Собрание Десяти Тысяч Демонов
Глава 1058
Мо Хуа вместе с господином Ту ступил в Великий Дворец Десяти Тысяч Демонов, и в тот же миг на него обратились бесчисленные взгляды демонических культиваторов — одни были полны безумия, другие — ядовитой злобы.
Большинство смотрело на господина Ту, но немало взоров остановилось и на Мо Хуа.
На лицах многих отразилось замешательство: они не понимали, почему за господином Ту следует этот незнакомый и необычный юноша.
Мо Хуа обладал красивой внешностью, на нем было даосское одеяние праведной секты, а его аура была чистой и отрешенной.
Однако лоб его стягивал древний обруч из клыков и костей, придававший ему дикий, первобытный вид.
Он казался одновременно и праведным, и зловещим, и чистым, и необузданным, напоминая то ли гениального ученика праведного пути, то ли святого сына из диких земель.
Пока присутствующие гадали о его личности, в зале воцарилась тишина.
Господин Ту провел Мо Хуа к главному креслу на возвышении и сел.
У Мо Хуа места не было, поэтому он непринужденно встал рядом с ним.
Демонические культиваторы продолжали пристально изучать его, но молчали.
Наконец, культиватор с черепами на шее, казалось, что-то узнал и, широко раскрыв глаза, медленно произнес: «Господин Ту… неужели этот мальчишка — он?..»
Господин Ту кивнул: «Его зовут Мо Хуа».
При упоминании этого имени зал взорвался криками: «Мо Хуа! »
«Гений восьми великих сект, лучший мастер формирований в Регионе (Обучения) Цянь, наследник Секты Тайсюй …»
«Так это тот самый монстр!»
«Господин Ту умудрился схватить даже его? Поистине великое могущество».
Мо Хуа был озадачен: он и не подозревал, что стал настолько знаменит.
Казалось, каждый демонический культиватор ранга Золотого Ядра здесь слышал о нем и был крайне взбудоражен его появлением.
Однако это «возбуждение» не сулило ничего хорошего.
«Этот мальчишка слишком опасен, его нужно убить», — предложил один из культиваторов.
«В тот день на Конференции по Обсуждению Меча я, приняв чужой облик, видел его мастерство в формированиях своими глазами. Это было ужасающе».
«Если оставить его в живых, со временем он станет великой бедой».
«Убивать его — такая жалость. Лучше отдайте его мне, я съем его. Я пробовал на вкус многих, но еще никогда не вкушал плоти гения из Региона (Обучения) Цянь».
Красивая женщина в алых одеждах, чьи губы были ярко-красными, прикрыла рот рукой и рассмеялась: «Вы, мужланы, совсем не понимаете красоты. Зачем убивать или есть такого прелестного мальчика? Пусть лучше пойдет со мной, познает все радости страсти — это будет достойный конец жизни».
Демонический культиватор в черном одеянии усмехнулся: «Попасть в покои Секты Слияния Радостей — хуже, чем просто умереть. Этот мальчишка слишком хрупок, он не вынесет твоих истязаний».
Алая дева, не обращая внимания на его слова, жадно смотрела на Мо Хуа.
Ее глаза увлажнились, и она облизнула губы: «У него такое прекрасное лицо, как я могу его мучить? Я буду беречь его и даже позволю ему использовать себя для парной культивации, чтобы он укрепил свое тело».
В мире немало красивых мужчин, но такие, как Мо Хуа — с лицом чистым, нежным и возвышенным, словно у небожителя — встречаются редко. В нем сочетались живая человечность, торжественная божественность и легкий оттенок демонического запрета, что заставляло любого забыться при взгляде на него. Обычные люди могли этого не почувствовать, но алая дева из Секты Слияния Радостей, повидавшая бесчисленное множество людей, прекрасно понимала: подобное исключительное качество — высший дар для двойного культивирования, будь то путь «чувств» или путь «желаний», не уступающий врождённому сокровищу.
Она буквально сгорала от желания, пока другие демонические культиваторы лишь холодно усмехались.
В зале стоял шум, пока господин Ту не произнес ледяным тоном: «Тишина».
Безумные демонические культиваторы, обычно не признающие правил, мгновенно замолчали.
Как перерожденный демон и «представитель» злого бога, господин Ту обладал неоспоримым авторитетом.
«Пока не пробудился Господь Бог, никто не смеет посягать на этого мальчика, — сурово объявил господин Ту. — Любое покушение на него будет считаться мятежом против воли Бога».
Все присутствующие вздрогнули.
Хотя их желания не исчезли, им пришлось спрятать их глубоко внутри, не смея перечить.
Когда волнение улеглось, господин Ту кивнул и провозгласил: «Собрание Десяти Тысяч Демонов в честь Кровавого Жертвоприношения Пустоши объявляется открытым…»
Под руководством господина Ту демоны начали обсуждать детали Великого формирования Кровавого Жертвоприношения.
Мо Хуа стоял рядом и молча слушал.
Его море сознания было запечатано, свобода ограничена, а вокруг находилось столько врагов в величественном храме злого бога, что он не мог ничего предпринять. Господин Ту держал его на виду, но больше не обращал на него внимания.
Мо Хуа вел себя «послушно», слушая отчеты о прогрессе Великого формирования и мысленно дополняя свои расчеты и догадки о его структуре.
Одновременно он изучал происхождение присутствующих демонов.
К его удивлению, здесь были представители множества известных демонических сект.
Глубже всего в дело жертвоприношения были вовлечены Секта Десяти Тысяч Демонов и Секта Кровавого Очищения.
Структура Долины Десяти Тысяч Демонов в Горах Очищения Демонов происходила от великой Секты Десяти Тысяч Демонов, а техники поглощения крови из Секты гор Падающего Гуся — от древней Секты Кровавого Очищения.
Очевидно, господин Ту тесно сотрудничал с ними, раз использовал их наследие.
Среди присутствующих были и другие «знакомые лица»: «Секта Демонического Меча», чьи последователи служили рабами собственных клинков; «Долина Иньских Трупов», практикующая создание и закалку ходячих трупов; и «Секта тёмного Демона», выращивающая злые плоды в телах людей.
Скорее всего, именно эти секты когда-то участвовали в заговоре против его мастера.
Единственной малознакомой была Секта Слияния Радостей.
Дева в алом продолжала пожирать Мо Хуа глазами, отчего тот чувствовал себя крайне неуютно.
Особое внимание Мо Хуа привлек представитель Секты Темного Демона, культиватор ранга Золотого Ядра, который сказал: «Молодой господин занят важным делом и вернулся в секту, поручив мне присутствовать на этом собрании…»
Эти слова сбили Мо Хуа с толку.
Под «молодым господином» явно подразумевался Господин Сюань.
Но разве он не погиб в гробнице Горы Одинокой Горы?
Неужели он выжил, или этот культиватор лжет?
Мо Хуа нахмурился, чувствуя здесь какую-то тайну.
По логике вещей, тот не мог выйти из Горы Одинокой Горы живым.
Он решил запомнить это и разобраться позже.
Продолжая наблюдение, Мо Хуа перевел взгляд на тех, кто сидел наравне с господином Ту.
Таких было трое.
Один из них — предатель семьи Шангуань, культиватор ранга Превращения Перьев Шангуань Тянь.
Двое других выглядели ещё более зловеще.
Один — иссохший, похожий на старого слугу, с тяжёлым чёрным железным футляром для меча за спиной.
Другой — наполовину человек, наполовину труп: левая половина лица была человеческой, правая же — сгнившая, трупная.
Рядом с ним стоял золотой гроб, покрытый кровавыми узорами.
Оба были демоническими культиваторами ранга превращения перьев.
С момента входа в зал они полностью скрыли дыхание и не издавали ни малейшего движения, но их присутствие ощущалось как нечто крайне опасное.
Мо Хуа предположил, что их культивация далеко не ограничивается начальным рангом Превращения Перьев.
Два демонических культиватора не подавали признаков активности, и Мо Хуа лишь мельком взглянул на них, тут же отведя взгляд.
На таком ранге, тем более когда речь идёт о демонических культиваторах ранга Превращения Перьев, он не смел долго смотреть, опасаясь навлечь беду.
Эти двое, впрочем, тоже не обращали на него внимания, продолжая с закрытыми глазами взращивать дух.
Обсуждение в зале продолжалось.
После долгих переговоров разговор естественным образом перешёл к следующему этапу.
«Господин Ту…» — лысый монах с узором питона на теле сложил ладони и поклонился. — «Мы выполняем договорённости. Но надеемся, что вы не откажетесь от обещанной выгоды…»
«Наша Гора Десяти Тысяч Демонов многого не требует. Нам нужен всего один горный мир в зоне действия кровавого жертвенного формирования — истребить людей и использовать их для выращивания демонических зверей».
После его слов другие демонические культиваторы заговорили наперебой:
«Глава Секты Кровавого Очищения велел использовать целый город культиваторов для наполнения кровавого пруда. Город Туманных Вод подойдёт».
«Все трупы мы заберём в Долину Иньских трупов».
«Тела гениев нужны Секте Тёмного Демона для взращивания демонических плодов».
«В районе Горы Одинокой горы есть огромная мастерская неизвестного происхождения. После истребления города как раз можно использовать свежую кровь и плоть, чтобы в мастерской приносить жертвы и закалять демонические мечи».
«Мне нужна тысяча крепких мужчин ранга Установления Фундамента для парной культивации и кровь тысячи девственниц для моих притираний¹…»
…
После завершения Великого Формирования Кровавого Жертвенного Пустоши окрестности региона (Обучения) Цянь превратятся в сплошное море бедствий: горы, земли, люди, кровь, трупы — всё это станет первоклассным ресурсом для демонического пути.
Каждая демоническая секта желала урвать свою долю.
Именно поэтому все они согласились вступить в сговор с Господином Ту и заключить сделку с Злым Богом Великой Пустоши.
Лицо Мо Хуа оставалось спокойным, но в душе поднималось отвращение.
Стоит встать на демонический путь — и человечность исчезает, совесть утрачивается, а другие люди становятся марионетками, рабами, скотом, пищей, расходным материалом…
«Во всём этом мире зловещих демонов, идущих ложным путём, действительно нет ни одного, кто не заслуживал бы смерти».
Глядя на этих демонических главарей, Мо Хуа ощутил, как из глубины сердца поднимается необъяснимая ярость.
Жгучее намерение убивать бурлило в его груди.
Он резко изменился в лице, осознав, что в этом намерении скрыта волна неконтролируемой убийственной энергии.
Что происходит?
Отдача техники зрачков Кровавой Тюрьмы Семи Душ?
Или влияние демонической техники превращения зла Огненного Будды?
Или же он убил слишком много демонов и порождений скверны, и на нём скопилась убийственная аура?
Он не мог понять.
Но жажда убийства становилась всё сильнее, и под её влиянием зловещая аура в его взгляде сгущалась.
Эта аура даже всколыхнула карму его судьбы.
За его спиной смутно проявился причинно-следственный образ «горы трупов и моря крови», и в этом море словно готовилось явиться чудовищное порождение Дао.
Причинно-следственные образы невидимы обычному глазу, но культиваторы, изучающие небесные тайны, способны их почувствовать.
Самым чувствительным из присутствующих оказался Господин Ту.
Почувствовав ужасающую убийственную энергию, он сразу изменился в лице и обернулся к Мо Хуа.
Но прежде чем он успел что-либо разглядеть, раздался грохот, и весь зал содрогнулся.
Из золотого гроба с кровавыми узорами рядом с наполовину трупным культиватором ранга превращения перьев вырвался густой чёрный иньский туман.
Следом раздался оглушительный рёв трупа и скрежет острых когтей, царапающих крышку гроба.
Полутрупный старый демон широко раскрыл глаза и воскликнул:
«Золотой труп пробудился?!»
Не раздумывая, он превратил правую руку в гигантскую трупную руку и прижал крышку гроба.
Левой рукой он разорвал язык, обмакнул когти в густую кровь и начал выводить на гробе зловещие талисманы.
Но даже эти прежде безотказные печати очищения трупов не смогли усмирить золотого трупа.
Он продолжал реветь, биться и яростно ударять по золотому гробу.
Крышка едва удерживалась.
В этот момент, из-за внезапного потрясения и всплеска трупной ци, убийственное намерение и зловещая аура в сердце Мо Хуа полностью рассеялись.
Он поспешно отступил на шаг, отдаляясь от гроба, и собрал разум, стабилизируя своё дао-сердце.
С исчезновением ауры крови и причинно-следственный образ горы трупов и моря крови снова скрылся, а ужасающая фигура вновь затаилась в его судьбе.
Все аномалии исчезли.
Движение золотого гроба постепенно прекратилось, и золотой труп вновь погрузился в сон.
Полутрупный демон запечатал гроб и резко повернулся к Мо Хуа, его взгляд был полон потрясения и недоверия.
Аура короля трупов?!
На этом мальчишке есть след энергии повелителя десятков тысяч трупов?
И к тому же — низшего уровня, управляемый, способный к росту… идеальный источник для очищения трупов.
С трудом подавив дрожь в сердце, он вытянул иссохший палец и сказал Господину Ту:
«Этого мальчишку… я забираю».
Зрачки Господина Ту сузились.
«Мне нужен повод».
«На этом мальчишке…» — полутрупный демон замолчал, не выдав тайну короля трупов, и холодно добавил: — «есть наследие нашей Долины Иньских трупов».
Господин Ту нахмурился.
С другой стороны, старый раб меча из Врат демонического меча хрипло произнёс:
«Нет. Если его и отдавать, то только мне».
Полутрупный демон прищурился:
«Зачем он тебе?»
«На нём — утраченное наследие меча Тайсюй. Я отдам это наследие демоническому мечу, чтобы взрастить поток меча».
Полутрупный демон усмехнулся:
«Он всего лишь культиватор ранга Установления Фундамента. Как он мог освоить утраченное наследие Тайсюй?»
Раб меча холодно ответил:
«Он всего лишь ученик Тайсюй. Как он мог нести наследие твоей Долины Инь-трупов?»
Две волны демонической ци начали подниматься, сталкиваясь друг с другом.
Два культиватора ранга превращения перьев холодно смотрели друг на друга, не желая уступать.
В зале воцарилось напряжённое молчание.
Шангуань Тянь наблюдал со стороны, не вмешиваясь.
Господину Ту пришлось вмешаться.
«Я уже говорил», — хрипло произнёс он. — «Этот юноша имеет особый статус. До завершения формирования и нисхождения бога его нельзя трогать. После — решим, жить ему или умереть».
«Вы оба несёте миссию своих сект. Не разрушайте великое дело из-за мимолётного спора».
Полутрупный демон ещё раз взглянул на Мо Хуа, подавил жадность и молча кивнул.
Раб меча тоже замолчал.
Лицо Господина Ту следовало уважить.
К тому же сейчас важнее всего было завершение Великого Формирования — вопрос всего демонического пути.
Два демонических культиватора ранга превращения перьев прекратили противостояние, и напряжение спало.
После этого Собрание Десяти Тысяч Демонов подошло к концу.
Господин Ту сказал:
«Остальные дела обсудим позже».
«Сейчас главное — полностью запустить Великое формирование и превратить земли региона (Обучения) Цянь в ад, ставший колыбелью для возрождения бога».
«Когда бог явится, и безграничный страх накроет мир, демонический путь вновь поднимется».
Все демонические культиваторы поклонились, их глаза сияли кровавым светом.
«Исполним волю господина и повеление бога».
…
После окончания собрания Господин Ту лично сопроводил Мо Хуа в глубины тюрьмы Пустоши.
Он ничего не сказал, лишь напоследок ещё раз глубоко взглянул на Мо Хуа — в его глазах читалось непонимание.
Но не только ему было трудно понять происходящее.
В подземелье Пустоши Мо Хуа лежал на расстеленном одеяле, полузакрыв глаза и обдумывая события собрания.
В гробу того демона из Долины Иньских трупов действительно находился… золотой труп?
Почему он вдруг взбунтовался?
Почему этот полутрупный старый демон так настойчиво указал именно на него?
Это как-то связано с ним?
Мо Хуа нахмурился.
Из-за… короля трупов города Южного Юэ?
Но ведь король трупов уже был уничтожен.
Неужели на нём всё ещё осталась его причинность?
Где она скрыта?
Впервые Мо Хуа осознал, что причинность — куда более глубокая и сложная вещь, чем он предполагал, и что многие тайны его собственной судьбы даже он сам ещё не разгадал.
Кроме того, был и тот старый раб меча из секты Демонического Меча.
Он говорил, что хочет использовать утраченное наследие меча Тайсюй, чтобы «кормить» демонический меч.
Что же это за демонический меч?
Просто зловещий меч, техника, поток меча… или же нечто, обладающее «жизнью» и существующее за счёт пожирания чужих путей меча?
Этот раб меча выглядел безучастным, но не с самого ли начала он положил глаз на его технику превращения божественного сознания в меча Тайсюй?
Он хотел схватить его, вырвать технику и скормить её демоническому мечу?
Голова Мо Хуа разболелась.
На данный момент он столкнулся с четырьмя культиваторами ранга превращения перьев.
Шангуань Тянь хотел его убить.
Труп из Долины Иньских трупов хотел его захватить.
Раб меча из секты Демонического Меча тоже не собирался его отпускать.
Если так посчитать, то рядом с Господином Ту было даже безопаснее всего.
По крайней мере, до истинного возрождения злого бога Великой Пустоши тот не станет действовать против него.
Мо Хуа слегка выдохнул.
Но как бы то ни было, в этом Великом формировании задерживаться нельзя.
О демонических культиваторах ранга Превращения Перьев и говорить нечего — даже остальные культиваторы ранга золотого ядра из разных демонических сект были крайне опасны.
Нужно заранее строить планы, как можно скорее найти способ спасти Юй'эра и покинуть Великое формирование.
«Вот только неизвестно, где именно сейчас находится Юй'эр…»
Взгляд Мо Хуа стал сосредоточенным.
И было ещё кое-что.
По словам второго старейшины демонической секты, шамана императорского рода, существует древняя диаграмма формирования, составленная из древних узоров, добытая из бескрайней бездны, переработанная великим шаманом Великой Пустоши и позже запечатанная родом Шэньту.
Эта древняя диаграмма высечена в статуе злого бога из белых костей с человеческим лицом и бараньими рогами.
Скорее всего, эта статуя скрыта в центре Великого формирования — в божественном храме.
А древняя диаграмма внутри статуи, возможно, и есть та самая… его собственная, предназначенная для формирования золотого ядра, жизненное формирование.
___ ___ ___
1. притирания – отделочная операция механической обработки с целью подгонки связующих деталей ... но в данном случае это:
Устаревшие слово для обозначения косметических средств, веществ для втирания в кожу.
Прим.1: На столах и в ящиках видны были еще остатки румян, белил и всяких притираний, которыми молодил себя старик. Гоголь, Рим.
Прим.2: Перед зеркалом лежали булавки, щеточки, помады и всякие притирания.
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Если вы нашли ошибку или заметили другие проблемы, не стесняйтесь написать. Я всё исправлю. И не забудьте поставить лайк — чем больше лайков, тем быстрее я буду выпускать новые главы.