Кровь заливает Драконье гнездо
В тот год, впервые увидев киноварно-красный древний гроб, Е Фань покрылся мурашками от ужаса. Теперь же, услышав, как Божественная обезьяна рассказывает о тайнах древних рас, он и вовсе содрогнулся.
У древних рас вовсе не было обычая погребения в гробах. Откуда же здесь взялся этот большой киноварно-красный гроб?
Судя по его положению, он находился в самом центре Гнезда десяти тысяч драконов, где драконьи эманации были самыми сильными, и десятки тысяч драконов вились вокруг, ослепительно сияя. Гроб был погребён под грудой кусков божественного истока.
Верх тайны, исчерпывающий все превращения неба и земли!
Так ощущал Е Фань. Место это было чересчур необычайным, невыразимым словами, и древний гроб был совершенно непостижим.
Каждый испытывал наваждение, что сейчас погибнет и телом, и духом. Кости и плоть во всём теле издавали хруст, и всё это — лишь из-за существования этого древнего гроба!
— Р-р-р-ау!
Одно существо древней эпохи бросилось в атаку. Девять слоёв Области истинных демонов были неразрешимы: два полу-великих мастера были обездвижены, и вперёд выбросилась огромная когтистая лапа, сверкающая ледяным блеском.
— Вжух!
Ужасающее древнее существо снесло черепную крышку одному из полу-великих мастеров, а затем, словно выпивая соевый творог, одним глотком всосало его мозг.
— Плюх!
Кровь хлынула фонтаном. Это древнее существо разорвало другого полу-великого мастера надвое, а затем схватило окровавленную руку и сунуло себе в пасть.
— Хрясь!
Раздался звук перемалываемых зубами плоти и костей. Услышав его, люди покрывались мурашками. Из уголков его рта текла кровь, а плоть и кости были пережёваны в кашу.
— Слишком уж свирепо! — даже большого чёрного пса пробрала жуть, и его густая, длинная чёрная шерсть вся встала дыбом, и он стал похож на огромного дикобраза.
— Бах!
Святой повелитель рода Цзи прилетел по воздуху. Словно небесный бог, он был неземным и отстранённым. Длинные одежды развевались, чёрные волосы летели по ветру, а взор был остр и пронзителен. Над его головой парило древнее зеркало, исторгая сияние в десять тысяч чжанов¹ и выстреливая ослепительной божественной радугой, что ударила прямо в это ужасающее существо.
¹ Чжан (丈) — китайская мера длины, около 3,3 м.
— Р-р-р...
Это существо древней эпохи отшвырнуло окровавленную руку, что держало в пасти, издало рык, и из его глаз ударили два пурпурных луча, устремлённые прямо в древнее зеркало. Они были ослепительны и ужасны.
— Плюх!
Кровь брызнула фонтаном. Божественный свет, что извергло древнее зеркало, пробил это существо древней эпохи насквозь, и оно разлетелось на куски. Из его громадного тела хлынуло много крови, и оно издохло на земле.
Святой повелитель рода Цзи стоял в пустоте. Древнее зеркало над его головой тонуло и всплывало, и божественное величие его было грозным. Чёрные волосы развевались, а взор был подобен электрическому лучу и устрашал до глубины души.
Сердце Е Фаня сжалось от страха. Высший повелитель святой земли и впрямь был бездонно глубок и неизмерим и на целую голову превосходил остальных!
Только что он воочию видел свирепую мощь того древнего существа, что разорвало и сожрало двух полу-великих мастеров. А святой повелитель рода Цзи одним ударом прикончил его.
С громовым рыком другое древнее существо бросилось вперёд. Нижняя половина его была змеиным туловищем, покрытым пурпурной чешуёй, а верхняя — человеческим торсом с тремя головами и шестью руками. Шесть рук его взметнулись и разнесли пустоту вдребезги, породив чёрную дыру, что поглотила святого повелителя рода Цзи.
— Грохот!
Огромная нога вступила в чёрную дыру и ударом обрушила её, так что та исчезла в воздухе. Чёрные волосы святого повелителя рода Цзи развевались, и он выбросил огромную длань, разбив это древнее существо на куски, и кровь брызнула фонтаном.
— Вот он — высший повелитель святой земли! Убить обычного великого мастера ему совсем не трудно. Хоть они и в одном тайном царстве, но разница между ними — как между небом и землёй! — пробрала дрожь большого чёрного пса.
— Пёс смердячий, скорее выставляй шахматные узоры! Уходим отсюда! — Е Фань не желал оставаться здесь и мгновения. Это место было подобно вратам преисподней, и демоны без конца вырывались оттуда.
Эти древние существа были одно другого пугающе грозны и посмели сожрать даже полу-великих мастеров. Кровь залила это место алым.
— Подожди ещё! Может, нам перепадёт большая добыча! — у большого чёрного пса снова разыгралась старая болезнь жадности. Уставившись на огромные куски божественного истока внутри Гнезда десяти тысяч драконов, он утирал слюну.
— А-а-а...
По другую сторону несколько верховных старейшин пытались прорваться, но были жестоко убиты полутора десятками существ древней эпохи. Кровь брызгала во все стороны, и наружу вылетали белые как снег кости.
Многих живьём разносило на куски, и костяные осколки вместе с мозгами разлетались повсюду. То было поистине поле князя смерти — до крайности кровавое и ужасающее.
— Грохот!
Божественный огонь сиял ослепительным блеском и лился потоком вниз, затапливая дорогу впереди. Святой повелитель рода Цзян вступил в дело. Над его головой висел божественный очаг. Крышка его открылась, и пламя хлынуло, словно звёздная река.
Несколько могучих древних существ жалобно завопили. Двое из них были сожжены в пепел, а тела ещё троих, накрытые божественным светом, пошли трещинами, и они полегли прямо в проходе.
— Скорее! Открывайте врата! — громогласно закричал кто-то. Положение было чересчур опасным, и нужно было немедленно уходить, иначе все могли умереть здесь.
Кое-кто уже достал нефритовую платформу, но не было возможности запустить узоры, потому что одно невероятно могучее существо разрушило всё.
Он был подобен божеству — столь же могуч и воинственен. Окутанный божественным кольцом, с длинными пурпурными волосами, что закрывали большую часть лица, он позволял видеть лишь пару пурпурных глаз, острых, словно ножи.
У него не было рук, а лишь пара золотых божественных крыльев, что казались вылитыми из божественного металла. Нижняя половина его тела была змеиной, длиной в полтора десятка метров, и золотая чешуя сияла. Он летел по воздуху быстрее молнии.
— Р-р-р!
Одного лишь рыка этого существа древней эпохи хватило, чтобы все нефритовые платформы обратились в пыль, уничтоженные незримой волей к убийству.
Аура, что он источал, была пугающе грозной. Несколько верховных старейшин рода Фэн, объединившись, пытались противостоять ему, но все они были придавлены так, что не могли и шевельнуться.
— Бах!
Он метнулся вперёд, словно молния. Божественное пламя вздымалось до небес, и те несколько верховных старейшин прямо на месте разорвались на куски и обратились в кровавую кашу, умерев на месте.
— Хм!
Святой повелитель рода Фэн вступил в дело. Взор его был ледяным, чёрные волосы — в беспорядке, а от могучей, величественной фигуры разило бескрайней аурой смерти. Над его головой висела диаграмма Восьми триграмм, что давила вниз.
— Грохот!
Ужасающее великое противостояние! Он сошёлся в смертельной схватке с этим существом древней эпохи, что было подобно божеству. Яростная битва бушевала, и многие драконьи пещеры обрушились.
Рядом некоторые верховные старейшины человеческой расы и некоторые древние существа гибли и телом, и духом. Стоило им попасть в гущу схватки, как их поглощали чёрные дыры, что порождали эти двое.
Все пытались прорваться. Но на пути назад, в один ряд, стояли три могучих древних существа, заслоняя дорогу. Все они с головы до ног исторгали божественный свет.
Повелитель Яогуан, дядя императора древней Хуа и Царь Войны из Южного хребта — все они исторгали драконье кровавое сияние, и чистая энергия в них бурлила. Они бились не на жизнь, а на смерть с этими древними существами.
Чёрный древний треножник, золотая огромная алебарда и зелёная древняя башня исторгали волны божественной силы, вздымающиеся до небес, и крушили пустоту. Но они не могли заставить Гнездо десяти тысяч драконов обрушиться и проложить себе путь.
Три существа древней эпохи, подобные божествам, свешивали вниз десятки тысяч шёлковых нитей, в которых вились тонкие пряди энергии Хаоса. Несколько полу-великих мастеров, что хотели прийти на подмогу, были прямо на месте разнесены ими вдребезги!
— Р-р-р...
И снова раздался громовой рык. Ещё более могучее существо древней эпохи вырвалось наружу. Всё его тело было покрыто пурпурной чешуёй, и оно, словно пурпурная молния, в мгновение ока оказалось здесь.
— Плюх!
Оно пронеслось вперёд и одного за другим разорвало в клочья семерых верховных старейшин из Цзыфу, Ваньчу и рода Цзян. Куски плоти и костные осколки брызнули во все стороны, и кровь лилась рекой.
— Грохот!
Одновременно все нефритовые платформы снова разлетелись вдребезги. Этот участок пустоты был скован, и оно ринулось в самое яростное поле битвы, спеша на помощь тем трём существам древней эпохи, что были подобны божествам.
— Плюх!
В его межбровье возникла чёрная дыра, и с тела повелителя Яогуан сорвало огромный кусок плоти. Оно едва не отсекло ему правую руку.
То было до крайности свирепое существо древней эпохи, уже начавшее обретать человеческий облик. Пурпурная чешуя по всему его телу сияла ослепительным блеском, и вокруг него вилась восемьдесят одна толстая нить драконьей энергии.
— Пёс смердячий! Чего ты ещё медлишь?! Скорее уходим! — в тревоге торопил Е Фань.
В этот миг битва была очень кровавой. На земле лежало множество раздробленной плоти и костных обломков, окрашенных кровавыми нитями. Полегло много могучих людей.
— Обезьяна, ты же тоже существо древней эпохи! Прокрадись по-тихому и вынеси пару бессмертных сокровищ, — подбивал большой чёрный пёс.
— Чтоб тебя!.. — Е Фань едва не выругался. Эта псина была чересчур в своём репертуаре. В такое-то время — а он всё ещё думал о божественном кладе Гнезда десяти тысяч драконов!
Божественная обезьяна тоже готова была прибить его на месте. Трупы лежали грудами, могучие мастера без конца гибли, а этот большой пёс всё ещё лелеял такие подлые замыслы. Насколько же нужно быть жадным, чтобы так себя вести!
— Хватит строить козни! Живо, сейчас же уходим! — Е Фань не мог больше сдерживаться и, скрежеща зубами, готов был живьём сожрать его.
— Сейчас редчайший случай! Столько повелителей святых земель и властелинов со всех сторон изо всех сил бьются с древними существами Гнезда десяти тысяч драконов... — глаза большого чёрного пса горели огнём, и он уставился в самую глубину.
— Чтоб его! Даже не думай об этом! Живо черти шахматные узоры! — Е Фань едва удержался, чтобы не пнуть его.
— Все древние существа, что могли выйти, уже вышли. Только царь ещё спит и не скоро проснётся! — у большого чёрного пса чуть не текли слюни.
— А-а-а...
Один великий мастер погиб. Младший соученик повелителя Яогуан, несравненный герой своего поколения, был разрублен надвое новым появившимся золотистым свирепым существом.
— Хрясь!
Его голова была разбита в кашу, и божественная мысль не успела вырваться наружу, как обратилась в летучий пепел. Все содрогнулись: пал сверхвеликий человек!
Это золотистое существо, если не считать золотой чешуи по всему телу и лишнего крокодильего хвоста, было почти точь-в-точь как человек.
Всё его тело сияло ослепительным золотым светом и яростно пылало. Он был ужасен до предела, и даже высший великий мастер не был ему соперником. Он сеял смерть средь множества властелинов.
— Плюх!
Старый глава школы Хуаньме был одной пощёчиной превращён им в кровавую кашу и погиб безвременно, даже не успев издать жалобного крика.
— Шлёп!
У этого золотистого существа древней эпохи длинные золотые волосы ниспадали до колен. С силой взмахнув ими, словно горя золотым божественным огнём, он смёл пустоту и разбил вдребезги семь-восемь человек.
— Плюх!
Он проносился, словно молния, и живьём разорвал такого властелина, как глава школы Свободных Врат. Выхватив оттуда бешено бьющееся сердце, он был свиреп и ужасен.
— Чи!
Святой повелитель рода Цзи столкнулся с ним. Древнее зеркало, что висело над его головой, выстрелило ослепительным радужным лучом, разрушая пространство и пробивая всё насквозь.
— Грохот!
Это ужасающее существо подняло руку, чтобы преградить удар. Всё его тело было словно вылито из золота, и свет его сиял ослепительно. Он разбил радужный луч и голой рукой остановил его.
Даже могучий святой повелитель рода Цзи слегка уступал ему. Древнее зеркало крушило пустоту, но почти не могло ранить это золотистое ужасающее существо. Двое бились не на жизнь, а на смерть и превратились в ослепительный сгусток света.
— Гав! — завопил большой чёрный пёс и, вывалив длинный язык, закатил глаза. Е Фань сдавил его так, что он едва не задохнулся.
— Чтоб его! Этот император всего-то и хотел, что прихватить по пути пару бессмертных сокровищ. Разве это так трудно?! — кипел он от возмущения.
Сейчас они не подвергались атакам лишь благодаря тому, что обезьяна на языке древней эпохи переговаривалась с этими древними существами.
Е Фань окончательно смирился. С таким вот бесподобным псом ничего нельзя было поделать: стоило ему увидеть сокровище — и он уже не мог сдвинуться с места!
— Обезьяна, у тебя точно есть шанс! Войди и вынеси пару бессмертных сокровищ. Кроме сокровищ древних существ, может, удастся найти и бессмертные предметы, оставленные истинным драконом! — большой чёрный пёс был точно дохлая свинья, что не боится кипятка.
— Хватит болтать! Живо уходим! — Е Фань весь покрылся чёрными тучами. План был хорош: загнать кучу могучих людей в ловушку.
Но этот пёс был переменной величиной и отчаянно не желал подчиняться. Его старая болезнь жадности разыгралась снова, и он мог погубить их самих.
— Этот император не так уж и жаден. Я только и хочу, что вынести тот большой киноварный гроб, а заодно поймать истинное драконье бессмертное снадобье, — оскалился большой чёрный пёс.
— Чтоб его... — лицо Е Фаня почти позеленело, и он почувствовал, что эта псина и впрямь может их угробить.
— Идём! Пока Гнездо десяти тысяч драконов опустело, мы разграбим логово древних существ! — большой чёрный пёс рванулся вперёд и, обернувшись, добавил: — Ничего страшного! Мы в любой миг можем пересечь пустоту.
— А-а-а...
Раздался жалобный вопль, и Гнездо десяти тысяч драконов содрогнулось. Ещё один высший великий человек умер.
— Святой повелитель Ваньчу мёртв!
— Вот оно... Повелители святых земель начали гибнуть!