В гостях у старых друзей

— Не будем действовать опрометчиво. Сейчас в столице Янь непростая обстановка. За каждым моим шагом, наверное, следят. Не нужно нарываться, — сказал Е Фань.

Больше всего его беспокоил вопрос о Беспощадном. Это наследие слишком сильно и страшно. Если такой наследник вырастет, он непременно станет несравненным врагом.

«Одна мысль — и цветы распускаются, владыка грядёт» — такова была несравненная мощь Беспощадного. Это искусство вместе с непревзойдённым «Священным искусством превращения всего» способно перебить всех героев мира.

По легендам, Беспощадный создал также несравненное искусство, специально направленное на королей, — в мире нет равных. Одних этих легенд достаточно, чтобы содрогнуться.

— Он породил новое тело из старого — воскрес на склоне лет. Не значит ли это, что он прожил две жизни императора? — Ли Хэйшуй присвистнул.

— Говорят, он прожил дольше всех. Может, он до сих пор жив? — у Ту Фэя тоже возникли сомнения. Его дед владел древним «Треножником, пожирающим небо». Чем больше он узнавал о Беспощадном, тем больше его пробирала дрожь — казалось, это горячая картошка.

— Невозможно. Если бы он был жив, Безначальный непременно сошёлся бы с ним в битве, что потрясла бы вечность, — пробормотал чёрный император.

— Неужели ни один из великих императоров древности не выжил? Они были гениями, взирали на мир свысока — не верю, что все ушли, — сказал Пан Бо.

— Если бы он не умер, я бы разрыл его место практики, разорил его могилу. По его характеру он бы выскочил и живьём меня ободрал, — пробормотал большой чёрный пёс.

Все замолчали. Подумав, они согласились: если бы он был жив, разве позволил бы «Треножнику, пожирающему небо» разъединиться и рассеяться по миру?

Е Фань чувствовал давление. Различные тайные искусства, соответствующие «Небесному искусству пожирающего демона», были несравненными священными искусствами. А «Неразрушимое небесное искусство» было ещё таинственнее — даже чёрный пёс не знал, какие поразительные искусства ему соответствуют.

— Нужно идти на Священный утёс за третьим тайным искусством Девяти… — такая мысль возникла у Е Фаня.

Хотя он изучал «Канон Пути» и «Канон Западной Императрицы», они были лишь методами для определённых сокровищниц, а не полными канонами, и не содержали несравненных священных искусств.

Сейчас он остро ощущал нехватку искусств. Одних сильных методов было недостаточно.

Хорошо, что «священный метод битвы» был несравненным в мире, первым по силе атаки, способным к бесконечным изменениям и порождающим бесчисленные убийственные искусства. Иначе, столкнувшись со смертельным врагом, он бы оказался в затруднительном положении.

— Вы узнали, где божественный правитель? — спросил Е Фань.

Когда он уходил из Северных земель, они договорились, что если он вылечит шрамы Пути, то подаст знак, чтобы они нашли несравненного божественного правителя.

— Нет, как сквозь землю провалился. Ни слуху ни духу. Мы просили этого паршивца из рода Цзян разузнать, его дед Цзян И сам ходил в род Цзян — никаких зацепок, — сказал Ту Фэй.

Ли Хэйшуй вздохнул:

— Восток огромен, найти несравненного божественного правителя — нелёгкая задача.

Е Фань нахмурился. Он прошёл через девять смертей, чтобы собрать полное бессмертное священное лекарство, а найти божественного правителя не может. Это было досадно.

— Не волнуйся. Если в роду Цзян что-то узнают, мы сразу будем знать, — сказал Ли Хэйшуй.

Несравненный божественный правитель оказал Е Фаню огромную милость. Он не хотел, чтобы он печально угас, и надеялся найти способ его спасти. Теперь, когда забрезжил свет, осуществить задуманное не удавалось.

— Думаю, божественный правитель ещё не умер. Ведь маленькая Тинтин с ним. Когда он почувствует, что дни сочтены, он, наверное, вернёт её в род Цзян, — предположил Пан Бо.

Е Фань покачал головой и вздохнул:

— Это меня больше всего беспокоит.

Его тревожило, что божественный правитель последними силами поможет Тинтин изменить судьбу, истратив последнюю надежду на возрождение.

Это было вполне возможно. С тех пор как божественный правитель ушёл с Тинтин, у Е Фаня возникла такая мысль.

Если несчастный божественный правитель передаст такую печальную весть, это будет душераздирающе.

В это время мир содрогался. Многие великие люди отправились в Тайсюань, на пик Звезды.

Наследие Беспощадного — никому не было всё равно. Если оно и впрямь существует, это будет катастрофа, бедствие, которого не вынести.

Взгляды всего мира обратились сюда — даже больше, чем когда святое тело сломало проклятие. Прибывали люди из несравненных школ.

Е Фань добился успеха — он переключил внимание мира. Умирающее святое тело уже не вызывало опасений, а вот наследие первого в истории Беспощадного — совсем другое дело.

Он наконец улыбнулся. Он направил беду в другую сторону, и все взгляды устремились на другого человека. Мир начал искать наследника Беспощадного.

Хуа Юньфэй исчез. Все искали его, но прямых улик не было. Он стал врагом почти всего мира.

— Отличный ход! Живой Хуа Юньфэй полезнее мёртвого. Он примет на себя ту тяжесть, что лежала на Е Фане! — рассмеялся Ту Фэй.

— Верно. Выставили его, и Сяо Ецзы может спокойно культивировать, потихоньку набираться сил. А когда они спохватятся, будет поздно, — засмеялся Ли Хэйшуй.

— Не обольщайтесь. Чем больше слушаю, тем больше понимаю, что этот Хуа Юньфэй — опасный противник. Он скрытен и жесток. Просто так он не умрёт. Смотрите, как бы не стал вторым Беспощадным, — предупредил чёрный пёс.

Пан Бо рассмеялся:

— В следующий раз выставим Безначального.

Мир кипел, всё вокруг бурлило. Е Фань наконец мог немного расслабиться.

Следующие несколько дней он искал маленькую Наньнань. Он должен был её найти, иначе был бы нечист перед совестью.

Но это было как иголку в море — ни малейшей зацепки.

— Е Хуэйлин должна бы появиться. Услышав, что я жив, она придёт за священными плодами.

Е Фань достал священные плоды и раздал их спутникам. Чёрный пёс пускал слюни — старый рецидив жадности, он попытался отобрать у своих.

Хорошо, что Ли Хэйшуй и Ту Фэй знали его повадки и успели увернуться, хотя пару раз их всё же укусили, но плоды уберегли.

— Чёртова собака, во всём хороша, но привычка хватать сокровища — неизлечима! — выругались оба.

— Разве я такой? Я просто проверял вашу реакцию, — у чёрного пса рожа была толще некуда.

Сначала все отказывались — они знали, что нужны все виды священных плодов, чтобы составить полное бессмертное священное лекарство для спасения божественного правителя и маленькой Тинтин.

Е Фань настоял, дав каждому по плоду, но сам больше не ел — их едва хватало, и нужно было добавлять священные корни.

Несколько дней они не могли найти маленькую Наньнань. Е Фань волновался, боясь, что случится что-то плохое.

В конце концов он и Пан Бо покинули столицу Янь, чтобы навестить старых друзей — тех, кто пришёл в этот мир вместе с ними, если они ещё живы.

Первым делом они, естественно, отправились в Обитель истока Духовной Пустоши. Они прожили там почти год, и всё было как вчера.

Но, придя туда, они услышали печальную весть: их одноклассник Чжан Нинфэй умер.

В те годы их, тринадцать человек, привела из восьмисотли⁴ леса Вэйвэй. Шесть школ получили по два ученика.

⁴ Восемьсот ли — около 400 км, имеется в виду первобытный лес вокруг Запретной земли древности.

Обитель истока Духовной Пустоши взяла Пан Бо и Чжан Нинфэя, а Е Фань просто пришёл с Пан Бо и не был настоящим учеником — тогда его определили как древнее бесполезное тело.

Придя сюда, они узнали, что Чжан Нинфэй ушёл в уединение с учителем, и Е Фань с Пан Бо видели его всего несколько раз. Не ожидали, что вернувшись, узнают, что он умер больше года назад.

— Насыплем земли на его могилу, — оба опечалились. Они пришли в этот мир вместе, и вот кто-то уже ушёл, никогда не увидеть.

Чжан Нинфэя убили не практики — год назад он пошёл собирать священное лекарство и был разорван свирепым зверем. Смерть была ужасной.

— Помнишь выпускной? Ты напился, плакал, смеялся, рассказывал о своих мечтах и сожалениях…

— Попав в этот мир, мы не успели побыть вместе, даже не повидались в последний раз.

Они вылили вино на его могилу и долго молчали. Таков мир практиков — жестокий, полный опасностей.

Вернувшись в обитель, они заметили, что многие не смеют дышать. Даже настоятель обители нервничал — он был всего на первом уровне Дворца Пути и боялся, что они разгневаются.

— Не нужно. Обитель оказала нам милость. Его смерть — несчастный случай, не по вине обители.

Прошло почти шесть лет. Они достигли уровня Четверых пределов — могли взирать на всю землю Янь свысока.

Восток был необъятен. Обитель истока Духовной Пустоши была низшей школой. Человек на первом уровне Дворца Пути уже был сильнейшим в царстве Янь. Практик уровня Четырёх пределов мог бы властвовать над десятками царств.

В нескольких десятках царств может найтись одна средняя школа, в нескольких сотнях — одна крупная. На бескрайнем Востоке царствам нет числа.

Пригласили старейшину У Цинфэна. Настоятель всё ещё беспокоился — он знал, что этот старейшина был им благодетелем.

На самом деле Е Фань и Пан Бо, кроме как проведать одноклассника, хотели навестить этого старика. Именно он ввёл их на путь культивации.

За эти годы У Цинфэн постарел, но духом был бодр. Он очень обрадовался, увидев их.

— Дитя, я слышал о твоих ранах… — вздохнул старик.

— Ничего, он живуч, прорвётся. Не волнуйтесь, — улыбнулся Пан Бо. Правду сказать они не могли — слишком велика была ставка.

— Не думал, что вы добьётесь таких успехов — можете сражаться с наследниками святых земель, — старик У был очень взволнован. Один из них был его учеником.

Они долго пробыли с ним, затем Е Фань оставил несколько цзиней⁵ священного источника с кусочком священного корня и ушёл. Сегодня прощание — возможно, они больше не увидятся.

⁵ Цзинь (斤) — китайская мера веса, около 0,5 кг.

Они ушли далеко и оглянулись. Старик всё стоял у ворот — седая голова, уже не прямая спина, высохшая фигура. Он словно окаменел, провожая их взглядом.

Вероятно, это была последняя встреча. Е Фань и Пан Бо, тоже опечаленные, издалека отвесили ему низкий поклон и улетели.