Вновь обезглавливая наследника святой земли
Е Фань размахнулся священным мечом Инь-Ян и зарубил наследника Цзыфу. Голова и божественное сознание обратились в пепел, и лишь безголовое тело извергало фонтаны крови.
Жизнь наследника святой земли оборвалась. Тот, кто с большой вероятностью мог бы стать несравненным святым повелителем, сегодня достиг конца своего пути и превратился в пыль истории.
Можно было предвидеть, что скоро разразится великая смута. Это был первый наследник святой земли, павший в Восточных землях за последние годы, и это непременно вызовет грандиозную бурю!
Гнилая деревянная колотушка на вид не имела ни малейших достоинств. На ней виднелись следы, источенные насекомыми, и она почти сгнила, ничуть не походя на оружие. Брось её на землю — никто бы не поднял.
Но именно этот невзрачный, трухлявый деревянный молот мог испускать свет Хаоса и оставил трещину даже на священном мече Инь-Ян. Мощь его была чрезвычайно велика, и он многократно спасал наследника Цзыфу от гибели.
Взяв его в руку, Е Фань почувствовал, что он очень лёгок, словно держит кусок хвороста, почти невесомый, и, казалось, чуть надави — и он сломается.
— Дон!
Он с силой стукнул пальцем, и гнилая колотушка издала пустой звук, будто внутри трухлявого дерева была полость. Однако, сколько бы он ни давил, разбить её не мог — вещество было очень прочным.
— Бах!
Он взмахнул этой трухлявой колотушкой, и с лёгким у-у-м! она задрожала. В пустоте было пробито огромное чёрное отверстие, и туда устремился луч света Хаоса.
— Что это за драгоценность? Она куда мощнее меча Инь-Ян! — изумился Е Фань.
— Это точно божественное сокровище... — подскочил большой чёрный пёс, вытаращив круглые глаза, и его огромная лапа молниеносно потянулась вперёд — старая болезнь жадности снова дала о себе знать.
Е Фань, зная его повадки, всё время был настороже и, подняв руку, остановил его:
— Не хватай что попало! Быстро управляй убойным строем, нельзя упустить ни одного.
К этому времени весь этот участок земли был залит кровавым месивом, и резкий запах бил в нос. Неведомо сколько людей уже полегло, и зрелище было ужасающим — словно попали на скотобойню.
Цзян Хуайжэнь, У Чжунтянь и остальные тоже подошли и, глядя на гнилую колотушку, изумлённо цокали языками: она могла испускать свет Хаоса и крушить всё, и поистине была божественным сокровищем.
— Наследник Цзыфу мёртв...
Лю Коу и остальные чувствовали, что дело зашло слишком далеко. Это был будущий владыка целой святой земли, а Е Фань заживо разрубил его. Весть об этом вызовет великое землетрясение по всем Северным землям.
— А-а-а...
Жалобные крики продолжали доноситься. Убойный строй древнего Великого императора был несравненен в мире и превратился в зримый, вещественный гигантский жёрнов, что давил небо и землю и без конца обращал одну жизнь за другой в кровавую кашу.
— А-а-а...
Ни один не мог бежать. Древний убойный строй, словно осенний ветер, сметающий листья, каждый раз выкашивал целую толпу людей. То была поистине мясорубка.
Множество могучих мастеров — даже сверхмастера восьмой трансформации Превращения в дракона и самого её пика — не могли избегнуть смертоносного истребления узорами Великого императора древности. В кровавом месиве попадались и костяные осколки.
Среди алой крови на земле белели куски раздробленных костей. От этого зрелища волосы вставали дыбом, и невозможно было смотреть прямо.
Жестокий мир практикующих: раз началась битва, о милосердии нет и речи. Трудно сказать, кто прав, кто виноват, и нет смысла судить о правоте и ошибках — есть лишь жизнь и смерть да закон джунглей.
Е Фань двинулся вперёд и подошёл к безголовому телу наследника Цзыфу. С его спины он снял ту огромную чёрную тыкву — это тоже было тайное сокровище.
Не говоря о самой тыкве, одна лишь Вода абсолютного Инь, что была внутри, стоила целого состояния. То была мёртвая вода, что могла растворить даже плоть святого повелителя, и никто не смел к ней прикасаться.
— О! Эта гнилая колотушка... похоже, она и есть затычка от этой большой тыквы! — острый глаз Цзян Хуайжэня сразу заметил несоответствие.
Е Фань вставил рукоять гнилой колотушки в горлышко, и она вошла точь-в-точь, как раз заткнув отверстие. Головка молота и горлышко тыквы слились в одно целое.
— Вот это судьба! Это точно божественное сокровище! Даже затычка может испускать свет Хаоса — такая ужасная! А сама тыква — можно только вообразить! — большой чёрный пёс встал на задние лапы, и в его глазах загорелся злобный огонёк. Он опять готов был грабить.
— Пёс смердячий, можешь ты хоть немного угомониться? — покосился на него Е Фань.
Все были потрясены в душе. Эта чёрная тыква, без сомнений, имела огромное происхождение. Если даже затычка была так ужасна, то что уж говорить о самой тыкве.
— Этот юнец из Цзыфу, возможно, добыл эту тыкву совсем недавно и просто транжирил божественное достояние, используя затычку как оружие. Он совершенно не понимал её истинной ценности! — сказал большой чёрный пёс.
Они ещё немного повозились с ней, но так и не обнаружили, как применять чёрную тыкву. Она была прочнее божественного железа, и даже золотой палец Е Фаня не мог её пробить.
— Вода абсолютного Инь хоть и стоит целого состояния, но по сравнению с чёрной тыквой она не стоит и волоска. Использовать её для хранения воды — пустая трата.
— А-а-а...
Жалобные крики раздавались один за другим. К этому времени в живых почти никого не осталось — всех изрубило в кровавое месиво. Всё было алым-ало, жутко-прекрасным и кровавым. Уцелело чуть больше десятка человек.
Е Фань был совершенно спокоен, и в его глазах не было ни ряби. Он тихо взирал на всё это. Пока он не наносил удара — он ничего не предпринимал, но уж если решался, то действовал именно так — твёрдо и непоколебимо.
— Жаль, что вошли только двое наследников... — он искал местонахождение наследника Ваньчу.
Выжившие не обязательно были самыми сильными. Убойный строй Безначального был неполным — лишь один его угол. В одних местах убийственная сила была ужасающей до предела, в других — относительно слабее.
— Там!
В глазах Е Фаня мелькнул свет, и он стремительно бросился вперёд, остановившись перед кучей трупов. Там лежал человек, весь в крови, с головы до ног затопленный алой водой, без движения. Он был ледяным и не подавал признаков жизни.
Он смешался с кровавым месивом и был погребён под ним. Будь здесь кто другой, он бы ни за что не почуял его и решил бы, что это давно мёртвое тело.
Но Е Фань, развивший божественные глаза, с одного взгляда пронзил истину: тот был жив, и его жизненный исток был очень силён, излучая ослепительный свет, и вовсе не угас.
Наследник Ваньчу притворялся мёртвым, чтобы избегнуть этой беды. Но он был вынужден пойти на это — его довели до такого состояния.
Е Фань налетел, словно призрак, беззвучно и бесшумно. Размахнувшись священным мечом Инь-Ян, он, словно дикий дракон, рассёк воздух сверху вниз, и толстенный луч меча сомкнулся с чёрными тучами в небесах!
— Вшух!
Наследник Ваньчу превратился в луч сине-зелёного света и, словно вспышка, взмыл вверх, уходя от удара. Земля была рассечена, и в ней зияла чёрная, бездонная расселина!
— Друг Е, между нами вышло недоразумение, — заговорил наследник Ваньчу, пытаясь что-то сказать. Но Е Фань уже привёл в действие искусство «Цзе» и, размахнувшись священным мечом, рассёк воздух вперёд, не давая ему ни единого шанса.
— Чжэн!
Этот удар рассёк само высокое небо. Бескрайние чёрные тучи рассеялись, и бесчисленное звёздное сияние водопадом хлынуло вниз — сотни тысяч лучей, белёсых и безбрежных, свесились с небес.
Наследник Ваньчу изменился в лице. Он ощутил потрясающую остроту, словно лезвие приставлено к горлу, и дыхание смерти разлилось вокруг. Ему было не под силу противостоять!
Но внутри убойного строя Безначального он не мог бежать: один неверный шаг — и он погиб бы и телом, и духом. Ему оставалось лишь встретить грудью этот луч меча, толщиной с горный пик.
Искусство «Цзе» сработало, и боевая мощь возросла десятикратно. То было дыхание полного уничтожения, что крушило всё на своём пути. Священный меч Инь-Ян засиял, словно солнце.
— Чпок!
Ладонь наследника Ваньчу засветилась хрустальным блеском, и кровавый луч ударил наружу. Он открыл жутко-прекрасную кровавую шкатулку, и кровь окрасила ночное небо. Казалось, пробудился лютый дух далёкой древности, готовый уничтожить всё сущее.
Демоническая кровавая шкатулка!
В прежние годы один Небесный демон из собственной демонической божественной крови создал оружие в жертву потомкам. Убойная сила его была ни с чем не сравнима, и кровь Небесного демона могла растворить любого противника.
— Бах!
Этот удар Е Фаня обладал чудовищной силой. Столкнувшись с кровавым светом, он на месте отшвырнул наследника Ваньчу прочь, и тот выплюнул кровь полным ртом.
Когда десятикратная боевая мощь выходила наружу, кто в мире, из одного поколения, мог с ней спорить?
Это было всё равно что десять наследников святой земли разом напали на одного наследника Ваньчу. Внутри убойного строя Безначального он не мог уклониться, и пусть его приёмы шли против небес, он не мог им противостоять и тут же понёс тяжёлый урон.
Однако и Е Фань в душе похолодел и отступил большими шагами. Священный меч Инь-Ян в его руке был залит демонической кровью, и трещины на нём стремительно расширялись.
— Хрясь!
Священный меч Инь-Ян переломился, полностью разрушенный Демонической кровавой шкатулкой.
Е Фань весь засиял ослепительным золотым светом, не давая демонической божественной крови коснуться себя. Он выхватил гнилую колотушку и с силой ударил, разгоняя бескрайний кровавый свет.
— Легендарная драгоценная шкатулка, выкованная несравненным Небесным демоном! Её обязательно нужно добыть! — громко закричал сзади большой чёрный пёс.
Е Фань взмахнул гнилой колотушкой, и ужасающий луч света Хаоса вырвался вперёд, целя в наследника Ваньчу, и пробил в пустоте чёрную дыру.
— Грохот!
Демоническая кровавая шкатулка была меньше трёх цуней в длину, но вмещала в себя бескрайнее кровавое море. В этот миг из неё вырвались безбрежные волны и почти затопили весь этот участок мира.
— Чи!
Гнилой колотушкой Е Фань пробил чёрную дыру и увёл туда бескрайнее кровавое море, а затем выстрелил лучом божественного света Хаоса в наследника Ваньчу.
Они стремительно сошлись в великой битве. Убойный строй Безначального действовал, и наследник Ваньчу с каждым шагом замирал от страха и не мог сосредоточиться.
— Грохот!
Е Фань снова успешно запустил искусство «Цзе». Гнилая колотушка в его руке засияла ослепительным светом, словно обрела жизнь, и выстрелила широким потоком света Хаоса.
То была ужасающая, пугающая сцена. Чёрное ночное небо без конца обваливалось, и в нём возникали одна за другой чёрные дыры. Наследник Ваньчу закричал и выставил Демоническую кровавую шкатулку, чтобы защититься.
Но когда десятикратная боевая мощь взвилась, она стала чересчур ужасной и крушила всё. Всё кровавое море было выпарено досуха, и всё было уничтожено!
Внутри убойного строя Безначального наследник Ваньчу не мог уклониться, и ему оставалось лишь принимать удар. С глухим бах! его отшвырнуло прочь лучом света Хаоса, и тело его пошло трещинами.
— У-у-м!
Е Фань применил искусство «Син» и, словно луч света, бросился вперёд. За короткое время, пока действовала десятикратная боевая мощь, он без остановки наносил удары, яростные и несравненные.
— Плюх!
Наследник Ваньчу выплюнул кровь полным ртом. Луч света Хаоса снова поразил его, и большая часть костей во всём теле переломалась. Он закричал:
— Ты не можешь...
— Грохот!
Е Фань не дал ему договорить. Десятикратная боевая мощь взревела, гнилая колотушка разбила пустоту и отшвырнула его прочь, и он едва не обратился в кровавую кашу.
— Ты... — захлёбывался кровью наследник Ваньчу.
— Дон!
Гнилой колотушкой Е Фань прижал Демоническую кровавую шкатулку, и свет Хаоса сковал бескрайнее кровавое море. Два оружия слиплись вместе.
В этот миг боевая мощь, рождённая искусством «Цзе», исчезла. Но и наследник Ваньчу был уже на последнем издыхании и изо всех сил пытался сопротивляться.
— Бах!
Е Фань выбросил вперёд золотую длань, и дыхание полного уничтожения сотряслось в воздухе.
— Хрясь!
Рука наследника Ваньчу переломилась, а затем проломилась и грудь — его плоть приняла на себя удар золотой ладони!
— Плюх!
Физическая оболочка святого тела была чересчур могучей. Ладонь, подобная золотому жёрнову, тяжело впечаталась в тело наследника Ваньчу, и оно прямо на месте разлетелось на куски.
Изначальная душа наследника Ваньчу вырвалась наружу и хотела бежать. Но из золотого озерца в межбровье Е Фаня соткался золотой треножник, пронёсся вперёд и разбил её вдребезги.
Ещё один наследник святой земли Восточных земель пал. Будущий владыка Ваньчу был так стёрт с лица земли и отныне стал лишь дымкой истории, перестав существовать.
За один день Е Фань убил двух наследников святых земель. Этого было довольно, чтобы потрясти всю Поднебесную. А вместе с ними он уничтожил стольких могучих мастеров, вырезав всех до единого, и всюду лежало кровавое месиво. Это вызовет волны, вздымающиеся до небес.
— Где же Яо Си? Где наследник Даянь — Сян Ифэй? Они ведь тоже пришли... — он слегка нахмурился.