёс, и глаза его стали бездонно глубокими.

— Неужто и впрямь существуют Чертоги бессмертных? Быть не может... — нахмурился Ли Хэйшуй.

— Рухнули из иного мира... Неужто и впрямь существуют бессмертные?.. — бормотал У Чжунтянь. Его дед, что был сведущ и в древнем, и в современном, тоже строил немало предположений.

— Старший брат, а что такое «бессмертный»? — маленькая Наньнань потянула Е Фаня за одежду и, задрав голову, с простодушным видом спросила, и всё её лицо дышало ожиданием.

Е Фань погладил её по голове:

— Это нечто эфемерное и бесплотное, что, возможно, никогда и не существовало. А если и существовало, то не в этом мире.

— А, — малышка понимающе кивнула.

— Бессмертная гора... Мне знакомо это имя, но в эпоху древности такой горы не было, — нахмурилась обезьяна, переходя к другой запретной земле.

— Подумай ещё хорошенько, чем же была Бессмертная гора в эпоху древности, — сказал большой чёрный пёс.

Безначальный Великий император и Жестокий Великий император — оба входили в Бессмертную гору и оставили неизгладимые отпечатки под древним чайным деревом просветления. Большому чёрному псу хотелось узнать больше.

— Я и впрямь никогда не слышал о Бессмертной горе. Но в древних преданиях упоминался Бессмертный Небесный Император, — надолго задумавшись, обезьяна наконец припомнила такого почти иллюзорного персонажа, но не была уверена, существовал ли он на самом деле.

— Бессмертный Небесный Император... Посметь взять такое имя! — даже большой чёрный пёс был потрясён.

— Первым хозяином Бессмертного снадобья божественного феникса, говорят, и был тот Бессмертный Небесный Император. По преданию, он почти превзошёл божеств, и многие не верили, что он когда-либо существовал, — покачала головой обезьяна.