Моё!

Глава 966

Четыре культиваторов ранга Золотого Ядра, перебив друг друга, были временно выведены из строя.

Молодой господин Сюань воспользовался плодами чужой победы и заполучил Драконью жилу.

Затем он совершенно непринужденно и естественно протянул её Мо Хуа.

Мо Хуа схватил Драконью жилу и дал дёру.

В одно мгновение все оцепенели.

Молодой господин Сюань и вовсе обезумел от ярости.

В груди его так спёрло, что он едва не сплюнул кровью.

Он истошно завизжал:

«Мелкий ублюдок! Я убью тебя!»

Мо Хуа побежал ещё быстрее.

«Стой!» — взревел Молодой господин Сюань.

За спиной Мо Хуа уже начали расплываться остаточные изображения.

Глаза Молодого господина Сюаня налились кровью.

Он обратился в кровавый луч, подобный растянутой и деформированной человеческой коже, и с помощью крайне странной техники движения рванулся к Мо Хуа.

Шаги Уходящей Воды Мо Хуа были хороши для уклонения и маневров на малых дистанциях, но в рывках по прямой они уступали.

К тому же он был лишь на позднем ранге Установления Фундамента, проигрывая в ранге культивации.

Поэтому через несколько вдохов Молодой господин Сюань настиг его.

Поднялся зловонный ветер. Свирепо глядя на цель, Молодой господин Сюань протянул бледную ладонь, чтобы схватить Мо Хуа. Казалось, он уже коснулся его, но в следующее мгновение блеснула вода, и мальчик исчез облаком тумана, появившись в нескольких чжанах в стороне.

Молодой господин Сюань разразился проклятиями.

Он снова попытался схватить его, но в этот момент за его затылком завыл яростный ветер — пара огромных молотов, наделенных колоссальной силой, обрушилась на его голову.

Сюань пригнулся, уклоняясь, и боковым зрением заметил острие меча, пролетающее вплотную к его лицу.

Кровавым мечом он парировал этот выпад, отступил на несколько шагов, гася инерцию, и только тогда твердо встал на ноги.

Подняв взгляд, он увидел двух здоровяков, заслонивших Мо Хуа.

Это были Фань Цзинь и мастер Гу.

Их наследие было слабым, а жизненные духовные сокровища уступали противникам. В схватку уровней позднего ранга Золотого Ядра и Пика они вмешиваться не смели, поэтому сосредоточили всё внимание на защите Мо Хуа.

Сцена «похищения» Драконьей жилы была настолько театральной, что оба они тоже опешили и среагировали не сразу. Увидев, что Молодой господин Сюань преследует мальчика, они поспешно вступили в бой и совместными усилиями заставили противника отступить.

Пусть их наследие не шло в сравнение с молодым господином Сюанем, но оба были опытными культиваторами, прошедшими через множество битв, и справиться с ними было не так-то просто.

Теперь они стояли, как две створки ворот, преграждая путь Молодому господину Сюаню к Мо Хуа.

Если говорить о «грубой силе», то Мо Хуа на ранге Установления Фундамента, конечно, не был ровней Золотому Ядру. Но теперь, когда у него появилась опора, бежать нужды не было.

Прижимая к себе Драконью жилу, Мо Хуа смотрел на Молодого господина Сюаня с плохо скрываемой ухмылкой.

Тот был готов взорваться от гнева, а в глубине его души поселилось недоверие.

Сквозь зубы он процедил: «Ты не попал под действие моей техники "Посадки демона в, Даоссоке Сердце"?»

Мо Хуа лишь покачал головой про себя.

«Этот Молодой господин Сюань слишком зеленый. До сих пор не понял, что дело не в том, попал я под действие или нет, а в том, что это я посадил Семя Демона в его Даосское сердце, исказив его восприятие и суждения».

С таким уровнем — и лезть изучать подобные техники... Попадись он дяде, в одно мгновение забыл бы, как его зовут.

Но правда бывает слишком болезненной. К тому же она могла спровоцировать его, превратив в бешеную собаку.

Поэтому Мо Хуа сделал вид, что сам ничего не понимает: «Не знаю. Я как-то смутно пришел в себя, а ты взял и отдал мне Драконью жилу».

Слово «отдал» Мо Хуа подчеркнул особенно сильно.

Он ведь ничего не крал и не грабил — всё ему дали сами.

Глядя на это невинное и бесстыжее лицо, Молодой господин Сюань чуть зубы не раскрошил от ярости.

«Отдай мне Драконью жилу».

«Не отдам, — Мо Хуа спрятал её за пазуху. — Раз ты её мне отдал, значит, она моя».

Молодой господин Сюань кипел от ненависти, но видя перед мальчиком двух здоровяков, ничего не мог поделать.

Подавляя гнев, он сказал: «Тебе она без надобности. Отдай её мне...»

«Почему это без надобности?» — спросил Мо Хуа.

Молодой господин Сюань, скрепя сердце, пустился в объяснения: «Это — дракон. Драконья природа горделива и необузданна, и обычному человеку её не подчинить».

«Драконья жила Великой Пустоши может принадлежать только императорскому роду Великой Пустоши. Наследие внутри драконьей жилы может постичь лишь королевская кровь».

«В твоих жилах течёт кровь обычного культиватора. Драконья жила тебя не признает, и ты не сможешь изучить наследие Великой Пустоши».

Мо Хуа насупился: «Ты меня презираешь?»

«Дело не в презрении... — ответил Молодой господин Сюань. — Это вопрос крови. Какими бы ни были твои способности, понимание или талант, если кровь не та — ничего не выйдет. Это предопределено. Ты не можешь изменить свое происхождение, не можешь сменить родителей, а значит, не изменишь и кровь».

«О...» — протянул Мо Хуа.

«Поэтому, — тон Молодого господина Сюаня смягчился, — отдай жилу мне. Вещь с такой великой причинностю тебе ни к чему...»

«Все равно не отдам, — Мо Хуа снова покачал головой. — Пусть бесполезна, всё равно оставлю. Это всё-таки Драконья жила, приберегу для коллекции или как семейную реликвию».

Когда-нибудь он вернётся домой и сможет прихватить драконью жилу с собой, показать её отцу и матери, расширить им кругозор.

Чтобы отец с матерью тоже знали, что их сын — тот, кто отобрал драконью жилу.

Да и потом, это же драконья жила — как она может быть по-настоящему бесполезной…

Культиватор, который даже посадку демона в, Даосское сердце толком освоить не может, ещё и пытается его обмануть?

Молодой господин Сюань был так зол, что едва не умер от ярости. Этот парень с виду казался простым, чистеньким мальчишкой, а на деле оказался бесстыдным, скользким упрямцем — сколько ни уговаривай, ни одно слово до него не доходило.

Раз так, оставалось только отбирать силой.

Молодой господин Сюань огляделся, оценил обстановку и обратился к старейшине медведю:

Молодой господин Сюань огляделся, оценивая обстановку, и обратился к старейшине Медведю: «Старейшина медведь, помоги мне. Когда всё закончится, я завершу формирование Загадочного Демона Воплощения, получу Драконью жилу и передам тебе Карту Дракона Великой Пустоши».

Все присутствующие культиватора позднего ранга Золотого Ядра были тяжело ранены.

Шэнь Шоусин, будучи на пике, и вовсе пострадал от отдачи Драконьей жилы — лишился руки и сейчас всеми силами подавлял бушующую в теле Ци Дракона.

Единственным, кто был в более-менее приличном состоянии, оставался старейшина Медведь.

Он потерял лишь кисть руки. Как у монстра-культиватора, его жизненная сила восстанавливалась быстро, и чисто телесные повреждения не были критичными.

Старейшина Медведь немного подумал и встал перед Молодым господином Сюанем.

Его фигура была огромной и устрашающей: половина тела покрыта медвежьими узорами, половина — змеиными. Под воздействием переплетенной демонической ци от него исходила подавляющая аура.

Мастер Гу и Фань Цзинь почувствовали, как давление возросло, а кожа на голове занемела.

Раненый монстр-культиватор ранга Золотого Ядра всё равно был им не по зубам.

Им оставалось только сжать зубы и покрепче ухватиться за свои духовные сокровища.

В этот момент Мо Хуа холодно усмехнулся и бросил старейшине медведю: «Дурак. Тебя обманули, а ты даже не понял».

Старейшина Сюн, услышав оскорбление от какого-то сопляка в ранга Установления Фундамента, разозлился, но остатки благоразумия взяли верх.

Он холодно спросил: «Что ты сказал?»

Мо Хуа ответил: «Он же сам сказал: Драконья жила бесполезна для тех, в ком нет крови императорского рода Великой Пустоши. Если ты её отберешь, тебе придется отдать её ему. А если он нарушит слово, ты ему ничего не сделаешь».

«Если он нарушит слово, я убью его», — отрезал старейшина медведь.

Мо Хуа насмешливо фыркнул: «Он прямой потомок секты Тёмного Демона, под защитой его Предка. Если ты убьешь его, тебя будет преследовать вся секта. Ты точно всё обдумал?»

Старейшина Медведь промолчал.

Мо Хуа продолжил: «Он только что сам признался, что с помощью яда посеял в вас семя демона в Даосское сердце. А значит, его словам нельзя верить ни в коем случае».

«Через посадку демона в, Даосское сердце он искажает твоё восприятие, заставляет тебя думать, что всё, что он говорит, — правильно и заслуживает доверия».

«Ты естественным образом будешь подчиняться его приказам и даже не задумаешься о сомнениях».

«Подумай сам, поразмысли, задай себе честный вопрос — разве не так?»

Голос Мо Хуа приобрёл странную, наводящую интонацию, будто он шаг за шагом вёл собеседника.

В сердце молодого господина Сюаня вспыхнул гнев, и он холодно усмехнулся: «Ты, сопляк, какую чушь несёшь?»

«Не перебивай меня», — сказал Мо Хуа. — «Иначе это будет доказательством твоей нечистой совести».

«Ты…» — молодой господин Сюань на миг запнулся.

Старейшина Медведь нахмурился, прислушался к себе и почувствовал, что в словах Мо Хуа есть... доля истины.

Раз молодой господин Сюань применил к нему Посадку демона в, Даосское сердце веры ему нет.

Но...

Старейшина с подозрением посмотрел на Мо Хуа: «Словам Сюаня веры нет, но ты, малый, тоже слишком бойко болтаешь. Тебе я верю ещё меньше. К тому же ты ученик секты Тайсюй, одного поля ягода с тем типом по фамилии Сюнь. У меня с сектой Тайсюй старые счеты и кровавая вражда. Рано или поздно я перебью вас всех».

Мо Хуа изобразил полное непонимание: «Какое отношение твоя вражда с сектой имеет ко мне, простому ученику в ранга Установления Фундамента? Что я мог тебе сделать?»

Старейшина Медведь замер.

А ведь и правда...

Долину Десяти Тысяч Демонов разгромил тот старейшина Сюнь вместе с культиватором ранга Золотого Ядра.

Демоническою Секту в горах Падающего Гуся тоже уничтожали под началом Сюнь Цзыю и Даосского Двора.

Это были решения верхушки секты и действия сильных старейшин.

Обычные ученики лишь зубрили уроки в секте и к этим делам отношения не имели, став просто невинными жертвами обстоятельств...

Старейшина Медведь медленно кивнул.

Но откуда ему было знать, что истинным «виновником» всех этих — Долины Десяти Тысяч Демонов, горы Падающего Гуся — всех этих обид и кровавых счетов был как раз стоящий перед ним ученик секты Тайсюй с невинным лицом и головой, полной коварных планов.

Заметив, что защита старейшины пошатнулась, Мо Хуа тут же добавил: «У всего есть приоритеты. Счёты с моей сектой сведешь потом, а сейчас главное — получить выгоду и то, что тебе действительно нужно».

Старейшина прищурился: «И что же мне нужно, по-твоему?»

Мо Хуа кивнул: «Тебе нужна Диаграмма Формирования Четырех Символов Лазоревого Дракона. Я могу помочь».

«Ты поможешь?» — усмехнулся Медведь.

Мо Хуа указал на узоры на его теле: «Чтобы увеличить демоническую силу, ты насильно сшил вместе два мощных демонических узора. В итоге получился гибрид бешеной змеи и медведя. Сила велика, но эти два формирования по сути разобщены, что дает колоссальную нагрузку на твое тело. Тебе нужен узор дракона, чтобы подавить их, превратить змею в цзяо, а цзяо — в дракона... Но это не так просто. Без помощи мастера формирований,который действительно разбирается в формированиях Четырех Символов, ты не то что дракона не получишь — ты даже конфликт узоров змеи и медведя не решишь».

Старейшина Медведь был потрясен: «Ты разбираешься в формированиях Четырех Символов?»

Мо Хуа скромно ответил: «Ну… кое-что понимаю».

Старейшина поразмыслил и покачал головой: «Невозможно. Откуда тебе знать формирования Четырех Символов...»

Он знал историю этих формирований и понимал, что постороннему их не выучить.

Мо Хуа на секунду задумался: «У тебя на спине, в точках Да-чжуй, Фэн-мэнь и Синь-шу, часто возникают колющие боли, верно?»

Лицо старейшины Сюна изменилось.

Мо Хуа попал в самую точку: «Это результат того, что ты, не понимая сути формирований, насильно объединил узоры змеи и медведя. Узлы формирования сместились, возник конфликт узоров».

Веки старейшины дрогнули.

Он понял, что этот юнец действительно знает толк в деле, и сомнения начали таять.

Молодой господин Сюань, долго терпевший, наконец выкрикнул: «Старейшина Медведь, не дай этому пацану обмануть себя!»

Мо Хуа парировал: «Это ты обманщик. Я, по крайней мере, не сажаю Семена Демона в чужие Даосские сердца. Я всегда говорю правду».

Мо Хуа произнес это с таким праведным видом, что Молодой господин Сюань, чувствуя свою вину, не нашел слов для ответа.

Старейшина медведь посмотрел на коварного Молодого господина Сюаня, затем на «полного праведности» Мо Хуа и, взвесив все за и против, молча развернулся и снова встал перед Мо Хуа, защищая его.

Ситуация снова перевернулась.

Инициатива оказалась в руках Мо Хуа.

Лицо Молодого господина Сюаня стало землисто-серым.

Мо Хуа молча окинул его взглядом и задумался — не прикончить ли этого молодого господина Сюаня прямо сейчас.

Этот человек был коварен, методы у него странные, к тому же он — потомок Сюань Санжэня. С учётом такой кармы, его вполне можно было бы убить первым.

Но, поразмыслив, Мо Хуа решил, что формирование Четырёх Символов Лазурного Дракона — всё-таки важнее...

«Помоги мне удержать Шэньту Ао, я скопирую узоры дракона с его тела...» — распорядился Мо Хуа, обращаясь к старейшине Медведю.

Затем он повернулся к Молодому господину Сюаню и, видя, что тот замышляет очередную пакость, предупредил:

«Я пока тебя не трогаю, но не наглей. Как только скопирую узоры, мы уходим. Обо всём остальном поговорим снаружи. Не забывай, в этой гробнице есть Злой Плод, и это по-настоящему опасная тварь».

Второй старейшина ценой своей жизни временно отрезал восприятие Злобного Плода, но это давало лишь один час.

По расчетам, осталось меньше половины этого времени.

«Если ты снова затеешь ссору и потянешь время, Злобный Плод проснется, и тогда умрут все. Против твари на Пике третьего ранга даже твой Предок не поможет», — холодно добавил Мо Хуа.

Молодой господин Сюань был недоволен, но, опасаясь худшего, не решился на действия.

Старейшина Медведь, повинуясь указанию Мо Хуа, придавил Шэньту Ао. Тот и так был при смерти и не мог сопротивляться, но Мо Хуа не хотел рисковать.

Эти демонические культиваторы — каждый до единого — были хитрыми, коварными старыми лисами. Кто знает, действительно ли он так тяжело ранен, или лишь притворяется.

Помощь старейшины Сюна была страховкой.

Сюнь Цзыю за это время тоже немного восстановился. Увидев происходящее, он опёрся на меч и встал рядом с Мо Хуа, чтобы в случае чего защитить его.

И вот, пройдя через неимоверные трудности, Мо Хуа наконец увидел истинное Формирование Дракона.

На спине Шэньту Ао проступила цельная, величественная и свирепая лазурная фигура дракона, сотканная из древних узоров.

Она вобрала в себя лучшее от десяти тысяч демонов и обрела форму дракона.

Благодаря резонансу с Драконьей жилой демоническая Ци была вымыта, узоры трансформировались, и это злое формирование «встала на истинный путь», превратившись в ортодоксальное Формирование Четырех Символов Лазурного Дракона.

Это и был метод господина Ту — «десять тысяч демонов взращивают дракона», над которым он так долго трудился.

Мо Хуа наконец обрел фундамент для своего Жизненного Формирования.

Подойдя ближе, он увидел, что это Формирование Лазурного Дракона было предельным формированием второго ранга с двацати одним узором.

Узоры Дракона Великой Пустоши, наследие императорского рода.

Глаза Мо Хуа засияли, сердце забилось от восторга.

Глаза Мо Хуа засияли, в сердце было невозможно скрыть волнение. Он тут же достал нефритовую пластинку и, не теряя ни мгновения, сосредоточенно начал переписывать это предельное формирование Четырёх Символов Лазурного Дракона.

Это было непросто: требовались глубокие познания, чтобы воссоздать оригинал без малейшей ошибки. Тем более когда речь шла об предельном формировании.

Взгляд Мо Хуа был предельно сосредоточен, божественное сознание — словно кисть, линии ложились, как полёт дракона и змеи.

Полное предельное формирование Четырёх Символов Лазурного Дракона, узор за узором, без малейшей погрешности, отпечатывалась на нефритовой пластинке в его руках.

Однако в процессе переписывания в душе Мо Хуа начало зарождаться недоброе предчувствие. Словно что-то холодное и склизкое медленно подбиралось к нему.

Что это?..

Мо Хуа нахмурился, сердце резко дёрнулось, чувство опасности вспыхнуло мгновенно.

Он тут же поднял голову и, побледнев, воскликнул:

Сюнь Цзыю не заметил, что именно произошло. Увидев, как Мо Хуа внезапно поднял голову и резко изменился в лице, он, полагаясь на многолетний опыт, инстинктивно выхватил длинный меч и рубанул вверх.

Раздался звук, словно клинок столкнулся с костями.

Сюнь Цзыю одним движением дёрнул Мо Хуа за собой, утащил ему за спину и затем плавно отступил на несколько саженей, лишь после этого подняв взгляд.

И тут даже у него зрачки резко сузились.

На золотой балке под потолком главного зала неизвестно когда повисло существо с бледными конечностями, наполовину человек, наполовину демон, с искажённым лицом — словно «демонический человек».

Остальные тоже заметили тварь, и их лица побледнели.

«Что это за дрянь?!»

Бледный человек-демон хрипло расхохотался, из его кожи просочилась кровь, превратившись в кровавый туман, который начал расползаться вокруг.

Увидев этот туман, Мо Хуа вздрогнул.

Он понял, что кровавый туман, который Молодой господин Сюань использовал для искажения сознания, не был полностью его заслугой.

Частью этого тумана была кровь этого демонического человека.

Эта тварь находилась в главном зале уже очень давно.

Она тайно подстрекала и соблазняла всех, заставляя их ради драконьей жилы яростно истреблять друг друга.

«Но почему никто его не заметил?» — нахмурился Мо Хуа.

И по мере того как кровавый туман распространялся, бледный демонический человек тоже начал постепенно терять очертания и исчез из восприятия всех присутствующих.

Даже при сканировании божественным сознанием — пустота.

Теперь не только Мо Хуа, но и у всех культиваторов ранга золотого ядра в сердце нависла тёмная тень.

Этот монстр был не только омерзителен на вид, но и полон странностей.

Культиваторы напрягли божественное сознание, сканируя каждый угол, но монстр словно испарился.

В этот момент в глубине глаз Мо Хуа вспыхнул золотой свет, и он мгновенно распознал коварную кровавую тень.

«Старейшина Медведь, сзади!»

Медведь мгновенно среагировал: его рука обратилась в змею и хлестнула назад.

Змея явно вцепился в нечто твердое, но не смогла прокусить.

Бледный демонический человек быстро вырвался.

Как только он освободился, Мо Хуа тут же нырнул за спину Сюнь Цзыю.

Не прошло и одного вдоха, как из кровавой тени действительно высунулась мертвенно-белая рука и схватила то место, где он стоял мгновение назад.

Мо Хуа, словно предвидя это, уклонился заранее.

Лапа схватила пустоту. Меч Сюнь Цзыю тут же обрушился на неё, оставив глубокий кровавый след.

Монстр взвыл, прыгнул под потолок и снова исчез.

Мо Хуа величественным взором золотых глаз сканировал пространство, отслеживая перемещения демона.

Через некоторое время он указал пальцем и выпустил огненный шар в сторону Фань Цзиня.

Фань Цзинь поспешно уклонился, а Сюнь Цзыю, действуя в связке, рубанул мечом.

Огненный шар взорвался, высветив уродливый силуэт, а меч поразил тело врага.

Бледный демонический человек отступил на несколько шагов.

Его глаза горели красным, он впился взглядом в Мо Хуа и прохрипел: «Мальчишка... кто ты такой?»

Почему он видит его? Почему предугадывает атаки?

Мо Хуа не ответил, а лишь начал формировать на кончиках пальцев новый Огненный Шар.

Уродливое лицо монстра, сшитое словно из кусков мертвецов, стало еще более отталкивающим.

Но через мгновение гнев на нем сменился зловещей ухмылкой.

Бледный демонический человек широко раскрыл пасть и высунул ярко-красный язык, который, подобно кровавому копью, устремился вдаль.

Мо Хуа мгновенно понял его замысел. У него на лбу вздулись вены, и он закричал: «Остановите его!»

Старейшина Медведь не сразу понял, в чем дело, и замешкался. Мастер Гу и Фань Цзинь были слишком слабы, чтобы успеть.

Старейшина Сюнь Цзыю послушался Мо Хуа и ударил немедленно, но было уже поздно.

Его Ци меча разрубила кровавое копье пополам, но одна половина всё же продолжила полет.

Она вонзилась прямо в тело Второго старейшины, облаченного в черную мантию, — того самого, что принес свою жизнь в жертву, чтобы изолировать ауру Злого Плода.

Кровь монстра мгновенно начала разъедать его плоть, оскверняя кости дракона перед ним. Шаманская технику была разрушена. Тело Второго старейшины вмиг высохло, превратившись в мумию. Костяные цепи, сковывавшие Злой Плод, рассыпались в прах.

Оставшееся время обнулилось.

Зловещая, мощная, хаотичная и невообразимо глубокая аура начала расползаться по храму, заполняя каждый уголок.

Зрачки Мо Хуа задрожали.

Злобный Плод Пика третьего ранга... проснулся.

Если вы нашли ошибку или заметили другие проблемы, не стесняйтесь написать. Я всё исправлю. И не забудьте поставить лайк — чем больше лайков, тем быстрее я буду выпускать новые главы.