Встреча с Ань Мяои

Маленькая принцесса рода Цзян вернулась домой, и загадка жизни и смерти несравненного божественного правителя стала средоточием всех толков. Все строили догадки, и каждая великая сила пристально следила за новостями.

Всё случилось так внезапно. Получив весть, Е Фань стремительно пересёк пустоту и вскоре соединился с Чёрным императором и остальными в северных диких горах.

— Мне тоже пора в Северные земли. Нужно рассказать деду Ту, куда подевался Ту Фэй, чтобы он не тревожился, — Ли Хэйшуй, услышав, что Е Фань собирается в Северные земли, горячо его поддержал.

— Рассказать-то расскажи, но не вздумай возводить напраслину. Я тут ни при чём, он сам потерялся, — бессовестно заявил большой чёрный пёс.

— Пёс смердячий! И как у тебя только язык поворачивается? — взбешённо вскричал Ли Хэйшуй. — Лучше тебе в Северные земли вовек не соваться, иначе с тебя живьём шкуру спустят.

— Думаешь, меня, императора, запугать можно? Когда я попирал Поднебесную, предки этих старых хрычей ещё невесть где молоко сосали, — упрямо стоял на своём большой чёрный пёс.

— Старший брат, а Северные земли далеко? — спросила маленькая Наньнань.

— Далеко. Тысячи гор и сотни рек. Обычному человеку и за сто жизней не дойти. Но если мы пересечём пустоту, это займёт лишь краткий миг, — ответил Е Фань.

Большой чёрный пёс принялся чертить узоры, нацелившись на Северные земли. Можно сказать, это был очередной сверхдальний перенос, в котором нельзя было допустить ни малейшей ошибки.

Е Фань, увидев, что тот опять берётся за свои шахматные узоры, весь помрачнел. В первый раз он потерял Пан Бо, во второй — зашвырнул Ту Фэя в Северные равнины. Ни единого раза эта псина не сработала как надо!

— Я лучше на своих двоих пойду, чем доверюсь твоим узорам! — сердце Ли Хэйшуя заколотилось от страха: он боялся, что его ненароком занесёт в Западную пустыню.

— Вы просто ничего не понимаете. Это один угол узоров Великого императора древности, и обычные люди вовсе недостойны такого счастья, — крайне недовольно пробурчал большой чёрный пёс.

— Вот сам ими и наслаждайся, а мы уж как-нибудь своим ходом, — твёрдо отказался и Е Фань. Связываться с такими узорами было ни в коем случае нельзя.

Даже маленькая Наньнань испуганно попятилась и, словно от нечисти, отошла от большого чёрного пса и прижалась к Е Фаню, вцепившись в край его одежды.

Такое отношение сильно задело пса.

— Вам никогда не понять душу великого мастера. Такие великие узоры — и никто их не ценит.

В конце концов большой чёрный пёс послушно начертил другой вид узоров, в которых был очень искусен. Работа заняла несколько дней.

Когда узоры были готовы, Е Фань предостерёг:

— На этот раз, смотри, не промахнись на несколько миллионов ли. Если ненароком завалимся в Древний рудник Начала, нам конец.

— Будь спокоен! Точно не завалимся в Запретную землю Начала. Мы направляемся в Северные земли, к горе Цзышань, — с полной уверенностью заявил большой чёрный пёс.

— Вшух!

Вспыхнул свет, и они исчезли с того места, погрузившись в вечную тьму. В этой пустоте невозможно было ощутить течение времени, и всё дышало таким покоем.

То ли краткий миг, то ли целая вечность — и свет вернулся. Они вынырнули из пустоты.

Вокруг, насколько хватал глаз, простиралась пустынная, унылая земля, и повсюду была алая почва.

В этой местности повсюду виднелись древние рудники — один за другим, уходящие в бездонную глубину, словно пропасти.

— Где мы? Что-то не так, — засомневался Ли Хэйшуй.

— Опять промахнулся... — тихо пробормотал большой чёрный пёс.

Услышав это, Е Фань готов был его прибить. Ни разу ещё не было точного переноса. В лучшем случае промахивались на полтора миллиона ли.

— Уж не Запретная ли это земля Начала? Я чувствую ту самую особую ауру, от которой сердце замирает, — покрылся мурашками Ли Хэйшуй.

— И впрямь аура Начала! — изменился в лице Е Фань. Будучи великим наставником искусства истока, он сразу уловил эту демоническую силу.

— Эта псина нас опять подставила! — готов был рвать и метать Ли Хэйшуй.

— Случайность... вышла небольшая случайность, — кашлянул большой чёрный пёс, ничуть не признавая вины.

— Это не внутри Запретной земли Начала, — сделал вывод Е Фань, потому что заметил летящих к ним людей в пурпурных одеждах, а это были явно не древние существа.

— Кто вы такие? Зачем вторглись в рудничную область Цзыфу? Что вам нужно? — эти люди быстро окружили их.

— Это Е Фань и тот злобный пёс, — кто-то из них изменился в лице и сразу же узнал их.

Е Фань не показывался больше полугода, но внешний мир его не забыл, и все гадали, куда он пропал.

Многие уже считали, что его убили Мир людей и Преисподняя, и не ожидали встретить его здесь снова.

— Ты положил глаз на наши рудники истока? — ледяным взором сверкнул один из них.

— Зовите верховного старейшину, — другой подал знак и велел одному ученику бежать с донесением.

Лицо Е Фаня дрогнуло. Место это было безлюдным, и это явно был древний рудник святой земли за пределами Запретной земли Начала. Если их перехватит верховный старейшина святой земли, лучше места, чтобы убить и замести следы, не найти.

— Бах!

Е Фань нанёс удар первым. Его скорость достигла предела, и он, словно луч света, метнулся вперёд и тут же схватил того ученика, что уже улетел было прочь.

— Ты... что это значит? — остальные сразу перепугались.

Большой чёрный пёс, действуя с полуслова, раскидал все принадлежности для узоров и запечатал эту область, так что никто не смог бежать.

— Всех убить? — Ли Хэйшуй показал жест перерезанного горла, и от него повеяло аурой смерти.

— Оставь. Сотрём им память и быстро уйдём, — Е Фаню не хотелось убивать невинных. Он обыскал их божественное сознание и получил кое-какие полезные сведения, а затем стёр связанные с этим воспоминания.

— Раз хотели натравить на нас своего верховного старейшину, надо было всех истребить, — оскалился большой чёрный пёс.

— Если пропадут люди, будут большие неприятности. Всё же это их древняя рудничная область, — покачал головой Е Фань, а затем улыбнулся. — У них тут есть партия драгоценных камней истока, которую собираются вывозить. Вот это уже хорошая новость.

Чтобы нанимать древние божественные царства убийц для расправы с наследниками святых земель, требовались горы истока. Е Фань как раз ломал голову, где их взять, и тут же загорелся.

Надобно признать, охрана в этой древней рудничной области была очень строгой. Хотя это был отдалённый участок, а не центральная божественная рудная зона, повсюду были начертаны сложные узоры. Однако с помощью большого чёрного пса они шли как по ровному месту.

Впрочем, Е Фань и сам теперь мог пройти через половину таких областей, потому что и впрямь поднял искусство «Син» на очень высокий уровень.

— Эти камни истока — да это же целая гора!

Они прокрались в запретную зону и тихо наблюдали из укрытия. Впереди бесчисленные камни истока были сложены в целую гору.

— Не эти камни. Там другая партия, редчайшая, её не так много! — Е Фань уставился на хранилище истока неподалёку, чувствуя сильное дыхание Начала.

Большой чёрный пёс достал нефритовую платформу. На этом месте нельзя было задерживаться. Ограбив, нужно было сразу бежать, иначе грозила смертельная опасность.

Проникнуть сюда удалось, во-первых, потому что они ошиблись при переносе, а во-вторых, потому что мало кто мог сравниться с Чёрным императором в искусстве даосских узоров. Всю дорогу он разгадывал и обходил смертельные ловушки и в конце концов успешно пробрался внутрь.

— Это хранилище истока открыть непросто. Давай просто унесём его целиком и прямо с ним пересечём пустоту! — возбуждённо предложил большой чёрный пёс.

— Дон!

С громовым раскатом засиял ослепительный свет. Они подхватили это хранилище истока и унесли его сквозь пустоту.

Ученики Цзыфу остолбенели. Они никогда ещё не видели таких наглых грабителей — чтобы утащили целое хранилище истока!

Даже Тринадцать великих разбойников не заходили так далеко.

— Беда! На нас напали великие разбойники!

— Включить все узоры! Не дать им пересечь пустоту!

В рудничной области Цзыфу поднялся хаос. Но это место было довольно отдалённым, до жилищ верховных старейшин было далеко, и мастера высшего уровня не могли прибыть в первый же миг.

— Чтоб его! Что это за лютый великий разбойник, который утащил целое хранилище истока? Слыхано ли такое! — сыпали проклятиями практикующие Цзыфу.

Но всё было уже поздно. Е Фань и его спутники были уже в сотне тысяч ли оттуда, далеко за пределами древних рудничных областей святых земель.

— Дон!, Бах!, Грохот!

Е Фань и остальные потратили немало времени, чтобы вскрыть это хранилище. Оно было построено из очень прочного материала, но теперь обратилось в пыль.

Внутри лежало полтора десятка камней истока, и все они были пропитаны густым дыханием Начала. Сразу было видно, что это партия чрезвычайно ценного сырья.

Е Фань без лишних церемоний прямо на месте расколотил их. Когда полтора десятка камней треснули, из семи или восьми в небо ударил ослепительный свет.

— Божественный исток! Они наткнулись на божественный рудник и, похоже, уже догадались об этом, поэтому запечатали его. Никто не думал, что это обернётся нам на пользу, — разволновался Ли Хэйшуй.

Когда всё очистили, оказалось, что все куски божественного истока вместе стоят два миллиона триста тысяч цзиней чистого истока¹. Это было целое состояние.

¹ Два миллиона триста тысяч цзиней чистого истока (源, юань) — около тысячи ста пятидесяти тонн.

— Можно убить ещё одного наследника святой земли, — улыбнулся Е Фань.

— Готов поклясться, наследник Цзыфу давно уже так же поступил с тобой, — заметил большой чёрный пёс.

Е Фань кивнул. Они уже обсуждали это раньше: среди наследников святых земель именно наследник Цзыфу стоял одним из первых в списке тех, кто мог нанять Мир людей.

— А теперь на их же собственный исток нанять древние божественные царства убийц, чтобы они убили их самих, — вот уж поистине славная мысль! — расхохотался Ли Хэйшуй.

— Мир людей и Преисподняя столько лет затаивались, и их сила, должно быть, возросла до ужасающих пределов. Они посмели бросить вызов даже святому мужу нынешнего века, а значит, у них есть опора, которую трудно даже вообразить, — предостерёг большой чёрный пёс.

В тот же день Е Фань и его спутники пересекли пустоту и вошли в Божественный город. Они не хотели с ходу вторгаться в род Цзян и намеревались попросить Ли Хэйшуя связаться с Тринадцатым великим разбойником Цзян И, чтобы через него отыскать маленькую Тинтин.

— Хорошо, я пойду найду Цзян Хуайжэня и попрошу его деда выйти, — Ли Хэйшуй ушёл.

Снова ступить в Божественный город — всё здесь было и чужим, и знакомым. Слишком много всего здесь произошло: великая битва на камнях, сломанное проклятие, противостояние небесному испытанию...

Незаметно минуло больше года, и он вернулся назад. Когда он появился в сопровождении огромного чёрного пса и маленькой девочки, вокруг сразу поднялся переполох.

— Святое тело не умерло! Оно вернулось!

— Увы... Тот, кто в будущем мог соперничать с Великим императором древности, — и такая горькая судьба. Сам отсек культивацию... Как прискорбно!

— Не факт, что его культивация пропала. Очень может быть, что это дымовая завеса. Сейчас во внешнем мире ходит много разных слухов.

— Разве Мир людей и Преисподняя не выпустили приказ об обязательном убийстве? Прошло уже больше полугода, а он всё ещё цел и невредим. Вот уж поразительно!

В Божественном городе многие знали его. Е Фань был здесь слишком знаменит в прошлом, и остаться незамеченным было невозможно.

К тому же это было его первое появление перед людьми после более чем полугода молчания, и оно знаменовало возвращение святого тела!

Многие обсуждали это. Огромная толпа обступила его, все держались очень оживлённо, и взгляды у всех горели.

— Брат Е, ты пришёл играть на камнях?

— Какая сейчас игра на камнях, брат Е! Кто посмеет с ним состязаться? Он, конечно, прибыл на Собрание Нефритового озера — оно скоро начнётся.

— Брат Гуфэн, говорят, ты убил наследника и святую деву несравненной школы Чжунчжоу. Это правда? — некоторые по привычке называли его прежним именем.

— Ты победил наследника Жестокого императора Хуа Юньфэя — мы были потрясены. А теперь ты и впрямь отсек свою культивацию?

— Ясно же! Брат Е пришёл навестить несравненного божественного правителя.

...

Горячность этих людей слегка утомляла Е Фаня, но он извлёк из их разговоров много полезных сведений.

Оказалось, что Собрание Нефритового озера должно вот-вот начаться. Никто не думал, что оно будет откладываться так долго, и ему и впрямь хотелось пойти и посмотреть.

Когда настала ночь, Е Фань погладил маленькую Наньнань по голове, оставил её на попечение большого чёрного пса и растворился в темноте.

Он применил искусство «Син» и, словно лёгкий дымок, проскользнул по текучему, как вода, ночному небу и достиг Храма желаний.

Внизу спокойно светилось озеро, источая в ночи мягкое сияние. В небесах сверкали бесчисленные звёзды, и от этого лучезарного света парящие в воздухе яшмовые терема казались ещё более неземными.

Тихо пели струнные и бамбуковые флейты, и нежно звучал цитры. Здесь всё было пропитано миром и покоем, и отовсюду доносились смех и весёлые голоса. Храм желаний процветал и был одним из трёх знаменитых мест ветра и луны Божественного города.

Практикующие, что могли входить сюда, все были с известным именем, и обычные люди проникнуть сюда не могли.

Придя сюда, Е Фань не был спокоен душой. Он шёл увидеться с Ань Мяои не только потому, что и без того должен был с ней встретиться, но и потому, что хотел выяснить одно обстоятельство.

Была ли связана с этой женщиной наследница Жестокого императора?

Некогда Ань Мяои предостерегала его, чтобы он не ходил в поле Дао Жестокого императора за священным предметом. Ясно было, что она знала, что должно случиться.

Позже Е Фань отправился далеко на юг, и вскоре разнеслась весть, что молодое поколение едва не полегло там целиком. Почти все были на волосок от гибели в поле Дао Жестокого.

Была ли она как-то связана с Хуа Юньфэем? Е Фань этого не знал. Он большими шагами вошёл в Храм желаний и велел доложить о себе, желая увидеть эту женщину, что звалась самой прекрасной в Восточных землях.

Остановившись у входа во дворец Ань Мяои, он не стал входить. Все служанки знали его и понимали, что у него глубокая дружба с будущей настоятельницей.

Из дворца доносился ледяной мужской голос:

— Так значит, явилось это святое тело. Да что он из себя представляет? Пусть уходит обратно. Пока я здесь, для него нет места!

Вскоре вышла служанка и пригласила Е Фаня войти. Он улыбнулся и большими шагами направился внутрь, желая поглядеть, что за человек там сидит.

Дворец был всё тот же, окутанный мягким лунным сиянием, внутри клубились облака и туман, словно в чертогах бессмертных.

Е Фань вошёл в знакомый зал и сразу же увидел Ань Мяои. Она, как и прежде, была несравненной красоты, словно сошедшая в мир фея Лунного дворца.

Ань Мяои поднялась навстречу — стройная, грациозная. Её ледяная кожа и нефритовые кости сияли пленительной красотой, а плоть была прозрачно-белой, словно слоновая кость.

На её лице играла тёплая улыбка, зубы блестели, алые губы были свежи, а взор был подобен осенним водам. В её совершенной внешности не было ни единого изъяна.

— Приветствую бессмертную Ань, — улыбнулся Е Фань.

Ань Мяои пригласила его сесть. Е Фань окинул взглядом двоих гостей. Один был ему знаком — то был юный царь Чжунчжоу Ван Чунсяо, который пристально его разглядывал.

Другой был молод, выглядел героически, но держался весьма надменно. Скользнув по Е Фаню взглядом, он произнёс:

— Мы с бессмертной Ань заранее договорились о встрече. Ты зачем сюда явился? Для тебя здесь нет места!

Ань Мяои с лёгкой улыбкой покачала головой и, налив для Е Фаня чай, изящными словами постаралась сгладить обстановку, явно не желая, чтобы разговор слишком накалился.

— Кто это? — спросил Е Фань.

Ван Чунсяо, державшийся очень холодно, в этот миг всё же представил его. Этот человек имел очень крупное происхождение: он был младшим братом знаменитых Близнецов-царей Чжунчжоу, и звали его Гао Линьфэн.

— Близнецы-цари Чжунчжоу — те двое старых царей, что были убиты несравненным божественным правителем? — уточнил Е Фань.

Ван Чунсяо, казалось, весьма опасался этой темы и ответил:

— Среди их потомков снова родились Близнецы-цари.

— Я слышал, ты снова стал никчёмным телом, а всё же смеешь разгуливать повсюду. Как ты дерзок! Не боишься, что тебя прикончат? — ледяным голосом проговорил Гао Линьфэн.

Его предки были убиты несравненным божественным правителем, и, зная, что тот оказал Е Фаню великую милость, он питал к нему лютую вражду.

— Ты слишком много печёшься обо мне, — легонько улыбнулся Е Фань.

Лицо Гао Линьфэна сразу помрачнело.

— Старина Ван, выведи его прочь! Я не желаю видеть здесь никчёмного калеку.

— Слова у тебя, однако, громкие. Ты уверен, что хочешь выставить меня? — Е Фань уставился на него.

— Сегодня я пригласил друзей. Такой полуживой человек, как ты, не достоин здесь сидеть, — холодно произнёс Гао Линьфэн.

— Достоин я бывать здесь или нет — тебе ли судить? — покосился на него Е Фань и добавил: — Ты что, нарочно меня провоцируешь? Хочешь отомстить за двух своих предков?

— Не вынуждай меня убить тебя! — зловеще процедил Гао Линьфэн.

Ван Чунсяо хотел было что-то сказать, но в конце концов промолчал.

— Будь здесь твои братья и скажи они мне такое — ещё куда ни шло. Но чтобы ты... — холодно усмехнулся Е Фань.

— Шлёп!

Он вдруг нанёс удар. Применив искусство «Син», он двигался быстрее призрака, и защититься было невозможно!

Одной пощёчиной Е Фань отправил Гао Линьфэна в полёт, и тот, проломив стену дворца, вылетел наружу.

— Твои братья уже здесь? Если они прибыли, приведи их выпить со мной чаю. А ты — чем дальше отойдёшь, тем лучше!