Крушение Бога
Глава 971
Меч отступил, сияние рассеялось, и все колебания затихли.
В зале святилища воцарилась мертвая тишина, прерывистая лишь тихим дыханием Мо Хуа после того, как он выложился на полную.
Пройдя через несколько ожесточенных сражений, этот удар «Мечом, Убивающим Душу» практически истощил всё его Божественное Сознание.
В центре главного зала Злой Плод был разрублен надвое.
Одна его половина была кроваво-красной, покрытой уродливыми опухолями и сросшимися конечностями демонических монстров — чудовище с бараньими рогами, напоминающее кровавый плод.
Другой половиной было золотое тело.
Облаченный в золотые доспехи, величественный и благородный, он обладал чистой аурой бога, несмотря на то, что половина его тела была отсечена.
Это был Повелитель Желтой Горы.
Увиденное соответствовало предсказаниям Мо Хуа.
Разница в рангах между ним и этим Злым Плодом была слишком велика; даже использовав «Стиль Убивающего Душу», он не мог быть уверен, что действительно сможет окончательно уничтожить его.
Более того, это изначально был «мертвый плод», и было трудно определить, что именно для него означает смерть.
Если бы не удалось его убить, все усилия пошли бы прахом.
Поэтому Мо Хуа пришлось искать другой путь.
Используя остроту стиля «Меча, Убивающего Душу» в сочетании с законами высшего пути Отсечения Эмоций, он разрубил связь между добром и злом, рассек божественное тело и полностью отделил Повелителя Желтой Горы от Злого Плода.
Таким образом, он мог спасти Повелителя Желтой Горы.
В то же время это значительно ослабило бы силы Злого Плода.
Повелитель Желтой Горы был его «другом»; как только он освободится от контроля Злого Плода, он естественным образом станет его помощником.
Такой ход фактически превращал половину силы Злого Плода в его собственное преимущество.
Так он мог занять беспроигрышную позицию, и Злому Плоду оставалось бы лишь смириться с его волей.
И вот теперь цель Мо Хуа наконец была достигнута.
Повелитель Желтой Горы наконец-то был спасен.
Повелитель Желтой Горы слегка прищурился, не в силах в это поверить.
«Неужели действительно... разделились...»
На ране его божественного тела осталась струйка ауры «отсечения себя и забывания эмоций», которая полностью изолировала все энергии, разрывая его связь со Злым Плодом.
Это из-за... пути Небесного Демона?
Этот мальчишка — человек, бог или демон?
Как он мог практиковать путь Небесного Демона? И как он смог этому научиться...
В сердце Повелителя Желтой Горы бушевало изумление.
Мо Хуа же глубоко выдохнул, медленно выпрямился и с улыбкой произнес: «Повелитель...»
На полуслове улыбка на лице Мо Хуа застыла, а выражение стало серьезным.
Злой Плод и Повелитель Желтой Горы были полностью разделены.
Добро и зло были четко разграничены.
Но на теле Повелителя Желтой Горы, которое должно было обладать лишь чистым Божественным Сознанием, вновь начали проступать кровавые линии.
Они постепенно чернели, превращаясь в гной и гнилую плоть — скверна шаг за шагом поглощала его.
Мо Хуа замолчал.
Повелитель Желтой Горы смотрел на это без удивления. Он поднял голову на Мо Хуа и тихо вздохнул:
«Я же говорил, ты не сможешь меня спасти».
«Я и есть Злой Плод, а Злой Плод — это я...»
«Даже если нас разделить, и я снова стану богом, я все равно буду постепенно продолжать падать и превращаться в злого бога...»
Взгляд Мо Хуа немного померк.
Величественный Повелитель Желтой Горы посмотрел на Мо Хуа с теплотой, наполовину с сожалением, наполовину с благодарностью:
«Однако ты действительно помог мне... дал мне шанс покончить с этой старой враждой, защитить достоинство бога, больше не терпеть унижения от Великого Злого Бога Пустоши и освободиться от этого бесконечного кошмара...»
Мо Хуа вздрогнул и медленно поднял голову: «Повелитель, вы...»
Злая Ци продолжала распространяться.
Аура Повелителя Желтой Горы изменилась: в сиянии золотого света он превратился в свою истинную божественную форму — огромной жёлтой лаской.
Его исток горел, сила божественной способности бушевала до предела, достигая грани саморазрушения.
Мо Хуа понял, что собирается сделать Повелитель Желтой Горы.
Его сердце содрогнулось, и он закричал: «Повелитель!»
Повелитель Желтой Горы обернулся.
Его узкие глаза смотрели на Мо Хуа с решимостью идти на смерть, но в то же время в них читались глубокое сомнение и колебание.
В его душе, казалось, происходила борьба: он мучился из-за чего-то.
Это дело, казалось, было важнее его жизни и смерти.
В конце концов, он бросил на Мо Хуа глубокий взгляд, полный сложной смеси вынужденного доверия и единственной надежды.
«Как тебя зовут?»
Мо Хуа замер: «Мо Хуа».
Повелитель Желтой Горы кивнул и торжественно произнес: «Если мы действительно друзья, я прошу тебя об одном...»
«Забери моё...»
Голос Повелителя Желтой Горы на мгновение прервался.
«...и покинь Гору Одинокой Горы».
Мо Хуа опешил, он совершенно не понял, о чем говорит Повелитель Желтой Горы.
«Повелитель, что именно...»
Но Повелитель Желтой Горы больше ничего не сказал.
Он взмахнул когтями, приводя в движение необъятную божественною мощь, и одним ударом отбросил Мо Хуа.
Проявив свою истинную сущность, Повелитель Желтой Горы обладал невероятной силой.
Этой силе Мо Хуа не мог противостоять.
Подхваченный этой божественной мощью, он вылетел за пределы зала и мягко опустился на землю.
Отправив Мо Хуа из зала, Повелитель Желтой Горы издал долгий вопль.
Его божественность третьего ранга начала закипать, в конечном итоге воплощаясь в горные пики.
Эти пики были полностью созданы из божественной силы, сияли золотом и казались материальными, полностью запечатывая весь зал.
Божественная способность — «Погребение Горы».
Божественная сила начала разрушаться, божественные горы начали рушиться.
На мгновение раздался грохот, подобный обвалу гор и разверзшейся земле.
Эта поразительная мощь содержала в себе крупицу закона «разрушения», отчего сердце Мо Хуа затрепетало от ужаса.
(П.п не коллапс, а распад)
Это было похоже на распад формирования.
Но этот распад касался не формирований и не духовной ци, а Божественности.
Повелитель Желтой Горы использовал свою способность, чтобы из самого истока разрушить собственною Божественность третьего ранга, создавая смертоносную силу, которая ужаснула даже Мо Хуа.
Если бы эта мощь взорвалась вовне, весь кошмар превратился бы в пепел, и все бы погибли.
Но, как и при распаде формирований, чем сильнее мощь, тем более она сдержанна.
Чтобы не задеть Мо Хуа, Повелитель Желтой Горы намеренно ограничил силу разрушения рамками главного зала.
Весь зал заполнила разрушительная сила абсолютного уничтожения.
На мгновение Мо Хуа даже увидел изменения в Небесном Дао, когда божественность распалась, превратившись в черные законы.
В его глазах отразился великолепный, но ужасающий цветок «Гибели Бога».
Но это длилось лишь миг.
Вскоре необъятный, бушующий и неистовый обратный поток Божественности заполнило весь зал.
Затем всё исчезло, возвращаясь в пустоту.
Все ауры испарились.
Трепет в сердце Мо Хуа еще не утих.
Поколебавшись мгновение, он медленно вошел в святилище и увидел, что зал, и так едва стоявший после многочисленных сражений, превратился в руины.
Огромные участки великолепных стен рассыпались в прах.
В полу зияла гигантская яма.
Кроме этого, не осталось ничего — всё исчезло, всё было стерто.
Злой Плод исчез, и Повелитель Желтой Горы тоже.
Бог Одинокой Желтой Горы, Повелитель Желтой Горы на пике третьего ранга, погиб вместе с этим Злым Плодом.
«Повелитель... мертв...»
В сердце Мо Хуа кольнула печаль.
Вдруг причинно-следственные нити дрогнули.
Мо Хуа замер, выпустил Божественное Сознание и снова осмотрел святилище.
Только тогда он заметил в центре зала слабую золотую искру.
Приблизившись, Мо Хуа широко раскрыл глаза.
Божественная Сущность!
Это была нить чисто-золотой Божественной Сущности третьего ранга!
«Повелитель?»
Мо Хуа прислушался к ощущениям и вздохнул с сожалением.
Это была чистая Божественная Сущность, в ней не осталось ни капли воли.
Повелитель окончательно ушел.
Эта сияющая золотом Божественная Сущность больше походила на... «подарок», оставленный Повелителем ему.
Это была чистейшая золотая Божественная Сущность третьего ранга.
Она была гораздо чище и ценнее всех тех сущностей, что он видел раньше.
Мо Хуа даже почувствовал в ней шанс для своего Божественного Сознания прорваться за предел двадцати узоров.
В душе Мо Хуа была благодарность, но вместе с тем и сомнение.
«Повелитель был так добр ко мне, неужели... он хотел, чтобы я что-то сделал?»
Мо Хуа снова вспомнил последние слова Повелителя:
«Если мы действительно друзья... забери моё... и покинь Гору Одинокой Горы».
Забрать что?
Божественную Сущность?
Возможно...
Но Мо Хуа чувствовал, что что-то не так.
Подсознательно он ощущал, что эту Божественную Сущность Повелитель Желтой Горы оставил специально для него.
Ведь то, что само идет в руки, Мо Хуа бы не упустил.
Насколько сильный соблазн представляет Божественная Сущность для богов и подобных им существ, Повелитель Желтой Горы не мог не понимать.
Более того, судя по тому, как мучился Повелитель в тот момент, он явно хотел передать более важное поручение...
Он даже не решился произнести это вслух.
«Что же это могло быть?»
Мо Хуа нахмурился, не в силах сразу понять.
Он размышлял еще какое-то время, как вдруг свод над головой содрогнулся, посыпались камни, распадаясь в нити сознания, а на земле появились мелкие трещины.
«Плохо...»
Мо Хуа внезапно осознал: Злой Плод мертв, и кошмар начал рушиться.
«Старейшина Сюнь...»
Мо Хуа поспешно вскочил, желая проверить, как там старейшина Сюнь и остальные, не задело ли их.
Но едва он сделал шаг, нахлынула огромная отталкивающая сила, пространство треснуло, образуя вихрь между реальностью и пустотой, который полностью втянул Мо Хуа внутрь.
Злой Плод был центром кошмара.
Со смертью Злого Плода весь кошмар начал рушиться, начиная со святилища.
Мо Хуа принял удар на себя и был выброшен первым.
После исчезновения Мо Хуа мир снов продолжал понемногу рассыпаться.
В углу зала, в месте, которое никто не заметил, и которое не обнаружил даже Мо Хуа, все еще лежала половина драконьей кости.
На кости осталась нить силы распада Божественного Сознания.
Эта сила постепенно разрушала кость.
Ци Дракона на кости также сопротивлялась этой разрушительной мощи.
Внезапно кость дрогнула, и на ней открылся глаз — мутный и старый. Это был глаз второго старейшины.
Он пристально посмотрел в ту сторону, где исчез Мо Хуа, и прошептал это имя:
«Мо Хуа...»
Затем Ци Дракона рассеялась, и драконья кость окончательно рассыпалась.
Но прежде чем кость была уничтожена, кошмар рухнул окончательно, и паразитирующая на кости частица божественной души второго старейшины покинула мир снов, улетая в неизвестность...
...
Регион (Обучения) Цянь.
Даосская Секта Цянь.
В тот момент, когда Злой Плод погиб, слой зловещего, туманного марева причинности рассеялся.
Медитирующий предок семьи Шэнь внезапно открыл глаза и схватился за грудь — его сердце необъяснимо сжалось.
«Что произошло...»
Предок Шэнь нахмурился, сделал быстрый расчет на пальцах, и его лицо мгновенно изменилось.
Он позвал: «Кто-нибудь!»
Вошел доверенный старейшина семьи Шэнь и поклонился: «Предок».
«Скорее, — дрожащим голосом произнес предок Шэнь, — Немедленно отправляйся на Гору Одинокой горы. Кармический плод… нужно уничтожить…»
Доверенный старейшина опешил и тихо сказал: «Предок, шум будет слишком велик, боюсь, это привлечет внимание других семей...»
«Уже не до этого, быстро! — прикрикнул предок Шэнь. — Соберите всех доступных людей, используйте техники огня, огненные талисманы, формирования Огня — сожгите всё дотла...»
Старейшина семьи Шэнь впервые видел предка в таком состоянии.
Его сердце похолодело — он понял, что проблема может быть гораздо серьезнее, чем он думал.
«Слушаюсь!» — старейшина поклонился и поспешно удалился.
Предок Шэнь остался сидеть, хмурясь, в его душе всё еще не было покоя.
«Как могла произойти утечка...»
«И откуда взялась эта древняя Злая Ци? Кто же это... кто смог скрыть это даже от меня...»
...
Одновременно с тем, как предок Шэнь почувствовал неладное...
Секта Тайсюй, покои старейшин.
Господин Сюнь, который возился с компасом, что-то записывая, тоже почувствовал резкий толчок в сердце.
Он вернул расчеты на компасе в исходное положение, затем провел расчёт в сторону Горы Одинокой Горы. Его лицо резко изменилось, он выхватил мечевой талисман и отправил его вовне.
Вскоре подошел Сюнь Цзысянь и почтительно произнес:
«Предок».
Господин Сюнь тяжело сказал: «Дело не терпит отлагательств. Возьми старейшин секты и немедленно отправляйся на Гору Одинокой Горы».
«Гору Одинокой Горы?»
«Там... проявилась великая причинность, — господин Сюнь был предельно серьезен, — и еще... Мо Хуа тоже там».
Сердце Сюнь Цзысяня екнуло, он тут же кивнул:
«Хорошо!»
...
Не только предки Даосской секты Цянь и Секты Тайсюй, но и некоторые другие предки великих семей и крупных сект один за другим почувствовали аномалию.
«На северо-западе что-то странное...»
«Территория семьи Шэнь?»
«Отправь туда людей...»
«Не спугните змею, не тревожьте семью Шэнь...»
«Разузнайте новости, всё, что сможете...»
«И этот старый лис иногда ошибается...»
«Посмотрим, удастся ли схватить его за хвост...»
«Тот, кто часто ходит по краю, рано или поздно оступится...»
«...Найдите способ откусить кусок пожирнее».
Из высших эшелонов семей и сект одно за другим летели сообщения. Множество культиваторов — открыто или тайно, притворяясь случайными прохожими или действуя намеренно — начали стягиваться к Горе Одинокой Горы...
Ситуация менялась стремительно, скрытые течения начали бурлить.
..
Гора Одинокой Горы, внутри храма.
Мо Хуа очнулся в тумане, глаза не открывались, в ушах стоял легкий звон.
Сквозь дымку он услышал чей-то бред, перемежающийся звуками разрезаемой плоти.
«Потомок императорского рода Великой Пустоши...»
«...Что в этом особенного... В конце концов, ты лишь марионетка Божественного Повелителя, раб высшего ранга...»
«Твоя единственная польза — в твоей родословной».
«...Кровь императорской семьи — это фундамент Кармического Дракона Великой Пустоши».
«Теперь эти Узоры Дракона взращены и обретут нового хозяина, а ты... ты не достоин. Погреби свои амбиции навсегда здесь, под Горой Одинокой Горы...»
Этот голос был хриплым, как у дикого зверя, он не походил на человеческий.
Мо Хуа изо всех сил открыл глаза.
Сначала он увидел лишь неясный силуэт, но затем зрение прояснилось.
Он увидел сцену перед собой.
Демонический человек с бледной кожей и искаженными чертами лица сдирал кожу с Шэньту Ао.
Эта сцена была кровавой.
Но еще больше Мо Хуа поразило то, что над головой этого бледного демона в какой-то момент проявилась еще одна голова.
Эта голова не была материальной — она была кроваво-красным призрачным образом.
Лицо выглядело интеллигентным, но в нем сквозило безумие; манеры казались утонченными, но за ними скрывалась жестокость.
Хотя он никогда не видел этого лица, благодаря путам причинности Мо Хуа интуитивно сразу угадал его личность:
Господин Ту!
Этот бледный демон оказался кровавой марионеткой того самого господина Ту!
В тот момент, когда Мо Хуа открыл глаза, «Господин Ту», паразитирующий на демоне, тоже почувствовал неладное.
Он держал ритуальный нож в правой руке и недосдиранную человеческую кожу в левой.
Он мрачно обернулся, встретился взглядом с Мо Хуа, и в его свирепых зрачках отразилось полное непонимание.
«Ты... не умер?»
«Невозможно... Ты вошел в кошмар Божественного Повелителя, ты не мог не умереть, не мог сбежать...»
«Божественный Повелитель...»
«Господин Ту» что-то почувствовал внутри, и всё его выражение лица изменилось — оно стало неописуемо испуганным:
«Где Божественный Повелитель?!»
«Мой господин... как он мог исчезнуть?!»
Его глаза внезапно стали чудовищными, он мертвой хваткой впился взглядом в Мо Хуа и неистово закричал:
«Что ты наделал?»
«Быстро! Говори мне!»
«Где Божественный Плод моего господина?!»
«Почему он исчез?!!»
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Если вы нашли ошибку или заметили другие проблемы, не стесняйтесь написать. Я всё исправлю. И не забудьте поставить лайк — чем больше лайков, тем быстрее я буду выпускать новые главы.