Древнее формирование
Глава 981
Драконью Душа была подобна попытке проглотить кусок жесткого мяса, состоящего из одних жил — его было совершенно невозможно разжевать, а горлу становилось нестерпимо больно.
Однако нынешнее Божественное Сознание Мо Хуа уже достигло ранга Золотого Ядра и восполнило чистую золотую божественную природу, что делало его силу духа разительно отличающейся от Божественного Сознания обычных культиваторов.
Оно даже поднялось на уровень выше, чем прежде.
Бушующая сила дракона неистовствовала внутри него.
Мо Хуа задействовал исток чистого золота, превратив её в могучую ци сознания.
Подобно жерновам, она начала понемногу перемалывать эту Драконью Душу, поглощая её часть за частью.
Мощная, раскалённая энергия жгла ему горло.
Сильная драконья душа пронеслась по всему его телу.
Непокорное Божественное Сознание, словно неистовый наводящий ужас дракон, металось внутри него, бросаясь то в одну, то в другую сторону.
Мо Хуа решил просто запустить Истиную Технику Превращения Божественного Сознания в Меч Тайсюй. Соединив её с формированиями, духовными техниками и божественной ци сознания чистого золота, он принялся совместно истреблять драконьи сознание внутри себя.
В мгновение ока его божественное тело целиком покрылось чистым золотом, сияя столь ослепительно, что на него невозможно было смотреть прямо.
Могучая Драконья Душа также источала пугающее давление, от которого у всей знати Великой Пустоши в главном зале онемела кожа на голове.
Спустя неизвестное количество времени аура Драконьей Души исчезла.
Мо Хуа открыл глаза, причмокнул, вспоминая вкус, и тихо пробормотал:
«Никакого особого вкуса...»
Но он чувствовал сильное насыщение.
Мо Хуа ощутил, как глоток Ци Дракона подступил к груди, и невольно издал отрыжку.
Звук этой отрыжки был подобен грому и ветру, неся в себе драконий рев, который эхом разнесся по всему Храму Дракона.
Внутри Храма Дракона все павшие ниц потомки Великой Пустоши в ужасе побледнели. Они с неописуемым страхом восклицали:
«Демон... Злой Бог!»
«Оно... оно убило Драконьего Императора, расчленило его, а затем... "съело"?!»
«Какое кощунство!»
«Драконий Император... пал?!»
«Это катастрофа Великой Пустоши!»
«Кто именно призвал этого внушающего ужас маленького демонического бога?!»
...
Внутри Храма Дракона стоял невообразимый шум от испуганных голосов.
Мо Хуа посчитал их слишком шумными.
Он повернул голову и посмотрел на этих придворных, получивших благословение драконьей жилы и обладающих драконьей чешуей, когтями или усами.
Он лишь облизнул губы и злобно ухмыльнулся, отчего все гражданские и военные чины вмиг лишились рассудка от страха и бросились врассыпную, словно обезьяны с падающего дерева.
И среди этой разбегающейся толпы лишь один человек со стеклянным взглядом стоял на месте, не в силах поверить в происходящее.
Половина его тела была покрыта драконьей костью, взор был мутным, а лицо — старым.
Это лицо было Мо Хуа очень знакомо.
Он сделал шаг, вспыхнул золотой свет, и Мо Хуа переместился с драконьего постамента прямо к этому человеку: «Это ты заманил меня сюда?»
Старик горько улыбнулся: «Молодой божественный господин заметил это?»
Мо Хуа с любопытством посмотрел на него и медленно спросил: «Разве ты не погиб в божественном храме? Второй Старейшина...»
Этим стариком в Храме Дракона был не кто иной, как Второй Старейшина Демонической Секты.
Тот самый Второй Старейшина, который во время похода к Горе Одинокой Горы указывал путь Шэнту Ао и в конце, ради кратковременного запечатывания Злого Плода, слился с драконьей костью, принеся свою жизнь в жертву.
Мо Хуа и представить не мог, что человеком, заманившим его в Храм Дракона, окажется именно он.
Лицо Второго Старейшины было полно горечи, он объяснил:
«Душа того, кто был предан Великой Пустоши и не пожалел жизни, после смерти попадает в Храм Дракона, занимая место в драконьем ранге, чтобы пребывать в вечности вместе с Драконим Императором Великой Пустоши...»
Конечно, теперь этот «вечный» Драконий Император был съеден Мо Хуа.
В подобную нелепость Второй Старейшина до сих пор не мог до конца поверить.
В кошмаре Злого Плода его уцелевшая душа видела битву Мо Хуа с этим существом.
Он предполагал, что Мо Хуа силен.
Но он и в мыслях не допускал, что этот мастер формирований ранга Установления Фундамента, который в реальности казался лишь смышленым и хитрым ребенком, в мире Божественного Сознания окажется настолько... чудовищно сильным.
Законы Храма Дракона не могли его сдержать, великое драконье величие не могло его подавить.
Могучие драконьи генералы были убиты им одним ударом.
Достопочтенный Драконий Император был раздавлен его рукой.
Даже Драконья Душа Великой Пустоши была «проглочена» им.
Это ведь было... «поедание» дракона.
(П.п Во время расчёта тоже показали соединение дракона. ХМХМХМХМХМ — намёки дают)
Второй Старейшина почувствовал, как из глубины сердца поднялся холод, разливаясь по конечностям и заставляя все его тело содрогаться от ужаса.
В его голове всплыла пугающая мысль...
«Занять место в драконьем ранге, пребывать в вечности...» — Мо Хуа покачал головой.
Мало им было при жизни быть императорами и наслаждаться роскошью, так они и после смерти мечтают о подобных благах.
Он снова пристально посмотрел на Второго Старейшину: «Зачем ты заманил меня сюда?»
Веко Второго Старейшины дрогнуло, он собрался с мыслями и, склонив голову, почтительно произнес:
«В битве в храме Горы Одинокой Горы я видел, что молодой божественный господин способен на равных противостоять Злому Плоду. Я понял, что ваше Божественное Сознание необычайно, и поэтому захотел... преподнести вам возможность изучить наследие Великой Пустоши».
«Всё не может быть так просто, верно?» — Мо Хуа посмотрел на него глубоким взглядом.
«Да...» — под взором Мо Хуа по спине Второго Старейшины пробежал холодок, и он дрожащим голосом продолжил: «Храм Дракона Великой Пустоши является местом для передачи наследия. По правилам Храма Дракона, желающий получить наследие должен пасть ниц перед Драконим Императором, чтобы удостоиться его милости».
«И как только вы совершите обряд коленопреклонения...» — Второй Старейшина замялся, но, пересилив себя, договорил: «...в вас зародится желание подчиниться, и отныне вы станете верной опорой нашей Великой Пустоши».
Сказано было «опорой», но на деле это ничем не отличалось от положения «раба».
Взгляд Мо Хуа слегка помрачнел: «Значит, ты одновременно дал мне шанс и подготовил ловушку. Ты пытался меня подставить?»
Голос Второго Старейшины слегка задрожал: «Да...»
Мо Хуа с полуулыбкой посмотрел на него: «Ты говоришь правду, не боишься, что я раздавлю тебя?»
Второй Старейшина закрыл глаза, глубоко вздохнул и с горечью ответил:
«То, что эта крупица моей души еще существует, заслуга Храма Дракона, а основой этого храма является Драконий Император».
«Теперь Драконий Император мертв, Драконьей Души... больше нет.
Храм лишился хозяина, и скоро все мы, остатки душ, просто рассеемся...»
Мо Хуа взглянул на Второго Старейшину и действительно заметил, что его иссохшая старая фигура постепенно тускнеет, а конечности начали понемногу распадаться.
Он умирает? Мо Хуа покачал головой.
Раз так, то старые обиды можно оставить в прошлом.
В мире всё обычно делится пополам — на хорошее и плохое.
Хоть этот Второй Старейшина и пытался его подставить, он также дал ему возможность отведать то, чего он никогда раньше не пробовал.
Будучи великодушным, он не станет с ним считаться.
«Умирай себе потихоньку...»
Мо Хуа развернулся, собираясь уйти, но вдруг Второй Старейшина окликнул его:
«Молодой божественный господин...»
Мо Хуа обернулся и спросил: «Что-то еще?»
Страшное предположение всплыло в уме Второго Старейшины, его лицо стало серьезным.
После долгих внутренних колебаний он наконец вздохнул и медленно произнес:
«Я хочу заключить с вами сделку...»
«Сделку?» — Мо Хуа приподнял бровь.
Второй Старейшина кивнул: «Если представится возможность, я хотел бы попросить вас вмешаться в нужный момент, чтобы сохранить малую толику крови моей Великой Пустоши...»
Мо Хуа не понимал: «У твоей Великой Пустоши еще остались наследники?»
Принц Е давно погиб, его останки покоятся в императорской гробнице Горы Одинокой Горы.
Шэнту Ао тоже мертв, а его кожу содрал Господин Ту.
Какие еще наследники могли остаться у клана Великой Пустоши?
Второй Старейшина лишь коротко ответил: «Есть».
«Где они?»
Второй Старейшина помолчал мгновение и не стал говорить прямо, лишь произнес: «Молодой божественный господин сам встретит их в будущем».
«Ты ведь не надеешься, что я помогу тебе возродить Великую Пустошь?» — спросил Мо Хуа.
В глазах Второго Старейшины промелькнули бессилие и отчаяние, он горько усмехнулся:
«Великая Пустошь, вероятнее всего... уже не сможет возродиться».
Мо Хуа был немного удивлен.
Второй Старейшина вздохнул: «Всё это с самого начала было шахматной партией. За этой доской сидит неизвестно сколько великих культиваторов, древних злых богов и предков демонических сект».
«Я думал, что смогу скрыть наши действия, но на деле всё, что я делал, было частью чьего-то чужого расчета».
«Всё достояние Великой Пустоши уже давно стало пешками в чужих руках».
«Это то, что я увидел только после своей смерти...»
«На такой шахматной доске небес и земли, под этими жерновами жизни и смерти, Великая Пустошь при малейшей неосторожности может полностью лишиться своей крови и исчезнуть как род».
«Поэтому я лишь надеюсь, что вы, молодой божественный господин, если будет возможность, спасете хотя бы одну ниточку императорской крови Великой Пустоши. Даже если они больше никогда не смогут возродить былое величие и быть императорами, пусть просто живут мирно, вырвавшись из-под чужого влияния...»
Слова Второго Старейшины были искренними, в них даже слышалась мольба.
Мо Хуа, однако, покачал головой: «Ты случайно не забыл, что я всего лишь культиватор ранга Установления Фундамента? У меня нет сил помочь тебе в таком деле...»
Второй Старейшина мысленно вздохнул и, сложив руки в приветствии, произнес: «Хотя ваш уровень культивации — лишь Установление Фундамента, ваши достижения на пути Божественного Сознания поразительны и редкостны».
В этом мире, от древности до наших дней, наверняка не было ни одного культиватора ранга Установления Фундамента, который смог бы ступить в Храм Дракона Великой Пустоши, убить Драконего Императора и заживо проглотить Драконью Душу, не взорвавшись от избытка энергии.
«Более того, всё зависит лишь от вашего удобства, молодой божественный господин...»
«Если дело будет выполнимым, прошу вас помочь. Если же нет — не стоит принуждать себя».
Мо Хуа кивнул, но не спешил давать обещание, а задал встречный вопрос:
«Тогда что ты предложишь мне в качестве оплаты за эту сделку?»
Сохранение крови Великой Пустоши — дело нешуточное.
Этот Второй Старейшина был человеком понимающим; раз он решился открыть рот, значит, у него в руках должны быть весомые козыри.
Второй Старейшина посмотрел на Мо Хуа и медленно заговорил:
«Если старик не ошибся, то тело молодого божественного господина уже достигло позднего ранга Установления Фундамента, но вы еще не начали закалять свой жизненное духовное сокровище...»
Взор Мо Хуа слегка сузился, и он кивнул.
Второй Старейшина продолжил: «Поскольку вы искусны в формированиях, вы планируете использовать нашу диаграмму формирования четырех божественных зверей Лазурного Дракона Великой Пустоши в качестве основы для вашего Духовного Сокровища?»
«Верно», — не стал скрывать Мо Хуа.
Второй Старейшина покачал головой: «Молодой божественный господин, вы не сможете использовать формирование четырех символов Лазурного Дракона...»
Мо Хуа спросил: «Почему?»
Второй Старейшина не рискнул говорить слишком прямо и выразился уклончиво:
«Лазурный Дракон — это кармический дракон, чье наследие передается в нашем роду из поколения в поколение. Подобные божественные звери признают только кровное родство. Если в вас нет крови Великой Пустоши, он не признает вас, кем бы вы ни были».
«Во-вторых, вы, молодой божественный господин, не практикуете техники закалки тела, и ваша плоть... самую малость слабовата, поэтому она не сможет выдержать безграничную мощь Лазурного Дракона...»
Мо Хуа слегка кивнул. Что касается крови — он это понимал. По поводу плоти у него тоже были серьезные опасения. Сила дракона была дикой и неистовой; даже обладая могучим божественным сознанием, он почувствовал, как его едва не разорвало при поглощении Драконьей Души.
А его Божественное Сознание было сильным, в то время как тело — слабым.
Если он нанесет узоры Лазурного Дракона прямо на свое тело и попытается вместить эту буйную мощь, его, скорее всего, разорвет на куски в одно мгновение.
«И что дальше?» — Мо Хуа смотрел на Второго Старейшину.
Он знал, что старик не стал бы тратить время на пустые разговоры.
Второй Старейшина на мгновение замолчал.
В последний миг в его душе всё еще шла борьба: стоит ли открывать эту тайну.
Но его душа уже начала исчезать.
Его ноги превратились в прах, а туловище начало осыпаться серой пылью.
Он вздохнул, словно смирившись с судьбой, и медленно произнес: «Я знаю об одном формировании, которое... должно лучше подойти молодому божественному господину».
Зрачки Мо Хуа сузились: «Что за формирование?»
Второй Старейшина с грустью ответил: «Это формирование было найдено в незапамятные времена одним из наших великих шаманов, чья культивация достигала небес. Он обнаружил его в бесконечной и бездонной пучине дикой древности; это формирование с древними узорами».
«Такие древние формирования имеют причудливые, грубые и дикие узоры, они совершенно не подходят к системе культивации Великой Пустоши».
«Более того, судя по виду, это формирование вообще не предназначалось для людей».
«Но тот великий шаман не сдавался. Он потратил большую часть своей жизни и вложил все силы в изучение этой тайны. В конце концов, благодаря своим выдающимся познаниям на пути культивации, он использовал структуру формирования Четырех Символов, чтобы переработать это древнее формирование в новую форму, способную слиться с меридианами и костями культиватора...»
Мо Хуа слушал всё с нарастающим изумлением. Нахмурившись, он спросил: «Ты ведь не врешь мне?»
Второй Старейшина вздохнул: «Зачем умирающему лгать? К тому же...» — он с затаенным страхом взглянул на Мо Хуа — «...как я посмею лгать перед лицом молодого божественного господина?»
Мо Хуа глубоким взглядом посмотрел на Второго Старейшину, смотря на его душу, и убедившись, что тот не лжет, медленно кивнул и спросил:
«Тогда как называется это формирование? Какие именно узоры четырех символов в нем используются? Каков его ранг?»
Старик покачал головой: «Я ничего из этого не знаю».
«Не знаешь?» — взгляд Мо Хуа стал тяжелым.
Второй Старейшина ответил: «Это формирование слишком необычное и слишком пугающее. Оно существовало лишь в руках того великого шамана».
«После его смерти императорский двор Великой Пустоши издал указ: лишить его звания великого шамана, уничтожить все его записи и даже разрушить его гробницу. Само это формирование было объявлено запретным, а его передача запрещена навечно».
«Поэтому я никогда не видел своими глазами, как именно выглядит эта диаграмма формирования, созданная тем великим шаманом...» — он снова глубоко вздохнул.
Мо Хуа нахмурился еще сильнее: «Ты сам его не видел, оно под запретом и явно не у тебя в руках. Как же ты тогда предлагаешь его в качестве сделки?»
Взор Второго Старейшины стал туманным: «Хотя эта древняя диаграмма формирования не у меня, я знаю, где она находится».
«Где?» — вскинул брови Мо Хуа.
«Она в руках предателя нашего рода Великой Пустоши», — произнес старик.
Сердце Мо Хуа екнуло: «Господин Ту?»
Второй Старейшина немного удивился, но кивнул: «В мире он скрывается под именем Господин Ту».
Мо Хуа нахмурился: «Значит, чтобы получить эту древнюю диаграмму формирования, нужно убить Господина Ту?»
Тот был как минимум на ранге Превращения Перьев, к тому же он — ближайший слуга злого бога, и наверняка обладает его силами. Как убить слугу злого бога ранга Превращения Перьев?
Мо Хуа сколько ни ломал голову, не мог найти способа.
«Необязательно», — сказал Второй Старейшина.
Мо Хуа удивился: «Она ведь у него? Как её достать, не убив его?»
«Она у него, но он сам не знает, где она находится».
Мо Хуа окончательно запутался: «Что это значит?»
Второй Старейшина заговорил тише: «В континенте Цянь есть одно запретное место. В этом месте скрыта тайная комната, а в ней установлен алтарь. На алтаре стоит статуя древнего злого бога — костяная фигура с человеческим лицом и бараньими рогами».
«Эта диаграмма формирования вырезана внутри самой этой статуи...»
«Тот предатель этого не знает. Он полон благоговейного трепета перед древним злом и никогда не посмеет даже коснуться этой статуи...»
Мо Хуа был потрясен.
Запретное место, алтарь, костяная статуя с человеческим лицом и бараньими рогами? Древнее необычное формирование Великой Пустоши?
Он посмотрел на Второго Старейшину с сомнением: «Если Господин Ту этого не знает, откуда это известно тебе?»
«Потому что...» — старик закашлялся, его фигура стала еще бледнее — «...я живу дольше этого предателя. Очень давно я начал поддерживать свою жизнь с помощью драконьей кости, иначе я бы давно скончался...»
«Но моё желание не было исполнено, и я не мог смириться со смертью».
«Тайна этого древнего формирования была запретной в нашем роду, и я не собирался никому её раскрывать. Но когда я только что увидел вас, молодой божественный господин...» — он замялся и не договорил, лишь добавил: «...увидев ваше величие, я решил рискнуть, используя это древнее формирование как залог в нашей сделке... лишь прошу вас сохранить каплю нашей крови».
Мо Хуа был тронут, но всё же спросил:
«Ты уже раскрыл мне все тайны. Что, если я не исполню уговор? Если я просто заберу формирование, но не помогу твоим сородичам, что ты сможешь сделать?»
Душа Второго Старейшины почти полностью исчезла. Услышав это, он лишь горько усмехнулся:
«Как я уже сказал, теперь я бессилен. Я лишь надеюсь на удачу, поэтому и обратился к вам».
«Если вы поможете, я буду бесконечно благодарен. Если нет — я не буду в обиде».
С этими словами его дыхание стало совсем слабым. Мо Хуа помолчал немного и тихо спросил: «Стоило ли оно того?»
Второй Старейшина слегка улыбнулся, его взгляд стал твердым:
«Я — человек Великой Пустоши. Я здесь родился, здесь вырос, учился нашему наследию, и только благодаря этому обрел свою силу. Я должен до последнего вздоха служить своему роду...»
Мо Хуа промолчал.
Душа Второго Старейшины уже лишилась ног, а половина туловища начала превращаться в пепел. Его черты лица расплывались.
Зная, что окончательное исчезновение уже близко, старик с надеждой и мольбой в мутных глазах посмотрел на Мо Хуа. Тот вздохнул и кивнул:
«Хорошо, я обещаю тебе».
Второй Старейшина сложил руки и в последний раз поклонился Мо Хуа, искренне произнеся:
«Пусть ваш путь к Дао будет безграничным, а счастье — великим!»
После этого, с легким сердцем, он окончательно растворился, превратившись в горстку пепла, развеянную по ветру.
Мо Хуа смотрел на то место, где исчез Второй Старейшина.
Его взгляд мерцал, а чувства были смешанными.
Со смертью старика Храм Дракона окончательно затих.
Все драконьи придворные, лишившись своего господина, один за другим превратились в сизый дым.
Ци Дракона в храме тоже начала рассеиваться.
Тело Мо Хуа начало искажаться.
Сила отторжения окутала его, словно желая изгнать «незваного гостя».
Мо Хуа обернулся, в последний раз взглянул на потускневший после смерти Драконьего Императора храм, и его фигура тоже постепенно исчезла.
Мир завертелся в безумном вихре, образы исказились.
Когда Мо Хуа снова открыл глаза, он обнаружил, что лежит на столе в покоях учеников.
Перед ним лежали наполовину проанализированные демонические узоры четырех символов и обрывки драконьих узоров.
Драконья жила была прямо под рукой.
События в Храме Дракона всё еще стояли перед глазами.
«Древняя диаграмма формирования Великой Пустоши...»
(П.п посказка была очень давно дана)
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Если вы нашли ошибку или заметили другие проблемы, не стесняйтесь написать. Я всё исправлю. И не забудьте поставить лайк — чем больше лайков, тем быстрее я буду выпускать новые главы.